Не лги мне, Мышкина

– Прошу прощения, – говорю я, наклоняясь, чтобы поднять вилку. – Я сейчас же уточню ваш заказ.

– Не надо ничего уточнять! – резко обрывает меня Яна. – Просто унеси это и принеси то, что я заказывала. И побыстрее!

Хочется провалиться сквозь землю, исчезнуть, чтобы никто не видел моего унижения.

Чтобы эти два хищника не наслаждались моей слабостью. Но я не могу. Я должна держать себя в руках. Я здесь не для того, чтобы развалиться на куски.

– Мышкина, шевелись! – презрительно бросает Яна.

Я выпрямляюсь, чувствуя, как в груди поднимается волна обиды, смешанной с отчаянием.

Я смотрю на её самодовольное лицо, на Мажора, который с усмешкой наблюдает за этой сценой, и понимаю, что это только начало.

Это их игра, и я в ней пешка.

В этот момент, словно из-под земли, появляется старший менеджер Юлия Евгеньевна. Ее лицо, обычно приветливое и спокойное, сейчас напряжено. Она явно заметила заминку.

– Что-то не так? – спрашивает она, переводя взгляд с меня на Яну.

– Всё не так! – визгливо кричит Яна, привлекая внимание соседних столиков. – Вы старшая? У вас такие нерасторопные официантка. Вы их что, по объявлению с улицы берете? А ресторан позиционируется как элитный. Она мне не объяснила, что в блюде лук. А у меня аллергия. А теперь заказ перепутала. Мы не будем за него платить!

Мажор, который до этого молча наблюдал за происходящим с легкой ухмылкой, теперь откровенно наслаждается моим унижением.

Его глаза блестят от удовольствия, когда он видит, как я пытаюсь справиться с ситуацией, как мои руки дрожат, как мое лицо заливается краской.

Он не вмешивается, позволяя своей сообщнице делать всю грязную работу, зная, что каждое её слово, каждый взгляд бьет по мне сильнее, чем любой удар.

Он здесь не для приёма пищи, не на свидании с девушкой.

Он здесь для зрелища.

И я, к своему несчастью, стала главной героиней фильма, который он срежиссировал.

Юлия Евгеньевна до этого сохранявшая профессиональное спокойствие, теперь хмурится. Ее взгляд, обычно мягкий, становится жестким, когда она смотрит на Яну.

– Девушка, – начинает она, голос звучит холодно и отстраненно, – позвольте мне объяснить. Наши официантки, – она кивает в мою сторону, – всегда подробно описывают состав блюд, особенно если речь идет об аллергенах. И все заказы фиксируются.

Яна фыркает, ее губы кривятся в презрительной усмешке.

– Да что вы говорите! Она мне ничего не объясняла! А теперь вы пытаетесь ее выгородить? Это просто смешно!

Мажор, до этого молчавший, наконец, подает голос.

– Яна права, – произносит он, его голос низкий и самодовольный. – Ваша официантка явно не справляется с обязанностями. Может, ей стоит поискать другую работу? В каком-нибудь фастфуде, например. Там, думаю, её уровень будет более уместен.

Эти слова, сказанные с такой непринужденной жестокостью, бьют меня сильнее, чем все предыдущие. Я чувствую, как внутри что-то обрывается.

Слезы подступают к глазам, но я отчаянно моргаю, пытаясь их сдержать. Не сейчас. Не здесь.

Юлия Евгеньевна делает глубокий вдох, ее грудь заметно поднимается.

– Молодой человек, – выделяя каждое слово, произносит она, – я прошу вас выбирать выражения. Мои сотрудники — профессионалы. И я не позволю оскорблять их в моем ресторане.

Лицо Яны искажается яростью.

— Да как вы смеете! – она вскакивает со стула. – Вы что, не знаете, кто мы такие? Всего один звонок нужным людям и ваш ресторан будет закрыт. Мы можем сделать так, что вы больше никогда не найдете работу!

Мажор, кажется, наслаждается этим спектаклем.

Он откидывается на спинку стула, скрестив руки на груди, и смотрит на меня с откровенным злорадством.

Глава 11

Мои руки дрожали, когда я, с трудом сдерживая слезы, посмотрела на Юлию Евгеньевну.

– Спасибо вам! За то, что встали на мою защиту! – вырвалось у меня, голос звучал хрипло и неуверенно. Она лишь кивнула, её лицо было непроницаемым, но в глазах читалось понимание.

Ситуация с мажором Лебедевым получилась настолько унизительной, что я до сих пор не могла прийти в себя.

Я была реально в шоке.

Он что, решил преследовать меня?

Иначе для чего явился в ресторан, где я подрабатываю официанткой после лекций, чтобы унизить меня.

Это было так предсказуемо, так в его стиле.

Мы с ним враждуем с первого курса университета. Он – сын влиятельного человека, привыкший получать всё, что захочет, и я – обычная студентка, которая пытается заработать на жизнь.

Наши пути постоянно пересекались, и каждый раз он находил способ испортить мне настроение, показать своё превосходство.

Но сегодня он превзошел себя. Ведь откуда-то узнал, что я работаю здесь.

И привёл с собой Яну. Меня душит злость.

Как она могла согласиться на это? У меня в голове не укладывается. Явно, они договорились заранее.

Не сказать, мы с Яной были близкими подругами, не разлей вода, мы были в одной компании, но делили секреты, смеялись до слез, поддерживали друг друга в трудные минуты.

И вот она, явилась, с этой самодовольной ухмылкой на лице, разыгрывала эту отвратительную сцену.