Китайская экономика: логика развития и перспективы

Следует отметить, что соответствующие исследовательские институты США, включая даже такие структуры, как McKinsey & Company, известные своей жесткой позицией, признали выполнение Китаем условий торгово-экономического соглашения на первом этапе. Несмотря на форс-мажорные обстоятельства, такие как пандемия, Китай не был обязан строго придерживаться соглашения, однако добросовестно выполнил взятые обязательства, продемонстрировав свою искренность. Безусловно, текущее экономическое состояние обеих стран не позволяет достичь прежних показателей. По имеющимся оценкам, Китай выполнил около 45% своих обязательств, и достижение уровня в 60% к концу текущего года можно считать удовлетворительным результатом.

3. Эскалация политики всестороннего сдерживания Китая со стороны США

Ранее утверждалось, что экономика и торговля выполняют функцию стабилизатора в экономической системе. В настоящее время существует вероятность, что они утратят эту роль. Тем не менее они по-прежнему остаются «лучом света» в китайско-американских отношениях и сдерживающим механизмом, препятствующим дальнейшей эскалации напряженности между Китаем и США.

Согласно неполным статистическим данным, в период с 2018 по 2020 год Соединенные Штаты ввели в отношении Китая более 22 санкционных или ограничительных мер, причем данный перечень продолжает пополняться. Эти меры эволюционировали от первоначальных расследований в рамках статей 301 и 337, касающихся вопросов интеллектуальной собственности, до расследований по статье 232 в сталелитейной промышленности, антидемпинговых и антисубсидиарных расследований, а также многочисленных процедур, связанных с введением дополнительных тарифов и защитных мер. Кроме того, США официально присвоили Китаю статус «валютного манипулятора». Китайские компании, осуществляющие деятельность на американском рынке, подвергаются проверкам в рамках расследований по вопросам национальной безопасности, тогда как экспорт высокотехнологичной продукции из США в Китай находится под строгим контролем. Реализация такой продукции Китаю запрещена, а компании, нарушающие этот запрет, становятся объектом экономических санкций.

В высокотехнологичной отрасли, особенно в сфере телекоммуникаций, Соединенные Штаты предпринимают меры для ускоренного отрыва от Китая. Была аннулирована лицензия компании «Чайна Телеком» (China Telecom) на работу в США, а двумя-тремя месяцами ранее было объявлено о рисках, связанных с китайскими ценными бумагами на американском рынке, что привело к снижению их котировок. США также оказывают давление на Великобританию и других союзников с целью запрета использования оборудования Huawei. Китайские сервисы, такие как Douyin (TikTok) и WeChat, также подверглись запрету на территории США.

Хотя «Закон США о противодействии коррупции за рубежом» формально не направлен исключительно против Китая, он содержит положения, которые могут быть применены в антикитайских целях. Кроме того, американская сторона выдвигала требования о компенсации ущерба, связанного с вспышкой эпидемии.

Все эти действия свидетельствуют об углублении кризиса в китайско-американских отношениях. Возникает вопрос: означает ли это завершение эпохи экономической глобализации?

На основании проведенного анализа я хотел бы сделать следующий вывод: экономическая глобализация не прекратила свое существование.

Во-первых, две ключевые характеристики экономической глобализации - регионализация производства и глобализация торговли - остаются неизменными. Эти характеристики означают, что различные этапы производства и упаковки продукции распределены по разным регионам мира, после чего готовые товары поставляются в различные страны и регионы. Яркими примерами, иллюстрирующими данную тенденцию, являются iPhone и Boeing 787.

Во-вторых, несмотря на значительный ущерб, нанесенный ВТО и другим многосторонним торговым системам, сформировалась новая модель глобального взаимодействия. Глобальная многосторонность уступила место региональному сотрудничеству, при этом многосторонние механизмы в рамках региональных экономических и торговых объединений продолжают укрепляться. В результате сложилась ситуация «противостояния трех блоков»: Зона свободной торговли США, Канады и Мексики (преемница Североамериканской зоны свободной торговли) при доминировании США, Европейский союз во главе с Германией и Восточноазиатский регион, включающий Китай и Японию.

В Восточной Азии существуют два значимых торговых соглашения: Всеобъемлющее и прогрессивное соглашение о Транстихоокеанском партнерстве (СРТРР) под руководством Японии и Региональное всестороннее экономическое партнерство (RCEP), активным участником и инициатором которого выступает Китай. Между этими соглашениями имеются два ключевых различия. Первое касается состава участников: СРТРР, помимо восточноазиатских стран, включает Канаду, Чили, Аргентину и другие государства Южной Америки. Изначально к соглашению присоединялись США, однако впоследствии администрация Трампа вышла из него. RCEP объединяет 15 стран: десять государств АСЕАН, Китай, Японию, Южную Корею, Австралию и Новую Зеландию. Первоначально в переговорах участвовала Индия, однако в декабре 2019 года соглашение было подписано без ее участия. Основное положение соглашения предусматривает отмену тарифов на 90% товаров, обращающихся между странами-участницами. Индия отказалась от подписания, опасаясь, что приток иностранных товаров негативно скажется на развитии национальной промышленности.

Второе отличие состоит в том, что степень открытости, требуемая от странучастниц RCEP, ниже по сравнению с СРТРР. Основные положения RCEP предусматривают, что 15 стран-участниц должны поэтапно снизить тарифы до нулевого уровня на 90% товарного оборота, внедрить унифицированные правила определения происхождения товаров, разрешить учет добавленной стоимости продукции в рамках RCEP, а также облегчить доступ к трансграничным инвестициям в сфере торговли услугами, где ключевыми направлениями являются туризм, здравоохранение и зарубежное образование. Например, Австралийский национальный университет получил разрешение на открытие филиала в Китае, что ранее было запрещено. Кроме того, были введены новые нормы, упрощающие регулирование электронной коммерции, которая представляет собой перспективное направление международной торговли, и RCEP будет способствовать его дальнейшему развитию.

Среди стран-участниц RCEP особое значение для экономики Китая приобретают десять государств АСЕАН, которые условно разделены на три эшелона. К первому относятся Сингапур и Бруней - страны с высоким уровнем дохода; ко второму - Малайзия, Индонезия, Филиппины и Таиланд, относящиеся к государствам со средним уровнем дохода; к третьему - Камбоджа, Вьетнам, Мьянма и Лаос. Еще в 2010 году Китай и шесть стран АСЕАН сформировали зону свободной торговли с нулевыми тарифами, а Вьетнам, Камбоджа, Лаос и Мьянма должны были достичь этого показателя к 2015 году. В настоящее время крупнейшим торговым партнером Китая являются не США или Европейский союз, а страны АСЕАН. В условиях усиления экономико-торговых противоречий между Китаем и США АСЕАН может приобрести еще большее стратегическое значение для нашей страны.

4. Риски реструктуризации глобальных цепочек стоимости

Некоторые экономисты полагают, что в условиях ухудшения китайско-американских отношений страны мира вынуждены выбирать сторону. Европейский Союз и другие западные государства, стремясь избежать конфронтации с США, естественным образом склоняются в их пользу. Возникает вопрос: может ли в таком случае позиция Китая в глобальной цепочке создания стоимости быть замещена?

Мой ответ однозначен: это невозможно.

В 2000 году, до вступления Китая в ВТО, в мировой торговле существовали два ключевых узла - Германия и США, сформировавшие «двойную опору» глобальной торговой системы. Однако к 2015 году структура международных торговых отношений претерпела изменения, сложившись в модель «трехполюсного противостояния». Центром ЕС по-прежнему остается Германия, а Северная Америка сохраняет лидерство США, однако их влияние ограничено двумя основными союзниками, географически обособленными от остального мира. Китай же стал третьим полюсом, окруженным странами Южно-Китайского моря.

На мой взгляд, модель «трехполюсного противостояния» сохранится в условиях текущей тенденции к деглобализации или при ослаблении механизмов многостороннего сотрудничества. В конечном итоге сформируются три центра - США, Германия и Китай. Таким образом, позиция Китая как ключевого узла в Восточной Азии не только не будет утрачена, но и усилится, особенно на фоне углубления сотрудничества с десятью странами АСЕАН.

Почему можно утверждать, что позиция Китая как центрального узла в глобальной цепочке создания стоимости будет укрепляться?

Во-первых, Китай глубоко интегрирован в глобальную цепочку создания стоимости. Торговля, особенно товарный оборот, количество китайских компаний среди 500 крупнейших мировых корпораций, а также ключевые экономические показатели, такие как капитал, технологии, трудовые ресурсы и данные, занимают первое или второе место в мире. Однако в текущей структуре сохраняется значительный потенциал для роста. Например, с точки зрения развития компаний, хотя в Китае базируется более 110 предприятий из списка 500 крупнейших, что составляет свыше пятой части общего числа, их совокупная выручка достигает лишь 18% от общемировой.

Во-вторых, в настоящее время Китай объективно обладает сравнительным преимуществом в виде наиболее полного промышленного комплекса. Как правило, чем шире номенклатура производимой страной продукции, тем более диверсифицированной является ее промышленная цепочка. Согласно 8-значному коду таможенной классификации, в 2019 году Китай экспортировал 87 932 вида товаров. Если же использовать более детализированный 10-значный код США, этот показатель превышает 14 000 наименований, что демонстрирует завершенность китайских производственных цепочек. Их всеобъемлющий характер имеет критическое значение. Для иллюстрации можно привести следующий пример: китайские предприниматели, ведущие бизнес в Африке, получают высокую прибыль от продажи трудоемких товаров, таких как одежда, обувь и головные уборы, поскольку эти продукты, попадая в цепочку потребления, не требуют дополнительных поставок сырья, сложных промежуточных или капиталоемких товаров. В то же время торговля мотоциклами оказывается менее рентабельной, поскольку в случае поломки их детали невозможно произвести в Африке - их приходится импортировать из Китая, что значительно увеличивает издержки. Преимущество Китая заключается в том, что практически любые товары могут быть найдены на внутреннем рынке, что обеспечивает очевидное снижение себестоимости.

В-третьих, Китай обладает еще одной производственной особенностью - промышленной агломерацией. В стране не существует универсальных производственных центров: вместо этого реализовано четкое территориальное разделение труда, что способствует усилению специализации. Например, город Дунгуань специализируется на производстве электротоваров, Шаньтоу - канцелярских принадлежностей, Ланфан (провинция Хэбэй) - мебели, а Синтай (провинция Хэбэй) - кашемира, формируя тем самым промышленную карту с выраженной специализацией. Промышленная агломерация способствует углублению разделения труда, что имеет принципиальное значение.

В-четвертых, значимым фактором, обеспечивающим Китаю центральное положение в глобальных цепочках создания стоимости, выступает масштаб внутреннего рынка, который представляет собой ключевое конкурентное преимущество страны. Согласно текущим данным, из 1,4 млрд населения Китая порядка 400 млн человек относятся к категории со средним уровнем доходов, причем прогнозируется дальнейший рост данной группы. В-пятых, по моему личному мнения, отток иностранного капитала из Китая вряд ли приобретет устойчивый характер. Динамика этого процесса варьируется в зависимости от отраслевой специфики. Так, предприятия, ориентированные на научные исследования и разработки, могут релокализироваться в Европу или Северную Америку, тогда как трудоемкие секторы (производство одежды, обуви, аксессуаров) - перемещаться в страны Юго-Восточной Азии. Однако капиталоемкие отрасли не обладают потенциалом для масштабного переноса в указанные регионы. Данный вывод аргументируется следующими аспектами. Во-первых, стоимость рабочей силы в Китае в среднем достигает 750 долларов США в месяц (около 5000 юаней), что эквивалентно 1/5 аналогичного показателя в США (4200 долларов). Во-вторых, ключевым фактором выступают транзакционные издержки: близость производства к целевому рынку минимизирует расходы на логистику, что актуально для компаний, ориентированных на сбыт внутри Китая - крупнейшего в мире потребительского рынка. Дополнительным стимулом служит последовательное совершенствование деловой среды в КНР и сокращение региональных торговых барьеров в последние годы.

Перспективы экономического развития Китая в новых условиях

Рассмотрим экономическую ситуацию на основе показателей за первое полугодие 2020 года, после чего проанализируем концепцию «двойной циркуляции».

1. Положительная динамика экономического развития в течение года

В первой половине 2020 года, несмотря на снижение темпов экономического роста Китая на 6,8% в первом квартале, во втором квартале наблюдалось быстрое восстановление с ростом на 3,2%. В годовом исчислении за первое полугодие экономика сократилась на 1,6%, однако общие показатели превысили ожидаемые значения. Согласно последним прогнозам Международного валютного фонда, восстановление китайской экономики в первом полугодии оказалось значительно более успешным по сравнению с другими странами.

В середине года мною был сделан прогноз, согласно которому темпы экономического роста Китая за 2020 год составят от 2% до 2,5%. Конкретное значение будет определяться в основном динамикой роста в третьем и четвертом кварталах. Если средний темп роста в этих двух кварталах достигнет 6%, среднегодовой показатель составит около 2,2%. В случае, если средний темп роста во втором полугодии окажется несколько ниже 6%, среднегодовой показатель приблизится к 2%. Следует учитывать следующие факты и статистические данные.

Во-первых, промышленный сектор восстановился быстро, при этом высокотехнологичное производство демонстрировало ускоренный рост. Согласно данным, промышленные предприятия с годовым объемом выручки от продаж свыше 20 млн юаней, относящиеся к категории «крупных и средних», в январефеврале 2020 года сократили производство на 13,5%, однако во втором квартале рост составил 4,4%.

Во-вторых, в ряде отраслей промышленности был зафиксирован рост вопреки общей тенденции, в первую очередь в высокотехнологичных секторах, включая производство оборудования, транспортных средств, интегральных микросхем и промышленных роботов. Темпы роста в этих отраслях оставались высокими. Аналогичная динамика наблюдалась в сфере передачи информации, индустрии программного обеспечения и финансовом секторе.

В-третьих, в первой половине 2020 года индекс менеджеров по закупкам в обрабатывающей промышленности в течение пяти месяцев подряд превышал отметку 50%, а в июле достиг 51,1%, что свидетельствует о значительном улучшении экономической активности.

В-четвертых, в первом квартале сфера услуг сократилась на 1,6%, тогда как во втором квартале добавленная стоимость в этом секторе увеличилась на 1,9%.

В отличие от Китая, ситуация в США демонстрирует резкий контраст. Во втором квартале 2020 года экономика США сократилась на 30% по сравнению с предыдущим кварталом и показала еще более значительное снижение в годовом исчислении. Данный показатель стал самым низким для США с 1947 года. Прогнозируется, что по итогам года экономика США неизбежно сократится более чем на 10%, возможно, на 15% или даже 20%. В 2019 году совокупный объем экономики США составил 21 трлн долларов, тогда как китайская экономика достигла 14 трлн долларов. Если в 2020 году экономический рост Китая сохранится на прежнем уровне, а экономика США сократится на 20%, то совокупный объем экономики Китая сможет сравняться с показателями США в течение двух-трех лет. С учетом фактора ревальвации юаня этот процесс может ускориться.

Рассмотрим данную динамикучерез призму трех показателей (инвестиции - потребление - экспорт). В сфере инвестиций в Китае вложения в основной капитал разделяются на две категории. Инвестиции в традиционное капитальное строительство несколько сократились, тогда как инвестиции в высокие технологии продолжают расти, концентрируясь преимущественно в сфере медицинского производства и электронной коммерции. Что касается международной торговли, то в первой половине 2020 года мировой товарооборот сократился на 12 - 13%, в то время как в Китае снижение составило лишь 3,2%. В этот период китайский импортно-экспортный оборот достиг 14,2 трлн юаней, из которых 7,7 трлн юаней пришлось на экспорт, что обеспечило положительное сальдо торгового баланса в размере 1,2 трлн юаней. В 2019 году профицит торгового баланса Китая составил 2,9 трлн юаней, и, по предварительным оценкам, в 2020 году этот показатель может достичь примерно 2,5 трлн юаней. Учитывая, что за первое полугодие уже зафиксирован профицит в 1,2 трлн юаней, даже при сохранении аналогичного уровня во втором полугодии итоговый показатель составит 2,4 трлн юаней, однако есть основания полагать, что результаты второй половины года окажутся значительно выше.

С точки зрения структуры экспорта, ключевой движущей силой стали частные предприятия. Среди экспортируемых товаров наблюдается рост поставок продукции конечного потребления, интегрированных электроприборов и медицинского оборудования. В географическом распределении торговых потоков страны АСЕАН заняли позицию крупнейших торговых партнеров Китая. Кроме того, доля внешнеторгового оборота со странами, входящими в инициативу «Один пояс - один путь», увеличилась до 30%, и в перспективе этот показатель может возрасти до 60%.

2. Внутренняя циркуляция

14 мая 2020 года на заседании Постоянного комитета Политбюро КПК впервые была выдвинута концепция «двойной циркуляции». Исходная формулировка звучала следующим образом: «Необходимо в полной мере задействовать преимущества сверхкрупного масштаба внутреннего рынка нашей страны и потенциал внутреннего спроса, сформировав новую модель развития, основанную на взаимодополняющем взаимодействии внутренней и международной циркуляции (двойной циркуляции)». Данное положение означает, что Центральный комитет впервые четко обозначил конкурентные преимущества, связанные с масштабами национального рынка, и официально закрепил соответствующую терминологию.

12 июля Генеральный секретарь Си Цзиньпин провел встречу с предпринимателями, в ходе которой вновь подтвердил необходимость «поэтапного формирования новой модели развития, опирающейся на внутреннюю циркуляцию и способствующей гармоничному взаимодействию внутреннего и международного экономических оборотов».

30 июля на заседании Политбюро был сделан дополнительный акцент на приоритете внутренней циркуляции, а формулировка «поэтапное формирование» была заменена на «ускоренное формирование». Это свидетельствует о том, что, с учетом текущей международной ситуации, в особенности оценки состояния китайско-американских отношений, Центральный комитет пришел к выводу о необходимости ускоренного построения экономической модели, в которой внутренний экономический оборот играет доминирующую роль.

Безусловно, внутренняя циркуляция играет ключевую роль, что, однако, не означает изоляции от других стран. Чем крупнее экономика, тем значимее становятся как внешняя, так и внутренняя торговля. На начальном этапе экономического развития крупная страна может в основном опираться на международную циркуляцию. После прохождения этой стадии внутренний рынок приобретает особую важность, однако при этом сохраняется необходимость длительного расширения импорта и успешного проведения импортных ярмарок.

Какие меры следует принять для ускорения внутренней циркуляции? Суть политических установок сводится к двум аспектам: «стабилизации шести сфер» и «обеспечению по шести направлениям», которые тесно взаимосвязаны.

«Стабилизация шести сфер» включает стабилизацию рыночных ожиданий, занятости, внешней торговли, иностранных инвестиций, внутренних инвестиций и финансовой системы. Стабилизация рыночных ожиданий служит основой для достижения конечной цели - стабилизации сферы занятости, а сама она реализуется через четыре механизма: стабилизацию внешней торговли, иностранных инвестиций, внутренних инвестиций и финансовой системы. Политическая установка «стабилизации шести сфер» четко определяет взаимосвязь между внутренней и внешней циркуляциями.

Концепция «обеспечения по шести направлениям» акцентирует внимание на следующих аспектах: занятость населения, гарантирование базового уровня благосостояния, поддержка деятельности рыночных субъектов, обеспечение продовольственной и энергетической безопасности, стабилизация производственно-сбытовых цепочек, а также нормальное функционирование низовых структур. Реализация данной концепции может осуществляться в трех ключевых сферах: финансовая политика, монетарная политика и политика открытости. В текущих условиях преимущественно используется финансовая политика, тогда как монетарная политика выполняет вспомогательную роль. Это обусловлено тем, что в условиях экономического спада основным инструментом стимулирования развития традиционно выступает активная финансовая политика. Напротив, в случае перегрева экономики требуется замедление темпов ее роста посредством ужесточения монетарной политики, что подразумевает сокращение объема денежной массы.

В марте 2020 года был предложен комплекс мер, включающий стабилизацию рыночных ожиданий, увеличение ликвидности на рынке, принятие мер по классификации, эффективное управление вопросами отсрочки кредитования, внедрение инновационных финансовых инструментов и последовательную реализацию данных инициатив. На протяжении последующих шести месяцев проводилась сбалансированная монетарная политика. Хотя ее можно охарактеризовать как умеренно смягченную, ее ключевая особенность заключается не в смягчении как таковом, а в контроле валового объема денежных средств и применении инновационных финансовых механизмов.

Инновации в сфере финансовых инструментов подразумевают гибкое и умеренное использование потенциала процентной ставки по кредитным рыночным котировкам (LPR). Процентная ставка по кредитным рыночным котировкам представляет собой базовую ставку по кредитам, рассчитываемую и публикуемую Национальным центром межбанковского кредитования, уполномоченным Народным банком Китая. Финансовые учреждения преимущественно ориентируются на нее при котировке кредита. Кроме того, банки осуществляют регулирование процентного коридора, то есть контролируют кредитование посредством изменения ставок по депозитам и кредитам. Снижение банками процентных ставок по кредитам приводит к уменьшению стоимости займов для предприятий. Помимо этого, инновации в финансовых инструментах включают различные специализированные программы рефинансирования. Например, центральный банк выделил 300 млрд юаней для поддержки малых, средних и микропредприятий в рамках программ повторного кредитования и переучета векселей. В этот перечень также входят такие меры, как снижение налогов и сборов, отсрочка выплат по социальному страхованию, уменьшение арендной платы и другие.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Данная статья подготовлена на основе выступления профессора Линь Ифу на церемонии открытия симпозиума «Китай: новый путь реформ и новые горизонты открытости» в рамках Китайского форума развития 16 сентября 2018 года.