Вишневый сад на Грозовом утесе. Там, где цветут вишни

— Дай пройти.

— А если не дам?

Он подошёл ближе.

Слишком близко.

Оливия почувствовала, как внутри начинает подниматься настоящий страх — холодный, липкий, животный.

Она резко попыталась обойти его, но Славка грубо прижал её к стене.

Так сильно, что она ударилась затылком о бетон.

— Пусти!

Он засмеялся.

Грязно.

Страшно.

— Чего ты ломаешься - то? Думаешь, ты тут королева?

Оливия начала вырываться изо всех сил, но он был сильнее.

Гораздо сильнее.

Она почувствовала, как его пальцы впиваются ей в запястья, как трещит ткань блузки, как резко вверх задирается её юбка.

А потом его грубая рука полезла ей под неё.

И в ту секунду внутри Оливии всё оборвалось от ужаса.

Она начала биться, царапаться, задыхаясь от паники.

— Помогите!..

Славка резко зажал ей рот ладонью.

— Тихо, сука!

У Оливии потемнело в глазах.

И именно в этот момент в подъезде раздались шаги.

Быстрые.

Тяжёлые.

А потом Славку резко рванули назад.

Так сильно, что он отлетел к стене.

Оливия судорожно вдохнула воздух.

Перед ней стоял он.

Тот самый парень.

Высокий.

Тёмный.

Страшно спокойный.

Но теперь в его глазах не было весны.

Только ярость.

— Ты что творишь?.. — успел прохрипеть Славка.

Удар.

Глухой.

Тяжёлый.

Славка рухнул на лестницу и замер.

На несколько секунд в подъезде стало абсолютно тихо.

Оливия смотрела на неподвижное тело и не могла перестать дрожать.

Руки тряслись так сильно, что она не чувствовала пальцев.

Воздуха не хватало.

Парень сразу повернулся к ней.

И весь этот ледяной холод в его лице исчез мгновенно.

— Эй… — тихо сказал он, осторожно подходя ближе. — Смотри на меня.

Оливия подняла испуганные глаза.

— Дыши со мной. Спокойнее… вот так… всё хорошо.

Она судорожно вдохнула.

— Молодец. Ещё раз.

Он говорил тихо, спокойно, будто боялся спугнуть её.

— Я здесь. Он тебя больше не обидит.

Оливия смотрела на него, и почему-то именно этот голос — спокойный, уверенный — постепенно возвращал её обратно в реальность.

Она начала дышать ровнее.

Хотя всё тело всё ещё дрожало от пережитого ужаса.

В этот момент Славка застонал и попытался подняться.

Парень медленно выпрямился.

И Оливия впервые увидела, каким страшным он может быть.

Он подошёл к Славке, схватил его за ворот толстовки и резко поднял с пола.

— Кто тебя послал?

Славка сплюнул кровь.

— Да пошёл ты!

Парень ударил его ещё раз.

Не истерично.

Не зло.

Страшно спокойно.

— Кто?

Славка дёрнулся.

И вдруг испуганно выдохнул:

— Торопышкина… эта психованная,мона сказала проучить её, чтоб корону сняла…

У Оливии внутри всё похолодело.

Она медленно закрыла глаза.

Даже теперь ей хотелось верить, что это какая-то ошибка.

Парень отпустил Славку так резко, что тот снова рухнул на ступеньки.

— Исчезни, — тихо сказал он.

И в этом голосе было столько угрозы, что Славка действительно испугался.

Через секунду он уже сбегал вниз по лестнице.

Подъезд снова погрузился в тишину.

Только Оливия всё ещё дрожала.

Парень осторожно подошёл к ней.

— Ты можешь идти?

Она кивнула.

Хотя ноги почти не слушались.

Он медленно поднял её сумку с пола и протянул ей.

Их пальцы случайно соприкоснулись.

И Оливия вдруг почувствовала:

рядом с ним ей почему-то спокойно.

Будто он может защитить её даже от самого мира.

Он молча проводил её до квартиры.

Всю дорогу они почти не разговаривали.

Весенний ветер качал ветки вишен над двором, а город вокруг жил своей обычной жизнью, даже не подозревая, что для Оливии сегодня всё изменилось окончательно.

Возле двери она наконец тихо сказала:

— Спасибо.

Он смотрел на неё несколько секунд так внимательно, будто пытался запомнить каждую черту её лица.

— Как тебя зовут?

— Оливия Вишневская, но близкие зовут меня Лёка.

Он едва заметно улыбнулся.

— Красивое имя.

— А тебя?

— Денис. Денис Северин, — спокойно сказал он.

Она повторила про себя:

«Денис».

И почему-то это имя сразу стало для неё чем-то очень близким.

Теперь, стоя рядом с ним так близко, Оливия неожиданно поняла, почему в городе все девушки сходили по нему с ума.

Дело было даже не в красоте.

Хотя красивым он был почти пугающе.

В нём было что-то другое.

Что-то притягательное до боли.

Почти опасное.

Будто за его спокойным взглядом скрывалась целая жизнь, о которой он никому не рассказывал.

Тёмные волосы.

Глаза цвета янтаря.

Чуть усталый, грустный взгляд человека, который чувствует этот мир слишком глубоко.

И ещё — какая-то странная внутренняя мелодия.

Тихая.

Почти неуловимая.

Словно рядом с ним всё вокруг начинало звучать иначе.

Он уже собирался уйти, когда Оливия вдруг тихо спросила:

— Почему ты оказался здесь?

Денис посмотрел на неё долгим взглядом.

И впервые за весь вечер улыбнулся по-настоящему.

Тепло.

Почти устало.

— Потому что искал тебя.

Глава 9

Оливия почти не спала.

Всю ночь за окном шумел ветер. Он гулял между домами, цеплялся за голые ветви деревьев, шуршал старым железом на крышах и то затихал, то снова начинал свою бесконечную песню.

А она лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок.

Иногда человеку достаточно нескольких минут, чтобы поселиться в мыслях.

Вчерашний вечер длился совсем недолго. Несколько слов. Несколько взглядов. Несколько ударов сердца.

Но почему-то именно они не давали ей уснуть.

Она снова и снова вспоминала лестничную площадку.

Славку.

Его тяжёлое дыхание.

Свои руки, вцепившиеся в холодную стену.

Страх, от которого немели пальцы.

И того незнакомого парня, который появился словно из ниоткуда.

Денис.

Она тихо произнесла его имя в темноте и тут же смутилась сама себя.

Она ведь почти ничего о нём не знала. Ни сколько ему лет. Ни где он живёт. Ни каким человеком становится, когда остаётся один. Ни свободно ли его сердце.

Только глаза.

Тёплые. Спокойные. Уверенные.

И голос.

Такой голос бывает у людей, которые никогда никого не боятся.

Оливия перевернулась на другой бок и плотнее закуталась в одеяло.

Но мысли продолжали возвращаться к нему.

Наверное, она больше никогда его не увидит.

Эта мысль неожиданно кольнула где-то внутри. Словно потерялась какая-то возможность. Словно закрылась дверь, в которую она даже не успела войти.

И это было странно.

Потому что ещё вчера утром Дениса Северина не существовало в её жизни вовсе.

А сегодня она уже скучала по человеку, которого почти не знала.

Утром всё стало как обычно.

Школа.

Шумные коридоры.

Учителя.

Тетради.

Уроки.

Только сердце почему-то продолжало ждать чего-то неизвестного.

Иногда Оливия ловила себя на том, что смотрит в окно. Иногда прислушивалась к каждому звуку в коридоре. Словно надеялась увидеть кого-то.

И тут же ругала себя за это.

Какая глупость.

Зачем ему вообще приезжать сюда?

Он старше. У него своя жизнь. Свои друзья. Свои дела. Он наверняка уже забыл и про неё, и про вчерашний вечер.

От этой мысли становилось почему-то особенно грустно.

Юлия Торопышкина появилась у окна между вторым и третьим уроком.

Как всегда — с этой своей самоуверенной улыбкой, от которой у Оливии внутри всё сжималось.

— О, смотрите, принцесса пришла, — протянула она достаточно громко, чтобы услышали все.

Несколько девчонок рядом прыснули.

Оливия промолчала.

Она давно научилась молчать.

Не потому, что не могла ответить.

Могла.

И ещё как.

Но знала: стоит показать боль — они будут бить сильнее.

Юлия ненавидела её не за слабость.

За то, что Оливия не ломалась.

За то, что продолжала ходить с прямой спиной.

За то, что не просила пощады.

За то, что даже в старом свитере и с рыжими волосами, которые невозможно было спрятать, оставалась собой.

И это бесило Юлию сильнее всего.

Славка весь день держался возле неё.

Ходил с видом победителя.

Будто вчера ничего не произошло.

Будто можно было стереть чужой ужас и сделать вид, что это всего лишь школьная шутка.

Оливия старалась не смотреть в его сторону.

Но каждый раз, когда он проходил мимо, пальцы сами сжимались в кулак.

И только одна мысль не позволяла страху окончательно победить.

Вчера между ней и этим ужасом кто-то встал.

Не испугался.

Не отвернулся.

Просто встал.

Вчера кто-то встал между ней и этим кошмаром.

Денис.

Последний урок тянулся бесконечно.

За окном уже начинал розоветь весенний вечер.