Здоровые отношения и детство. Травле/буллингу – нет! Здоровой атмосфере – да!

Здоровые отношения и детство

Травле/буллингу — нет! Здоровой атмосфере — да!

Татьяна Аржаева

© Татьяна Аржаева, 2026

ISBN 978-5-0069-9163-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Жизнь продолжается

Стихи Татьяны Аржаевой

на одноименное прекрасное музыкальное

произведение композитора

Хусейна Абдулаева

Куплет 1: Тьма порой приходит — Мы ее не ждем, Боль с собой приносит, Грусть, печаль с дождем. Битва длится вечно Зла со злом, с добром. Ждем ее конечность В доме душ земном. Припев 1: Мы уйдем в закат, Чтоб уйти в рассвет — Там, где жизни много, Там, где ночи нет. (2 раза) Солнце сядет и взойдет! Куплет 2: Свет порой приходит, Когда его не ждем, Радость он приносит, Счастье быть вдвоем. Дом любя построить — Детства, смеха весть. Горечь бед он смоет — Жизнь снова есть. Припев 2: Мы уйдем в закат, Чтоб уйти в рассвет — Там, где жизни много Там, где ночи нет. (2 раза) Солнце сядет и взойдет! После ночи есть рассвет. Солнце сядет и взойдет! После ночи есть рассвет. Солнце сядет и взойдет!

Благодарность

Буллинг, травля — это не игра и не шутка. Это — драма, которая имеет последствия для всех — буллера, жертвы, свидетелей, родителей всех названных участников, потому что они тоже участники этого, учителей, администрации школы и пр. Хочется это признавать или нет, но это так.

Последствия буллинга могут быть очень серьезными. Я приведу лишь один пример, без имен. Родители потеряли ребенка, которого травили в школе. Ребенок вышел из окна, так как не смог справиться. Знают или не знают буллеры, что случилось — неважно. Это в любом случае будет на их совести. Как и на совести тех, кто травлю замалчивал, покрывал, тем самым внося вклад вот в такой итог.

Кем бы вы ни были в истории про буллинг, вы никогда не знаете степень силы драматичности последствий. Но вы точно можете быть уверены — драматические последствия есть, разные, и их очень много. Они остаются надолго, порой на всю жизнь, порой обрывая эту самую жизнь. Они есть для всех участников этого, независимо от того, осознали они то, что они связаны с травлей, или нет.

Дети, которые стали жертвами буллинга, и их родители, проходят через ад. Очень редко кому удается выйти из этой ситуации без ощутимых проблем, чаще их не осознают и не связывают с этим (это один из механизмов защиты). Но гораздо чаще, к сожалению, слишком часто, эти проблемы есть и порой очень серьезные.

Одна из причин, по которой буллинг (как и любое другое насилие) процветает, — это… молчание.

Молчат все: пострадавшие, свидетели, буллеры, учителя, администрация школы, родители, порой те же сотрудники отделов по делам несовершеннолетних, чиновники тех или иных инстанций. Каждый по своей причине. Кто-то из-за стыда, кто-то из-за вины, кто-то из-за страха, кто-то из-за желания выслужиться и получить свою порцию лояльности, кто-то из-за всего сразу. Выберите свой вариант, если вы молчите.

Именно поэтому я решила ГОВОРИТЬ и НАПИСАТЬ.

И призываю к этому вас, так как последствия травли достаточно серьезны и драматичны, чтоб об этом молчать.

Эта книга о том, что делать — реально что делать, — если вы оказались в такой ситуации.

Если вы оказались пострадавшей стороной — ребенок, подросток, родитель, близкие, наблюдавшей стороной, и если вы тот самый буллер, родители буллера (да, книга в том числе и для вас). Как выйти из этой ситуации — быстрее, с минимальными потерями, насколько это возможно.

Эта книга для учителей и сотрудников администрации школы, для чиновников и власти, ведь именно они создали и поддерживают систему, в которой буллинг (систематическое насилие) разрастается огромными темпами, но предпочитают на это закрывать глаза, обвиняя кого угодно — родителей, детей, интернет, школы и учителей вместо того, чтоб признаться в своей некомпетентности и заблуждениях.

Повод для написания — мой сын столкнулся с травлей от 2 одноклассников в 1-м классе. Это школа для музыкально одаренных детей, в которую он поступил, сдав экзамен по сольфеджио, фортепиано и пройдя оценку готовности к школе, в том числе психологическую, которую проводил будущий классный руководитель.

В классе было всего 5 человек — 4 мальчика и 1 девочка, включая моего сына.

Он проучился в этой школе всего месяц, в течение которого 2 одноклассника:

• предлагали схему «1 000 рублей — будем дружить», «телефон — будем дружить»;

• прямо ему говорили о том, что не хотят, чтоб он учился в этой школе, хотят, чтоб он из нее ушел, иначе его убьют;

• регулярно поодиночке и вдвоем ставили подножки, били ногами между ног, по спине со спины, руками по голове, тыкали руками и разными предметами в голову, в спину со спины, это не считая оскорблений, дразнилок и пр.;

• нанесли травмы — сначала гематома виска, потом порез у глаза в опасной близости глаза — в 2 мм, затем нижней части лица — содрана кожа полосой 7 см, кровоподтек нижней губы и десны;

• многое другое.

Многие из описанных вещей происходили на глазах классного руководителя, которая заняла позицию:

• игнорирования (в том числе про порез у глаза), замалчивания;

• «ничего не вижу, ничего не знаю, делать ничего не буду»;

• «это же все так по-детски» (про буллеров).

Но наказывала, отчитывала при этом моего сына, а когда тот жаловался, что его бьют, то требовала, чтоб он закрыл свой рот, угрожала отвести его к директору или вызвать меня (я была свидетелем этого), возмущалась, когда я изучала камеры после последней травмы: «Что вы тут смотрите, выискиваете?».

Также обозначила, что не любит родителей-«писак» и что у моего ребенка есть проблемы («интеллект не поврежден, повреждено что-то другое» — без уточнений, что именно). Правда, о том, что эти проблемы есть, она сказала только тогда, когда на горизонте после последней травмы появилась сотрудница ПДН (по делам несовершеннолетних).

Предложила мне за мой счет (мне их оплатить) найти и проводить занятия с психологом для всего класса.

От каких-либо действий по налаживанию обстановки в классе она отказалась. Предложений, плана работ по нормализации обстановки не было.

В документах для ПДН, которые мы получили по запросу адвоката, от этого учителя есть масса лжи и недостоверных фактов, искажения фактов, как, впрочем, и в ответе Министерству культуры. Что вызывает глобальный вопрос о нравственности, учительской и педагогической этике этого специалиста, школы. Но самой большой вишенкой на этом торте безнравственности является то, что сотруднику ПДН школа показала не то видео, на котором была драка, с последней травмой, а с другой перемены с соответствующими комментариями. Таким образом, мы в 1-м классе столкнулись сразу с 2 видами буллинга — детским и педагогическим (причем в последнем присутствует не только желание снять с себя ответственность ценой пострадавшего ребенка, но и циничная месть).

Сам директор школы очень переживал, чтоб я ничего не записывала на диктофон на собрании. А также продемонстрировал любовь к манипуляциям и «шоу», по итогам которых складывается отчетливое понимание, что делать в этой школе нечего — это не музыкальная школа, а бойцовский клуб и место выживания, в котором равнодушно пройдут мимо насилия или будут имитировать участие, но только затем, чтоб подвести к двери школы, надеясь, что на диктофон все же никто ничего не записывает. Особенно если учесть то, что мне рассказали библиотекарь и руководитель школьного оркестра, когда я пришла в библиотеку сдавать учебники.

Завуч по учебно-воспитательной работе ничего не предложила сделать в классе, лишь выразила надежду, что мой ребенок не обозлится (этими словами де-факто признав наличие проблем в классе и травли). Рассказала о сложных детях, которые у них есть в школе, в том числе о каком-то мальчике, который бегал по стенам школы. С учетом того, что завуч выразила пожелание, чтоб мой ребенок не обозлился, отмечу: для этого у ребенка (как и любого взрослого) должно быть очень много любви, сострадания в душе. Когда взрослые желают этого от детей 7—8 лет, было бы хорошо, чтоб они сами имели любовь и сострадание в большом объеме. Так что предлагаю учителю, завучу, директору этой школы проявить в своем солидном возрасте то, что они хотели от моего сына 7,5 лет — не обозлиться на это и многие другие мои действия, проявить любовь и сострадание.

Именно благодаря поведению названных трех сотрудников школы у меня возникла мысль о написании данной книги. Она не о том, что происходило с моим ребенком, хотя иногда я буду упоминать нашу историю — совсем немного. Я, кстати, буду иногда рассказывать и другие истории, чуть-чуть — так как вам наверняка достаточно своей истории.

Эта книга — о том, что делать, если вы оказались в этой ситуации, как из нее выйти, как преодолеть ее сложности. Потому что то, с чем столкнулись мы, это по факту отсутствие четкого, понятного, эффективного алгоритма, в том числе потому что данную проблему замалчивают. Я его расскажу, а также расскажу о подводных камнях, которые вас будут ждать на этом пути.

Я начала книгу своим стихотворением — песней к мелодии «Жизнь продолжается». Помните об этом: жизнь продолжается! Помните: как бы ни было трудно, после ночи есть рассвет! Завершаю книгу этим стихом — песней.

Я буду иногда в некоторые главы вставлять свои стихи. В эту главу я также решила включить 2 стиха.

Первый «Мы уже не сидим, спилен сук» предназначен в первую очередь для директора школы. С учетом того взаимодействия, которое у нас было по описанной ситуации, где-то по пути своей музыкальной и административной карьеры он потерял весомую часть своей души, совести и благородства. Музыка — это искусство. Это синтез души, ее созидательного потенциала и техники. Если из искусства, музыки в данном случае, уходит душа, оставляя после себя место манипуляциям, то какой бы ни была виртуозной техника, это больше не искусство. Это просто техника — красивая, но холодная. Она ничего не греет, ничего не меняет, не преображает ни свою душу, ни чужие. А если из школы ушла душа, а за ней следом и музыка… В школе есть исполнители, технари, но больше нет Творцов.

А также этот стих предназначен для всех тех завучей и директоров, сотрудников региональных и федеральных министерств просвещения, образования, культуры, для которых важнее детей и будущего страны стало что-то другое.

Второй стих «Учитель от слова «учить» — для учителя, которая хоть и занимает должность учителя, но Учителем не является. Возможно, это стихотворение покажет ей путь от учителя к Учителю.

Этот стих предназначается всем учителям и Учителям. Первым — послание, каким можно быть Учителем, вторым — признание, почтение, благодарность и восхищение!

Мы уже не сидим, спилен сук

Если люди культуры врут, Педагоги закрыли рот и молчат, Если крайним становится вдруг Тот, кто слаб, без вины виноват, Это значит — мерзость вокруг, И раскрыта дорога в ад! Мы уже не сидим, спилен сук, И закрыта дорога назад! Если плохое становится нормой, А норма становится подвигом, Суть заменяется льстивой формой — Это общество стало уродливым!

Учитель от слова «учить»

Учитель от слова «учить» — Как быть Человеком и жить Через искусство, науку, Быть верным семье и другу. Учитель от слова «учить» — Как стать Людьми и любить Родную планету и мир, Чтоб радостью полон он был. Учитель от слова «учить» — Как Сердце и Душу раскрыть, Развить их таланты, дары, Делиться, чем сами мудры! Учитель — не каждый им можем стать, Ведь нужно все это легко отдавать, Уметь самому Человеком быть, Крылья людей уважать и ценить. … Мы продолжение ваше и детища. Спасибо за то, что вы есть и так светитесь!

Есть ли Учителя? Есть.

Каждому человеку, ребенку я желаю, чтоб на вашем пути было как можно больше Учителей! Дорожите этой возможностью, цените и благодарите Учителей!

И от души благодарю Учителей, с которыми мне повезло встретиться на моем жизненном пути:

Раиса Александровна Бриллиантова, учитель русского языка и литературы, наставник, друг.

Людмила Ивановна Агафонова, учитель ОБЖ, врач, наставник, друг.

Анатолий Иванович Соков, ведущий кружка журналистики и главный редактор подростковой газеты «РОСТ». Благодаря вам я пишу.

Елена Шнейдер, преподаватель валеологии.

Мария Трофимовна, учитель начальных классов, низкий поклон вам.

Учителя ИЗО, русского языка, истории, алгебры и геометрии, музыки, педагогики, психологии, возрастной периодизации, преподаватели по маркетингу, политологии, геополитике, управленческим дисциплинам, экономике и пр., которые когда-то работали в 50-й и 174-й школах Новосибирска, педагогическом колледже №3, педагогическом университете — НГПУ, СибАГСе, НГУЭУ. А также бизнес-тренеры, коучи, психологи, у которых я училась дополнительно.

Всем вам низкий поклон и благодарность!

0. Сила ВЫБОРА, ЛОГИКИ — ЗДРАВОГО СМЫСЛА И НРАВСТВЕННОСТИ

Возможно, вы после первых абзацев бросите читать книгу. Не надо. Прошу вас, если у вас возникло такое желание, перечитайте их. Их сложно будет принять, но это важно.

Я часто в этой книге буду использовать словосочетание «система образования». Что и кого я имею в виду? Систему строят люди, все люди. Министры, замы, чиновники, директора школ, сотрудники школ, учителя. Все. А еще сами родители. Вот теперь точно все.

Предположим, случилось чудо и у системы идеальный министр (чудо — потому что идеальных систем и людей, как и детей, не бывает, мы только к этому стремимся) — образование, здравый смысл и нравственность на высших уровнях, все при нем. Но на местах как-то не очень… Какой будет система? Как-то не очень. К сожалению, у него, министра, нет тысяч и миллионов клонов. Предположим, министр не очень. Хорошо, что у него нет клонов. И люди на местах не очень. Какой будет система? Как-то очень не очень. Предположим, министр идеальный и люди тоже — мечта, к сожалению, недостижимая. Поэтому будем говорить, что люди на местах очень замечательные. Какой будет система? Шикарной, но, так как она не идеальная, с некоторыми недостатками. Предположим, что министр как-то не очень, но люди на местах замечательные. Какой будет система? Замечательной она будет. Недостатки, конечно, будут, но в целом картинка хорошая, реально хорошая.

К чему это? Это не про то, что министры и замы ни за что не отвечают. Отвечают, у них есть своя ответственность — за стратегию. Это к тому, что за тактику не надо снимать ответственность с людей на местах (с себя как с учителя, директора, родителя). Это именно они в тех или иных случаях принимают решения. Учитель на месте решает, быть детскому или педагогическому буллингу в классе или нет. Министр может этого учителя никогда и не знать, и не говорить с ним. Он даже о школе может не знать. Директор школы на месте решает, что он будет с буллингом делать: педагогично работать или пытаться спрятать проблему любой ценой, в том числе за счет пострадавших детей. Родитель на месте решает, будет его ребенок буллером или нет, будет он им оставаться или будет исправлять то, что натворил. Да, конечно, в системе может быть масса лазеек, чтоб учитель и директор, родители ничего не делали с этим, но все равно решение остается за ними — делать или не делать, «быть или не быть».

У школ есть некоторая автономность в ряде вопросов. Поэтому, когда мы пишем жалобы в министерства, они возвращаются в школы. Круговорот документов в природе. Пишем мы, потому что на месте не захотели решать проблему или не смогли. Но проблема в том, что этот круговорот документов в природе вышестоящие организации в большинстве своем не успевают обрабатывать — в силу нехватки времени и людей. Очень часто они их даже не читают. Это плохо, конечно. Но их мало, а нас много. А с другой стороны — есть вещи, которые должны все-таки уметь делать на местах. Сами. Желательно эффективно. Для этого и дается эта самостоятельность. Но очень часто на местах ее трактуют несколько странно — значит, можно ничего не делать. В итоге родители пишут, и иногда кому-то везет, винтики большой машины закрутились в другом направлении — нужном. Есть различные системы оценок учебных заведений, рейтинги и та или иная мотивация за это. Но… По какой такой удивительной причине учителя и директора в школах решили, что надо тогда травмы и буллинг замалчивать, мне искренне непонятно. На простом примере — есть система оценок знаний ученика. Сделал и сдал домашку отлично — 5. Не сделал — 2. Сделал неверно — 3. Сделал хорошо — 4. Будет странно не сделать домашку, скрыть, что не сделал, и ожидать получить 5. Но именно так почему-то школы и делают. Логично? Нет, конечно. Может быть, в школах ввести предмет по логике для детей и заодно учителей с директорами научить ему? Потому что когда я читаю объяснительные и прочие документы от сотрудников учебных заведений, я понимаю, что с логикой там очень большие трудности. Ее просто нет. А ведь это учителя…

Что в итоге получается? Что у учебных организаций есть самостоятельность и система оценок их работы. И это стало (удивительное дело, потрясающий парадокс) поводом не делать (забыть, а может, забить, про инструкции и педагогическую этику) и скрывать то, что не сделали, и скрывать то, что в итоге из этого вышло. Хотели как лучше, а получилось как всегда. Но вопрос-то к кому? К какой части этой системы? К тем, кто на местах… Будет в таких условиях детский и педагогический буллинг процветать? Конечно. Что происходит дальше? В отношении родителей и их детей, которые жалуются на такой парадокс (а странно на него не жаловаться нормальным людям), так как стали его жертвами, начинается педагогический и директорский, а также родительский (он тоже есть, потому что некоторые родители решают защитить своих детей от ответственности и от заодно от нравственности и совести, а кто-то таким образом пытается купить лояльность людей на местах, у которых удивительная логика и есть некоторые проблемы с моралью) буллинг.

Вот это я подразумеваю под «системой образования», потому что любую систему делают люди! В первую очередь — люди на местах. У них есть выбор, что делать и как делать. И хорошо бы, чтоб этот выбор основывался все-таки на здравом смысле (разумности, логике) и нравственности. Может быть тогда и документы, инструкции и те же самые оценки/рейтинги заиграют новыми красками, более позитивными? Ведь во многих из них вполне неплохие мысли. Например, медицинскую помощь оказывать немедленно. Обеспечивать разные виды безопасности детей и пр. и пр.

Конечно, кто-то скажет: «На бумажках красиво — а на деле…» Так кто отвечает за это «на деле»? Выбор есть… Делать или не делать, «быть или не быть».

Есть ли недостатки в системе? О них обязательно будет речь — чуть позже. Конечно, хорошо бы зарплаты повысить, бюрократию понизить, добавить штат. Но… давайте представим, что будет с буллингом, если все это сделают при вот таком подходе? Станет меньше? Я поставлю на то, что его станет больше и он будет еще более тщательно и жестоко скрываться, потому что будет, что сладкое терять (хорошие зарплаты и/или комфортные условия труда). Это не к тому, что зарплаты не надо повышать, а бюрократию понижать. Нет. Это к тому, что причина не только в этом.

К чему вот такой подход на местах приводит? Как в отделе продаж. Менеджер хитрец — скрыл, что план по продажам не выполнен. Месяц, два, три, четыре. Скрывает. Так стал делать весь отдел. А потом компания банкротится. Потому что у всего есть последствия. А в нашем случае буллинг и насилие в школах растут как на дрожжах.

Простой пример. У ребенка травма в учебном заведении. Да, травма есть. Показатель есть. Но в какую сторону события будут развиваться дальше, зависит от логики сотрудника.

Сотрудник не повел в медкабинет сразу, помощь задерживается на приличное время. Будет за это благодарным родитель? Я еще ни разу не встречала родителя, который бы сказал: «Спасибо, что не оказали / задержали помощь моему ребенку. Так держать. В будущем именно так поступайте, если что». Это странный родитель, очень странный! Так что точно не будет благодарности от любого нормального родителя. Вероятность того, что жалоба будет, в таком случае очень большая. Но если отработать четко, быстро, конечно, вероятность жалобы есть — за случай травмы (так о ней что так, что эдак будет известно!). Но теперь есть и вероятность благодарности за оперативную и качественную помощь. А значит, есть шанс договориться! Может, не сразу, может, потребуется время, чтоб ситуация родителя отпустила, его волнения улеглись. Но шанс есть, и приличный! А в первом случае этого шанса договориться нет. И не потому что родитель вредный (он на самом деле нормальный), а потому что сотрудник сделал глупость и поступил безнравственно, что приводит к рискам в здоровье у ребенка. А родитель своими жалобами делает важное — прививку от глупости и безнравственности. Потому что если вдруг ситуация повторится когда-то с другим ребенком, то, возможно, сотрудник все-таки поступит правильно, наученный горьким опытом. И кто знает, что этот правильный выбор ему однажды спасет и самому ребенку.

Итак, на чашах весов глупость, безнравственность сотрудника и здоровье ребенка. Что выберет родитель скорей всего? Верно, здоровье ребенка — он важней. Второй вопрос задам: на чашах весов спокойствие сотрудника (нет жалоб и пр.) и здоровье ребенка — что выберет родитель? Верно. Здоровье ребенка. А теперь вопрос: когда сотрудники учебных организаций недовольны выбором родителя в пользу здоровья ребенка… они адекватны? Как-то не очень. Они реально считают, что где-то есть родители, которые живут по такому принципу: «Ребенок? А что ребенок? Я очень люблю учебные заведения, их сотрудников и ради их спокойствия готов легко пожертвовать здоровьем, благополучием своего ребенка. Пусть не оказывают ему медицинскую помощь, пусть занимаются все буллингом. Я только рад». Реально сотрудники учебных организаций думают, что где-то есть такие родители? Возможно, где-то они есть… Тогда две неадекватности друг друга нашли. Только вот за ребенка становится страшно. Нормальные родители всегда на этих чашах весов выберут своего ребенка, именно потому что они нормальные.

А теперь давайте посмотрим на чаши весов при 2-м сценарии? Когда помощь быстрая, качественная, все в ней верно. Итак, на чашах весов любовь сотрудника к детям, помощь и здоровье ребенка. А надо родителю выбирать в таком случае? Выбор исчезает, потому что это не чаши, а дополняющие друг друга вещи. По факту это одна чаша. Поэтому можно договориться. Шансы есть теперь не только на это, но и на благодарность!

Как все происходит в случае буллинга? В случае буллинга вероятность жалоб огромная. Конечно, можно понадеяться, что жертва молча и тихо уйдет. Но для разумных сотрудников школы это не повод для радости. Это повод огорчиться. Но почему-то никто этого не понимает. У них остается буллер! А значит… буллингу быть. Просто более изощренному! Вероятность новых драм и жалоб… очевидна. Но, видимо, не сотрудникам школ.