Полная версия
— Кириан слишком уж старается, — равнодушно заметил Фред. — Смысл скрываться от той, что все слышит за версту
— Ты ее узнал?! — опешил Ирис.
— Сразу! — Врач поднял глаза. — Какой был бы стыд, если б не узнал
— Если бы не моя попытка прочесть ее прошлое, я бы не узнал. — Ирис балансировал на подлокотнике кресла.
— Ты шесть лет не следил за ее здоровьем! — Фред щелкнул языком. — Что бы Хантер ни говорил, я за нее. Она бы выросла у меня на глазах если бы не вся эта история с ее происхождением.
— Она все больше походит на Энжел, — отметил Ирис. Он поднялся и пересел на диван, чтобы подобраться ближе к врачу. — Возможно, ее душа переродилась и вернулась к ним, — произнес он и тут-же прыснул, задрал голову к потолку: — Если так, то это очередная издевка судьбы!
— Энжел была ведьмой, Лина же — полудемон, — поправил Фред. — Все возможно. Может, ты и прав, — не отвлекаясь от плетения, поддерживал разговор мужчина. Его спокойная, мелодичная интонация голоса зарывала Ириса, как демона. Подумать только, теперь он эмоциональнее человеческой самки.
Но чувства пробивались наружу. Он долгое время не знал, с кем и когда сможет обсудить то, что его волновало в последние месяцы.
Осталось узнать то, что его волновало по-особенному:
— Где Линд? Он ведь, выжил, я видел — Он торопился, знал, что в любой момент Хантер и Кириан вернутся. — Куда вы его дели?
Фред опустил руки на ноги и видимо, почувствовав рвение быстрее получить ответы, сказал:
— Он жив. По-крайней мере — был. Хантер написал сопроводительное письмо и послал его в Россию, к другим охотникам, а они сам знаешь, могли и убить
Ледяной ужас сковал тело Ириса. Старые шрамы, скрывающиеся под иллюзией нежной кожи заныли. Их они с Хантером договорились, что он будет скрывать. Ибо, ребенок его возраста, не смог бы получить таких ранений и выжить.
Вернувшиеся охотники прервали разговор. Кириан выглядел спокойным, Хантер — расстроенным, в его руке был распечатанный конверт адресованный лорду Манлей.
Тишину нарушил Фред:
— Вернешься к Хансу и Андерсу?
— А нужно? — нахмурился Кириан.
Становишься похожим на Хантера
— Я делаю все, что могу!
— Неправда. Ты делаешь столько, сколько хочешь, а мальчикам нужно внимание, и кого-то сильно этим напоминают! Став их наставником, ты одновременно стал и мамой, и папой! Ты позволяешь им украдкой красться за собой, вместо нормальных тренировок, еще и позволяешь себе этим гордиться! — Ирис давно не слышал, как Фред кричит и гневается. В последний раз это было, когда у врача не было морщин и круглого подбородка.
— Я делаю их самостоятельными!
— Правда? — хохотнул Фред. — И как тебе жить, самостоятельным?
— Ладно! — Кириан хлопнул по столу. — Раз ноют — пусть идут со мной на слежку. Уверен, им будет очень весело! Дай им ниток, может хоть браслетики сплетут, чтобы время с пользой провести!
Фред продолжил плести, затем негромко бросил:
— Ханна беременна. — Глаза Ириса расширились, он посмотрел на Хантера. У того от изумления поднялись брови. — От меня, — добавил Фред, бросая взгляд на командира.
— Точно? — демонстративно скривился Кириан. — От тебя?
— Пошел ты! — шикнул Фред и рассмеялся.
Тот посмеялся в ответ. Ирис и Хантер слабо улыбнулись. Мужчина закачал головой будто в бреду, его улыбка стала нелепой.
Демон не мог представить Фредерика Чарльза ответственным, порядочным и любящим отцом, и видимо, командир разделял его точку зрения. Не сразу до Ириса дошла мысль, что он находится в одном доме с мужчинами, которые уже прожили большую часть своей жизни, и ни у кого из них еще не было потомства.
Мысль его смутила. Он сжал колени вместе, выпрямил спину, расправил плечи и постарался серьезным взглядом посмотреть на Фреда. В голове нарисовался добрый папа, притворяющийся веселым, но отягощенным обязательствами.
Ирис улыбнулся, будто благословив на отцовство.
— И как ты? — спросил Хантер сиплым голосом и тут-же, прочистил горло.
— Нормально.
— Нормально? — поднял бровь Ирис.
— Я выпил много трав, — ответил Фред. — Очень много трав
— Незаметно, — пробормотал Ирис.
— Да, ладно! — Он наконец, отложил незаконченное изделие. — В нашем возрасте уже ненормально не иметь детей! — оправдался взрослый мужчина.
Снова никто не сдержался и громкий смех заполнил домик. Ирис от удовольствия нахождения в данной компании положил ногу на ногу и облокотился на подлокотник дивана. Рукой подпер подбородок.
— Я бы не стал допускать такой маленькой ошибки, — сказал Хантер и тут-же в его взгляде мелькнула печаль. Даже стыд. — Уже не потяну.
— Это не ошибка.
Гости замерли и переглянулись. Мужчина сказал, и как отрезал. Присутствующие с уважением кивнули, но судя по глубине, скорее поклонились.
Глава 13.
За окном темнело, кабинет отца погружался в полумрак. Мистер Барнетт с каждой пройденной минутой, передвигался ближе к изящному канделябру. Аддисон сидел на диване возле свечи и листал книгу, не читая.
На столике рядом остывал сладкий чай, который приготовила и принесла Рэйчел. Они практически не общались. Проходили мимо друг друга молча, Аддисон даже не смотрел на нее.
— Ты, чего тут? — поинтересовался отец, посмотрев на сына поверх очков с узкими линзами. Он с сочувствием смотрел на юношу, глаза были наполнены сожалением. Мужчина прочистил горло, положил бумаги на стол и объяснился: — Редко захаживал сюда, а сегодня? Что-то тревожит?
Аддисон захлопнул книгу и огни в комнате задрожали. Юноша чуть поддался вперед грудь и задал волнующий вопрос:
— Как близки вы были с мистером Линдом?
— Мистером Каррин, — исправил отец, он откинулся на спинку кресла. Улыбнулся так, будто наблюдал сладкий сон. — Когда твой дядя сбежал, после смерти дедушки, я взял на себя обязанности барона, хоть никогда и не готовился быть наследником.
Линд был сыном бывшего дворецкого — одного со мной возраста, он работал у нас садовником, а я попросил его стать моим другом и правой рукой. Он согласился.
Мы выросли вместе. Были лучшими друзьями, «друг за друга горой».
— Мило, — с искреннем удивлением простоте и наивности истории произнес Аддисон. — Сказочно. Благодаря ему у меня тоже есть друг — Анджелина. Чему я очень благодарен
— Она — прекрасна. Береги ее. — Закивал будто в безмятежном бреду отец. — На нее сейчас, трудно смотреть, ее трудно понять, но будь рядом. Этого достаточно.
— Конечно, — кивнул Аддисон. Наступило время для более трудного вопроса, который интересовал: — Что связывает маму с лордом Манлей и Хантером?
Лицо отца изменилось, будто кто-то ущипнул его под столом. Он поморщился.
— Твоя мама была помолвлена с лордом Манлей, но не официально — протянул он, с осторожностью подбирая слова. — А Хантер, был в нее влюблен с детства. Они не могли ее поделить, а Сара — Он хмыкнул и улыбнулся: — Выбрала меня. На одном из вечеров пригласила меня на танец, а я на это и не надеялся.
Конечно, я бы решился подойти к ней и сам. Позже но тогда, ты бы у нас появился только — сейчас, — усмехнулся Савьер.
Не дождавшись реакции, он поднялся из-за стола: сложил бумаги в стопки, вернул ручку на подставку, снял очки и положил на салфетку.
— Как закончишь, задуй свечи, пожалуйста, — попросил он. — И пересядь за стол — освещение ярче, не порти зрение!
Большими шагами он преодолел кабинет и вышел, оставив Аддисона наедине с кучей мыслей, например: мог ли быть его отцом лорд Манлей или сам Хантер? Юноша взмолился, что если в нем не гены Савьера, то пусть окажутся — охотника, а не заносчивого графа.
Дверь с треском распахнулась. На пороге стояла Анджелина, смертельно бледная, с расширенными от ужаса глазами. Будто в бреду.
— Ты мне нужен! Лакрим только что ушел домой, а я слышу сердца приближающихся охотников!
Аддисон вскочил, едва не расплескав чай. Не думая о верхней одежде, он бросился за сестрой. Та старалась сбавлять шаг, боясь, что юноша отстанет и затеряется в сумерках. Аддисон плохо ориентировался в полумраке.
Впереди, донеслись яростные крики.
— Нет! — завопила Анджелина.
— Ханс! — прозвучал еще один голос.
Аддисон выбежал на поляну и замер. Охотник, с которым он еще утром надеялся подружиться, Ханс, лежал мертвым у ног демона. Тело сползло с руки Астарота. Горячая кровь отскочила от снега. Демон скривил верхнюю губу и сбрызнул остатки.
Его половину лица обезображивал уродливый шрам. Сам глаз, что попал под удар, был обычным — как у людей, другой — расположенный на здоровой части, светился.
Демон шагнул к съежившемуся на снегу, залитому кровью Лакриму. Поднял его за руку, поставив на ноги, подошел к Анджелине и также ее схватил. Позади нее, на четвереньках стоял юноша на вид, чуть младше Аддисона. Его раны не были глубокими, но кровь уже окропила снег вокруг него. В сторону Ханса, Аддисон посмотреть не посмел.
Астарот, держа Анджелину и Лакрима, подтащил их к нему.
— Возьми его за руку! — приказал он девушке. — И представь свою комнату.
— Нет, — прошипела она.
— Тогда, твоего дружка, — он дернул Лакрима за руку, — Убьют. Думаешь, юнцов в одиночку сюда отправили?
С мольбой в глазах демон посмотрел на Анджелину. Она сжала руку Аддисона, зажмурилась — и мир взорвался вихрем. В мгновение они очутились посреди спальни, в тепле и тишине.
Астарот отпустил обоих:
— Ты обязан жизнью своей госпоже! — Он щелкнул Лакрима по носу. Зашел Анджелине за спину, с гордым видом обвил ее за плечи. Наклонился к ее уху и низко промурлыкал: — Спасаешь его уже второй раз. Мудрая предводительница от него бы уже избавилась.
— Тише! — прошипела девушка. Ее глаза были полностью демоническими, но Аддисона уже не пугал их вид и не завораживал. В нем было лишь оцепенение и горечь.
За секунду ее глаза приняли человеческий вид. Этот контроль и правда, вызвал в Аддисоне вспышку гордости за сестру.
— Давай так, Анжела. — Астарот провел тыльной стороной пальцев по щеке Анджелины. — По твоей вине, я убил мальца, что еще полноправного звания — «охотника» не добился. — Угроза в его голосе нарастала с каждым словом. — По твоей вине, твой клан пожирает невинное человеческое потомство, несчастных женщин и их мужей. — Его голос стал приторно сладким: — Я не буду убивать твоих близких. Обещаю. Но только, если ты мне доверишься и мы пройдем путь к твоему трону плечом к плечу.
— Нет, — выдохнула Анджелина, крепче сжав запястье Аддисона.
Астарот тут же оказался рядом с Лакримом. Его рука впилась в его горло, подняв его над полом.
— Не трогай его! — закричала Анджелина.
— Как жалко! — с искренним удивлением произнес Астарот, разглядывая Лакрима, как диковинную букашку. — Демон, ни разу не бывавший в Преисподней. Демон, что родился здесь и взрослеет, как жалкий человек. — Его взгляд, полный укоре, впился в Анджелину. — И все по твоей вине.
Увидев, как девушка побледнела, как задрожали ее губы, Астарот кротко улыбнулся. Его ногти впились в шею Лакрима. Тот зажмурился, хрипло замычал и беспомощно задергался. У Аддисона перехватило дыхание от увиденного, он сжал руку Анджелины. Теперь юноша понял, в чем состояла трудность выбора сестры. Он не знал, как поступил бы сам будучи на ее месте. «Наверное, как герой», — возникла в голове мысль. — «Пожертвовал бы собой ради близких».
— Хорошо! — сдалась Анджелина. — Ладно! Хорошо! Я согласна!
— Прекрасно. — Астарот отпустил горло Лакрима, подошел к окну растворил створки и выпрыгнул.
Анджелина расплакалась и упала на колени. Лицо ее покраснело, отчаяние отразилось в нем.
Лакрим опустился рядом с ней.
У Аддисона не двигались ноги. Детский восторг и рациональный страх смешались. Казалось, Астарот никуда не делся, а стоит прямо сейчас, за его спиной. Юноша испустил горестный стон.
Дом жил своей жизнью, но в комнате Анджелины вновь повисла скорбь. Лакрим обнимал ее, гладил по спине и позволил уткнуться носом в плечо. Его переполняла вина. Ему было жаль девушку и он, как мог пытался помочь.
— В тот день, когда Тейлор принес меня сюда, нас с отцом преследовала Стая Смерти Астарота — в отчаянии зашипела Анджелина, хватаясь за Лакрима, как утопающий за любую возможность выжить. Ее ногти вонзились в тело мальчика, но тот даже не кривился. — Отца нагнали, стали заклевывать он нес меня к Тейлору и тот, сам вышел навстречу и вытянул меня из этого месива.
— Тейлор поступил мудро, он принес тебя к тому, кому доверял больше всего твой отец, — отметил Аддисон.
— Да, но прошло много времени, и когда Тейлор вернулся мой отец уже обратился в пепел. Он погиб защищая меня от Астарота, а я сдалась так легко.
— Простите, госпожа — пролепетал Лакрим.
Девушка покачала головой, посмотрела на Аддисона и с ледяной интонацией приказала:
— Уходи.
Аддисон выскочил из комнаты и обернулся к закрывшимся за ним дверям.
Само существование комнаты в доме — пугало.
Он остался стоять в тишине, чтобы перевести дух.
***
В три часа ночи, Анджелина покинула спальню: сбежала по лестнице на первый этаж, через кухню вышла на улицу и не успела добраться до забора, как увидела желанный силуэт. Она знала. Чувствовала, что он рядом. Его сердцебиение, его ритм ни с чьим чужим девушка бы не спутала.
Скользнув через прутья, она бросилась к нему. Мужчина присел, протянул к ней руки, поймал и покружил. Опустил с предельной осторожностью так, что девушка совсем не ощутила головокружения.
— Так пришел! — воскликнула Анджелина.
Хантер рассмеялся, взял ее за руку и потянул вглубь зарослей. Анджелине же было плевать на то, что их мог кто-то увидеть.
— Простудишься ведь, — подметил Хантер, когда разглядел, что девушка вновь выскочила в платье и в не слишком теплой накидке на плечах.
— Не простужусь, — ответила она и остановилась. Мужчине пришлось остановиться тоже. — Не нужно так далеко уходить, меня по-прежнему могут потерять и я помолвлена, мы и так все рамки приличия игнорируем — протянула она и потупила взгляд. Девушка вдруг вспомнила, что о помолвке больше не было и речи.
Видно она изменилась в лице, ибо мужчина пальцем приподнял ее подбородок и спросил:
— Что-то случилось?
Глаза Хантера были такими-же карими, как у графа. Тоска и горечь захлестнули вмиг и глаза девушки намокли.
— Миледи?
— Матушка решила расторгнуть помолвку с лордом Манлей, — сообщила она не двигая губами.
— Почему? — Встревожился Хантерэто не было похоже на радость, отчего Анджелину бросило в жар от стыда.
— Не знаю
— Уверен, лорд Манлей, что-нибудь придумает, — пообещал Хантер. — Он ужасно жадный человек и ничего своего не отдаст. К тому же, любит перебирать бумаги среди которых есть договор о помолвке он найдет за что зацепиться и обязательно женится на вас, — сказал он и тут же рассмеялся: — Он страшный человек! От такого не сбежишь!
Анджелина скрестила руки на груди и насупилась.
— Вряд-ли он будет бороться — за меня, — произнесла девушка и тут-же натянула стыдливую улыбку. Ей было жаль себя, но выглядеть в глазах других жалкой она себе позволить не могла.
— Если не будет, то — отпустите и простите. — Хантер оставил подбородок девушки. — Человек он — немолодой, уж, простите нелепого. Вспоминайте добрым словом все равно он бы не стал вам достойным мужем. Он уже испорчен благами. — Он опустил голову и отошел от девушки. Оказавшись повернутым спиной к ней, добавил: — Он бы не смог сделать вас счастливой. К тому же, поговаривают, он настоящий — сердцеед
Стало совсем не до смеха и прогулки под звездами. Анджелина посмотрела на дом и ощутила тоску. Захотелось в теплую кровать.
Глава 14.
На обед было снова рагу. Даяна старалась не питаться в столовой, но Кириан не возвращался домой несколько дней подряд, а зимние ночи в одиночестве оказались тяжелым испытанием для юной девушки. Выли волки, ветер, демоны девушка перебралась обратно на базу, где всегда ждала ее кровать.
Никто не смел ее занимать. Остерегались гнева Хантера.
— Я услышала от Анис, что Ханс погиб. Будут похороны, но не знаю когда.
— Он снова вышел на вылазку без спроса, — сообщила Лада.
У Даяны волосы встали дыбом на макушке, а глаза наполнились влагой. Подобного услышать о сверстнике никогда и никто не ожидает услышать.
— Почему молчат? — спросила она.
Лада пожала плечами:
— Анис не скрывала.
В столовую зашел Дэниел, его шаги были медленными, размеренными, но громкими. Страшные шрамы на шее будто вспучились.
— Дорогие кадеты, — остановился он и объявил, — Завтра встретимся по привычному для нас, но все так же грустному поводу — похороны. Конкретнее объясним все завтра. Об этом мне только что сообщил Кириан, как понимаете, ему не до работы, поэтому, как его друг лично прошу вас его не беспокоить.
Подробностей не знаю и сейчас, не станем их выяснять. Все сообщат позже.
Прошу Даяну пожить немного со своими девочками в комнате.
— Кириан снова бухает, — подметил охотник постарше девушки.
— Не надо так, Мелл, — попросил Дэниел. Он прочистил горло и продолжил: — Многих здесь нет, прошу передать эту информацию.
Верю в вашу мудрость и уже умение принимать подобные вещи, как данность — тяжелый груз на нашей шее.
Никого заставлять идти не будем, но кто желает, знайте, что время попрощаться будет.
— Это так грустно — услышала шепот Анны Даяна. Девушка сцепив руки в замок, опустила голову и начала молиться.
— Не смогу не думать теперь, ни о чем другом, — произнесла Рейна и шмыгнув носом, повторила за Анной, вторив ее словам.
— Он был замечательным человеком
Большая часть вознесли руки к потолку и продолжили молитву.
Даяна не смогла выдавить и слово. Опустила голову, продолжила обедать. Из мыслей не уходило, что юноши, которому она так и не дала шанса, больше — нет.
Он ей нравился, возможно, будь она старше, то была бы способна на более глубокие чувства, но девушка была не против попробовать. Теперь, это было не нужно. Многое потеряло смысл.
Она встала из-за стола и направилась в мужское ответвление. Девушка будучи сестрой Кириана, Даяна пользовалась своей безнаказанностью, поэтому никто не обратил на нее внимания. Только изредка она ловила на себе сочувствующие взгляды. Они не скрывали своих ссор и бурно выясняли отношения, теперь зрителям ее жаль, а может себя, ведь «концертов» больше не предвещалось.
Оказавшись напротив двери комнаты Ханса, Даяна замерла, прежде, чем успела постучаться. Вздохнув громко, она опустила руку и отошла от двери.
Мысль о гибели соратника, будто не имела оснований. Девушка не верила. Все было слишком обычно.
Мир не перестал существовать.
Даяна направилась к себе под голоса других охотников, шепот и гогот:
— Откуда ты это узнал?
— Дэниел? Откуда ему знать?
— Он и сказал
— Никто ничего подробнее не знает?
Даяне захотелось, чтобы поскорее наступила ночь. День стал для нее пыткой. Хотелось заткнуть уши и уснуть, но даже там были девушки, что говорили о произошедшем без умолку.
Это было потрясением для всех, особенно для тех, кто впервые потерял соратника, но будто одной Даяне было об этом невыносимо думать и уж тем более произносить вслух. Казалось, тем самым она осквернит светлую память о Хансе. Хотя говорить ничего плохого девушка не собиралась. Она была ему благодарна за каждой подаренный миг.
Они не были друзьями. Не понимали друг друга, ругались. Имели огромное количество тем для споров и в основном на тему не складывающихся отношений, но она была ему благодарна. За все. За каждое слово сказанное ей в адрес, потраченное только — на нее.
Вечером вернулся Кириан. Молча, он прошел к трибуне, занял привычное место и объявил:
— Во время выслеживания одного из самых сильных демонов погиб наш соратник, ученик и друг — Ханс. Память о нем будет греть сердце и вызывать улыбку на лицах.
Завтра в двенадцать встретимся в церкви, а после похороним его на нашем кладбище.
Даяна попыталась поймать его взгляд, но Кириан ни в какую не смотрел в толпу. Оттого, что среди нее теперь не было пытливых и завороженных глаз
Ханс стал его первым учеником — его маленьким отрядом.
Где же он был сейчас? Куда вознесется его дух после отпевания? Вознесется ли?
— Ты пойдешь? — спросила шепотом Алекс.
За окном было темно, но девушки не могли угомониться и уснуть.
Даяна вздрогнула. Вопрос застал ее в расплох. Имела ли она права туда идти — еще не решила, но глубоко копалась в себе, как ей самой будет лучше поступить для собственного самочувствия?Она знала, что Кириан пойдет, но он имел полное право, а она? Даже не была настолько близка, насколько хотела бы стать в возможном будущем билась бы она за это будущее?
Насколько чиста душа охотника? Борются ли за нее на небесах с чертями ангелы?
Девушке не нравилось ночевать на базе и Алекс была одной из причин: почему. Даяна вздохнула и ответила:
— Не знаю, а думаешь, надо?
— Мы с Ксеей пойдем, — пожала плечами девушка.
Послышались шмыганья из-под одеяла Настасьи.
Даяна приподнялась на локоть:
— Ты плачешь?
— Не могу остановиться, — икнула девушка.
— Пойдешь?
Она вынырнула, челка слиплась на ее лбу:
— Конечно, но что надевать?
Даяна усмехнулась. Вопрос прозвучал несуразно и пугающе по бытовому.
— Черное Как-то так одеваются на похороны? И платок — ответила она.
— Хорошо, — икнула Настасья и разревелась.
Алекса бросилась ее утешать, а Даяна поднялась с кровати и выскользнула в коридор. Во тьме столкнулась с Анис, та шла обходить своих учеников.
— Ты тут! — воскликнула она. — Значит, Кириан
— У Фреда, — закончила за нее Даяна. — Готовится.
— Можем прогуляться, если желаешь, — предложила Анис.
— Завтра итак, нагуляемся, — буркнула Даяна и спустилась по стенке на пол. Прижала колени к груди, обхватила их руками.
— Конечно, нагуляемся, — передразнила Анис назидательным тоном. — Но, повод
— Бред! Еще и Кириан ушел Все шепчутся, что запьет, опять
— Боги! Да что у вас происходит? — возмутилась Анис. Она громко плюхнулась рядом: — Для Кириана Ханс был не просто, учеником. Ему и правда, станет тяжелее. Эмоции будет сдерживать труднее.
— Ханс вечно где-то пропадал, но возвращался
— Как и Кириан, — напомнила Анис. — Не выбирай мужа по типажу брата, если не хочешь поседеть к двадцати.
— Ты пойдешь?
— Конечно. Мы с ним не особо знакомы, но я явно не желала ребенку такой участи. Он был частью нашей жизни и проводить его думаю, было бы правильно.
Отправим его «в последний путь». Больше возможности его увидеть, у нас не случится.
— Бедный Кириан! — не выдержала Даяна и расплакалась.
Анис опустила ноги и мягко положила на колени голову девушки:
— У него есть. Ради тебя, он не оплошает.
Оплошает. Подумала про себя Даяна. Ради нее, он был будто ни на что не способен.
Забывал о том, что он -старший, и — мужчина. Ей был ближе Хантер, чем родной брат. Тот, больше занимал место отца, о хоть что-то.
Кириан же вел себя хуже дитя. Постоянно приходилось останавливать от совершения глупостей и утешать, чтобы не ушел в очередной запой.
И даже сейчас, при всей схожести с Хансем он не задумается о том, насколько близок к смерти и какую боль может причинить родным своей смертью. Это слишком глубокие мысли для его тупой головы. Будет бросаться на рожон без задней мысли, как и прежде. Ни о ком не задумываясь.
***
Тело Ханса было накрыто простыней и лежало на каталке. Белье было совершенно новым — Фред редко позволял себе роскошь спать на новых наборах. Белоснежными тканями бывший охотник предпочитал укрывать тела погибших.
Хантер опустил уголок простыни и произнес:
— Спи спокойно. — Не поднимая головы, он отошел к остальным. — Обещаю отомстить.
Фред с сочувствием положил руку охотнику на плечо и слегка сжал. Хантер продолжал задумчиво смотреть в пол. Ирис и Андерс молчали. Про себя демон повторил слова командира и также опустил голову.
Кириана в доме не было. Мужчина долго переживал подобные удары, поэтому предпочитал не оплакивать погибших с остальными и не подходить к телам.
— Я ничего не сделал — выпалил Андерс. — Почему? — Он шмыгнул носом и вытер рукавом куртки скопившиеся сопли под кончиком носа.
— Попытался бы вмешаться, лежал бы рядом, — сказал жестокую, но правду Хантер.
Ирис кивнул. Ведь попробовал бы он воспрепятствовать отцу, то тоже бы погиб от его руки.
С улицы раздался душераздирающий крик Кириана, быстро перешедший в отчаянное рыдание, от которого даже в жилах демона застыла кровь. Ирис перестал дышать — не потому что не мог, а потому что не мог заставить кислород протиснуться в легкие.
