Псевдохирург. Заказная пытка

Чтобы напугать девчонку, Артур первым делом демонстративно взял со столика скальпель.

— Ой... а вы что, сейчас резать будете?! — взволнованно спросила Аня, с ужасом искоса глядя на скальпель.

— Надо проделать канал, через который можно будет подлезть к вашей занозе, — объяснил Артур. Одной рукой он крепко обхватил её пятку, а второй начал медленно подводить остриё скальпеля к ступне — всё ближе и ближе. Аня, затаив дыхание, тоже пугливо склонялась всё ниже. Буквально утыкалась личиком в собственный пяток, чтобы ничего не упустить.

Вдруг Артур резко отложил скальпель в сторону и поднял на неё строгий взгляд:

— Так, вы мне мешаете, — деловито отрезал он. — Я под вашим надзором ничего не смогу сделать.

— Ой, простите... — робко пробубнила Аня. Она послушно выпрямилась, подняла голову и даже отвернулась, заставив себя больше не смотреть на свою израненную ногу.

В этот момент Артур снова взял в руки скальпель. И на этот раз он не просто приложил его к её коже, а с силой сделал первый глубокий надрез прямо по центру её раны.

— Ой... — простонала Аня.

— Что, больно? — тут же спросил Артур. Он замер, но даже не подумал вытащить острое лезвие скальпеля из её свежей ранки. Он слегка провернул его внутри её плоти, проверяя реакцию.

— Нет-нет, продолжайте! — с ужасом вздохнула Аня, крепко зажмурившись. — Мне просто страшно... очень страшно.

— Я так не могу работать! — снова раздражённо отрезал Артур.

— Всё-всё, простите! Я обещаю, больше ни слова не скажу, — испуганно взмолилась Аня.

Он недовольно хмыкнул, слегка удлинил надрез точным движением скальпеля, а затем отложил лезвие в сторону. Потом взял чистую марлевую салфетку и промакнул выступившую кровь. А после произошло нечто ужасное. Он взял грубый металлический инструмент, отдалённо напоминающий расширитель или мощный пинцет. Безжалостно просунул его концы прямо в свежий порез и начал растягивать края её раны в стороны.

— А-ах... — глухо ахнула Аня от жуткого испуга. Внутри у неё всё похолодело от ужаса, но она заставила себя промолчать. Она даже не стала спрашивать, обязательно ли делать это так варварски. В её голове вертелось только одна мысль: он ведь доктор, он знает, что делает. Наверное, так и надо прочищать рану...

Удерживая разорванную плоть раскрытой, Артур повернулся к стоящему рядом аппарату и нажал на большой красный выключатель. Прибор сразу же зловеще зажужжал. Первую секунду ничего не происходило, но затем он снял с держателя специальную насадку на гибком гофрированном шланге, напоминающую длинную палку на верёвочке. Он нажал на крошечную кнопку на рукоятке, и из наконечника под напором хлынула струя прозрачной жидкости. Он направил этот напор прямо в обнажённое мясо её раны.

— А это... это тоже дезинфекция? — прерывистым взволнованным голосом спросила Аня.

— Не только. Я промываю вам рану, — сухо отозвался Артур, сосредоточенно хмурясь для видимости. — Нужно вымыть всю грязь и добраться до очага её скопления, который я видел на снимке. Придётся промыть там как следует.

В этот самый момент он намеренно, совершенно неестественным образом вывернул руку и резко разжал щипцы, которые до этого удерживали края пореза. Металлический инструмент с хрустом сорвался.

— Так ужасно неудобно, — раздражённо проворчал Артур, вытирая руки. — Вам придётся лечь по-другому, иначе я ничего не вижу.

Аня, разумеется, без задней мысли покорно согласилась:

— Хорошо, ладно... а как мне лечь?

Артур довольно прищурился. Он тут же отложил все свои зловещие инструменты в сторону и с готовностью принялся ей помогать.

— Ложитесь на живот, и тогда ваши пяточки будут смотреть вверх. Мне как раз должно быть удобно, — сказал Артур. — Давайте я вам помогу?

Он снова крепко обхватил её за подмышки и сам начал укладывать на кушетку. Аня в этот момент немного засмущалась. Для неё это был довольно интимный момент, ведь не каждый день её хватают за подмышки, тем более чужой мужчина. Её бросило в жар от стыда, но она ничего не сказала. Только уткнулась носом в кушетку и шумно вздыхала.

Артур тем временем с довольной улыбкой обратно присел на своё место. «Вот так вот, куколка. Сейчас я как следует отделаю твои пяточки! Так отделаю, что ты у меня сама не захочешь слезать со своего инвалидного креслица», — насмехался он про себя.

— Если будет больно, скажите, — заботливо предупредил Артур. — Добавим обезболивающего. — Ещё укол?! — испуганно спросила Аня и тут же отрезала: — Нет, я не хочу! — Почему же сразу укол? Я могу подлить обезболивающее прямо на рану. — А почему сразу так не сделали, а укол кололи? — жалобно спросила она. Ей уже начало казаться, что он это специально... хотя ведь знал, что она до смерти боится иголок.

Но Артур сразу же убедительно объяснил: — Лидокаин действует только по открытой ране. Если бы я порезал вас до укола, вы бы вряд ли обрадовались. — Да, это было бы ужасно, — вздыхая, согласилась Аня.

Сейчас ей не было больно, и поэтому она лежала спокойно. А Артур между тем уже вовсю «колдовал» над её пяткой.

Глава 3. Маленькая операция

Как только Аня легла на живот, он взял скальпель и удлинил её надрез с обеих сторон примерно на пять миллиметров. Под её зорким взглядом он не решался порезать столько, сколько ему требовалось, и поэтому первый надрез был длиной около одного сантиметра. Сейчас он стал уже два, чего вполне хватало, чтобы пропихнуть колючую пластину.

Он снова промокнул стекающую кровь, а потом пинцетом обхватил край её надрезанной кожи. Снова взял скальпель и аккуратно начал подлезать им под её кожу на глубине примерно семь миллиметров. Проделал канал-кармашек под её кожей и подрезал ткани с обеих сторон, подготовил место для колючей пластины.

— Как себя чувствуете? — заботливо спросил Артур. — Вроде неплохо, — ответила Аня. — Я чувствую, как вы там что-то прочищаете.

Аня наивно верила, что это обычная процедура в травмпункте, когда обрабатывают ранку. Ничего страшного. Он ведь сам сказал, что это быстро и в этом нет ничего опасного. Она даже чувствовала, как он тянет кожу её пятки пинцетом, и думала, что это он раскрывает её рану, как делал тогда при ней.

Она даже не догадывалась, что сейчас происходит нечто более зловещее — операция по внедрению инородного предмета, чтобы она не смогла ходить. Аня даже в своём самом жутком кошмаре не могла бы ожидать такого. Она же ведь не к какому-то сомнительному знахарю пришла за лечением, а в настоящую клинику, где имеется персонал, ресепшен. Да и само здание довольно большое, трёхэтажное и солидное. Она полностью доверяла этой клинике и в целом привыкла доверять врачам. Аня была абсолютно спокойна, пока Артур ковырялся с её пяткой.

И вот он с довольной ухмылкой вторым пинцетом подхватил колючую пластину и начал пропихивать её в тот канал, который создал в её пятке. И, конечно же, колючки он приложил прямо к её живому мясу, а гладкую сторону пластины оставил смотреть наружу.

— Уже почти. Сейчас буду зашивать, — сказал Артур. — Зашивать? — с волнением переспросила Аня. — Ну конечно. Порез немаленький, сами видели. Надо хотя бы пару петелек сделать, тогда быстрее заживёт.

Он звучал на удивление убедительно. С ухмылкой подумал, что даже сам поверил бы в такое лечение, если бы не знал, что остаётся за кадром.

Крови из её пятки натекло столько, что он уже давно не успевал промакивать её ваткой. Какая-то часть даже начала стекать на пол. Но это его не смущало. Он успел постелить пелёнку, а если что, Алина приберётся. Это их уборщица — молодая, симпатичная девчонка, каких он любит. Некрасивых Артур вообще не нанимает, ему только красавиц подавай. Первое, что интересует его при приёме на работу, — это симпатичное личико. И только если личико есть, он уже начинает рассматривать остальные навыки. Алина очень старательная и молчаливая. Как раз то, что нужно в его деле! Но она, конечно же, не знает тёмных сторон его профессии. Как и Юлия, она живёт в прекрасном неведении.

Артур подготовил нитку с иголкой. Но прежде чем начать подшивать, нужно было как следует прижать пластину к её пятке. Он не был уверен, что она этого не почувствует, поэтому с некоторым волнением предупредил: — Так, сейчас может быть немного больно. — А почему? Разве с промыванием ещё не закончили? — удивлённо уточнила Аня. — Вы же говорили, что сейчас будете подшивать. — Именно так, — соврал Артур. — Просто хочу продезинфицировать ещё раз на всякий случай. Давайте я сейчас немного прижму ватку с препаратом, а вы скажете, щиплет или нет?

В этот момент он с силой надавил на край пластины, и некоторые шипы вонзились в её плоть. Только реакции от неё никакой не последовало.

— Ну как, не больно? — уточнил Артур. — Нет, я почувствовала только надавливание, — объяснила Аня. — Ну, тогда хорошо. Значит, обезболивание сработало отлично.

Она прямо руки ему развязала. Он сразу же смело надавил на пластину, посильнее загоняя абсолютно все иглы в её пятку. Артур до этого переживал, что ей может быть больно. Всё-таки они начали довольно быстро, и обезболивающее могло просто не подействовать в полной мере.

Проделал такую работу, считай, операцию сделал, а времени на это потратил всего-ничего. Но сколько удовольствия получил! Артур даже и не думал, что это будет так приятно. Обычно он только лечил людей, но калечить оказалось намного интереснее.

Как только он надавил на пластину и все иглы вонзились в её пяток, надрезанная кожа сразу сомкнулась. Он торопливо начал подшивать края, пока она совсем не истекла кровью.

«Вот так вот, куколка, один твой пяток модернизировали, а сейчас приступим к следующей! Надеюсь, ты у меня будешь паинькой, глупышка?» язвительно думал Артур.

— Ну всё, шовчик готов, аккуратненький, маленький, — похвастался Артур, накладывая повязку на её пяток. Он приложил марлевый прямоугольничек со специальной обеззараживающей пропиткой, а потом и вовсе начал обматывать её ступню. Причём обматывал щедро, слой за слоем.

— Ой, а теперь моя нога всегда такая обмотанная будет? — спросила Аня, приподнимаясь. Она облокотилась на обе руки и посмотрела назад через плечо. — Мы прочистили вашу рану. Это, считай, маленькая операция. К тому же я швы наложил. Так что для вас первое время это обязательно, чтобы инфекция не попала, — объяснил Артур. — А перевязки часто нужно будет делать? — спросила Аня. — Раз в три дня будет достаточно, — не задумываясь, ответил Артур.

А что ему там смотреть? Пластину он успешно внедрил ей под кожу, так что его работа выполнена. Даже если каким-то чудом эта пластина приживётся под её кожей, наступать на пятку ей всё равно будет адски больно.

— Значит, теперь мне уже можно вставать? — спросила Аня и уже начала разворачиваться.

— Лежите, лежите! — протянул Артур, удерживая её на месте. — Посмотрю вашу бородавку.

— Ой, нет, не надо с ней ничего делать, — сказала Аня.

— Почему это не надо? Опять боитесь? — спросил Артур. Он непослушно взял ватный диск, промокнул его спиртом и уже начал протирать её второй пяток.

— Ну, просто не надо и всё. И если честно, у меня не так-то много денег, — призналась Аня. — Это же частная клиника. Мне, наверное, ещё даже за эту перевязку кучу денег придётся заплатить.

Она простодушно усмехнулась, а саму уже бросило в жар. Она не хотела выставить себя нищенкой или скрягой, и всё же тратить деньги на врачей никогда не любила. Особенно на платных. Зачем нужны платные, когда есть бесплатные? И по сути платные ничем не лучше — те же люди, те же лекарства. Она бы не пришла сюда, если бы они не уехали далеко за город. Эта клиника оказалась единственной, которую они нашли поблизости.

Кирилл сам привёз её сюда, якобы отыскав ближайшую клинику по навигатору. Она мужу, конечно же, поверила и подвоха не видела. Он оставил её, а сам поехал заправиться и обещал купить чего-нибудь покушать, пока её перевязывают.

— Да вы не переживайте, двойную плату с вас никто не возьмёт, — пообещал Артур. — И вообще, я могу включить удаление бородавки в стоимость перевязки.

— Это как? — удивилась Аня.

— На бумажке, — объяснил Артур. — Никто же не будет разглядывать ваши ступни и проверять, где там и что я лечил? Если что, скажете, что я вам только пятку перевязал.

От такого предложения Аня удивилась ещё больше. Она снова облокотилась на обе руки и посмотрела ему в глаза.

Кому сказать?

Артур простодушно усмехнулся:

— Директору, например!

Конечно же, директором здесь является он. Но ему нравилось притворяться простым работягой, чтобы быть духовно ближе к своим пациентам. И это всегда срабатывало.

Говорю же, если начнут допытываться, добавил Артур. Если, например, спросят, почему счёт маленький.

— А он будет маленький? А сколько? — осторожно поинтересовалась Аня.

Артур озвучил сумму. Не сказать, что маленькую, но вполне приемлемую для них. Но она сразу же прикинула, что за перевязку одной пяточки дороговато получается. А раз он сам предлагает подлечить ещё и её бородавку, почему бы и нет? Что она теряет? Он же сам предложил.

— А у вас не будет проблем, если вы подлечите мою бородавку бесплатно?

Слово «бесплатно» Артур очень не любил, и тут же подправил её:

— Да это же не будет бесплатно, вы же всё равно заплатите за чистку, — Артур снова простодушно усмехнулся. — И если честно, прайсы у нас кусачие, поэтому я не стараюсь набивать цену. Ну, вы меня поняли... если слушать директора, к нам и близко не подойдут пациенты!

Аня улыбнулась. Она подумала, что он добрый, понимающий человек, который частенько не берёт деньги за какие-то свои дополнительные услуги. Ну, бывают же такие добрые люди?

— Вы главное не рассказывайте никому, что я поработал с вашим вторым пятком, и все будут довольны! — с улыбкой сказал Артур. В этот момент он взял какой-то крем и выдавил капельку прямо на её бородавку.

— Ну это да, не буду рассказывать, — пообещала Аня. Она уже чувствовала некий заговор между ними.

— А что это за крем? От бородавки? — спросила Аня. Учитывая свой опыт, она уже скептически относилась к кремам, и даже хотела было сказать, что не нужно ей такое лечение. Но с другой стороны, он ведь обещал, что это будет бесплатно.

— Можно и так сказать, — неохотно сказал Артур. — Но боюсь, одним кремом тут не обойтись. Она, похоже, уже много лет обитает на вашей пяточке. Разрослась так, разрослась...

Он замолчал, продолжая втирать массу в кожу, и его пальцы двигались слишком настойчиво для обычного осмотра. Аня хотела отдернуть ногу, но какое-то странное онемение уже начало расползаться от места нанесения крема.

— Это что, обезболивающий крем? — удивилась Аня.

— Как вы смотрите к хирургическому удалению? — осторожно спросил Артур.

— Ну, даже не знаю... — взволнованно протянула Аня. — По правде сказать, ужасов мне уже хватило сегодня.

— Больно не будет, — по обыкновению пообещал Артур.

Ему обязательно нужно было внедрить и вторую пластину в её пяток, вот он и уговаривал. Откладывать модернизацию её ступни он ни в коем случае не хотел. Ведь если сегодня ножки её подлечит, завтра уже можно к спинке перейти или к попке. Медлить нельзя. Надо пользоваться тем, что она ещё не догадалась о том, что тут происходит.

— А после хирургического удаления нога долго будет заживать? — спросила Аня.

— Не дольше, чем ваша нога после занозы, — с ухмылкой сказал Артур.

— Если честно, боюсь... — протянула Аня. — А это как — хирургически? Вы же её вырезать прямо будете?

— Звучит куда страшнее, чем это будет на самом деле, — деловито сказал Артур.

— То есть? — удивилась Аня.

— Ну, я же не буду вырезать её с огромным куском мяса. Это так мне пришлось бы вам четверть пятки ампутировать. После такого зверства можно даже не встать на ноги. Так не делают, — деловито разъяснил Артур.

— А как тогда вы её вырезать будете? — с интересом спросила Аня.

— Вырезается только бородавка. Её корни, так сказать. И дополнительно обрабатывается кремом.

— Ну, даже не знаю... — протянула Аня. — А это долго? Муж, наверное, меня заждался.

— Ничего страшного, если заждался, ещё подождёт! — ухмыльнулся Артур. — Думаю, вы здоровая ему куда нужнее.

— Ну, это да, — согласилась Аня.

— Вот и чудненько, — он улыбнулся и быстренько отломил ампулу для нового укола.

Аня сразу же вздрогнула: — Ой, а что это вы делаете? Снова какой-то укол? — Ну да, обезболивающее, — мягко ответил Артур. Аня тяжело вздохнула. Она понимала, что пути назад нет: раз уж она дала согласие на удаление бородавки, придётся потерпеть. Мысль о том, что операция без укола будет куда страшнее, немного её успокаивала.

— Не переживайте, я постараюсь сделать всё максимально быстро, — милым, убаюкивающим голосом пообещал Артур. И в следующее мгновение он резко вонзил иглу в её здоровую ступню.

— Ай! — вскрикнула Аня. Она изо всех сил старалась сдерживаться, чтобы не кричать громко, но этот вскрик вырвался сам собой. Её тут же бросило в жар от стыда — звук получился гораздо громче, чем она планировала.

— Всё-всё, скоро пройдёт, потерпите, — заботливо сказал Артур, утешая её, словно маленького ребёнка. От этого тона Аню ещё сильнее обдало стыдом. Но уже в следующее мгновение ей стало совершенно не до приличий. Она ощутила резкое, невыносимое жжение — препарат ядовитой волной вливался в её плоть. Забыв о стыде, Аня закусила губу и зажмурилась, из последних сил стараясь снова не закричать.

Спустя секунду Артур привычным движением частично вытянул иглу и вонзил её в другое место. И снова это жжение — резкое, сильное, стремительно нарастающее.

Аня с ужасом подумала: «Неужели обезболивающее всегда такое?» Она и знать не знала о подобных вещах. Ей как-то делали укол у стоматолога, но там не было и капли такого жжения. Она очень хотела спросить, почему его препарат настолько болючий, но так и не стала допытываться. Аня посчитала такой вопрос невежливым.

В её голове промелькнула робкая мысль: «А вдруг они как-то экономят на обезболивающем? Может, не болючие уколы стоят слишком дорого?» И если всё так, её вопрос точно покажется грубостью... тем более он ведь из доброты душевной согласился вылечить её бородавку. Аня боялась показать неблагодарной. Утешая себя этими глупыми мыслями, она послушно помалкивала и терпела.

Артур между тем с хитрой, едва заметной улыбкой продолжал хладнокровно обкалывать её ступню. Он делал это так же безжалостно, как и в первый раз. Но если на первой ноге он распределял уколы вокруг рваной раны, то здесь приходилось крутиться возле бородавки. Единственное но: бородавка у Ани росла не по центру пятки, а чуть левее, ближе к внутреннему краю стопы. Это создавало для него некоторые технические неудобства.

Артур на ходу прикинул, что «карманчик» для пластины придётся делать, надрезая кожу только с одной стороны — если он, конечно, вообще собирается резать в области бородавки. Но по-другому и нельзя. Иначе потом во время перевязки она быстро догадается, что он не бородавку её удалял.

Главное — нужно максимально обезболить сам центр пятки, куда он планирует вогнать пластину. Однако колоть слишком далеко от бородавки Артур опасался: вдруг она что-то заподозрит и начнёт задавать лишние вопросы? Но анестезия была необходима, и тогда он решил схитрить. Вонзил шприц рядом с бородавкой, но под углом, наискосок, направив остриё иглы прямо к центру пятки. Он ввёл иглу наполовину, выпустил часть препарата, а затем, не вытаскивая её, продвинул металлическое жало ещё глубже и продолжил колоть.

«Вот так вот, куколка... Ты даже не поймёшь, что сейчас произойдёт!» — злорадствовал он про себя.

— Как ваше самочувствие? Голова не кружится? — заботливо поинтересовался Артур. — Нет-нет, всё нормально, — ответила Аня. — Вот и замечательно, значит, продолжаем. — А отчего у меня должна кружиться голова? — на всякий случай спросила Аня. — У некоторых пациентов бывает такая реакция на обезболивающее. Особенно когда доза высокая, а мы ведь вам уже второй укол колем, — объяснил Артур. — Нет, у меня всё хорошо, — повторила Аня. — Это замечательно.

Он взял чистый ватный диск, щедро промокнул его спиртом и тщательно протёр её пятку от выступивших капелек крови. Закончив, Артур потянулся к столику и взял скальпель. Уже прицеливался, чтобы сделать первый надрез на её здоровой ноге. Смотрел на её обнажённую, беззащитную ступню и ехидно улыбался: «Попалась, девочка... Попалась!»

Улыбаясь, Артур сделал надрез. Аня почувствовала только лёгкое давление металла, никакой боли не было. Она лежала совершенно спокойно, даже не подозревая, какой кошмар творится.

На этот раз Артур резал даже глубже, чем в прошлый раз, действуя более варварски. Затем специальными медицинскими щипцами он грубо раскрыл края её раны, чтобы заглянуть внутрь.

«Вот так вот, куколка, оголим мяско», — ухмыльнулся он про себя, предвкушая самое интересное.

Пинцетом Артур подцепил край разрезанной кожи, а второй рукой начал аккуратно вводить скальпель под неё. Теперь он резал не вглубь плоти, а параллельно, прямо под кожей. Сначала он думал, что проделывать кармашек только с одной стороны надреза будет неудобно, но дело пошло на удивление просто. Основной внешний порез пришёлся прямо по бородавке, как он и планировал. Если что, она даже предъявить ничего не сможет, всё будет выглядеть как удаление бородавки.

«Чтоб уж наверняка, сделаем ещё вот так», — решил Артур. Он повернул лезвие скальпеля и прямо вырезал выступающую часть бородавки, уходя чуть вглубь тканей. Кармашек под кожей был полностью готов. Из раны густо хлынула тёмная кровь.

«Вот и пошло-поехало, нужно поспешить, деточка», — подумал он. Артур шустро промакнул сочащуюся кровь марлевой салфеткой. Затем другим пинцетом он подхватил колючую пластину и принялся торопливо запихивать в её свежий кармашек под кожей, который только что проделал своим скальпелем. Однако металлическая пластина пролезала неохотно. Входной надрез оказался слишком узким для её краёв.

«Вот хитрюга, пяточка сопротивляется!» — язвительно подумал Артур. Но его это не остановило. Он на секунду отложил пластину обратно на столик, снова взял в руки скальпель и опять повёл лезвием внутри раны, аккуратно подрезая ткани и увеличивая скрытый кармашек изнутри.

«Вот сейчас-то она точно пролезет», — злорадно залюбовался он своей работой.

Артур разозлился из-за того, что пришлось проделывать двойную работу, и немного переборщил с размером кармашка.

«Ну, поорёшь ты у меня, когда наркоз отойдёт», — ухмыльнулся он про себя. Крови из её раны полилось ещё больше, но он уже не обращал на это никакого внимания. Только Аня внезапно зашевелилась на кушетке.

— Ой, у меня что-то на палец затекло, — тихо сказала она. — Это лекарство с ватки?

Артур только что протирал её пяток марлей, и она наивно решила, что это он так обильно дезинфицирует рану.

— Да-да, это лекарство с ватки, — послушно соврал он. Раз она в это верит, почему бы и не обмануть?

«Это твоя кровушка, деточка, — ухмыльнулся он про себя. — Моя глупая, доверчивая пациенточка». Он снова взял колючую пластину, а второй рукой подхватил её кожу пинцетом-расширителем. Натягивая ткани и насильно раскрывая кармашек, он до упора впихнул пластину под её кожу. Вставлять пластину через такой узкий, односторонний надрез было жутко неудобно. Ему пришлось сильно травмировать изнутри её пяток, но в целом он был доволен. Главное — всё получилось.

«Вот так вот, и вторая пяточка готова!» — ухмыльнулся Артур.

Аня тем временем лежала и по-прежнему не подозревала, какой ужас творится за её спиной. Конечно, она физически ощущала, что доктор как-то чрезмерно глубоко ковыряется в её пятке. Ей даже казалось, что он вводит инструменты куда-то не туда, совершая странные манипуляции прямо в середине стопы, а вовсе не там, где росла бородавка. Но он ведь доктор, и она полностью доверяла ему. Аня упрямо убеждала саму себя в том, что в настоящей клинике ничего плохого произойти просто не может.

Он отложил пинцет, и теперь настал самый заветный момент. С ехидной улыбкой на лице Артур принялся давить на пластину сверху, с силой вгоняя острые иглы глубоко в её плоть.