Вера. Надежда. Любовь

– Ладно, пусть будет по-вашему… – выбросил он на лету, но, и остановился на этом, замечая… как жена с недоумением смотрит на него. Для неё он как будто стал чужим. Мысли о том, каким он был и каким они привыкли видеть его, навевали ей и тёще лёгкую печаль.

– Но причём же тут… дети? – её голос был полон удивления и строгости. Алексей как-то странно посмотрел на неё, потом перевел взгляд на дочерей, словно искал поддержки, но так и не сдвинулся с места. Через минутку он встал… и в этот миг в нем развилось что-то первоочередно важное, но неопределённое… он крикнул, произнеся слова, полные внутренней борьбы и недоумения… чтобы наконец-то найти устойчивую точку опоры в себе… и в своих же размышлениях.

– Хватит… – вырвалось наружу у него, когда же ударная волна гнева окутала всех, заставляя затаить дыхание. – Вера, тебе лучше помолчать. Они должны мне кое в чём признаться… Как вы… могли? Почему вы меня… – продолжал он, потихоньку вытаскивая… из-под пиджака ремень, его взгляд не отрывался от дочек, полным подобно панической… растерянности, ужаса, смятения и остающейся любви, цветущей в сердце. Близняшки, не понимая причин этого поведения и его очевидных чувств, вдруг рассмеялись. Их смех напоминал что- то особенное, едва ли понятное маме и бабушке. В их доме царила, как тёплая атмосфера, также было и очень тепло… однако по телам пробегали мурашки, будто бы от внезапного холода… усиливающего тревогу. Валентина Николаевна и Вера ничего не могли понять… что же с ним происходит. Слушали лишь только его крики: «Я вас сейчас накажу!». Слова, произнесённые с отчаянием, всего лишь усиливали растерянность. Вначале жена пыталась понять и разгадать, причину его истерики, изо всех сил пытаясь успокоить его… как будто светом разума могла развеять тень гнева… Запасаясь хваленой выдержкой и завидным терпением, она старалась оставаться рассудительной… но, увидев его ж широкую, интригующую улыбку, лишенную радости.

– Немедленно остановись, – она с неожиданной решимостью призвала. – Послушай, не дури!! Объясни наконец, что произошло? – в её голове сумбурные мысли совсем спутались, так трудно было сосредоточиться в водовороте эмоций. Тем временем… он достигал поставленной цели и не сдавался на пути к ней, прозябая в каком-то странном состоянии духа… На него накатывала сомнительная волна развязки, которая холодила сердце, чувство же естественное. Сжав губы, мгновенно нахмурив густые брови… он подозрительно оглядел дочек и, будто принимая важное решение, со скоростью вымолвил…

– Да!! Может быть… может быть… Слишком долго все потакали капризам наших детей и вот, результат, к чему это привело!? Почему вы не сказали мне правду? Как вы могли скрыть это от меня?.. – он накинулся на них с вопросами, его голос дрожал то ли от обиды… то ли «ещё будет, ой-ей-ей…» и в этой накаленной атмосфере в воздухе повисло недоумение, тревога и капля надежды. Как будто на плечах матери лежала тяжесть мира. Вера иснстинктивно подстраховывала дочерей, поддерживая их, и, в беспросветном отчаянии, закричала…

– Похоже, ты имеешь в виду какую-то… конкретную ситуацию и тайну, связанную с результатом? В твоих вопросах ощущается некая интрига. Может уточнишь, о чём именно идёт речь… – её голос был полон не только громкости, но и глубокого волнения, как будто б она пыталась не ради того, чтобы просто кричать, а ради ж того, чтобы… достучаться до самого сердца своего мужа. Собравшись с мыслями, он не выдержал и насупился… а потом так неожиданно расплылся в улыбке, будто разлитыми чернилами затопило его ж тёмные мысли.

– Результат?.. – проговорил он, шутливо пожимая плечами, но в его глазах мелькнуло приятное возбуждение. – Результат… это то, что мы все находимся здесь, и обсуждаем это. Возможно… именно в этом и заключается наш многогранный… и деловой урок. И… вы, и я, должны понять, что мы сами создали этот хаос… – он остановился, наблюдая за озабоченными лицами: своей тёщи, супруги и дочерей.

– Так подожди… Ты хочешь сказать, что мы и есть «та» причина всего этого, – Вера, не в состоянии сдержать свою эмоциональную реакцию, еле не закричала. Она искала в его словах подтверждение или догадку, что всё это было не напрасно, что они могут все вместе найти выход из этого же непростого положения. Скоро её голос стал тише, но в его улыбке она увидела нечто большее… легкий намек на иронию судьбы. С превеликим удовольствием, он принял ее вызов…

– Возможно… мы были слишком мягкими… – продолжал он. – Но не только в капризах дело. В нашей честности, и в том числе, как мы умели объяснять просто и доступно, как нужно любить и ставить личные границы, – замерев на мгновение, он взглянул на дочерей. Их глаза, полные взаимопонимания и страха, раскрывали перед ним целый мир, который он долго пренебрегал. – Если мы не пройдем… через этот испытательный огонь вместе, то, возможно, эти ж ценные «результаты» будут лишь началом нашего конца… – отчеканил он, в его голосе зазвучал меланхоличный тон, призывающий к действию и надежде. – Смотрю на школьную доску почета, разглядывая список отличников, – произнёс Алексей. – Отличники… Я прочел всех, кто в этом списке, и заметил там… Литвишко Таню и Литвишко Наташу… – пауза… он замер, а внутренний гнев, который ранее искажало его лицо, сразу же исчез, как просвечивающийся утренний туман. Перед детьми стояло само воплощение добра и гордости, приветливости и благодарности. Улыбка на губах заменила тень злости, как прямой… солнечный луч, пробивающийся сквозь разрывы низкого облака… от дурного настроения и следа не осталось. Не желая ж считаться ни с чем, он тут же со свойственной ему непосредственностью закричал, излучая энтузиазм. – Вы молодцы! Молодцы! Молодцы!!! У меня же в руках… – подойдя к ним, он неожиданно обнял обоих и так нежно, поцеловал слегка в щёчки, в его ж глазах светилась гордость. – Я в дом, как в крепость, не пущу врага. Семья, это моя святая земля, её люблю я, как природу. Моя семья мне дорога… Я готов защищать ее в огне и воде. Без вас прожить никак нельзя, просто невозможно… Я никогда не сомневался в ваших способностях. Спасибо – он достал из кармана почетные грамоты, одна из которых была предназначена для Танюши. – Вот держи… – сказал он, протягивая её с трепетом.

– Спасибо тебе большое… – от приятной неожиданности едва слышно проговорила Танюшка слегка вздрогнула, в ней шевелилась боязнь… что за успехи в учебе последует многозначительный упрёк.

– Если… вам это нравится, значит, – но её отец с ободряющей улыбкой глянул на неё и продолжил. – Вы всё делаете правильно… Так держать… Самое важное помнить, что лень… ваш злейший враг, а упорный труд… ваш лучший друг. Учитесь… с полной самоотдачей. Если это то, чего вы хотите, и это внутри вас… то продолжайте в том же духе и пытайтесь делать это всю оставшуюся жизнь. Ваша мечта и станет вашей целью в жизни. Первое, основное и самое важное по большому счёту, конечно же для достижения значимых целей, вам и следует… существенно сконцентрироваться на учёбе, это же займёт большую часть вашего времени, – а затем, обратившись к Наташе, он с гордостью произнёс. – Это тебе! Держи! – Наташа ж чувствуя поддержку и уверенность отца… не сдержавшись: вскочила и, обняв его крепко… накрепко… с восторгом поцеловала в щёчку. Её же глаза светились счастьем, когда она разглядывала подаренную грамоту с триумфом. Алексей, наслаждаясь моментом, взглянул на дочерей с любовью. «Странный… какой-то наш папа», подумали девочки, глядя на него с умилением. Он вдруг обнял их надёжно и крепко, как будто бы желая укрыть от всех невзгод, волнений и забот. – Спасибочки… спасибо!!! За вашу же отличную учебу, за доброту души и ум… за эту смелость в усвоении навыков и знаний, за то… что дороже всего для последующего образования, за безупречное поведение, – произнёс он ещё раз… бережно, ласково и нежно потянув за собой руку жены, на одну секундочку ей показалось, что… И он, тут же, проворковал… как голубь. – Ты чудесно выглядишь, Вера. Ужин уже готов? Что-то, уж ооочень я сегодня жутко проголодался, и, желудок зовёт на ужин, день выдался утомительный, – счастье за своих детей располагало к тёплым словам, и, она, улыбнувшись, слегка потрепала его за нос, утвердительно покачав головой, как бы возвращая его в реальность.

– Ты и правда, как всегда, голодный. Голод не тётка, просто так не уйдёт… – с улыбкой заметила жена, в их наслаждении моментом весело щекотал нервишки друг друга, и в этот самый миг все заботы остались далеко позади. А жена с улыбкой живо писала ему. – Да… уж чего-чего, а этот день запомнится мне на всю жизнь… Это было и неожиданно и волнующе… Детки поразили нас своими знаниями. Но сначала я бы хотела… Ты готов? Тебя ждали, – продолжала писать Вера, с улыбкой глядя на своего супруга… Такой особенной была их разговорная речь, вынужденная… Он был всё ещё полон настоящей бескорыстной семейной любви, точно… колос с зерном. Он смеялся от души, когда жена шутила… и, с лёгкостью шептал милой на ушко.

– Оторвешь, ведь! Как я без носа буду жить?.. – она твердила.

– Поздравляю! Какие ж мы счастливые, что имеем таких детей. По правде говоря… ты ведь это заслужил во сто раз больше, чем я… – Алексей, счастливый и радушный, расцеловал жену и детей. Он… был рад видеть всех в этот светлый день. Итак, завершив разговор с улыбкой на позитивный лад, он оставил после себя приятные слова.

– Вот какой у нас чудесный дом… Чудесные дети. Со знаниями у них всё задалось… но ещё не вечер, ещё не вечер. В нашей семье будет веселый семейный праздник. Нельзя ждать от детей того, что им не свойственно. Да, конечно… это же очень большое счастье, это наша гордость. Я невероятно горжусь ими. Может быть… в будущем они станут учёными… кто знает, кто знает… – Алексей на мгновение задумался, прикусив край нижней губы, затем резко продолжил. – А значит, вы должны сосредоточиться… только на учебе. Занимайтесь всерьёз, а не в шутку… – он добавил с оптимизмом. – Держитесь… детки, в такой форме. Мне хочется, чтобы вы стали бухгалтером или экономистом. Кто какую из вас специальность выберет, неважно… Я горжусь тем… – он также подчеркнул. – Что вы у нас идёте в числе первых. Век живи – век учись. И всё же: знания и опыт безграничны и неисчерпаемы… – его голос стал тише, как будто он задумался о чём… то важном и сокровенном, и, о том, что настоящие знания идут из глубины души и сердца. – Открытия ж, подстерегают всех нас на каждом шагу. Мы не знаем, какие знания понадобятся нам завтра, и, именно это делает жизнь такой… увлекательной и непредсказуемой. Каждый новый день может принести нам… неожиданные повороты и возможности, которые изменят наше восприятие мира и самих себя. Важно уметь… быть открытыми к новым идеям и готовыми учиться… ведь именно так, мы можем преодолеть трудности и достичь успеха.

Всё шло своим чередом, не торопясь, главное… верить в то, что так, как и должно было идти в это… самое прекрасное и любимое их время года. Была весна: тёплый, солнечный день… как будто б сама природа с её ж приходом радовалась: возрождению, пробуждению и начинанию новой жизни. Это время не только надежд, но и перемен, которыми живёт традиционная семьи, она всем дарит луч света, без которого каждому члену семьи: бабушке, отцу и матери, их дочерям и сыну… невозможно увидеть все насыщенные и яркие краски мира. Вера, полная энергии, начала… разводить мел, и это занятие, хоть и трудоемкое, но приносило ей светлые мысли о том, как освежится ж их дом. Дети вместе с бабушкой выносили на улицу все постельные принадлежности и всё, что нуждалось в проветривании и солнечных лучах: перины, подушки, одеяла, верхнюю одежду… Это был ритуал, который помогал освежить и очистить от накопившейся за зиму, не… только пыли, но и затхлости. Проветривание было их важной частью сезонной уборки… которая освежала их дом и готовила его к тёплым летним месяцам. На улице раздавались звуки: лёгкий шорох листвы и великолепное щебетание птиц… от мелодичных трелей до громких криков, смех и непоседливый топот маленьких ножек… «топ-топ-топ». Вскоре к ним подбежал полуторагодовалый… младший братик Коля, его невесомые и быстрые шажки прерывались только от того, что он вдруг остановился на аккуратно… сложенных перинах с подушками. Счастливо, легко и не теряя времени напрасно, он запрыгнул на них и начал барахтаться, захлопав в ладоши, как будто б в безмятежном танце, наслаждаясь мгновением и ощущая, как ветерочек… играет с его детскими волосиками… а его заразительный смех разносился по округе. Наташа ж, невольно поддавшись импульсу детской радости, почувствовала… как её сердце наполнилось нежностью, радостью и гармонией. Она подошла к Коле, и, словно в игре с легким весенним ветерком, как птичье пёрышко, подхватила его. В один миг, как будто сама волшебная рука перенесла его, и он моментально оказался на мягких перинах, среди подушек… как будто парил в пушистых белых облаках. Младший братик занимал все её мысли, и, в это мгновение она, наполнилась счастьем и близостью их же дружбы, с искренним, и нежным чувством радости в голосе страстно окликнула Валентину.

– Бабулечка!!! Посмотри, как хорошо мы играем вместе, – так они забывались в простых радостях, а солнце, ласково обнимая всё вокруг, смотрело на их веселое воображение. – Бабуль, посмотри… посмотри ж, как он резвится… – восторженно воскликнула Наташа, радостно подбрасывая братика в воздух, еще раз и ещё, ещё, ещё… – Ему это занятие действительно нравится, оно приносит радость… Смотри, как же он звонко и заразительно хохочет вместе со мной, – с полным интересом к происходящему… она не могла сдержать свой смех и своего восхищения, наблюдая за Коленькой, который будто б маленькое солнечное пятнышко, смешно барахтался в натуральных облаках из пуховых подушек. Бабушка, улыбнувшись, в одну минуту отвлеклась от своих повседневных забот. Ласково ответила Наташе.

– Да, вижу, как он заразительно хохочет вместе с тобой. Его же радостный смех и беззаботное веселье, кажется, передаются и мне. Такие моменты простого, но, искреннего счастья поистине заряжают энергией и хорошим настроением. Мне очень приятно наблюдать за тем, как он с удовольствием резвится и наслаждается же моментом. Ваше совместное веселье выглядит действительно заразительным, – её же мысли крутились вокруг воспоминаний о том, как когда-то… много лет тому назад, она же сама была такой же озорной девочкой, играющей со своими сёстрами и братиком. Она ж старается никогда не ворчать лишний раз без надобности. В их семье никогда не было ни одиночества, ни скуки, когда смех детей наполнял дом… Но вдруг в какую-то минуточку смех Коленьки прервался… он резко заплакал, и сердце Наташи стукнуло с ужасом, пропуская удар за ударом… Её мир наполнился страхом: «Что же произошло…» подумала она, когда впервые почувствовала паническую тревогу, закричав во весь голос.

– Бабулечка, помоги… Что делать, – громко затараторила она, голос ее дрожал от волнения. – Я не знала, что подбрасывать… так нельзя, но я должна была догадаться… я… слишком увлеклась. Это всё моя вина… Это же… из-за меня… – её слова пронзили бабушку, стоявшую неподалёку. Взяв малыша на руки… как сильно он рыдает. Валентина Николаевна, опытная и мудрая, старалась его успокоить, предлагая погремушку, но малыш лишь сжимал её в одной ручке… в то время как другая оставалась пустой. Она поняла: значит боль… в его маленьком сердечке достаточно сильна. Она ж и вспомнила, как важно в таких случаях обеспечить детям чувство безопасности, а не избегать проблем. Прижимая его к себе, она очень тихо произнесла.

– Коленька, мой цветочек золотой, – неотрывно глядя на него. – Лучик солнышка родной. Всё будет хорошо, я всегда с тобой… мы переживем это вместе. Божьи планы всегда лучше наших, – крепко обнимая, она дарила частичку своего тепла и веры в лучшее, все её действия были полны нежности и заботы. Она знала… что требуется предотвратить причину его беспокойства, и, воспользовавшись её ж бесценным внутренне накопленным опытом, Валентина Николаевна уверенно старалась успокоить своего внучка. С каждым мгновением она испытывала, как слёзки Коленьки начинают успокаиваться, а… в его глазках льется радость, ведь рядом была его любимая бабушка. – Беги, моя дорогая, беги-беги… – мягко сказала бабушка, ласково поглаживая внучика по головке. Её же голос был полон тревоги, но в нём чувствовалась и крепкая уверенность. – Наташенька, позови ж скорей папу и маму… – в этот же момент родители, стоя на пороге, наблюдали за картиной, разыгравшейся перед ними, замирая… В их глазах застыл страх, и, бабушка ж, продолжая поглаживать малыша, не раздумывая… предложила дочери. – Вот адрес одной известной целительницы. Она точно поможет моему любимому внучку, – дочь с недоумением подняла взгляд на свою мать, держащую… сынульку.

– Целительницы!? – спросила ещё раз она, явно озадаченная. В это же время к ним подъезжал Алексей, и заметил их напряжение, потому что тёща всё ещё продолжала повторно… объяснять дочери.

– Да, да, да, именно так. Она же лечит народными средствами и заговорами, снимает порчу и избавляет от венца безбрачия. Ну, и, кстати, всё такое… прочее, ещё и возвращает мужей… с полной и со стопроцентной гарантией, – подробно и понятно объяснила. Вера ж нахмурилась, но она быстро добавила. – Но нам же… это не нужно, пожалуйста, езжайте скорее, она обязательно поможет вам, если вы попросите, вновь стать сыночку здоровым, – молниеносно жестами объяснила тут же зятю, заряжая его уверенностью. – Лёша, ты кто, мотоциклист. Быстро заводи мотор и не теряйте… дорогое время, – Лёша… понимая всю серьёзность ситуации, быстро завёл мотоцикл. Жена с сынулькой удобно устроились в люльке, а мать, зачарованно глядя им вслед, провожала их взглядом, и молвила заветные слова. «С Богом!!!». На ходу зять, пытаясь сгладить и разрядить обстановку, не накаляя её, но отпуская… тронувшись с места… весело произнес.

– Ну всё, поехали, не переживайте, у нас есть шанс… мы скоро вернёмся от целительницы. Уже совсем-совсем, ещё часок… и у вас будет совсем здоровенький, весёленький богатырь, как будто бы ж и не было ничего… – тёща же, глядя на них с холодным разумом… не могла скрыть искру надежды. И тогда… она стала крестить мотоцикл три раза, отправляя их в дорогу, и задумавшись, громко произнесла.

– Ну, если это им действительно поможет… – с этими словами она держала в сердце маленькую искорку надежды, полагаясь на ее душевные силы и магию целительницы, способные исцелить всё. – Езжайте с Богом, дети, в добрый час, – произнесла бабушка Валя с надеждой. «Пусть здоровье будет с вами всегда, ведь я, чтобы… вам помочь, а не навредить, на здоровье своего же внука благословляю» Наташа стояла так скромно… и смотрела на них с огромным испугом и с большим нетерпением, думала, не сдержавшись, задала вопрос.

– Бабушка, к чему это всё? Куда ты их проводила? – она была единственной, кто, несмотря на тревогу, выражала спокойствие… да «Божью благодать…”. Усадив себя на уличную лавочку с деревянной спинкой за двором, и тихонько прислушивалась к своим внутренним ощущениям, она ж старалась успокоить своих перепуганных внучек.

– Да не волнуйся, милая внученька, не волнуйтесь мои детки… Я же волшебница!! – произнесла она мягко, ободряющим тоном. – Как же вы много значите для меня. Как луч надежды в небе голубом, как букет прекраснейших цветов. Даже если так сложилось… значит, так и должно быть… Целительница… сейчас оставит все свои дела и посвятит себя Коленьке. У неё же просто по определению, не может быть ничего важнее… – она говорила приятным голосом, каждое её слово было наполнено уверенностью и любовью. – Она ещё полна сил, здоровая, и подходит ко всем с открытым сердцем. Она хорошо лечит, всем помогает и делает то, что должна, только благие дела, и искренне любит своих внуков, а они… сильно любят её, – эти слова успокаивали, но тут же, рядом сидевшая с ней восьмилетняя внучка внезапно прервала её. Поглаживая серебристые её белые волосы и морщинистую щёку, внучка тихо вздохнув, улыбнулась и отозвалась.

– Бабуля… А она правда сможет его спасти? – в этом простом вопросе звучала беспокойная и трепетная любовь её же маленького сердца. – Почему же так долго нет их? А эта бабушка живёт… очень далеко или близко…? Да или нет… – с грустью и взволнованностью спросила Наташа… Тревога за жизнь любимого братика не покидала ее и Таню, и с каждой минутой сверлила им мозг, и копилась в душе, и становилась всё острее и всё взнузданней до времени их приезда. Бабушка внимательно смотрела на них, и на их… изучающие лица, и сердцем чувствовала… как беспокойство переполняет их маленькие сердца. Бабуля понимала, как сильно волнуются внучки за Коленьку, ведь они видели, как он плакал и сильно испугался. Обняв Наташу и Таню, она взяла их за ручки и попыталась успокоить, тихо спросила.

– Ну, вы же не хотели, что бы с Колей что-то случилось? Ну вот и всё, паденье неизбежно, назад не повернуть часы, – говорила так открыто, спокойно и ёмко. – Для вас… самый простой способ, – её слова, хоть и пыталась успокоить, накалялись в их душах, чувства и мысли её внучек путались, смешиваясь с тревогой и упоминанием о случившемся… На глазках снова закапали крупные слезы раскаяния укрывшись в объятиях бабушки, на подоле её юбки. Ища поддержки и утешения в ее объятиях, они зарыдали… выплескивая свои страхи и переживания. Прижимаясь к её плечу вдвоём… тихо затараторили.

– Бабулечка, пожалуйста, всё будет хорошо…? – она, чувствуя любовь и страх своих внучек… и чтобы не привлекать их внимания к себе, не поднимая глаз, крепко обняла, стараясь передать… тепло и уверенность. Неожиданно, как-то совсем глухо, продолжили вдвоём, почему-то наперебой. – Мы больше никогда не будем делать этого. Нам очень сильно захотелось с ним поиграть, но не подумали, какой ценой может достаться желаемое. И в итоге, эта игра уже не радует. Начиная с этого момента, будем очень осторожны. Господи… какими виноватыми, мы чувствуем себя перед своим маленьким братиком… – оправдывались внучки, ластясь к своей бабушке. Они понимали… что виноваты и боялись, что их накажут за братика. Но всё равно не побоялись открыто сказать правду. Они поступили честно и бабушка и родители это поняли, ведь повинную голову меч не сечёт. И боясь, что в них разочаруются они искали защиты, но, бабушка их уверила.

– Да, мои дорогие, всё будет хорошо. Я с вами, надежда есть и мы вместе преодолеем это. Парадоксально, но… когда вы думаете о чём-то слишком много или слишком долго и чем больше стремитесь подавить свои навязчивые мысли, тем больше они преследуют вас, всплывая на поверхность с неумолимой настойчивостью. Неплохо и идеальный вариант заключается в том… что вы можете сделать для себя – это принять как неоспоримый факт. Всё будет хорошо, стоит только подождать и перестать бесполезно расходовать драгоценные силы. Вы забываете, дорогие мои, что от меня же ничего не зависит, каким будет ваше наказание, но знайте, что вы не одиноки. Всё-таки никто не знает, будет ли что-то через час и будет ли оно вообще… – выглянувшая на шум мотоцикла, бабушка бросила взгляд на внучек. Они внимательно и испуганно посмотрели на бабушку, и умоляли ее о защите. Паниковали, взывали, горько умоляли и обе прощебетали.

– Просим вас, бабулечка, дорогая наша. Мы изрядно виноваты и каемся… перед братиком, что не уберегли его. О чём мы жалеем… больше всего, – при всей её сдержанной молчаливости, Валентина Николаевна казалась теперь порядочно взволнованной… видимо не могла удержаться от мыслей, которые неожиданно пришли ей: «Вот, они и едут, пусть бы уже всё кончилось», думала она и направилась к ним быстрым шагом, внучки тоже ускорили шаг вслед за ней, вдруг они подбежали, но им было очень страшно. А бабушка же… пытливо поглядела на дочку, зятя и внучка, и выдохнув, поглядывая на Колю.

– Вера, что с ним?.. – несколько встревоженно уточнила она и пытливо поглядела на зятя и дочку… Она понимала, что уж очень на маму похожа, трудно же пришлось… всё так, неожиданно случилось, пришлось и это пережить. Всё это было бы смешно… если бы не так было грустно. Вера посмотрела на свою мать и сокрушенно сказала.

– Мамочка, самый близкий человек, ты у нас большая умничка. Спасибо тебе, дорогая. Тепло и нежность, и любовь ты даришь нам. Ты, наверное, без нас очень соскучилась пока мы отсутствовали? – она посмотрела на неё… улыбнулась, вздохнула и огонь в её сердце зажгла, затем продолжила. – Произошел вывих в локтевом суставе. После того, как, целительница вправила вывих… по своей методике, Коленька свободно потянулся за игрушкой этой же ручкой и заснул… – проговорив это, очарованная дочка как бы вновь ощутила на себе наитие вещательного Духа и впала в тихую сосредоточенность, в ту, которой, никто из семьи не позволил себе прервать ни одним новым вопросом. Да и о чём было её ещё больше расспрашивать? Она же, успокоилась и понесла спящего маленького сыночка на руках в дом. Валентина Николаевна немного успокоившись, что её предложение, твёрдая вера в то, на что она надеялась, уверенность в реальности, что справится с этим заданием, …поддержала их в самой непростой ситуации. Всё обещанное ею… сбылось. Они приехали… но и в тоже время, ещё раз для полного убеждения, повернув голову, и глядя… в их сторону, попыталась вновь. Узнать же… исключительно об одном.