Белокурое (не)счастье для некроманта

Решаю более плотно заняться учёбой и, чтобы дополнительно занять себя и не мозолить глаза некроманту, записываюсь на факультатив по рисованию. Конечно же, пытаюсь зазвать туда своих девчонок, но они ни в какую не соглашаются. Учёба в академии— это огромное количество возможностей, и каждая из нас выбирает свой путь, так что какое–то время встречаемся мы по большей части в столовой. Если совпадаем по времени.

Сегодня я вижу одну лишь Мираэль. Она алхимик, потому у нас всегда есть темы для разговора, но, судя по тому, как внимательно она читает «Сплетник» и хмурится при этом, об учёбе и речи быть не может. Что–то случилось!

— Привет!— говорю, подсаживаясь к ней за стол, забыв про линию раздачи.— Что там?

— Доброе утро, моя Белокурая Жози,— ехидничает подруга, прижав руку к груди.

Смотрю волком, но та принимает настолько невинный вид, что невольно смеюсь.

— Ты неподражаема!

— Да, я такая. А теперь немедленно читай, что учудила наша Иллори!— требует обычно спокойная и вдумчивая Мираэль.

У меня глаза на лоб лезут, потому что попасть в «Сплетник» нужно ещё постараться, особенно для первокурсниц, которые только–только поступили в академию.

Это уникальное печатное издание находит самые острые, пикантные, непристойные или комичные ситуации и не позволяет герою или героине остаться без своей минуты славы. Особенно, если эти герои ужасно не хотят, чтобы кто–либо узнал об их эпичном провале!

Не одно поколение студентов гадает, кто же издаёт этот волшебный листок с самыми горячими новостями, ещё и распространяет так, что ни разу за долгие годы не попался. И, честно признаться, найти главного редактора этого чудесного проекта— одна из моих целей на ближайшие пять лет учёбы.

Умирая от любопытства разворачиваю к себе листок и впиваюсь в строчки глазами. Заметка короткая и, откровенно говоря, можно было её вообще не читать, а сразу аккуратно грохнуться в обморок и полежать тихонечко, совершенно никому не мешая. Потому что сразу под текстом располагается фотография парочки, которая… самозабвенно целуется прямо на практическом занятии!

— У нас с тобой не подруги, а суперзвёзды,— смеётся Мираэль.— Сперва Анита попала на первую полосу, теперь Иллори.

— Главное— нам с тобой туда не попасть,— замечаю я.

— Нам не светит, мы слишком благоразумные,— парирует подруга.

И она во многом права, но… лишь когда говорит о себе. Мираэль— будущий судебный эксперт, девушка серьёзная, ответственная, а я— та ещё егоза. И если мне суждено очутиться в «Сплетнике», целуя Адриана, я готова хоть сейчас! Только волосы поправлю.

— Пойду за едой. Тебе что–нибудь захватить?— говорю, не позволяя себе пуститься в мечтания на людях, хотя бессовестный некромант так прочно обосновался в моих мыслях, что повсюду мерещится.

— Захвати компот, если не трудно.

У линии раздачи еды собралась приличная очередь, и я направляюсь сперва к напиткам. С удовольствием осушаю стакан немного вязкого, кисловатого компота и несу подруге её порцию, ей нужно смыть послевкусие от новостей.

Мне остаётся всего ничего до нашего стола, когда я вдруг вижу профессора некромантии, который больше похож на высшую нежить, чем на человека. Огромная чёрная фигура приковывает внимание, и эта секунда стоит мне слишком дорого.

Я умудряюсь споткнуться о чью–то сумку, взмахнуть руками и по инерции преодолеть несколько метров, не в силах быстро поймать баланс. И— о, ужас! О, кошмар!— лечу головой вперёд в того самого некроманта, которого разумные люди обходят стороной. Через лес, поля и дали, лишь бы не оказаться с ним на одной территории.

У меня отличная реакция. Просто прекрасная. И с координацией всё замечательно. Но сегодня будто сама судьба решает поиздеваться.

Я прямо на ходу зажмуриваюсь, втягиваю голову в плечи и выставляю руки, чтобы смягчить удар, но меня кто–то успевает поймать и дёрнуть в сторону.

Секунда— и я сижу на коленях… Адриана Грейвена!

С пустым стаканом в руке, который так и не выпустила. А его содержимое…

Над профессором с неприятным шипением исчезает возомнивший себя птичкой компот, так и не долетев до чёрной мантии.

Нет, я всё–таки везунчик. Если бы профессор не успел отреагировать, меня бы уже ничто не спасло.

— Кхе–кхе,— деликатно намекает Адриан Грейвен о необходимости покинуть его колени.

И я тут же забываю и про компот, и про чуть было не облитого профессора, про зрителей неожиданного шоу— тем более. Поворачиваюсь к нему.

— Доброе утро, Адриан,— произношу с улыбкой.— Большое спасибо. Ты невероятно любезен.

— Вайерс–с–с,— тянет некромант так, будто сейчас зашипит от злости.

— Жози,— напоминаю, назидательно подняв палец вверх.— И тебе стоит заверить меня, что ты рад был помочь, так написано в учебниках по этикету.

Лицо некроманта белеет от гнева, и я оперативно поднимаюсь, не забыв звонко поцеловать его щёку. Вдруг повезёт и завтра мы попадём в «Сплетник», мне будет, что показывать нашим будущим детям.

— Ещё раз благодарю!— говорю, практически убегая к Мираэль. Точнее, планируя так поступить.

Только вот, Зейн Васциус Лейн, профессор некромантии и, если верить слухам, тайный советник самого короля, стоит, скрестив руки на груди, ждёт моих извинений. Я, конечно, тут же их приношу, многословно извиняясь и каясь. И, видимо, этого достаточно, поскольку мужчина делает шаг в сторону, освобождая проход.

Уже за столом понимаю, что он ни одного слова не произнёс, а какое впечатление произвёл, что мы с Мираэль ещё минут десять сидим и молча таращимся друг на друга.

Ужас какой–то, а не человек. Но отчего–то весьма снисходительный сегодня. Может, в хорошем настроении? По этим некромантам не понять, что у них на душе. И есть ли у них эта душа вообще— тоже! Всё–таки, что ни говори, а столь сильная и опасная магия накладывает отпечаток на личность.

Когда я вспоминаю о еде и вновь поднимаюсь из–за стола, некромантов уже и след простыл. Увы, как и самой вкусной еды. Приходится довольствоваться кашей и бутербродом с маслом.

Конечно же, когда я иду с едой, студенты демонстративно убирают сумки, ноги, а особо весёлые ребята даже столы отодвигают, чтобы я не зацепилась. Ехидно делаю книксен каждому и пространно благодарю, заставляя из вежливости столь же витиевато мне отвечать.

Ишь, придумали! Будут знать, как издеваться над маленькой хрупкой блондиночкой!

Но, если совсем честно, это действительно ужасно смешно. И я бы с удовольствием посмеялась, это вполне в моём характере, но хочу, чтобы меня уважали и немного побаивались, а не считали лёгкой смешливой девчушкой.

Я целитель. Маг, которому нужно подчиняться беспрекословно, потому что точное следование инструкциям в экстренный момент может спасти жизнь. Мне приходится держать дистанцию там, где другие могут позволить себе просто веселиться.

— Жестоко,— смеётся Мариэль, когда я сажусь есть.— Они так хотели посмеяться.

— Это было смешно и мило, согласна. Но моя специализация накладывает определённые ограничения на любые мои действия. Я и так согрешила с некромантом, одной ошибки за десять минут вполне достаточно. Меня должны воспринимать, как авторитетное лицо, а не ярмарочного скомороха.

— Ошибки?— хмыкает подруга.— Не думаю, что ты считаешь ваш поцелуй ошибкой.

Вот почему она такая проницательная?

— У меня на лице всё написано?— уточняю мрачно.

— Не переживай, уверена, никто ничего не заметил.

— Ты заметила, а значит, может и ещё кто–нибудь,— настаиваю, так как мне жизненно необходимо понимать, где я прокололась, чтобы сделать работу над ошибками.

— Ты не любишь прикасаться к людям и всегда держишь дистанцию— это раз. Ты бы ни за что не осталась сидеть у мужчины на коленях, моментально бы вскочила— это два.

Распахиваю глаза. А ведь верно! Любой человек, который хоть немного меня знает, тут же заметил бы всё перечисленное!

— Ты смотришь так, будто есть ещё три и, возможно, четыре,— произношу напряжённо.

— Ты его поцеловала, Жози. При свидетелях и рассчитывая на главную страничку «Сплетника». Уверена, бедный некромант даже не представляет, как ему… кхм… повезло.

Что это ещё за неприличные намёки?

Но увы, Мираэль права от начала и до конца.

— Из тебя выйдет отличный судебный эксперт. Ты будешь выполнять полный цикл работ— сперва доводить человека до инфаркта, затем расследовать, от чего именно он умер,— бурчу недовольно. Но подруга воспринимает мои слова, как комплимент, и спокойно пьёт свой компот. Никакого сочувствия!

Тем не менее, я пребываю в отличнейшем настроении.

Иначе и быть не может, ведь сегодня я совершила свою давнюю мечту— поцеловала Адриана Грейвена!

Да, в щёку, неромантично, а, скорее, шутки ради, но для той крохи, что смотрела на долговязого подростка с надменным взглядом, это огромное достижение!

И вообще, пока всё идёт хорошо, пусть и не по плану. Но ведь всё получится, верно?