Азбука спасения. Том 88

Скверное тщеславие научает нас принимать образ добродетели, которой нет в нас, убеждая к сему словами Евангелия: тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят добрая ваша дела (Мф.5:16).

Часто Господь исцеляет тщеславных от тщеславия приключающимся бесчестием.

Начало к истреблению тщеславия есть хранение уст и любление бесчестия; средина же – отсечение всех помышляемых ухищрений тщеславия; а конец, (если только есть конец в этой бездне), состоит в том, чтобы стараться делать пред людьми то, что нас уничижает, и не чувствовать при оном никакой скорби.

Не скрывай своих погрешностей с тою мыслию, чтобы не подавать ближнему повода к преткновению; хотя может быть и не во всяком случае будет полезно употреблять сей пластырь, но смотря по свойству грехов.

Когда мы домогаемся славы, или когда, без искательства с нашей стороны, она приходит к нам от других, или когда покушаемся употреблять некие ухищрения, служащие к тщеславию: тогда вспомним плач свой и помыслим о святом страхе и трепете, с которым мы предстояли Богу в уединенной нашей молитве; и таким образом без сомнения посрамим бесстыдное тщеславие, если, однако, стараемся об истинной молитве. Если же в нас нет этого, то поспешим вспомнить об исходе своем. Если же мы и сего помышления не имеем: то, по крайней мере, убоимся стыда, следующего за тщеславием, потому что, возносяйся непременно смирится (Лк.14:16) еще и здесь прежде будущего века.

Когда хвалители наши, или, лучше сказать, обольстители начнут хвалить нас, тогда поспешим вспомнить множество наших беззаконий; и увидим, что мы поистине недостойны того, что говорят или делают в честь нашу.

Бывают из тщеславных такие, коих некоторые прошения должны бы быть услышаны Богом; но Бог предваряет их молитвы и прошения, чтобы они, получив чрез молитву просимое, не впали в большее самомнение.

Простые же сердцем не очень подвержены отравлению сим ядом; ибо тщеславие есть погубление простоты и притворное жительство.

Часто случается, что червь, достигши полного возраста, получает крылья и возлетает на высоту: так и тщеславие, усилившись, рождает гордость, всех зол начальницу и совершительницу.

Неимеющий сего недуга весьма близок ко спасению, а одержимый оным далек явится от славы святых.

Как, черпая воду из источников, иногда неприметно зачерпываем и жабу вместе с водою, так часто совершая дела добродетели, мы тайно выполняем сплетенные с ними страсти. Например, со страннолюбием сплетается объедение, с любовию – блуд, с рассуждением – коварство, с мудростию – хитрость, с кротостию – тонкое лукавство, медлительность и леность, прекословие, самочиние и непослушание; с молчанием сплетается кичливость учительства, с радостию – возношение, с надеждою – ослабление, с любовию – опять осуждение ближнего, с безмолвием – уныние и леность, с чистотою – чувство огорчения, с смиренномудрием – дерзость. Ко всем же сим добродетелям прилипает тщеславие, как некий общий коллурий, или, вернее сказать, отрава.

Святой Антоний Великий

Когда творишь милостыню, не выставляй того на вид. Если предаешься подвигам духовным, не хвались тем. О добром деле, которое ты намерен сделать, не говори никому наперед, но сделай его.

Когда совершишь какие дела добродетели, не высокомудрствуй и не говори в себе: я то и то сделал, потому что если будешь так поступать, мудр не будешь.

Не будь славолюбив и в сердце своем не держи самовосхваления, говоря: я то и то сделал, в том и том преуспел, Такие помыслы дышат тщеславием, и кто ими набит, тот стал жилищем нечистых духов.

Господь наш, движимый состраданием к душам нашим, говорит в св. Евангелии: горе вам, когда будут говорить о вас добрые слова и прославлять вас, и вы славы Божией не взыщете (Лк.6:26; Ин.5:44). Итак, будем подвизаться даже до смерти, противясь тщеславию и его злейшие отсечем отрасли, чтоб не быть доведенными до погибели. Беги от тщеславия, ибо многие погибли от него. Оно побуждает человека на многие труды, – посты, молитвы, многократные бдения нощные, милостыни, раздаваемые пред человеками и на многое подобное, но всем этим он ничего другого же достигнет, кроме стыда и поношения. Не будем стараться выказывать в себе что-либо, особенно великое, чтоб не погибнуть по причине сего, и не запутаться в многочисленные отрасли тщеславия, потому что демонов тщеславия чрезвычайно много. Ревностнее же устремимся к стяжанию славы святых, равно как и нищеты их, чтоб получить оную сладкую похвалу Божью: блажени нищии духом, яко тех есть царствие небесное (Мф.5:3).

Не подражай фарисею, который все делал напоказ. Не надевай одежды, которая приводит тебя в тщеславие.

Преподобный Исаак Сирин

Мирская слава есть утес в море, покрытый водами, и неизвестен он пловцу, пока корабль не станет на нем дном своим и не наполнится водою. То же делает с человеком и тщеславие, пока не потопит и не погубит его. У отцов говорится о нем, что в тщеславную душу снова возвращаются страсти, некогда ею побежденные и исшедшие из нее.

Тщеславие предпочитаемых делает гордыми, а презираемых злопамятными. Кто возносится естественными дарованиями, то есть остроумием, понятливостью, искусством в чтении и произношении, быстротой разума и другими способностями, без труда нами полученными, тот никогда не получит вышеестественных благ, ибо неверный в малом – и во многом неверен и тщеславен.

Преподобный Симеон Новый Богослов

Как пламень огня всегда поднимается вверх, особенно когда станешь ворочать вещество, в котором возгорелся и горит огонь, так и сердце тщеславного не может смиряться. Но как только скажешь ему, что для его пользы, он более и более воздымается, если его обличают и вразумляют, он противоречит сильно, если хвалят и привечают, он напыщается зле.

Авва Евагрий Понтийский

Из всех помыслов, только помысел тщеславия многопредметен, обнимая почти всю вселенную и всем бесам отворяя двери, как какой злой предатель какого-нибудь города. Он окрадывает ум отшельника и, наполняя его множеством словес и вещей, губит молитвы его, которыми напрягается он врачевать раны души своей. Этот помысел распложают все побежденные уже демоны, чрез него получая опять вход в душу и делая, таким образом, последняя горша первых (Лк.11:26). От этого помысла рождается и помысел гордости, низринувший с небес на землю печать уподобления и венец доброты (Иезек.28:12). Но отскочи от него, не закосневая в нем, чтоб не предать иным живота нашего, и жития нашего немилостивым (Прит. 5:9). Обращает в бегство этого демона усердная молитва и то, чтоб ничего произвольно не делать и не говорить такого, что ведет к проклятому тщеславию.

Когда ум отшельников приобретет немного бесстрастия, тогда, взяв коня тщеславия, начинает он носиться по городам, неудержимо упиваясь похвалами и славой своей. Но, по смотрению Божию, встретив его дух блуда и заключив в какой-нибудь хлев, научает его тем, – не оставлять одра прежде выздоровления и не подражать тем нетерпеливым больным, которые, имея еще в себе остатки недуга, пускаются в дорогу, или начинают ходить в бани, и от того впадают в прежние болезни. Посему сидя в кельи, будем лучше внимать себе самим, чтоб, преуспевая в добродетели, сделаться нам неподвижными на зло, обновляясь в ведении, сподобиться множества различных созерцаний, а, возвышаясь в молитве, яснее узреть свет Спасителя нашего.

Весьма разнообразным и изобретательным на обольщение кажется мне бес сребролюбия. … постепенно обольщая душу, он опутывает ее помыслами сребролюбия и передает ее бесу тщеславия.

Из помыслов только один помысел тщеславия многовещественен; он охватывает почти всю вселенную и открывает врата всем бесам, словно лукавый предатель некоего града. Особенно смиряет он ум отшельника, наполняя его многими словами и вещами, и разрушает его молитвы, которыми отшельник старается исцелить все язвы своей души. Этот помысел взращивают все вместе уже побежденные бесы; и, с другой стороны, благодаря нему входят в души людей все прочие бесы – и тогда они действительно делают последнее хуже первого (Мф.12:45). От этого помысла рождается помысел гордыни, низринувший с небес на землю печать уподобления и венец доброты (Иез.28:12).

Когда бесы не могут ночью привести в смятение яростное и желательное начала души, тогда они измышляют сновидения, порождаемые тщеславием, и низводят душу в трясину помыслов. В качестве примера этих бесовских сновидений можно привести следующее: часто кто-нибудь видит себя во сне либо распределяющим наказания бесам, либо исцеляющим какие-либо телесные недуги, либо достойно носящим облачение пастыря и пасущим свое небольшое словесное стадо. А проснувшись, он сразу начинает мечтать о том, как он будет рукоположен в иереи, – и о таких вещах, и им подобных, отшельник порой размышляет весь день. Или же он мечтает о том, что ему будет дан дар исцелений, затем он прозревает заранее чудеса, творимые им, и радостных исцеленных, почести от братии и приношения от внешних, которые приходят к нему как из Египта, так и из зарубежных краев, привлекаемые его славой.

Этого беса изгоняет усиленная молитва и добровольный отказ от того, чтобы что-либо делать или говорить для стяжания проклятой славы.

Никто не может одолеть эти страсти, если не пренебрежет он яствами, богатством и славой мирской, а также если не пренебрежет он телом, ибо бесы часто пытаются нанести свои удары по нему. Необходимо подражать тем, которые, подвергаясь опасности на море от сильных ветров и вздымающихся волн, выбрасывают за борт лишние вещи. Однако, делая это, следует бдить, чтобы не быть на виду у людей, ибо иначе можно потерпеть более страшное, чем прежнее, кораблекрушение, попав под встречный ветер тщеславия. Поэтому и Господь наш, воспитывая ум – кормчего нашего, говорит: Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного (Мф.6:1). Также: Когда молишься, не будь как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою (Мф.6:5). И еще: Когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры: ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою (Мф.6:16).

Святой Макарий Великий

Иногда хорошие по видимости начинания приводятся в исполнение ради славы и людской похвалы, а это перед Богом равно неправде, воровству и другим грехам.

Святитель Игнатий (Брянчанинов)

Тщеславие – пристрастие к тщетной (напрасной, бесполезной) славе, любовь к почестям, стремление хорошо выглядеть в глазах окружающих. Седьмая из восьми главных страстей. Самая скрытая из всех душевных страстей. Эта страсть более всех других маскируется перед сердцем человеческим, доставляя ему удовольствие, часто принимаемое за утешение совести, за утешение божественное.

Тщеславие – искание славы человеческой, хвастовство. Желание и искание земных и суетных почестей. Любление красивых одежд, экипажей, прислуги и келейных вещей. Внимание к красоте своего лица, приятности голоса и прочим качествам тела. Расположение к наукам и искусствам гибнущим сего века, искание успеть в них для приобретения временной, земной славы.

Стыд исповедовать грехи свои. Самооправдание. Прекословие. Составление своего разума. Лицемерие. Ложь. Лесть. Человекоугодие. Зависть. Уничижение ближнего. Переменчивость нрава. Притворство. Бессовестность. Нрав и жизнь бесовские.

Подвижник, единственно по той причине, что не имеет понятия об истинном душевном делании… предается тщеславным помыслам и мечтаниям, опирающимся на его подвиги.

Тщеславие и самомнение любят учить и наставлять.

Ты познаешь тщеславного по особенной способности его к лести, к услужливости, ко лжи, ко всем подлому и низкому.

Святые отцы, учители Церкви, при свете Христовом, при свете Святого Духа вглядевшиеся в глубину человеческого сердца… называют тщеславие страстью многообразной, самой тонкой, нелегко различимой.

Тщеславие является от глубокого неведения Бога или от глубокого забвения Бога, от забвения Вечности и небесной славы и потому оно, в омрачении своем, ненасытно стремится к приобретению земной, временной славы.

Тщеславие, рождаясь от высокоумия, в свою очередь становится причиной впадения в прелесть, со всеми сопутствующими прелести страстями.

Находящийся в прелести «мнения» стяжавает ложное воззрение на все, окружающее его. Он обманут и внутри себя и извне. Мечтательность… постоянно сочиняет мнимодуховные состояния, тесное дружество со Иисусом, внутреннюю беседу с Ним, таинственные откровения, гласы, наслаждения, зиждет на них ложное понятие о себе и о христианском подвиге, зиждет вообще ложный образ мыслей и ложное настроение сердца, приводит то в упоение собою, то в разгорячение и восторженность. Эти разнообразные ощущения являются от действия утонченных тщеславия и сладострастия… Тщеславие же и сладострастие возбуждаются высокоумием, этим неразлучным спутником «мнения». Ужасная гордость, подобная гордости демонов, составляет господствующее качество усвоивших себе ту и другую прелесть. Обольщенных первым видом прелести гордость приводит в состояние явного умоисступления; в обольщенных вторым видом она, производя также умоповреждение, названное в Писании растлением ума, менее приметна, облекается в личину смирения, набожности, мудрости, – познается по горьким плодам своим. Зараженные «мнением» о достоинствах своих, особенно о святости своей, способны и готовы на все козни, на всякое лицемерство, лукавство и обман, на все злодеяния.

Если страсть тщеславия овладела человеком, его ум ослепляется страстью, он впадает во множество грехов: в человекоугодие, самоугодие, честолюбие, зависть, клевету, злословие, осуждение, блуд, лукавство, лицемерие и ложь, в прелесть. Он перестаёт видеть свои грехи, лишается духа покаяния. Всё это лишает его Божией благодати, отлучает от Бога. Тщеславие порождает в нём гордость. Это происходит, если человек все свои успехи приписывает своим личным усилиям. Гордость является причиной таких духовных бед, как потеря страха Божьего, окаменение сердца, хула на Бога.

Чувство плача и покаяния – едино на потребу душе, приступившей к Господу с намерением получить от Него прощение грехов своих. Это – благая часть! Если ты избрал ее, то да не отымется она от тебя! Не променяй этого сокровища на пустые, ложные, насильственные, мнимо благодатные чувствования, не погуби себя лестью себе.

Если имеешь нужду беседовать с самим собою, приноси себе не лесть, а самоукорение. Горькие врачевства полезны нам в нашем состоянии падения. Льстящие себе уже восприяли здесь на земле мзду свою – свое самообольщение, похвалу и любовь враждебного Богу мира: нечего им ожидать в вечности кроме осуждения.

Охраняя наши добродетели от повреждения похвалами человеческими, мы должны охранять их и от живущего в нас зла… не увлекаться помыслами и мечтаниями тщеславными… и тщеславным услаждением.

Будем избегать тщеславия и самолюбия как отречения от Креста Христова.

Тщеславие делает душу неспособной для духовных движений, которые начинаются, когда умолкнут движения душевных страстей, будучи остановлены смирением.

Святитель Иоанн Златоуст

Ищущий славы то вдруг от радости поднимается вверх, то снова легко погружается, бывает всегда в тревоге и никогда в покое. Ты пришел на площадь и обратил на себя внимание присутствующих? Что же еще? Ничего. Все исчезло и прошло, как рассеявшийся дым. Отчего же мы так пристрастны к вещам ничтожным? Какое безрассудство! Какое безумие! Другие страсти, хотя заключают в себе большой вред, но, по крайней мере, приносят и некоторое удовольствие, хотя и временное и короткое… но обладаемые страстью тщеславия всегда живут жизнью горькою, лишенною всякого удовольствия. Ибо они не достигают того, что так любят… Потому и сама страсть эта называется не славой, а тщеславием… Она тщетна и не имеет в себе ничего блистательного и славного.

Таков дух тщеславия, что оно ослепляет разум людей даже в отношении к самым очевидным предметам, побуждает протироречить даже самым признанным истинам, а других, и очень хорошо знающих истину, и уверенных в ней, заставляет лицемерно противиться ей.

Подверженный болезни тщеславия не знает дружбы, нисколько не желает никого уважать; напротив, извергнув все доброе из души, непостоянен, неспособен к любви, против всех вооружается.

Эта страсть все извратила: она породила любостяжание, зависть, клевету, наветы, она вооружает и ожесточает людей.

Страшно тщеславие: оно может ослепить и мудрых людей, если они не станут бодрствовать.

Как червь поедает деревья, в которых зарождается, ржавчина съедает железо и моль – ткань, так и тщеславие губит душу, воспитавшую эту страсть в себе. Поэтому много нужно старания, чтобы истребить в себе эту страсть.

Я предпочел бы лучше быть рабом у множества варваров, чем у одного человека, так как варвары не повелевают того, что приказывает тщеславие своим подчиненным. Будь слугою всех, говорит оно, будут ли они знатнее тебя или незначительнее. Не радей о душе, не заботься о добродетели, смейся над свободой, жертвуй своим спасением, а если сделаешь какое-либо добро, то делай не из угождения Богу, но напоказ людям, чтобы от них получать венец; если подаешь милостыню или постишься – труд перенеси, а пользу старайся погубить. Что может быть бесчеловечнее таких требований? Отсюда ведут свое начало и зависть, и высокомерие, и сребролюбие.

Душа, жаждущая чести и прославления, не увидит Царства Небесного.

Не губи своих трудов тщеславием, не делай, чтобы пот был пролит напрасно, и ты, пробежав тысячи поприщ, лишился всякой награды. Господь гораздо лучше знает твои заслуги.

Зараженный тщеславием – постится ли, молится ли, творит ли милостыню – лишается своей награды. Какое же несчастье может быть больше того, чем, изнуряя себя, подвергнуться осмеянию и – лишиться горней славы?

В том и несчастье, что есть болезнь – тщеславие; она вредит тебе не только, когда ты грешишь, но и тогда, когда имеешь заслуги; в этом случае она подвергает тебя бесчисленным укоризнам, в другом – лишает всякой награды.

Сколько вреда делают нам друзья, когда хвалят и ласкают нас, столько же пользы приносят враги, говоря о нас дурно, хотя и справедливо, если только мы захотим надлежащим образом воспользоваться их порицаниями. Ведь друзья из любви часто и льстят нам, а враги обличают наши грехи. По самолюбию мы не видим своих недостатков, а они по вражде смотрят за нами внимательно и своим злословием ставят нас в необходимость исправляться. И вот их вражда становится для нас источником величайшей пользы, потому что, вразумляемые ими, мы не только познаем свои грехи, но и отстаем от них.

Похвалы надмевают до безумия и своею сладостью уничтожают то, что заслуживало награды.

Почему ты ищешь похвалы от людей? Разве не знаешь, что эта похвала, как тень, растворяется в воздухе и исчезает? Притом и люди так непостоянны и изменчивы: одни и те же одного и того же человека сегодня хвалят, а завтра порицают.

Значительность похвал обычно обременяет совесть не меньше, чем грехи.

Те, которые хвалят нас, умножают в нас надменность, возбуждают гордость, тщеславие, беспечность и делают душу изнеженной и слабой.

Уклоняйся от людских одобрений – и тогда получишь многие похвалы и у Бога, и у людей.

Ища людской похвалы, ты бесчестишь не только себя, но и Бога.

Для чего ты рассматриваешь свои добродетели и выставляешь их напоказ? Или не знаешь, что, хваля самого себя, уже не будешь похвален Богом?

Человек, увлекаемый славой, не способен мыслить что-либо великое и благородное; он неизбежно становится постыдным, низким, бесчестным, ничтожным.

Как же одолеть тщеславие? Будем противопоставлять славе – славу. Как мы презираем богатство земное, когда взираем на богатство небесное, и не дорожим настоящей жизнью, когда помышляем о жизни гораздо лучшей, точно так мы сможем презреть и славу настоящего мира, когда будем помышлять о славе гораздо высшей, о славе истинной.

Почему же ты не можешь преодолеть тщеславия, когда другие преодолевают, имея такую же душу, такое же тело, такой же внешний вид, живя такой же жизнью? Помысли о Боге, помысли о высшей славе, противопоставь ей настоящее – и ты скоро отстанешь от тщеславия. Если ты непременно желаешь славы, то ищи истинной славы. Разве слава та, которая заставляет искать чести от низших и имеет в ней нужду? Честь состоит в том, чтобы пользоваться славой от высших. Если ты непременно желаешь славы, то ищи лучше славы у Бога. Возлюбив эту, ты будешь пренебрегать той, увидишь, как она бесчестна, а пока не узнаешь этой, не увидишь, как та постыдна, как смешна. И пока обладает нами эта страсть, мы не можем видеть, каково это зло.

Преподобный Максим Исповедник

Тщеславие есть отступление от цели, которая по Богу, и переступление к другой цели, которая не по Богу.

Ибо тщеславен тот, кто для своей, а не для Божией славы заботится о добродетели, и трудами своими имеет в виду накупить лишь человеческих непостоянных похвал.

Как дни сменяются ночами и лета зимами, так тщеславие и сластолюбие – печалями и болезненными страданиями, или в настоящем веке, или в будущем.

Мнящий о себе, что достиг уже верха добродетелей, никак не станет уже искать источной причины благ, одному себе приписывая силу преуспевать в добре, и сам себя за то лишая утверждения и ограждения спасения, – т. е. Бога. А кто чувствует в себе естественную скудость сил на добро, тот не перестает спешно тещи к Могущему восполнить недостающее ему.

Игумен Никон Воробьев

Какое Вам дело до других людей, для чего Вам нужно, чтобы о Вас думали только хорошо, что пользы, если весь мир будет хвалить Вас, а Господь скажет: не знаю вас… Зачем и Вы сами себя хотите видеть во всем хорошей по-мирскому? А по-духовному хорош только тот, кто искренне от всей души считает себя хуже всех.

Святитель Василий Великий

Тщеславен тот, кто делает или говорит что-нибудь ради одной мирской славы.

Делание не из любви к Богу, но ради похвалы от людей, каково бы оно ни было, находит себе не похвалу за благочестие, но осуждение за человекоугодие, или за самоугодие, или за честолюбие, зависть, или за иную подобную вину.

Тщеславие бывает не только искоренителем добрых дел, но и путеводителем к делам лукавым.

Нужно особенно избегать тщеславия …которое лишает венцов после трудов, – этого неодолимого врага нашего спасения, который под самыми небесными кругами ставит против нас засаду и пытается ниспровергнуть добродетели, проросшие до самого Неба.

Когда тщеславие видит, что купец благочестия уже наполнил корабль всякими товарами добродетелей, тогда, возбудив бурю, старается опрокинуть и потопить его. Убедив ум пловца, спешащего к Горнему Царству, обратить взоры на дольнее и на человеческую славу, внезапно развеивает все его душевное богатство и, сровняв с землей основания добродетели, ниспровергает труды, достававшие до Неба. Оно приводит к тому, что за сделанное нами мы просим у людей награды, когда надлежит, устремив взор к одному Богу и ради Него сохраняя втайне свои добрые дела, от Него одного ожидать достойного воздаяния.

А мы, предпочтя добру ради Бога – труды ради славы от людей и от них, требуя себе суетной награды – похвалы, достойно и праведно лишаемся Божиих воздаяний, не для Бога трудясь, но отдав себя в работники людям, а от них вместо наград получая потерю всех наград. Чего же можем просить себе у Бога, для Которого ничего не захотели сделать?.. Будем избегать тщеславия, этого льстивого грабителя духовных богатств, льстивого врага наших душ, этого червя, подтачивающего добродетели; тщеславия, которое с удовольствием расхищает наше добро, называя медом отраву своего обольщения и подавая губительную чашу умам человеческим, чтобы они без сытости упивались этой страстью, потому что слава человеческая сладостна для неопытных.

Затворник Георгий Задонский

Что значит слово тщеславие? Я так понимаю его: это слово двусложное; оно составлено из двух значений: тщетно и слава: из сего видно, что тщеславящийся человек любит тщетную славу и в том услаждается чувством надменного самолюбия. Тщеславиться есть страсть внутренняя и от собственного изволения зависящая любовь к тщетной славе. Все же такого рода человеческое само о себе мудрствование и мышление тщетно и непостоянно, а потому и слава, в которую облекает нас наше суемудрие и мнение, тщетна и не постоянна.