Шрамы нашей любви. Тень и Свет

— Ты не спишь, — сказал он.

— Нет.

Он подошёл ближе. Замер у её ног. И посмотрел на неё сверху вниз, заставляя затаить дыхание.

— Свадьба была утомительной, — произнёс он. — Я думал, ты уснёшь быстрее.

Лирэль подняла глаза. Посмотрела на него.

И в этот миг Лирэль сделала свой выбор. Не под влиянием кошмара и не в спорах с Мориэль. Здесь и сейчас, посреди безмолвной ночи. До неё дошло: единственный способ одолеть Валиана — заставить его поверить в собственный триумф. Чтобы опередить врагов и найти Кольцо Времени, нужно проникнуть в его святая святых, изучить его свитки и раскрыть секреты. А чтобы Кэйлен остался жив, ей придётся примерить маску, которую Валиан мечтал увидеть больше всего. Маску покорности...

— Валиан, — тихо произнесла она, заставляя свой голос звучать мягко и беззащитно. — Сегодня... я хочу лечь с тобой.

Тишина. Валиан оставался неподвижен. Но Лирэль зорко следила за каждым его мигом и ясно видела — в его глазах отразилось замешательство. Настоящее удивление.

— Повтори, — тихо обронил он.

— В твою постель, — произнесла Лирэль, не отрывая взгляда. На этот раз её интонация была безупречна: в ней сквозила долгожданная для него нота. Нота надлома и окончательного поражения. Весь её облик дышал смирением пленницы, которая наконец осознала, кто правит её судьбой.

— Неожиданно, — нарушил молчание Валиан. — Ведь ещё вчера в твоём взгляде я видел лишь одно: призрение.

— Так и было, — выдохнула она. — Но у меня больше нет сил воевать с тобой.

В эту секунду она была сильна как никогда. Валиан протянул руку, и Лирэль покорно приняла её. Они легли в постель. Оказавшись в его объятиях, она доверчиво уткнулась ему в плечо и сомкнула веки. Ей не нужен был сон... Валиан немного обмяк, обнимая её, но его острый ум всё ещё искал подвох. Он не поверил ей до конца — такие, как он, не принимают капитуляцию без тщательной проверки. Зная это, Лирэль действовала безупречно. Никаких поспешных обысков — только естественные, полусонные движения.

В Восточном крыле эта ночь лишила сна и Кэйлена. Одиноко сидя у окна с пустым кубком в руке, он безучастно смотрел в темноту. Красные от усталости глаза оставались абсолютно трезвыми. У его ног замерла Шэдоу, положив голову на его колени и тревожно уставившись в окно. Большая кошка чуяла неладное. Кэйлен тоже всем телом ощущал, что произошло нечто непоправимое и жуткое. Он не понимал в чём дело, но сердце замирало в дурном предзнаменовании. Точно так же воины перед роковым боем чувствуют, что для многих из них этот рассвет станет последним.

Кэйлен взглянул на небо. Под этими самыми звёздами он клялся ей в вечной любви. Теперь всё это исчезало. Медленно, в полной тишине, будто кто-то коснулся горящего фитиля чёрными пальцами и потушил свечу.

Шэдоу издала тихий рык. Не яростный, а тревожный. Она словно различала во тьме силуэт приближающейся угрозы. Кэйлен мягко опустил ладонь ей на голову, призывая к молчанию.

— Я знаю, — едва слышно прошептал он, крепче прижимая ладонь к шерсти пумы. — Я тоже это чувствую.