Полная версия
АЛЬБУС: Кроме одного.
Он надеется, что его не услышали, но другие ученики смеются. Он поднимает на них глаза.
Это не мой выбор, понятно? Я ему в сыновья не набивался!
Сцена 5МИНИСТЕРСТВО МАГИИ, КАБИНЕТ ГАРРИ
ГЕРМИОНА сидит перед ворохом документов в захламленном кабинете ГАРРИ и не торопясь разбирает их. Влетает ГАРРИ. Из царапины на его щеке сочится кровь.
ГЕРМИОНА: Как прошло?
ГАРРИ: Это была правда.
ГЕРМИОНА: Теодор Нотт?
ГАРРИ: Арестован.
ГЕРМИОНА: А сам маховик времени?
ГАРРИ достает маховик времени. Он заманчиво блестит.
Он настоящий? Работает? Может вернуть не только на час назад, а дальше?
ГАРРИ: Пока что мы ничего не знаем. Я хотел проверить его прямо на месте, но умные люди отговорили.
ГЕРМИОНА: Что ж, теперь он у нас.
ГАРРИ: Ты всерьез хочешь его оставить?
ГЕРМИОНА: Думаю, у нас нет выбора. Посмотри на него. Он совсем не похож на тот, что был у меня.
ГАРРИ(сухо):Видимо, со времен нашего детства колдовская наука значительно продвинулась вперед.
ГЕРМИОНА: У тебя кровь.
ГАРРИ смотрит на себя в зеркало. Промокает рану полой мантии.
Неплохо смотрится на пару с твоим шрамом.
ГАРРИ(с ухмылкой):Что ты делаешь в моем кабинете, Гермиона?
ГЕРМИОНА: Мне не терпелось узнать про Теодора Нотта, и… заодно решила проверить, сдержал ли ты обещание разобраться с бумагами.
ГАРРИ: А. Выходит, что нет.
ГЕРМИОНА: Вот именно, нет. У тебя тут такой кавардак — непонятно, как ты вообще умудряешься работать.
ГАРРИ взмахивает палочкой, и книги с документами ложатся ровными стопками. ГАРРИ улыбается.
ГАРРИ: Где кавардак?
ГЕРМИОНА: Сложить не значит разобраться. Между прочим, здесь есть кое-что любопытное… По Венгрии носятся горные тролли верхом на дромарогах, по греческим островамбродят великаны с крылатыми татуировками на спине, а оборотни окончательно ушли в подполье…
ГАРРИ: Отлично, пойдем отсюда. Я соберу команду.
ГЕРМИОНА: Я понимаю, Гарри, бумажная работа скучна…
ГАРРИ: Только не для тебя.
ГЕРМИОНА: Мне и своей хватает. Это существа, которые в Великих магических войнах сражались на стороне Волан-де-Морта. Союзники тьмы. И это — в сочетании с тем, что мысейчас обнаружили у Теодора Нотта, — может что-то значить. Но если глава Отдела магического правопорядка не читает своих документов…
ГАРРИ: Да не надо мне ничего читать — об этом и так все говорят. Теодор Нотт? Это же я прослышал о маховике времени и принял меры. Зря ты меня отчитываешь.
ГЕРМИОНА смотрит на ГАРРИ в некотором замешательстве: в его словах есть доля истины.
ГЕРМИОНА: Хочешь ириску? Только Рону не говори.
ГАРРИ: Ты уходишь от темы.
ГЕРМИОНА: Ухожу. Так хочешь или нет?
ГАРРИ: Нельзя. Мы сейчас воздерживаемся от сахара.(Пауза.)Ты знаешь, что он вызывает зависимость?
ГЕРМИОНА: Ну что тебе сказать? Мои родители были зубными врачами, рано или поздно я должна была взбунтоваться. В сорок, конечно, поздновато, но… То, что ты сейчас сделал, замечательно. И я тебя не отчитываю — я всего лишь хочу, чтобы ты время от времени заглядывал в свои документы. Считай это мягкой… рекомендацией министра магии.
ГАРРИ слышит беззлобность в ее голосе и кивает.
Как дела у Джинни? И у Альбуса?
ГАРРИ: Похоже, отец из меня такой же никудышный, как и чиновник. А что Роза? Хьюго?
ГЕРМИОНА(со смешком):Знаешь, Рон говорит, что я вижусь с моей секретаршей Этель(делает жест рукой)гораздо чаще, чем с ним. Как по-твоему, мы правда в какой-то момент выбираем, кем хотим быть — лучшим на свете родителем или лучшим на свете чиновником? Давай, Гарри, иди к своей семье. Хогвартс-экспресс вот-вот увезет ребят на очередной год… побудь с ними, пока еще есть время, а потом вернись и прочти эти документы на свежую голову.
ГАРРИ: Ты и впрямь думаешь, что все это неспроста?
ГЕРМИОНА(с улыбкой):Возможно. Но если и так, мы найдем способ их победить, Гарри. Нам всегда это удавалось.
Она улыбается еще раз, сует в рот ириску и покидает кабинет. ГАРРИ остается в одиночестве. Он выходит из кабинета и бредет по коридору, неся на плечах бремя всего мира.
Усталый, он заходит в телефонную будку и набирает 62442.
ТЕЛЕФОННАЯ БУДКА: До свидания, Гарри Поттер.
Он поднимается вверх, покидая Министерство магии.
Сцена 6ДОМ ГАРРИ И ДЖИННИ ПОТТЕРОВ
АЛЬБУСУ не спится. Он сидит на верху лестницы. Слышит внизу голоса. Мы слышим голос ГАРРИ раньше, чем он появляется в поле зрения. С ним старик в инвалидной коляске — АМОС ДИГГОРИ.
ГАРРИ: Я все понимаю, Амос, честное слово… но я только что пришел с работы, и…
АМОС: Я пытался попасть к вам на прием в министерстве. Мне говорят: «Хорошо, мистер Амос, вас могут принять… сейчас посмотрим… через два месяца». Я жду. Очень терпеливо.
ГАРРИ: …и явиться ко мне домой посреди ночи… когда утром мои дети снова уезжают в школу на целый год… нельзя же так!
АМОС: Проходят два месяца, и я получаю сову: «Мистер Диггори, мы глубоко сожалеем, но мистеру Поттеру пришлось уехать по неотложным делам, мы вынуждены несколько изменить график, не могли бы вы прийти… сейчас посмотрим… месяца через два?» И это повторяется снова и снова… Вы просто не хотите меня видеть!
ГАРРИ: Ничего подобного. Дело в том, что… э-э… как глава Отдела магического правопорядка, я… э-э… в ответе за…
АМОС: Вы в ответе за многое.
ГАРРИ: То есть?
АМОС: Мой сын, Седрик, — вы ведь помните Седрика?
ГАРРИ(ему больно вспоминать о Седрике):Да, я помню вашего сына. Эта утрата…
АМОС: Волан-де-Морту нужны были вы! Вы, а не мой сын! Вы сами повторили мне его слова: «Убей лишнего». Лишнего! Мой сын, мой чудесный мальчик, оказался лишним!
ГАРРИ: Мистер Диггори… вы знаете, что я разделяю ваше желание установить Седрику памятник, но…
АМОС: Памятник? Не надо мне никакого памятника. Я бросил эту затею. Я старый человек, я скоро умру… и я пришел просить вас… умолять… чтобы вы помогли мне вернуть его обратно.
ГАРРИ смотрит на него в изумлении.
ГАРРИ: Вернуть обратно? Но это же невозможно, Амос!
АМОС: Разве у Министерства магии нет маховика времени?
ГАРРИ: Все маховики времени уничтожены.
АМОС: Я так торопился прийти сюда, поскольку до меня буквально сейчас дошли слухи — больше чем слухи, — что министерство изъяло маховик времени, который нелегально хранил Теодор Нотт, и оставило его у себя. Для расследования. Дайте мне воспользоваться этим маховиком. Дайте мне вернуть моего сына.
Наступает долгая томительная пауза. ГАРРИ в большом затруднении, он не знает, как быть. Мы видим, как АЛЬБУС придвигается ближе, ловя каждый звук.
ГАРРИ: Шутить шутки со временем? Вы знаете, Амос, что этого делать нельзя.
АМОС: Сколько людей погибло ради Мальчика, Который Выжил? Я прошу вас спасти одного из них.
Его слова причиняют ГАРРИ боль. Он задумывается, его лицо становится жестким.
ГАРРИ: Что бы вам ни наговорили, Амос, история с Теодором Ноттом — выдумка. Мне очень жаль.
ДЕЛЬФИ: Привет.
АЛЬБУС сильно вздрагивает, обнаружив, что из-под лестницы на него смотрит ДЕЛЬФИ — решительного вида девушка лет двадцати с небольшим.
Ой, прости. Не хотела тебя пугать. Я сама частенько подслушивала на лесенках. Сидела и ждала, не скажет ли кто-нибудь что-нибудь хоть капельку интересное.
АЛЬБУС: Ты кто? Вообще-то это вроде как мой дом, и…
ДЕЛЬФИ: Взломщица, кто же еще? Пришла, чтобы украсть все твои сокровища. Гони сюда свое золото, свою палочку и своих шоколадных лягушек!(Строит свирепую гримасу, потом улыбается.)Ну, или так, или я Дельфини Диггори.(Поднимается по лестнице и протягивает ему руку.)Дельфи. Я за ним присматриваю… за Амосом. То есть, пытаюсь.(Указывает на Амоса.)А ты?..
АЛЬБУС(со скорбной улыбкой):Альбус.
ДЕЛЬФИ: Ну конечно! Альбус Поттер! Так Гарри — твой папа? Это круто, правда?
АЛЬБУС: Не очень.
ДЕЛЬФИ: Ясно. Похоже, опять села в лужу. Так про меня говорили в школе. Дельфинка — так любит воду, что ни одной лужи не обойдет.
АЛЬБУС: Мое имя им тоже покоя не дает.
Пауза. Дельфи внимательно смотрит на него.
АМОС: Дельфи!
Она поворачивается, но медлит. Улыбается АЛЬБУСУ.
ДЕЛЬФИ: Мы не выбираем себе родственников. Амос… он не просто мой пациент, он еще и мой дядя. Отчасти поэтому я и взялась за эту работу в Аппер-Флэгли. Но это трудно. Тяжело жить с людьми, которые застряли в прошлом, верно?
АМОС: Дельфи!
АЛЬБУС: В Аппер-Флэгли?
ДЕЛЬФИ: В Приюте для престарелых волшебников имени святого Освальда. Приезжай к нам как-нибудь, если захочешь.
АМОС: Дельфи!!!
Она улыбается и, спотыкаясь, идет вниз по лестнице. Входит в комнату к АМОСУ и ГАРРИ. АЛЬБУС провожает ее взглядом.
ДЕЛЬФИ: Что, дядя?
АМОС: Познакомься с Гарри Поттером — когда-то героем, а теперь бюрократом с ледяным сердцем. Я оставляю вас в покое, сэр. Если слово «покой» для этого годится. Вези меня, Дельфи…
ДЕЛЬФИ: Да, дядя.
Она выкатывает АМОСА из комнаты. ГАРРИ остается один — вид у него печальный. АЛЬБУС следит за происходящим, напряженно думая.
Сцена 7ДОМ ГАРРИ И ДЖИННИ ПОТТЕРОВ, КОМНАТА АЛЬБУСА
АЛЬБУС сидит на кровати, а за дверью жизнь идет своим чередом. Он по-прежнему не хочет идти в ногу с миром. Снаружи доносится вопль ДЖЕЙМСА (мы его не видим).
ДЖИННИ: Пожалуйста, Джеймс, забудь про свои волосы и приберись наконец в комнате…
ДЖЕЙМС: Как я могу про них забыть? Они розовые! Мне придется ходить в плаще-невидимке!
У двери появляется ДЖЕЙМС с розовыми волосами.
ДЖИННИ: Папа подарил тебе плащ не для этого!
ЛИЛИ: Кто видел мой учебник по зельеварению?
ДЖИННИ: Лили Поттер, не вздумай завтра надеть это в школу…
У двери АЛЬБУСА появляется ЛИЛИ. За спиной у нее трепещут крылышки феи.
ЛИЛИ: Они такие миленькие. Так классно дрожат…
Она уходит, и на пороге комнаты АЛЬБУСА появляется ГАРРИ. Он заглядывает внутрь.
ГАРРИ: Привет.
Наступает неловкое молчание. В коридоре появляется ДЖИННИ. Она видит, что происходит, и замирает в ожидании.
У меня тут подарок к новому учебному году… то есть, подарки… Вот, Рон прислал…
АЛЬБУС: Угу. Приворотное зелье. Ладно.
ГАРРИ: Видимо, это шутка насчет… не знаю, насчет чего. Лили получила гномов-пердунчиков, а Джеймс — расческу, от которой волосы розовеют. Рон… что ж, Рон есть Рон, сам знаешь.
ГАРРИ ставит приворотное зелье АЛЬБУСУ на кровать.
А еще… это от меня.
Он достает маленькое одеяльце. ДЖИННИ видит это, понимает, как старается ГАРРИ, и тихонько уходит.
АЛЬБУС: Старое одеяло?
ГАРРИ: Я долго думал, что подарить тебе на этот год. Джеймс… ну, Джеймс мечтал о плаще-невидимке чуть ли не с пеленок, а Лили… я знал, что ей понравятся крылышки… но ты… Тебе уже четырнадцать, Альбус, и я хотел подарить тебе что-нибудь такое… словом, что-нибудь важное. Это… последнее, что осталось мне от моей мамы. И единственное. В этом одеяле меня отдали Дурслям. Я думал, оно пропало навсегда, но потом, когда умерла тетя Петунья, которой ты доводишься внучатым племянником, Дадли вдруг нашелего среди ее вещей и взял на себя труд прислать мне, и с тех пор я всегда… то есть, если мне нужна была удача, я доставал его и брал в руки, и… я подумал, может быть, ты…
АЛЬБУС: Тоже захотел взять его в руки? Отлично. Договорились. Будем надеяться, что это принесет мне удачу. Она бы мне точно не помешала.
Он дотрагивается до одеяла.
Теперь можешь забрать его обратно.
ГАРРИ: Я думаю… уверен… Петунья хотела, чтобы оно досталось мне, поэтому и сохранила, а теперь я хотел бы отдать его тебе. Я по-настоящему не знал своей матери… но, думаю, она тоже захотела бы, чтобы оно досталось тебе. И может быть… я приехал бы к тебе… и к нему… на Хэллоуин. Мне хотелось бы оказаться рядом с ним в ту ночь, когда они умерли… и это было бы хорошо для нас обоих…
АЛЬБУС: Слушай, мне еще собираться и собираться, а у тебя небось в министерстве дел по горло, так что…
ГАРРИ: Альбус… я хочу, чтобы ты взял его себе.
АЛЬБУС: И что мне с ним делать? От крыльев феи есть прок, от плаща-невидимки тоже, а это… честное слово…
ГАРРИ заметно уязвлен. Ему отчаянно хочется достучаться до своего сына, но он не может придумать, как.
ГАРРИ: Может, тебе помочь? Со сборами. Я всегда обожал укладывать вещи. Это означало, что я покидаю Тисовую улицу и возвращаюсь в Хогвартс. А это… да, я знаю, что тебе там не нравится, но…
АЛЬБУС: Для тебя нет на свете места лучше. Знаю. Бедный сиротка, которого обижали его дядя и тетя…
ГАРРИ: Пожалуйста, Альбус… разве нельзя просто…
АЛЬБУС: …и шпынял двоюродный братец Дадли. Только в Хогвартсе он и спасался. Да знаю я все это, пап. Старая песня.
ГАРРИ: Я не клюну на твои подначки, Альбус Поттер.
АЛЬБУС: Несчастный сиротка, который потом спас всех нас. Так могу я сказать… от имени всего волшебного братства… как благодарны мы тебе за твои подвиги? Мне как — ударить лбом оземь или достаточно реверанса?
ГАРРИ: Прошу тебя, Альбус… ты же знаешь, я никогда не просил благодарности.
АЛЬБУС: Но меня от нее прямо распирает. Наверно, оттого, что я получил такой драгоценный дар — заплесневелую тряпку…
ГАРРИ: Заплесневелую тряпку?
АЛЬБУС: А чего ты ждал? Что я кинусь тебе на шею? Скажу, что всегда тебя любил? Так, что ли?
ГАРРИ(потеряв наконец терпение):Знаешь что? Мне надоело, что ты сваливаешь на меня вину за свои беды. У тебя по крайней мере есть отец. А у меня не было, ясно?
АЛЬБУС: И ты считаешь это невезением? Я — нет.
ГАРРИ: Хочешь, чтобы я умер?
АЛЬБУС: Нет! Просто не хочу, чтобы ты был моим отцом.
ГАРРИ(потеряв терпение):Что ж, иногда я не хочу, чтобы ты был моим сыном.
Наступает тишина. АЛЬБУС кивает. Пауза. ГАРРИ осознает, что он сказал.
Нет, я не то имел в виду…
АЛЬБУС: То самое.
ГАРРИ: Альбус! Просто ты умеешь вывести меня из себя…
АЛЬБУС: Ты сказал правду, пап. И, если честно, я тебя не виню.
Душераздирающее молчание.
А сейчас я бы хотел остаться один.
ГАРРИ: Прошу тебя, Альбус…
Альбус берет одеяло и отшвыривает в сторону. Оно попадает в бутылочку с приворотным зельем, подарок РОНА, и опрокидывает ее на кровать и одеяло, над которым поднимается маленький клуб дыма.
АЛЬБУС: Ну вот. Не будет мне ни любви, ни удачи.
АЛЬБУС выбегает из комнаты. ГАРРИ бросается за ним.
ГАРРИ: Альбус! Альбус!.. Прошу тебя…
Сцена 8СОН, ХИЖИНА НА СКАЛЕ
РАСКАТИСТОЕ «БУМ». Затем ГРОМКОЕ «ТРАХ». ДУРСЛИ — ДАДЛИ, ТЕТЯ ПЕТУНЬЯ и ДЯДЯ ВЕРНОН — прячутся под кроватью.
ДАДЛИ: Мам, мне это не нравится!
ТЕТЯ ПЕТУНЬЯ: Я знала, что мы напрасно сюда приехали. Вернон! Вернон! Нам негде спрятаться. Даже маяк, и тот недостаточно далеко!
Очередное ГРОМКОЕ «БУМ».
ДЯДЯ ВЕРНОН: Держитесь! Держитесь! Что бы это ни было, сюда оно не явится.
ТЕТЯ ПЕТУНЬЯ: Мы прокляты! Он нас проклял! Паршивый мальчишка!(Увидев МАЛЕНЬКОГО ГАРРИ)Это все ты виноват! Убирайся обратно в свою нору!
ДЯДЯ ВЕРНОН вынимает ружье, и МАЛЕНЬКИЙ ГАРРИ съеживается в ужасе.
ДЯДЯ ВЕРНОН: Эй ты, там! Кто бы ты ни был, берегись — я вооружен!
Раздается МОГУЧИЙ УДАР, и дверь слетает с петель. В дверном проеме стоит ХАГРИД. Он обводит всех взглядом.
ХАГРИД: Ну чего, чайку-то плеснешь? Притомился, покуда к вам добирался.
ДАДЛИ: Ой.
ДЯДЯ ВЕРНОН: Стой там! Слышишь? Спрячься за меня, Петунья. И ты, Дадли! Сейчас я выпровожу это чудилище.
ХАГРИД: Чуди… чего?
Он забирает у ДЯДИ ВЕРНОНА ружье.
Давненько таких не видал.
Берется за конец ствола и завязывает его узлом.
И тут его внимание привлекает МАЛЕНЬКИЙ ГАРРИ.
Гарри Поттер!
МАЛЕНЬКИЙ ГАРРИ: Здрасте.
ХАГРИД: Когда я тебя последний раз видел, ты был еще совсем крошечка. А нонче гляди какой — на папку свово похож, а вот глаза-то мамкины.
МАЛЕНЬКИЙ ГАРРИ: Вы знали папу и маму?
ХАГРИД: Тьфу, вот башка дырявая — забыл. С днем рожденья! У меня для тебя кой-чего есть. Правда, я, кажись, присел на него маненечко по дороге, ну да ничего, он все равно вкусный.
Вынимает из-под куртки слегка помятый шоколадный торт, на котором выведено зеленой глазурью: «С днем рождения, Гарри!»
МАЛЕНЬКИЙ ГАРРИ: Вы кто?
ХАГРИД(со смехом):Ах да, я ж не представился. Рубеус Хагрид, ключник и лесничий в Хогвартсе.(Озираясь.)Так как насчет чайку-то, а? Я б и от чего покрепше не отказался, коли найдется.
МАЛЕНЬКИЙ ГАРРИ: В Хог… где?
ХАГРИД: В Хогвартсе. Ну, про Хогвартс-то ты, верно, все знаешь.
МАЛЕНЬКИЙ ГАРРИ: Э… нет. Простите.
ХАГРИД: Простите? Это щас они у меня прощенья запросят! Я знал, что ты своих писем не получаешь, но мне и во сне не снилось, что ты ничего не знаешь про Хогвартс, елки зеленые! Неужто ты никогда не удивлялся, откуда твои мамка с папкой все это умеют?
МАЛЕНЬКИЙ ГАРРИ: Что умеют?
ХАГРИД угрожающе поворачивается к ДЯДЕ ВЕРНОНУ.
ХАГРИД: Ты хочешь сказать, что этот парень — этот вот парень! — не знает ровным счетом ничего?
ДЯДЯ ВЕРНОН: Я запрещаю вам рассказывать этому мальчику что бы то ни было!
МАЛЕНЬКИЙ ГАРРИ: Рассказывать? Что?
ХАГРИД смотрит на ДЯДЮ ВЕРНОНА, затем на МАЛЕНЬКОГО ГАРРИ.
ХАГРИД: Гарри! Ты волшебник. Ты изменил все. Ты самый знаменитый волшебник на всем белом свете.
И вдруг из глубины зала доносится леденящий душу шепот.
Этот голос нельзя не узнать. Он принадлежит ВОЛАН-ДЕ-МОРТУ…
Га-а-а-рри По-о-о-ттер…
Сцена 9ДОМ ГАРРИ И ДЖИННИ ПОТТЕРОВ, СПАЛЬНЯ
Гарри внезапно просыпается среди ночи. Делает несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.
И тут его лоб пронзает боль. Это шрам. Вокруг него витает Темная магия.
ДЖИННИ: Гарри…
ГАРРИ: Все в порядке. Спи.
ДЖИННИ: Люмос!
Комната озаряется светом из ее палочки. ГАРРИ смотрит на нее.
Кошмар?
ГАРРИ: Да.
ДЖИННИ: Что там было?
ГАРРИ: Дурсли… то есть, сначала… а потом другое.
Пауза. ДЖИННИ смотрит на него, пытаясь угадать, где его мысли.
ДЖИННИ: Может, выпьешь сонного зелья?
ГАРРИ: Не надо. Со мной все нормально. Ты спи.
ДЖИННИ: Вид у тебя не очень нормальный.
ГАРРИ не отвечает.
(Видя его взволнованность.)Наверно, расстроился из-за этой истории с Амосом Диггори.
ГАРРИ: То, что он сердится, стерпеть можно, а вот что он прав — это хуже. Амос потерял сына из-за меня…
ДЖИННИ: Ты к себе несправедлив…
ГАРРИ: …и тут мне крыть нечем… я ничего никому не могу сказать… только что зря я, конечно…
ДЖИННИ понимает, о чем — или, вернее, о ком — он говорит.
ДЖИННИ: Так вот почему ты переживаешь! Последняя ночь перед Хогвартсом — всегда испытание, если не хочешь ехать. Подарить Альбусу одеяло — это была неплохая мысль.
ГАРРИ: С этого все и началось. Я там такого наговорил, Джинни…
ДЖИННИ: Я слышала.
ГАРРИ: И после этого ты еще со мной разговариваешь?
ДЖИННИ: Да, потому что знаю: когда наступит подходящий момент, ты извинишься. Скажешь, что ты не то имел в виду. Что за твоими словами крылось… другое. С ним ты можешьбыть честным, Гарри. Это все, что ему нужно.
ГАРРИ: Я просто хочу, чтобы он больше походил на Джеймса с Лили.
ДЖИННИ(сухо):Честным, но все же не до такой степени.
ГАРРИ: Нет, в нем я бы ничего менять не стал… Но я могу их понять, и…
ДЖИННИ: Альбус не такой, как они, но разве это плохо? И знаешь, он видит, когда ты строишь из себя того самого Гарри Поттера. Он хочет видеть тебя настоящего.
ГАРРИ: «Правда — прекрасная и ужасная вещь, поэтому с ней надо обращаться крайне осторожно».
ДЖИННИ смотрит на него с удивлением.
Это Дамблдор.
ДЖИННИ: Странно было сказать такое ребенку.
ГАРРИ: Нет, если знаешь, что этому ребенку придется умереть ради спасения мира.
ГАРРИ снова вздрагивает и едва не хватается рукой за лоб, но сдерживает себя.
ДЖИННИ: Гарри! Что с тобой?
ГАРРИ: Ничего. Все в порядке. Я тебя слышу. Я попробую быть…
ДЖИННИ: Шрам болит?
ГАРРИ: Нет. Нет-нет, ничего. Ладно, гаси свет и давай еще поспим.
ДЖИННИ: Гарри! Когда у тебя в последний раз болел шрам?
ГАРРИ поворачивается к ДЖИННИ. Все ясно по его лицу.
ГАРРИ: Двадцать два года назад.
Сцена 10ХОГВАРТС-ЭКСПРЕСС
АЛЬБУС быстро идет по вагону.
РОЗА: Альбус! Я тебя ищу…
АЛЬБУС: Меня? Зачем?
РОЗА мнется, подбирая слова.
РОЗА: Альбус, начинается четвертый год, и это новый год для нас. Я хочу, чтобы мы снова стали друзьями.
АЛЬБУС: Мы ими никогда не были.
РОЗА: Это неправда! В шесть лет ты был моим лучшим другом!
АЛЬБУС: Это было слишком давно.
Он хочет пойти дальше, но она затаскивает его в пустое купе.
РОЗА: Ты слышал, о чем все говорят? Несколько дней назад министерство устроило большую облаву. Твой папа проявил незаурядную отвагу.
АЛЬБУС: Почему ты всегда узнаёшь про такие вещи, а я нет?
РОЗА: Говорят, что у него… у того волшебника, к которому они ворвались, — кажется, это был Теодор Нотт… нашли кучу разных штуковин в нарушение всех законов, и в том числе — тут у них сразу слюнки потекли — запрещенный маховик времени. Причем очень мощный!
АЛЬБУС смотрит на РОЗУ, и в голове у него все быстро встает на свои места.
АЛЬБУС: Маховик времени? Отец нашел маховик времени?
РОЗА: Тс-с-с! Да. Я знаю. Здорово, правда?
АЛЬБУС: Ты уверена?
РОЗА: Абсолютно.
АЛЬБУС: Мне надо срочно найти Скорпиуса.
Он идет по вагону. РОЗА — за ним, с твердым намерением сказать все до конца.
РОЗА: Альбус!
АЛЬБУС круто оборачивается.
АЛЬБУС: Кто велел тебе со мной поговорить?
РОЗА(отпрянув от изумления):Ладно, допустим, твоя мама послала сову моему папе… но только потому, что она за тебя волнуется! И я думаю…
АЛЬБУС: Отстань от меня, Роза.
СКОРПИУС сидит в своем обычном купе. АЛЬБУС входит первым, РОЗА по-прежнему идет за ним по пятам.
СКОРПИУС: Альбус! А, Роза, привет. Чем это от тебя пахнет?
РОЗА:Пахнет?
СКОРПИУС: Да нет, я имел в виду, по-хорошему. От тебя пахнет свежими цветами и свежим… хлебушком.
РОЗА: Альбус, в общем, я здесь, ты понял? Если понадоблюсь.
СКОРПИУС: Ну, то есть, вкусным хлебом, хорошим таким хлебом… А что плохого в хлебе?
РОЗА уходит, качая головой.
РОЗА: Что плохого в хлебе!
АЛЬБУС: Я тебя везде ищу…
СКОРПИУС: И вот нашел. Гип-гип-ура! Вообще-то я и не прятался. Ты знаешь, как я люблю… приходить пораньше. Чтоб на меня не пялились. Не орали. Не писали на моем чемодане «сын Волан-де-Морта». Это им никогда не надоедает. А она и правда меня не любит, как по-твоему?
АЛЬБУС обнимает друга. Истово. Пару мгновений не разжимает объятий. СКОРПИУС немного удивлен.