Демонология в древнерусской литературе

С пришествием Христа на землю начинается Его победоносная борьба с дьяволом. В Евангелии рассказывается, как искуситель хотел прельстить Иисуса и, таким образом, подчинить его себе, но не успел в этом (МФ. 4. 1–11 ст. и паралл.). После этого началась победа Христа над бесами, мучившими больных (Лук. 13, 16) и особенно бесноватых (Мрк. 1, 25; 5, 8; 9, 25; Лк. 8, 32. 33 и пр.), над смертью (Лк. 7, 14; 8, 54; Иоан. 11 гл.), областью Сатаны (Деян. 26, 18) и пр. Христос говорит, что Он видел сатану спадшего, как молния с неба (Лк. 10,18), что «князь мира сего» уже осужден (Иоан. 16, 11) и будет изгнан (Иоан. 12, 31). Но, как акт окончательного разрушения дел дьявола (1 Иоан. 3, 8), в Новом Завете раcсматривается смерть Иисуса Христа (Евр. 2, 14), после которой Христос сходил с проповедью к душам, томившимся в аде (1 Петр. 3, 18–19) и победил темные силы (Колос. 2, 14 15); Сатана был связан на 1000 лет (откр. 20, 1–3).

Характер апокрифических сказаний о Христе – борце с царством Сатаны – хорошо выражен у летописца,

«что ради от жены родися, и на древе распятcя и водою крестися?.. – Сего ради, понеже род человеческий женою сгреши, дьявол прельсти Евгою Адама, и отпаде рая; такоже и Бог, отместье дая дьяволу, женою бо первое испаде Адам ис рая; от жены же воплотився Богь повеле в рай внити верным. А еже на древе распяту быти, сего ради, яко от древа вкушь и испаде породи; Бог же на древе страсть прия, да древом дьявол побежден будет и от древа животь примуть праведнии. А еже водою обновленье, понеже при Нои умножившемся грехом на человецех, наведе Бог потоп на землю, и потопи человеки водою, сего ради рече Бог: понеже погубих водою человеки грех их ради, ныне же паки водою очищю грехи человеком обновленьем водою»[62].

Но нет нужды приводить апокрифы о рождении Христа, «о древе крестном»… – В апокрифическом «Слове о Иисусе Христе, о Господе нашем», соответствующем Евангельскому рассказу об искушении Христа в пустыне, Христос постится с учениками 40 дней, «да преприт диавола».

«Слышав же диавол – алчбу творить Исус – разгневався великим гневом, и шед ста пред Ним. И рече Исус: „откуда еси?“ – Диавол же отвеща ему: „аз тебе глаголю, откуду еси ты, от коея страны?“ Глагола ему Исус: „с небес, от вышних сил“ – и рече Ему диавол: „иди ты на небо и сяди на престоле Своем; твоя суть небеса, а моя суть земля…“»

После такого «прения» с Иисусом,

«и взыде диявол на гору и возратися от Господа, и ту виде тму совокуплены бесы, и рече сатана бесом: „чада моя, укрепитесь и утвердитесь, Исус, великий супостат нашь, пришел есть нас погубити…“

Рече диаволь слугам своим: „подите вы со мною и аз с вами“. Идущим же им, взыде прах от диавола, и видеша ученицы Господни горы трясущися и глубина мятущися, и видеша ученицы Господни вихрем д… и глаголы слышашась, и трепет прият и снидоша со Иисусом с горы единнадесять поприщь… И повеле Господь облаком преити на землю с мольниями, и похитив диавола, обесили стремглавого за пяты; той сотвори Господь едином гласе, и силы его разгна яко дым, и слуги его. Глаголют же беси, вопиюще: „что ся мы здеем небози, а не бежим в пещеры, се уже князя нашего обесиху стремглавого во облацех небесных“. Тогда виде диавол – скончася слово, еже рече Господь и рече диавол: „Господи, помилуй мя и не погуби мене, но пусти мя на землю“. И то рече диавол, и наполни уста своя храпания великаго, и восклонився, хоте хитити Исуса. Глагола Исус: „мыслиши мя хитити, диаволе: ни плюну на тя, ни дууу, слина бо моя свята есть, а уже дуну на тя ветр изо устМоих: дух свят есть; еще не бойся, Сатана с тобою не буду, буду честен вышнему“»[63].

Выше мы приводили апокриф о змиевых главах и о рукописании Адамовом. Это рукописание лежало в водах Иордана до пришествия Христа под охраной змиевых голов.

«И егда прииде (Христос) на Иордан ко Иоанну креститися нашего ради спасения, тогда змиевы главы сташа в струях иорданских противу Господа, и сокруши змиевы главы сокрушены, тогда взя диавол и останок того рукописания и внесе во ад, иде же заключени и быша святии. Егда. Господь наш Иисус Христос воскресе из мертвых, тогда и останок того рукописания растерза и заглади»[64].

Сказание об этом победоносном схождении Христа в ад, давшем начало многим песнопениям страстной и пасхальной седмицы (напр.: «снизшел еси в преисподняя земли и сокрушил еси вереи вечныя, содержащия связанныя, Христе, и тридневен, яко от кита Иона, воскресл еси от гроба»), читаем в апокрифическом евангелии Никодима, но встречаем и в других памятниках.

«Егда невидим бысть от креста, – читаем в вопросах св. Варфоломея, – тогда снидох во ад, изведох Адама и вся патреярхи, Авраама, Исаака, Иакова; егда же снидох со ангелы своими во ад, да стру твердыя затворы и медяныя затворы сломлю, и глаголаше ад ко дьяволу: вижю аз, якоже Бог на землю сниде. И зваху ангели ко властем, глаголюще: возмете врата князи ваши, отимете врата вечная, се бо сходить царь славы; ад же рече: хто есть царь славы, сходяй с небесе к нам? Егда же снидох 500. степении, и смятеся ад, глаголя: слышно оубо вышнему дышющю и не могу стерпети. Дьявол же отвеща, глаголя: не покоряися, аде, но оукрепися, сам бо Бог на землю не сниде. Егда же снидох 2-ю, 500 степении, и звахуть ангели и силы: возмете врата, отимете, се бо царь славы сходить. – И глагола ад: о люте мне, яко дыхание Божие слышю. – И глагола дьявол ко аду: что мя, оужасаеши, аде, пророк есть, и оуподобился Богу, пророка того имеве и приведем его семо, ко мнящимся взыти на небеса. – И рече ад: хто есть от пророк, повеждь ми, Енох ли, правде писатель, но не попусти ему Богспити на землю прежде кончанья 6000 лет, Илью ли глаголеши местителя, но прежде не снидет (). Что сотворю, яко от Бога пагуба есть, оуже бо скончанье наше есть, имам бо число в руку моею. – Разумев же дьявол, яко слово отчее на землю сходит, и рече ке нему: не боися, аде, оутвердиве врата и оукрепиве верея своя, сам бо Бог на землю не снидет. – И рече ад: где скрывеся от лица Божия, великаго царя, остави мя, не противися, прежде бо тебе аз сотворен бых, И тогда сотроша медяная врата, и верея железная сломи, и шед, ях его, и бих его 100-м ран и связях его оузами нерешимыми, изведох Адама и вся патреярхи»[65].

Дьявол побежден; судьба его, однако, еще не решена. Он по-прежнему сеет зло среди людей. Ему еще принадлежит роль в будущем человечества. Но об этом мы будем говорить впоследствии.

МиФологические черты в древнерусском бесе

Бози язык – бесове.

Псалтирь, 95.

Предыдущее достаточно определяет демонологические представление в древнерусской литературе. Но для понимания их мы должны выдвинуть на первый план еще одну сторону в этих представлениях: мифологические черты в древнерусском бесе.

Апостол Павел в послании к Коринфянам нам писал: «язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу, но я не хочу, чтобы вы были в общении с бесами. Не можете пить чашу Господню и чашу бесовскую; не можете быть участниками в трапезе Господней и в трапезе бесовской» (1 Коринф. 10, 20–21). Таким образом, апостол язычников считает идолов за бесов[66], а языческие жертвоприношения называет бесовскими, которыми как будто питаются бесы. Точно также и в Откровении читаем: «…не покланяться бесам и золотым, серебряным, медным, каменным и деревянным идолам» (Откров. 9, 20). Но таково же было сознание и первохристиан из язычников. Переступая за порог христианской церкви, язычник не оставлял своей веры в реальность существование языческих богов – он только считал их теперь не богами, а бесами – прельстителями людей. Если раньше боги были его друзьями, то теперь они стали его врагами, с которыми нужно было вести беспощадную борьбу не на жизнь, а на смерть.

«Акты мученические полны рассказов о том, как тот или другой христианин является в капище идола и, вполне разделяя языческое убеждение в существовании языческих богов, при помощи заклинаний изгоняет обитающего в нем бога. Так, Панкратий изгоняет демона из идола Фалько, почитаемого в одном сицилийском городке Тавромении, обращаясь к нему с такими словами: „Фалько, глухое, слепое и немое животное! кто ты и что здесь делаешь? сколько времени ты здесь живешь, обольщая создание моего Бога и принимая от них жертвы?“. Демон отвечает ему: „260 лет я живу здесь и получаю жертвы и приношение от города Тавромении, каждый год по три невинных ребенка, семьдесят три жирных и прекрасных быков, свиней и несколько ягненков“. – „Заклинаю вас, злые демоны, – продолжает Панкратий, – именем распятого нашего Мессии и Господа, соберитесь сюда отовсюду, возьмите из храма идола Фалько, бросьте его в море на расстоянии 30 стадий от берега и сами вместе с ним низвержитесь в глубину бездны“.

В конце 3 века Евгений изгоняет бесов из идола Трапезунтского, при чем на этот раз изгнанию подверглись ни кто иные, как сами Дия, Артемида и Аполлон, которых Евгений удалил на необитаемые горы Кавказа»[67].

Апологеты 2-го века развивают целую философию религиозной истории человечества, по которой вся религиозно-нравственная жизнь греко-римского общества, как своим происхождением, так и содержанием, обязана демонам.

Демоны же научили людей и ставить им изображение или идолы, при чем эти изображения не только носят их имена, но и имеют тот самый вид, в каком они являлись людям[68].

При таком отожествлении языческих богов с демонами на образе демонов должны были остаться мифологические черты. Так оно и случилось. В древне-христианских и византийских житиях можно найти немало сказаний о явлении бесов – античных богов[69]. В таком виде классические боги перешли и на Русь и встречаются, хотя и редко, в памятниках древнерусской литературы.

Вот, напр., сказание из апокрифического «Ипатиева мучения»:

«Плавающим же имь по мору, и быс дияволь в образи старце, и вврьжесе в море и видевше гаˉаше к нему ипатию члˉвче бˉжии повели ему изыти из мора, да не зле оумрет. стˉыиже гˉла к ним, чедца моя неˉс члˉвкь дияволь хотеи нас прельстити. нь да разумеють. яко волею бˉжиею оудрьжа его и оу ран и его. И вста сˉты из кораба. и створь о хˉс знамениа. и запрети бесу не бегати. изшьд стˉыи ис кораба. ходи по мору яко по сухоу и пришьдше оудрьжа его в корабль, свезавь его за нозе. и обеси его на ветриломь кораблямь. и вземь от жезль корабных. и начеть бити его и глˉати рьци ми ты кто еси. что сотворил еси. гˉла и реч ему помˉлуи ме учениче истиннаго бˉа даждь ми отраду, и гˉла азь есмь ворохамь бесовомь начальник имам бо в мори деланиа моя и приидох зде. вздвигнути вльны яко потопити вас и многа зла створих, якоже многих потопих. и аще ви лииши вьзвещати все отпусти ме. гˉла к нему стˉии ипатие не требуемь слишати от скврьних ти оуста словеса нечиста. нь в час сы послю те в вечны огнь свезана»[70].

Нетрудно узнать в этом сказании повелителя морей Нептуна, хотя бес и называет себя фантастическим именем Ворохама.

Перешедши на Русь с чертами античных богов, бес подвергся здесь тому же самому процессу, что и в первохристианстве, – воспринял в себя черты русских языческих представлений. Более подробное изучение его с этой стороны может дать материал для изучения древнерусской языческой мифологии, который при скудости наших сведений о древнерусском язычестве должен быть признан очень ценным.

Русские пастыри-проповедники, прежде всего, развивают теорию древних церковных писателей о том, что язычество было «оученьем дьяволемь изобретено потворенем темнаго беса"[71]. Мы уже приводили апокрифическое сказание из начальной летописи о происхождении идолопоклонства от дьявола.

«Вельми завидит диавол, говорится в „Слове о небесных силах“, родоу члˉческомоу, и не останет прельщая члˉки, и в тварь прельсти веровати: в слˉнце и в мсˉць и в звезды, а иныя в реки, и в источники, и в древа польская, и в огонь, и в звери, и в иныя вещи многоразличныя, яже невозможно изрещи, и всех их враги Бгˉоу сотвориша, и да яко сам испаде из рая от Бога, тако и нас отвращает от Бˉга мечты своими… дабы емоу не единомоу быти во огни неоугасимом»[72].

Эту святооческую теорию пастыри церкви прилагают и к новым церковно-историческим условиям. Состояние Руси «в поганстве» по их поучениям – это состояние ее под властью бесов; принятие ею христианства – освобождение от бесовской прелести.

Вот что пишет летописец. После крещения Руси «дьявол стеня глаголаше: увы мне, яко отсюда прогоним есмь. сде бо мнях жилище имети, яко сде не суть ученья апостольска, ни суть ведуще Бога, но веселяхся о службе их, еже служаху мне; и се уже побежен есмь от невенгласа сего, а не от апостол, же от мученик, не имам уже царствовати в странех сих[73]. После крещения сеть сокрушися и мы избавлени быхом от прелести дьяволя. И погибе память его с шюмом, и Господь в векы пребывает, хвалим от русьскых сынов, певаем в Троици, а демони проклинаеми от благоверных мужь и от верных жен иже прияли суть крещенье и покаянье в отпущенье грехов»[74]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Яковлев. Древнерусские религиозные сказания. Варшава. 1875. Кадлубовский. Очерки по истории древнерусской литературы житий святых. Варшава. 1902 (прим. автора).

2

Житие пр. Иллариона Сузд. Казань. 1868 (прим. автора).

3

Стр. 2 (прим. автора).

4

Стр. 7 (прим. автора).

5

Там же (прим. автора).

6

Стр. 9, 11 (прим. автора).

7

Стр. 11 (прим. автора).

8

Напечат. в Изв. И. А. Н. за 1852 г. (прим. автора).

9

Ркп. Б-ки М. Д. Акад. № 1580, л. 239 (прим. автора).

10

«Луг Духовн.», изд. Хитрово, Сергиева Лавра, 1886, стр. 144 (прим. автора).

11

Четьи-Минеи, изд. Синод. Типограф. М. 1902, к. 3, стр. 406; есть в изд. О-ва люб. Дух. II (прим. автора).

12

Четьи-Минеи изд. Синод, тип. М. 1902, кн. 3, л. 227 (прим. автора).

13

Лавсаик, СПБ. 1850, стр. 113 (прим. автора).

14

Так, в известной «Повести о табаце» раскольники считают табак бесовским зельем. (прим. автора).

15

См., напр., Синодик Дедовской пустыни, изд. О. Люб. Д. П., лицевыя жития Матфея Прозорлив., Феодора и Василия и др., изд. О. Л. Д. П., Лицевые Апокалипсисы, изд. Буслаевым, Годуновскую псалтырь в реп. б-ки М. Д. Акад., снимки в «Исторических очерках» Буслаева, т. т. 1–2 и пр. (прим. автора).

16

В Ветхом Завете мы почти не встречаем дьявола: самые яркие места В. 3. о дьяволе в кн. Иова и (неканонической) Товит; иногда бросаются о нем мелкие указания, напр. 14 Цар.,1 Парал. 21, 1; Прем. 2, 24 и нек. др., но змий-прельститель в смысле дьявола истолкован позднее (Апок. 12, 9) (прим. автора).

17

Сборники древнейших сведений о мучениках, в том числе протоколы судов над первыми христианами времен Римской империи (прим. ред.).

18

Явление божества (прим. ред.).

19

Практика сна в сакральных пространствах для получения божественных откровений (прим. ред.).

20

О первохристианской демонологии см. ст. А. А. Спасского «Вера в демонов в др. – церкви и борьба с ними» в Богословск. Вестн. 1907, II, 357–391 стр.; ср. Гарнак. «Религиозно-нравственные основы х-ва в историческом их выражении» перев. его же, Харьков, 1907, стр. 60–79.

21

О демонологии ж. ж. свв. см. в кн. Шестакова: «Исследов. в области греч. народн. сказан. о свв.» гл. 4, стр. 215–256. Варшава. 1909, где не различаются, однако, жития мучеников и преподобных (прим. автора).

22

Богомильство – учение, возникшее в Болгарии в X веке. Относится к т. н. дуалистическим ересям, основанным на вере в два противоборствующих начала. Так, богомилы противопоставляют Бога-отца и Сатанаила, и именно второй считается создателем человека (прим. ред.).

23

Теогония – совокупность мифологических или религиозных представлений о происхождении и родословии богов; космогония – учение или миф о происхождении и сотворении мира (космоса); космология – система представлений о строении, законах и устройстве мира как целого; эсхатология – религиозно-философское учение о конце света и посмертном бытии (прим. ред.).

24

Речь идет о Иеремии, болгарском священнике X века, авторе сборника славянских апокрифов, известного по рукописям XIII–XV веков. В источниках позднего Средневековья иногда упоминается как ученик попа Богомила или отождествляется с ним, однако содержание его текстов не соответствует богомильскому учению, что делает такую идентификацию спорной (прим. ред.).

25

Впрочем, и богомилы исходили из Библии, которую своеобразно толковали, и часто трудно сказать, чисто ли библейский данный мотив в апокрифе или богомильский (прим. автора).

26

«Первейший из небесных светов, по гордости своей, утратив свет и славу, преследует всегдашней ненавистью род человеческий». Григ. Бог. Песн. Тайноводств., см. IV, Твв. свв. оо. IV, 228 (прим. автора).

27

Этот отступник ангел, который был сотворен так, что «выделялся из прочих легионов ангелов, так низпал гордостию, что теперь подчинен власти устоявших ангелов». Greg Magni, Moral., IV, cap. 13 (прим. автора).

28

«Из ангельских сил надземнаго мира начальник, которому Бог поручил охранение земли, не был создан злым по естеству». Дамаск. Точное изложение правосл. веры кн. 2. гл. 4 (прим. автора).

29

«Им отторгнуто, ему последовало и с ним низпало бесчисленное множество подчиненных ему ангелов». Дамаск. Точн. излож. прав, веры кн. 2 гл, 4 (прим. автора).

30

Летоп. по Лавр. сп. СПБ. 1872, стр. 85–86 (прим. автора).

31

«Сатана свержен с неба не за любодеяние или прелюбодеяние, или тайную непозволенную связь; но гордость повергла в самую глубину бездны того, кому принадлежали слова: на небо взыду выше звезд небесных, поставлю престол мой, буду подобен Вышнему» (Ис. 14, 13–14). Афанас. Александрийский, см. Макария, Догматическ. Богослов., СПБ. 1868, т. I, стр. 405–6, 408 (прим. автора).

32

По варианту далее следует такая подробность: «И сотворил себе престол на облацех северных и вознесся и бысть тогда воевода чину ангельскому, и виде Бог противника себе и посла Бог Михаила архангела и повеле сатанаила свержить долу. Иде же Михаил к Сатанаилу; видена нем божество велико и не сме на него и зрети. И прииде Михаил к Богу и рече. Господи велико есть на нем божество твое. Господь же снят с него божество рече: иди и сверги его долу и пр и иде Михаил и виде Сатанаила яко проста человека и удари его скипетром и спадеся престол его, и пойдя Сатана долу и со всеми силами и отнят от него Господь божество и снят от него ил. и да Господь ил ангелом и нарече имя Михе Михаил». Порфирьев. Апокр. сказ, о в заветн. лицах и событиях. СПБ. 1877, 86, ср. 88 стр. По другому варианту Михаил сверг Сатанаила только после того, как Бог постриг его в чернецы. См. Чт. О. И. Д. Рос. 1886, II, текст «Сказание о Тив. море» (прим. автора).

33

Вариант: «двенадцатый» (прим. автора).

34

Толковая Палея 1477 года, изд. О. Л. Д. II. 1892. л. л. 18–20 (прим. автора).

35

Euthimii Zigabeni, Narratio de Bogomilis seu Panoplia, Gottingae, 1842 гл. VII стр. 9–10; ср. из Liber Iohannis: «„Господи, прежде чем Сатана пал, в какой славе состоял он у Отца Твоего?“ И сказал мне: „В такой славе был, что управлял силами небесными; я же сидел у Отца моего. Сам бы управителем всего и подражателем Отца и сходил с неба в преисподнюю и восходил от преисподней до незримого престола Отца и созерцал славу, которая была у движущего небеса и помыслил положить престол свой над облаками небесными и захотел быть подобен вышнему“. Он спускается до огня в преисподней и, вернувшись, „вошел к ангелу воздуха и к тому, который был над водами“, и сказал им: „все это – мое; если послушаете меня, положу престол мой на облаках и буду подобен Вышнему и стягивая воды от нижней тверди, также затем соберу места моря, и после этого не будет воды над поверхностью всей земля, и буду царствовать с вами во веки веков“». Цит. по Веселовскому. Разыскания в обл. р. д. стиха, V. 36 стр. (прим. автора).

36

Zigab., глл. VII, VIII (прим. автора).

37

Zigabeni, op. cit., с. VII, стр. 11–12; ср. Liber Iohannis: «И сходя Сатана на твердь эту, не смог сделать себе никакой опоры (requiem), ни тем, которые были с ним. И просил у Отца, говоря: имей милосердие ко мне, и все отдам тебе. И сжалился над ним Отец и дал ему опору и тем, которые были с ним, как он хотел даже до седьмого дня». Тогда началось творчество Сатанаила: он поднимает небо из-под воды, творит солнце, луну и звезды: «сделал ангелов управителями своими по чину Вышнего и по приказанию невидимого Отца – громы, дожди, град и снег; выслал ангелов управителями своими над этим и приказал земле, чтобы произвела все летающее и все пресмыкающееся, и деревья, и травы, и приказал морю, чтобы произвело рыб и птиц небесных». Веселовский, V, 38. Ср. Козьмы Пресвитера Беседу на богомилов. Пр. Собес. 1859, II, стр. 108: «диавола творца нарицают». Стр. 198: «а тварь Его (Бога) диаволю тварь мнят» (прим. автора).

38

Веселовский, V, 47–48 стр.; см. ниже (прим. автора).

39

См. ниже (прим. автора).

40

Представления об этой вселенной, состоящей из нескольких слоев: ряда небес, воды, земли, преисподней и пр., могут быть, кажется, поняты из книги Еноха, еврейского апокрифа, оказавшего большое влияние на христианские представления (прим. автора).

41

Зигабен, гл. VII, стр. 12 и сл. (прим. автора).

42

Лавр. Лет: изд. арх. ком. стр. 172 (прим. автора).

43

«Через его задний проход», др. греч. (прим. ред.).

44

Радченко. Неизвестн. сочин. Зигабена о богомилах. Нежин. 1902, стр. 5–6 (прим. автора).

45

Пам. Ст. Руск. Л-ры. изд. Кушелевым-Безбородко, т. т. 3–4, стр. 12–13 (прим. автора).

46

«И когда сотворил (Сатанаил) землю и море и все, что в них, насадил же и рай». Радченко. Малоизв. соч. Е. Зигабена, стр. 5 (прим. автора).

47

П. С. Р. Л-ры, 3, 7 стр. (прим. автора).

48

Прав. Соб. 1864, II, 103 стр., ср. 100 стр (прим. автора).

49

А. Попов. Книга бытия небеси и земли, кн. 5 (прим. автора).

50

Расписка, договор с дьяволом (прим. ред.).

51

Ср. Лавр. Лет., стр. 86 (прим. автора).

52

Тихонр. П. О. Р. Л-ры, 1, 4, 12; П. С. Р. Л-ры 3, 2 и пр. (прим. автора).

53

Здесь: покрылась коростой (прим. ред.).

54

Тихонравов. П. О. Р. Л-ры, I, 16 стр. (прим. автора).

55