Воркута. Лестница А Холодный Рассвет

Дима поднял взгляд — глаза ледяные, уставился на шинель в руках Игоря, потом на распахнутую дверь. В голосе его звучала суровая укоризна, хотя и с ноткой насмешки:

— Игорь, ну ты даёшь! Я просил тебя посторожить опорный пункт, дверь не оставлять. А ты? Ушёл самовольно, да ещё и напялил эту капитанскую шинель! Я лейтенант, а ты, получается, капитан. Мне теперь при встрече честь отдавать?

Игорь стоял с поникшей головой, весь виноватый. Он аккуратно положил шинель на стол и начал сбивчиво, но честно рассказывать всё как было: и про хулиганов в магазине, и про то, что Дима был недоступен, и как он, от отчаяния, притворился полицейским, чтобы разогнать бандитов. Голос дрожал, он без конца просил прощения:

— Дима, прости, я знаю, что нарушил закон, нельзя было форму надевать и притворяться. Но там Настя была в опасности, другого выхода просто не было. Поверь, я больше никогда так не сделаю.

Семён тоже поспешил на помощь, объяснил обстановку. А следом за ним в опорный пункт полиции вошла Настя и тоже начала извиняться, виновато опустив глаза.

Дима выслушал всё до конца. Гнев на его лице мгновенно угас, сменившись сначала болью, а потом стыдом.

Ему стало больно за Настю, он корил себя за то, что телефон сел и он не смог вовремя прийти на помощь. А ещё ему стало стыдно за то, что он накричал на Игоря. Ведь Игорь спасал Настю и старика, защищал невинных людей. Поступил он, конечно, незаконно, но вынужденно. И главное — всё обошлось, хулиганы разбежались, никто не пострадал.

Дима вздохнул, смягчился, положил руку на плечо Игорю:

— Ладно, проехали. Ситуация была безвыходной, ты поступил как мог. В этот раз прощаю. Но впредь — ни-ни. Притворяться полицейским — это серьёзное нарушение. Хорошо, что всё обошлось, а могло быть совсем иначе. К тому же сейчас Россия, а ты надел советскую форму — юридически это уже не действующее обмундирование, так что формально состав лёгкий. Но в последний раз. Запомнил?

Игорь даже не ожидал такого быстрого прощения. На глазах выступили слёзы благодарности. Он закивал:

— Запомнил, на всю жизнь запомнил. Спасибо тебе, Дима.

Дима махнул рукой, попросил повесить шинель обратно на стену и строго наказал больше к ней не прикасаться:

— Повесь на место и забудь. Считай, ничего не было.

Игорь бережно повесил шинель, а потом выложил на стол пакет с продуктами, улыбнувшись:

— Это хозяин магазина передал. Спасибо, говорит, что разогнали вымогателей. Больше никто не посмеет сунуться к нему за данью.

Кризис миновал, недопонимание уладилось. С души у всех четверых свалился тяжёлый камень.

Тут Дима поделился с Игорем и Семёном новостями из администрации:

— Не волнуйтесь насчёт воды, света и тепла. Всё решено. Эти чинуши теперь трясутся, боятся московской проверки. Через неделю — обещали — подключат. Больше не придётся мёрзнуть.

У Семёна и Игоря от радости глаза засветились, лица расплылись в улыбках. Благодарность переполняла их.

Вечером, когда Настя вернулась с работы, они накрыли ужин.

Смеркалось. В опорном пункте было тепло и уютно. Дима снова достал водку, выложил на стол всё, что дал старик: колбасу, хлеб, консервы, молоко. Собралась целая снедь — простая, но от души.

Вчетвером они сели за стол, подняли миски с водкой и переглянулись с улыбкой.

Дима посмотрел на троих друзей и сказал искренне:

— Ну, сегодняшние неприятности позади. Спасибо Игорю, что не струсил, заступился за Настю и за дядю Васю. Спасибо всем вам, что помогли обустроить опорный пункт. Мы теперь как одна семья. Будем друг другу опорой. Никто нас больше не обидит. А жизнь обязательно наладится.

Игорь улыбнулся в ответ:

— Какая семья? Одна семья! Спасибо говорить не надо. Будем вместе зарабатывать, вместе долг отдавать, вместе жить да поживать.

Семён и Настя счастливо закивали, в глазах — светлая надежда.

Четыре миски звонко чокнулись. Они выпили до дна. Жгучая водка обожгла горло и разлилась теплом, а смех и шутки наполнили маленький, заново рождённый опорный пункт, который пятнадцать лет был нем и пуст.

За окном по-прежнему выл ветер, но в комнате было тепло — от дружбы, от справедливости, от простого человеческого участия. Всё это разгоняло холод и невзгоды.

Дима взглянул на советскую шинель на стене, потом на друзей. Сердце его наполнилось уверенностью. Он не зря отказался от московской карьеры и приехал в этот ледяной край. Ради таких людей — искренних, смелых, надёжных — он готов нести службу где угодно. Теперь он точно знал: всё не зря.

Игорь тоже успокоился. Посмотрел на Настю, на Диму, на Семёна, подумал о доме, где скоро появятся вода, свет и батареи. Давление долга, горечь трудной жизни — всё это вдруг стало казаться таким незначительным. Главное, что они вместе, что у них есть опора и будущее.

Обещанная неделя до подключения коммуникаций близилась к концу. Тепло уже подступало к стенам этой заброшенной хрущёвки. А дружба четверых была нерушима.

В этом забытом богом доме у самого Полярного круга, в этом ожившем опорном пункте четыре обычных человека — каждый по-своему — начинали писать свою историю. Тёплую, дерзкую, полную надежды. И впереди у них было много света.

Глава 6. Ледяной дом стал тёплым: мечта сбылась

Эффективность воркутинских государственных ведомств под давлением полномочий из Москвы превзошла все ожидания.

Уже на следующий день после того, как Дима побывал в администрации — на второй день из обещанной недели — большая бригада рабочих прибыла в пятую хрущёвку. Они привезли полный набор инструментов, электрических кабелей, водопроводных труб и отопительных деталей. В доме, который простоял заброшенным пятнадцать лет, наконец раздались удары молотков. Звуки ремонта разносились по пустому кварталу, словно увертюра к новой жизни этого давно забытого здания.

Игорь, Семён и Настя с самого утра дежурили внизу. Дима специально отпросился с работы. Вчетвером они стояли у подъезда, не отрывая глаз от хода ремонта, дышали очень тихо и боялись пропустить этот исторический момент.

Работы продолжались с раннего утра до позднего вечера пятых суток. Монтажники не теряли времени даром: прокладывали новую электрическую проводку, монтировали водопроводные трубы, ремонтировали отопительные стояки. Все ветхие провода полностью заменили, повреждённые трубы снова соединили, а заклинившие вентили отопительной системы отремонтировали один за другим. С каждым новым этапом работ сердце у четверых друзей билось всё чаще.

Через несколько дней солнце клонилось к закату, и золотистые лучи легли на стены жилого дома. Последний рабочий плотно затянул вентиль отопительной системы, поднялся, вытер пот со лба и крикнул Диме и Игорю, которые ждали рядом:

— Товарищ лейтенант! Всё сделано! Вода, электричество и отопление полностью подключены, проверяйте — всё работает исправно!

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба и мгновенно наполнили сердца четверых безграничной радостью.

Игорь дрожал от волнения, быстро взбежал на пятый этаж, вошёл в квартиру и дрожащей рукой нажал на выключатель на стене.

«Щёлк!» — и тусклый, тёплый свет мгновенно наполнил всё помещение. Он разогнал многолетнюю тьму и холод, осветил облупившиеся стены, столы и стулья у костра, а также взволнованные лица четырёх друзей.

Загорелся свет! Он действительно загорелся!

Они жили в этом холодном неотделанном помещении очень долго. Раньше они освещали комнату только костром, а днём довольствовались естественным светом, передвигались на ощупь. Теперь у них появилось электричество! Больше не нужно бродить в темноте, по ночам их теперь окружает тёплый свет.

— Свет дали! У нас есть свет! — Настя закрыла рот рукой, её глаза сразу покраснели, и по щекам потекли слёзы. Это были не слёзы горя, а слёзы радости и облегчения после долгих лишений. Она подошла к лампе и осторожно коснулась её тёплой поверхности — в душе стало невероятно уютно.

Семён тоже ликовал, бегал по комнате круг за кругом и повторял без остановки:

— Есть лампа! Больше не придётся сидеть в темноте! Как же здорово!

Затем Игорь побежал на кухню и повернул кран. Чистая вода шумно потекла из крана — она была прозрачной, без мути и перебоев.

— У нас есть и вода! — воскликнул Игорь, в его голосе слышалась еле сдерживаемая дрожь. Он подставил ладони под холодную струю, и этот холод вызвал в его душе волну тепла. Теперь им не нужно было топить снег внизу или ходить далеко за водой — в доме появился полноценный водопровод.

Дима подошёл к отопительной батарее и коснулся её поверхности. Сначала она была ледяной, но вскоре постепенно стала тёплой, а потом и горячей. Тепло медленно распространялось по всей комнате, вытесняя холод, который копился здесь пятнадцать лет. Даже холодный цементный пол постепенно прогрелся.

— Батареи тоже нагрелись! Всё подключено, всё работает! — Дима смотрел на происходящее с огромным облегчением, на его лице появилась долгожданная спокойная улыбка. Он добился справедливости для друзей: теперь им не придётся мёрзнуть в холодной комнате и вести примитивный образ жизни без воды и электричества.

В этот момент четверо друзей стояли в тёплой, светлой комнате, глядели на горящую лампу, текущую воду и нагретые батареи. Они больше не сдерживали волнения, обнялись и закричали от радости. Их смех разносился по комнате и долго не затихал.

Вот оно, вознаграждение за все страдания.

В этом суровом городке у самого Полярного круга, в этом заброшенном пятнадцать лет доме у них наконец появился настоящий дом с водой, электричеством и отоплением — место, где можно укрыться от ветра и стужи, тёплое и уютное.

Чтобы отпраздновать этот долгожданный момент, друзья решили устроить небольшой праздник. Настя встала за плиту, помыла продукты под проточной водой, сварила густой борщ, поджарила сосиски и испекла чёрный хлеб. Игорь достал водку, купленную несколько дней назад, а Дима принёс из опорного пункта пакет варёных свиных ушей, приобретённых в городке. Стол был заставлен разными яствами.

В комнате царил тёплый свет, от батарей шло тепло, по воздуху разносились ароматы еды и водки.

Четверо друзей сели за стол, подняли рюмки, и на их лицах играли счастливые улыбки.

Игорь поднял свою рюмку, посмотрел на Диму, его голос дрожал от благодарности:

— Дима, мой дорогой друг! Я никогда не забуду всё, что ты для нас сделал. Если бы не ты, мы не знаем, сколько ещё пришлось бы мучиться. Спасибо тебе!

— Мы же друзья, не стоит таких слов, — с улыбкой поднял рюмку и Дима, его взгляд был искренним. — Моя прямая обязанность как участкового — позаботиться о благополучии жителей своего района. Теперь мы будем спокойно и счастливо жить в этом тёплом доме.

Настя и Семён тоже подняли рюмки, в глазах — радость и благодарность. Звон бокалов, водка обожгла горло, тепло разлилось по телу. Все страдания, все муки в этот миг исчезли, остались только тепло и счастье.

Этой ночью они пили допоздна. Без суеты, без шума — только семейное тепло вокруг одного стола. Ледяной дом наконец согрелся, и души тоже согрелись.

После того как появились вода, свет и отопление, жизнь пошла гладко. Две недели пролетели как миг.

Торговля Игоря уже вошла в колею, наступила стабильность. С таким участковым, как Дима, никакие хулиганы не смели связываться. Шахтёры ему доверяли, постоянных клиентов становилось всё больше. Кроме сигарет, водки и шахтёрского инструмента, он брался за доставку, мелкие поручения, перевозку грузов. Каждый день — рано утром уходит, поздно вечером возвращается, тяжело, но доходы хорошие.

Он больше не экономил каждую копейку, не голодал и не мёрз. Каждый день приносил реальные деньги. Семён работал с ним, шустро, без жалоб, стал его правой рукой. Настя днём — в магазине, вечером — дома: готовит, убирает, ждёт их с горячим ужином. Жили тихо и тепло, по-домашнему.

Дима по-прежнему нёс службу в опорном пункте внизу. Каждый день — патруль, обходы, хотя на участке был только Игорь со своими. Он исправно делал своё дело, а в свободное время поднимался наверх, помогал по хозяйству, вместе с ними ужинал, болтал. Давно врос в эту маленькую семью — всё общее.

Однажды вечером Игорь с Семёном вернулись с работы, Настя уже приготовила ужин, Дима сидел за столом — ждал их.

Сели есть. Только начали — Дима вдруг отложил вилку, достал из своей сумки толстый конверт и положил перед Игорем. Сказал серьёзно, глядя в глаза:

— Игорь, здесь тридцать тысяч рублей. Возьми.

Игорь опешил, уставился на конверт, потом на Диму:

— Дима, ты чего? Я не могу взять твои деньги.

— Послушай, — Дима улыбнулся, но в голосе звучала твёрдость. — Я каждый день к вам хожу обедать, а когда поздно, остаюсь ночевать на вашей кухне. В опорном пункте тоже можно жить, но там бездушно, не то что у вас. Тридцать тысяч — это как квартирная плата за то, что я живу у вас на кухне, и за еду. Ты должен их взять.

Игорь решительно замотал головой, отодвинул конверт:

— Нет-нет, тридцать тысяч — это слишком много! Мы же братья! Мы только рады, что ты здесь живёшь. Какая квартирная плата? Если по-честному — восемьсот рублей в месяц хватило бы, для порядку. Больше я не возьму.

— Что я могу сделать на восемьсот рублей? — Дима снова пододвинул конверт, похлопал Игоря по плечу с упрямой ноткой. — Я знаю, ты должен за квартиру, тебе тяжело. Не отказывайся. Считай, я помогаю тебе отдать долг. Мы же братья — не надо считать, кто кому сколько должен. Твои трудности — это мои трудности.

— Но это слишком много — Игорь растрогался, глаза защипало, он хотел отказаться.

— Никаких «но». Бери. — Дима перебил твёрдо. — Мы — одна семья. К чему эта бухгалтерия? Бери и гаси долг. Потом вздохнёшь свободно и заживёшь спокойно.

Настя тоже поддержала:

— Игорь, Дима от души. Возьми. С этими деньгами мы закроем весь долг.

Семён кивнул:

— Да, Игорёк, бери. Дима по-настоящему хочет помочь.

Игорь смотрел в искренние глаза Димы, слушал Настю и Семёна. Отказаться не смог. Сжал в руке конверт — тепло разлилось по груди. Все слова уместились в одно:

— Дима, брат Навек!

— Навек, — улыбнулся Дима. Они посмотрели друг на друга, и братство, не требующее слов, повисло в воздухе.

Наутро Игорь с деньгами отправился к дяде Володе. Сложил всё, что заработал за последние дни, плюс премию от полиции и деньги Димы, и полностью расплатился с долгом — отдал последние девяносто тысяч.

Держа в руках расписку о погашении долга, Игорь стоял во дворе у дяди Володи, смотрел на бумажку. Камень, который висел на душе несколько месяцев, наконец упал.

Без долгов и дышится легко. Вот что значит свобода.

С того дня, как он занял деньги на квартиру, потом перебивался случайными заработками, а потом Дима протянул руку помощи — прошло несколько месяцев мытарств. И вот всё кончилось. У него был свой дом — без единого долга, полностью, абсолютно его собственный.

Вернувшись домой, Игорь объявил новость. Настя бросилась его обнимать, Семён закричал от радости, Дима искренне обрадовался за друга. Они снова подняли рюмки — за полное освобождение от долгов, за то, что горькое осталось позади.

После того как долг был закрыт, у Игоря ещё остались кое-какие деньги. Он посоветовался с домашними и решил — пора сделать ремонт. Чтобы из голой бетонной коробки получился настоящий тёплый уютный дом.

Вместе поехали на мебельный рынок Воркуты. Долго выбирали материалы и мебель: купили обои небесно-голубые, мягкие, тёплого оттенка; взяли матовую пенную плитку молочного цвета — на пол, нескользящую и тёплую; выбрали новую люстру и бра тёплого жёлтого света взамен старых ржавых; нашли по объявлению в интернете подержанный деревянный диван, обеденный стол, шкаф — пусть бэушные, но крепкие, чистые, добротные. Купили новые шторы, скатерть, пледы. Каждую мелочь выбирали с любовью, с надеждой на то, что дом наконец станет по-настоящему своим.

В следующие несколько дней они вчетвером сами взялись за ремонт — не стали нанимать рабочих. Сами клеили обои, укладывали пенную плитку, меняли светильники, расставляли мебель.

Семён был самым сильным, он таскал мебель и убирал пол во время ремонта. Настя была очень аккуратной: клеила обои, вешала шторы и занималась текстильным декором. Игорь взял на себя технические работы: менял светильники, закреплял мебель и ремонтировал повреждённые участки стен. Дима также отложил служебные дела на время и приходил помогать — подавал инструменты, подносил необходимые вещи. Все работали с большим воодушевлением.

В помещении было много пыли, повсюду мелькали фигуры занятых людей, но вокруг не смолкали смех и весёлые разговоры.

— Игорь, обои немного сместились вправо, подвинь их левее, чтобы получилось ровнее.

— Семён, неси диван осторожнее, не повредишь стену!

— Настя, эти шторы отлично смотрятся здесь, в комнате стало полно уюта.

— Дима, подай отвёртку, спасибо, брат.

Голоса людей, смех и стук инструментов сливались воедино, образуя самую прекрасную мелодию.

Всего за несколько дней холодная неотделанная бетонная комната полностью преобразилась. На стенах были наклеены небесно-голубые обои — чистые и тёплые. На пол уложили матовую пенную плитку молочного цвета, мягкую и тёплую. Новые светильники заливали помещение мягким тёплым светом. Подержанный, но прочный диван и обеденный стол были покрыты пёстрой скатертью и пушистыми пледами, вся мебель стояла аккуратно. Когда они задёрнули шторы, холодный ветер с улицы сразу перестал беспокоить, в комнате царило тепло и покой. В каждом углу чувствовался настоящий дух дома, не осталось и следа от старого заброшенного помещения.

Стоя в полностью отремонтированной квартире, четверо друзей окидывали взглядом результаты своего труда, в их глазах сияли чувство удовлетворения и счастье.

Это было не временное пристанище, а настоящий дом — тёплый, уютный, общий дом для них четверых.

Ремонт был завершен, жизнь стала спокойной и приятной. Прошла ещё одна неделя.

Дима периодически, как и прежде, ездил в главное управление полиции Воркуты на совещания и для сдачи служебных рапортов. В этот день он вошёл в кабинет, где находился начальник Управления внутренних дел Николай Иванович, приехавший с рабочей проверкой. У начальника появилась неожиданная идея. Он подошёл к Диме с толстой папкой документов, с горькой усмешкой положил папку на стол.

— Дима, посмотри. У нас накопилось множество затянувшихся нераскрытых уголовных дел со времён СССР. Десятилетиями их не удавалось раскрыть, здесь также содержатся списки разыскиваемых преступников — все это висячие дела. — Начальник тяжело вздохнул, в его голосе слышалась безысходность. — Эти люди совершили преступления много лет назад. Из-за недостатков криминалистической техники того времени большинство из них давно скрылось от следствия. Кто-то, вероятно, умер, а кто-то сбежал за границу. За десятки лет не появилось ни одной зацепки. Мы проводили повторные проверки многократно, но безрезультатно. Эти дела стали безнадёжными.

Дима взял папку и открыл список разыскиваемых. На пожелтевших листах плотно были написаны имена, размещены размытые старые фотографии и описания преступлений. Почерк на бумаге частично стёрся. Это были дела тридцати — сорокалетней давности: кражи, грабежи, крупные экономические преступления, а также дела в отношении лиц, скрывающихся от следствия. Каждое из этих дел лежало без движения десятилетиями и стало настоящей головной болью для воркутинской полиции.

Дима бегло просмотрел документы, невольно усмехнулся и покачал головой:

— Прошло столько лет, все нити расследования давно оборваны. Найти этих людей в огромном мире труднее, чем подняться на небо. Похоже, эти дела никогда не удастся раскрыть.

— Согласен с тобой, — начальник сел напротив него, отпил чай. В его голосе появились шутливые нотки, но он говорил очень серьёзно. — Дима, ты талантливый выпускник из Москвы, обладаешь знаниями и способностями, всё управление возлагает на тебя большие надежды. Скажу прямо: если ты сумеешь выявить и задержать хотя бы одного из этих старых разыскиваемых преступников, я немедленно подам ходатайство о твоём повышении в должности. Ты перейдёшь из лейтенантов в старшие лейтенанты. Мы повысим твой оклад и служебный ранг, я держу своё слово.

Дима немного удивился, затем улыбнулся. Предложение было заманчивым, но он отлично понимал, насколько сложна эта задача:

— Товарищ полковник, это невероятно сложно. Это многолетние дела, нет никаких зацепок. Боюсь, мне не под силу справиться с этим.

— В жизни всякое случается, — начальник похлопал его по плечу и улыбнулся. — Ты молодой, полон энергии и энтузиазма. Возможно, тебе повезёт. Работай, я верю в тебя.

Дима кивнул и убрал папку с документами. Он не питал особых надежд на успех, но запомнил данное обещание. Звание старшего лейтенанта — это не только почёт, но и признание его служебных заслуг. Если появится подходящая возможность, он обязательно её использует.

В это же время Игорю для ведения торговли понадобилась банковская дебетовая карта. Она облегчала переводы денежных средств клиентов и позволяла нормально оборачивать капитал. Во второй половине дня он выкроил свободное время и пошёл в центральный сберегательный банк Воркуты, чтобы оформить банковскую карту и открыть счёт.

В банке посетителей было немного. Игорь получил электронный талон и сел в зале ожидания. Случайно подняв голову, он заметил рядом с банкоматом невысокого щуплого мужчину в тёмной верхней одежде, шапке и медицинской маске. Мужчина полностью укутался, так что были видны только его глаза. Он вёл себя скрытно и подозрительно, постоянно озирался по сторонам.

В руках мужчина держал толстую пачку наличных средств. Он укладывал деньги в банкомат одна пачка за другой — сумма была очевидно крупной.

Игорь не придал этому случаю особого значения. Он решил, что перед ним обычный предприниматель, который проводит оборот средств и вносит выручку на счёт. Для бизнесменов крупные вклады — обычное явление, и Игорь даже немного позавидовал ему. Когда подошла его очередь, он подошёл к кассовому окну, оформил дебетовую банковскую карту и покинул банк.

Вернувшись домой, Игорь вместе с Настей старался освоить работу с мобильным приложением банка. В процессе Настя обнаружила, что банковский сотрудник без его согласия подключил несколько лишних инвестиционных услуг. С этих услуг регулярно списывались деньги, а отключить их было крайне сложно.

На следующий день Игорь пришёл в банк в плохом настроении и потребовал отменить все навязанные услуги.

У кассового окна он почувствовал сильное негодование. Он оформлял только дебетовую карту и не просил подключать никакие дополнительные опции, но банк самовольно добавил лишние сервисы — подобные действия были совершенно недопустимы. Сдерживая гнев, Игорь потребовал от сотрудника немедленно отключить все лишние услуги и указал на его непрофессиональную работу. Сотрудник многократно извинялся, объясняя всё сбоем системы, а не своей виной, и пообещал исправить ситуацию сразу.

В тот момент, когда Игорь оформлял отмену услуг, он краем глаза снова увидел того самого мужчину, который вчера вносил крупные суммы на счёт.

Мужчина был одет точно так же: в шапку и маску, его взгляд был насторожённым, а в руках он снова держал крупную пачку наличных. Сумма вклада опять оказалась очень большой.

Игоря охватило любопытство. Как так получилось, что этот человек пришёл в банк второй день подряд, чтобы вносить крупные денежные суммы?

Он не подал внешнего вида, продолжил общаться с банковским сотрудником, но постоянно следил за подозрительным мужчиной краем глаза.

Вскоре он заметил странные детали в поведении незнакомца.

Во время внесения денег мужчина доставал несколько банковских карт разных цветов, выпущенных разными банками. После внесения очередной суммы он сразу менял карту. Все движения он совершал быстро и скрытно, опасаясь, что кто-то его заметит. Закончив операции, он мгновенно спрятал карты, оглядел всё помещение и, убедившись, что за ним не наблюдают, быстрым шагом вышел из банка. Его лицо выражало испуг и постоянную настороженность.

Игорь стал ещё более бдительным. Он наклонился к сотруднику и тихо спросил:

— Скажите, этот мужчина часто приходит сюда, чтобы вносить крупные суммы? Я видел его вчера, а сегодня он появился снова. Его поведение выглядит очень странно.

Сотрудник посмотрел в указанную сторону, тяжело вздохнул и ответил шёпотом: