Грани будущего 3: Игры смерти

Народ снова загудел и приободренный, поспешил к составу.

Зиновий посмотрел на Ольху.

– Спасибо, что прикрыла. Насчёт тестов выдумывай, что сможешь. Только без остановок. Нас ждут на севере.

– Мы не знаем ресурса роботов. В один прекрасный день они могут нас просто перестать толкать для разгона. И встанем посреди рельса. Их тоже надо диагностировать.

– Пока не доберемся до Лучегорской ГРЭС, после Шмаковки никаких остановок, – осёк Зиновий и вновь посмотрел на памятник. – Люди мало что знают об этом мире. Особенно, молодёжь. Наша задача просвещать. Им нужны зрительные образы, то, что можно потрогать, посмотреть. Вдохновляющие события, чтобы идти за Содружеством.

– Раньше это называлось патриотизмом.

– Пока все не начали воевать друг с другом в пределах собственной страны? – подкинул бровь вверх Зиновий. – Или это уже называлось выживанием при изменившихся условиях?

Ольха фыркнула, повернулась и молча зашагала к составу. Чего с начальством спорить. Дурак на дураке…

Ближе к вечеру дотянули до Шмаковки. Загорелись красные лампы. Состав закупорился, не выпуская никого, кроме дронов и планеров. Катастрофа изменила поселок, расположенный неподалеку от станции. Ключи больше не били из земли, а округа показывала высокий уровень радиации.

– Это странно, так как ещё два месяца мы проскакивали здесь с допустимым уровнем радиации, – отметила изменения Вики.

– Сказывается близость китайской границы? – переспросила Ольха.

– А раньше её не было, что ли?

– Кто вообще знает, что было раньше, кроме Карлова?

Подруги спорили, пока планеры разведали окрестности. Семёныч вернулся с докладом, что не всё в порядке с водой и расположенных неподалеку «Горных Ключах».

Посмотрев карту, пришли к выводу, что всему виной река Уссури. Лед вскрылся и понес по воде десятилетиями собираемую льдом зараженную радиацией пыль. Снег таял поверх наледи, добавляя в воду примеси, от которых дохли и без того скудные косяки рыб. Что стало заметно у берегов.

– Если она плывет по течению кверху брюхом уже здесь, то выше по течению эта зараза попадет в Амур. Будет немало грязи, угрожающей здоровью населения. Хабаровску стоит закрыть водозаборники до осени, – прикинула Вики и настояла на немедленной установке новой вышке связи, чтобы донести эту информацию до союзников. – Конечно, если ведро из реки можно назвать водозаборником. Да и вообще ледостав принесёт немало замороженных трупов. Когда они начнут таять на солнце вместе с размытыми скотомогильниками и захоронениями при половодье, нужен будет ежечасный мониторинг состояния воды. Если не хотим быстрых смертей, воду надо брать как можно глубже. Людей спасет только естественная природная фильтрация. Нужны артезианские скважины. Минимум одна на населённый пункт.

Зиновий отметил Шмаковку как бесперспективное место для нового анклава и дотемна гнал поезд на север, спеша передать известие.

Проехали мёртвый город Лесозаводск, не отметив никакой жизни среди руин. В сумерках добрались до «Лазо», проехали пустующий город «Дальнереченск», станцию «Эбергард» и собирались уже заночевать, как и в прошлой экспедиции под станцией «Губерово», но адмирал, после того, как сдались солнечные батареи, прицепил роботов.

Неутомимые трудяги тащили состав самой станции Игнатьевка, возле которой располагалась Ласточка. Остановка произошла уже в полной темноте. Свалились всей упряжкой разряженные роботы там, где адмирал поставил на карте новый крестик.

Причина остановки Содружества в районе станции «Ласточка» была довольно проста. Судя по данным ЛУКа, здесь так же разливали минеральную воду в довоенное время. Карта показывала, что река Уссури слившись с Большой Уссуркой ниже по течению, ушла в сторону к самой границе с Китаем. То есть ее воды никак не могли повлиять, но подземные резервуары района «Ласточки». Что и доказала первая пробуренная скважина на следующий день. Ее пробили неподалеку от станции прямо с вагона.

Вики провела первичный анализ и с довольным видом сообщила, что лечебно-столовая минеральная вода слабощелочная и относится к природным минеральным водам малой минерализации, предлагая гидрокарбонатные натриево-кальциево-магниевые воды, которые можно было использовать без ограничений в любом виде.

Закрепившись у воды, Зиновий оставил немногочисленную охрану для состава и инженеров блондинки. Те, плотно позавтракав, с большим воодушевлением принялись устанавливать станцию связи на пригорке и распаковывать солнечные батареи.

Роботы, заряжаясь всё утро, подвинули состав лишь на несколько километров, остановив аккурат там, где прошла Первая Экспедиция разбирала встречные рельсы, чтобы продолжить путь взамен исчезнувших. Группа под руководством Ольхи принялась разгружать рельсы, шпалы и устанавливать все это по большему счету благодаря разгрузочному крану. Он же разгрузил мини-шпалоукладчик. Людям оставалось во многом лишь оперировать.

Но счастье длилось не долго. Намедни адмирал полностью разрядил аккумуляторы, и солнечные батареи не успевали собрать необходимый для бесперебойной работы заряд. Взяв в руки кувалды и железнодорожные гвозди, рабочие растянулись вдоль трассы, орудуя по старинке. Возглавлял рабочую бригаду Иван Столбов. В его мощных руках и без всякого костюма массивная кувалда выглядела как простой молоток.

– Трассу надо реанимировать как можно быстрее. Хабаровчане могут появиться в любой момент, – припомнил адмирал. – У них рельс в запасе нет. Оль, Вань, надеюсь на вас.

– Да сделаем, сделаем, – отмахнулась подруга, почёсывая волку за ухом и поправляя ошейник с датчиком.

На досуге она расчесала волка. Зиновий готовился к новому потрясению, предполагая скоро ли ей придёт в голову и вымыть хищника?

– Всё равно зависли здесь на пару-тройку дней. Лишь бы молния снова не начала жрать рельсы, – добавил богатырь-Столбов.

– Для этого у нас Вики есть. С сачком аномалий, – напомнил Зиновий.

– Она пока с вышкой разберется, тут уже и состав сопрут, – хихикнула Ольха.

Сам Зиновий в компании с военспецами на планерах отправился в Лучегорск. Он располагался в десятке километров от станции, ориентированный больше на автомобильную трассу А-370, чем на железнодорожный путь ДВЖД.

Адмирал уже и не помнил, что мешало в прошлый раз рассмотреть целостность топливно-энергетического комплекса и проверить водохранилище. Память вернулась, когда увидел лес и припомнил паренька с бабкой. Обреченные зараженные. Затем утренний сюрприз в виде краденных рельс, причуды Андрейки. Не до ГРЭС было. Набрали угля и отчалили.

Теперь времени на полный обзор округи хватало с избытком. Лёд в водохранилище только начал таять. Но его объем, накопленный за десятки лет зимы, наполнил перекрытый на зиму, замороженный водозаборник. Счётчики Гейгера тревожно похрустывали при приближении к ГРЭС, но уровень был повышен не значительно. В Алых Саламандрах он не доставлял людям никаких проблем.

– С уровнем воды надо быстро решать, – обронил адмирал. – Затопит поля, город, а там подмоет и наш железнодорожный путь. Не говоря уже о том, что потеряем саму станцию.

– А что решать? Шлюз откроем, но лёд никуда не денется, – прикинул Демон с ходу.

– Тогда будем взрывать, чтобы дать воде стекать до того, как переполнится, – твёрдо решил Зиновий и уже прикинул, как ловко можно сбрасывать взрывчатку прямо на лед с планеров. – Придётся вскрыть один из вагонов с оружием. Тратила там хватает. Но что потом?

– Давай Вики позовём. Она наш единственно-возможный эксперт по подрывным делам. И схемы рабочих станций при случае нарисует. Физиков должны были учить в ШУРе.

– Вики ставит вышку. Потом ей с аномалией разбираться. Давай сами как-нибудь решим.

– Да как ты решишь? Это ГРЭС! Она может обеспечить весь ДВЖД электричеством, если столько электриков найдем, что смогут новые линии прокинуть на сотни километров. Металл-то мы найдём. Но мы не можем ошибиться. Надо проверить турбины, роторы, компрессоры, смазать, починить, разобрать, собрать. Мы здесь можем остаться до конца лета. С ходу ничего не будет.

– Нет, до конца лета нам точно нельзя оставаться, – твёрдо решил Зиновий. – Есть пара дней, чтобы понять, с чем придётся иметь дело.

– Пара дней – это мало.

– Что есть, – отмахнулся адмирал. – Ты пока разбирайся, а я за взрывчаткой. Бахнем, а потом подумаем.

– Лишь бы Вики потом голову не оторвала. Если не там бахнем, – задумчиво ответил друг и пошёл на разведку в здание.

Зиновий вновь посмотрел на лес, вспоминая парня у кровати старухи, с которыми столкнулись в прошлую Экспедицию. Может, в этом новом мире всем зараженным личинками можно будет помочь?

– Хороши будем мы как уцелевшая надежда человечества, если первая же ГРЭС поставит нас в тупик, – обронил со вздохом адмирал.

– Для того, чтобы забраться в тупик, надо сначала выбраться из задницы, – хихикнула веселая Ленка. – А мое дело маленькое. Стрелять. Ты просто покажи в кого.

Адмирал долго выдохнул и заключил:

– Похоже, это надолго.

Тем временем Вики, быстро разобравшись с установкой вышки, уже бродила по железнодорожной насыпи с продолговатым прибором на руках. Ловец аномалий мерно пикал, но ничего подозрительного не показывал. Словно «зона» успокоилась и с прошлого раза больше не собиралась досаждать людям. Но неутомимая Вики упрямо отмеряла шаги, стараясь убедиться в том, что ранее источником «аномалий» был ее собственный модуль тактического ядерного заряда плюс капризы оживающей природы, вроде шаровой молнии, на которые каким-то образом влиял паранорм по всей воле.

– Но куда-то в прошлый раз рельсы должны были деться. Не молния же их пожрала, в самом деле, – бубнила она себе под нос. По ее умозаключению даже шаровая молния должна была оставить следы своего физического пребывания на предметах. Но бесследно пропадали сами предметы. Это подводило ее к нескольким теориям, доказательства которых она и искала.

По первой теории аномалия предлагала портал в параллельный мир. Это легко объясняло «воровство» предметов молнией. По второй – разряды шаровой молнии достигали критических масс, что просто меняло агрегатное состояние вещества от твердого до плазмы и мгновенно испепеляло. Первый вариант выглядел мистически, второй – футуристически. Но обе теории требовали огромного количества энергии. И их источники должны были находиться где-то рядом. Не с этой стороны «мира», так с другой. Возможно, существовала и третья теория, но Вики пока ее не придумала: догадки рассыпались под несокрушимыми доводами внутреннего физика-теоретика. Адмирал терпеть не мог мистики и всегда докапывался до истины. Так все мутанты нового мира вдруг обозначили себя как вполне рукотворные детища Хозяйки. А сама «богиня» была также создана человеком.

Физика правила миром, просто предстояло это понять и принять, много раз проверив, а не просто довериться.

Подбежал Андрейка. В тёплой одежде на пару размеров больше парень не мог разогнаться до предельных скоростей, потому часто останавливался, то поправляя штаны, то сползающие рукава, а то и металлический шлем, который настрого запретили снимать.

– А чего ты делаешь?

– Молнию нашу ловлю. Помнишь? Мы встречались с ней здесь в прошлый раз. – напомнила Вики. – Ты на неё влиял?

– А-а, – протянул Андрейка и на секунду стянул шлем, поправляя под ним кудрявые волосы. – Так её тут больше не будет. Проход закрыт.

– Чего?

– Закрыт, говорю. Я его не чувствую, – добавил беззаботно парень, и снова нацепив шлем, побежал к вагону.

Там как раз планер с адмиралом приземлился, и солдаты подняли стену вагона и принялись разгружать коробки с взрывчаткой.

Вики посмотрела вдогонку пареньку и со вздохом выключила мерно пищащий прибор.

– Чёрте что, – констатировала первая учёная Экспедиции, совсем не жалея, что оставила более опытных и пожилых коллег настраивать вышку связи.

Подумают ещё, что спятила. Авторитет потеряет. Потому что объяснить не может. Засмеют ведь. И ее теории. И пометки мальчика.

– Нужны факты, – вновь обронила себе под нос Вики. – Факты и доказательства.

– Ребята-а-а! Обе-е-ед! – закричала Алиса, высунувшись из тягача.

– Ну, или покушать, – быстро добавила Вики и засеменила к столовой. – Да, покушать оно как-то вернее нелепых теорий.

Рядом промчался волк. Вики не успела испугаться, посчитав, что он бежит за мальчиком вслед. Но Лот промчался рядом с ним и побежал дальше к Алисе. Она выделяла порцию еды и ему.

Вики не понимала, откуда взялась такая беспечность по отношению к безопасности ребенка без персонального костюма защиты, пока не заметила утолщение на ошейнике.

– Тима написал программу, которая бьет током волка, если он близко приближается ко мне, – заметил Андрейка, не обращая внимания на пробежавшего рядом волка. Малец ничуть не испугался. Напротив, побежал за ним. – Тетя Оля сказала, что меня в обиду не даст. Жаль, мне его гладить нельзя пока. Но мы обязательно подружимся.

– А, так вот в чем дело. Она отучает его нападать на людей не только прикормом. – обронила первая ученая Экспедиции. – Рефлексы тренирует, как собаке Павлова. Чтобы не приближался к людям. Что ж, умно.

Тут она заметила, как Зиновий машет ей.

– А тебе чего ещё?

– ГРЭС чинить полетели? – улыбнулся адмирал.

– Я его не ломала, – задумчиво ответила Вики.

– Ну нам очень надо. Починить или взорвать хотя бы.

– Отстань, у меня обед.

Зиновий с ходу оценил задумчивое выражение лица подруги и вновь улыбнулся:

– О чём такие глубокие мысли?

– Об Андрее, – призналась Вики. – Он рушит мои представления о физике, как о естественной науке. А Ольха и Демон ведут себя как-то… непонятно. Я их не узнаю. В медицину подались. О генах чего-то постоянно лопочут.

– Тебя это пугает?

– Не знаю. Ты вот спишь с телепаткой. Тебя это пугает?

– Ничуть. А откуда ты…

– Да весь состав уже знает. Дело не в этом.

– А в том, что сплю? Или в том, что с телепаткой? – прикинул Зиновий.

– И ты туда же! – воскликнула Вики. – В этом вся и проблема. Вы беспечны. Я не знаю, чего от вас дальше ждать. Вы не подвергаетесь прогнозам. Учёные Клавдии потратили три дня на анализы Андрейки, но не нашли ничего подозрительного, кроме фоток его ауры. А что такое аура мы вообще по факту не понимаем. Выходит, телепаты не мутанты, как не мутанты и все детища Хозяйки. Но зачем Ольха тогда брала его гены для экспериментов? Она упрямо ищет мутации, которые должны были возникнуть вследствие распространения радиации. А их нет. Укрупнение особей есть, вследствие увеличения железы для выведения излишней радиации, а мутации нет. Понимаешь?

– Нет. А почему телепаты должны быть мутантами? – озадачено спросил адмирал, понимая подругу ещё меньше, чем она друзей.

– Потому что думают иначе, – логично заключила Вики. – А иногда просто доверяют своим ощущениям. Раньше всё просто было. Таких спокойно сжигали на кострах, так как не понимали. А что теперь? Всех бережем. И беречь будем. Потому что большинство и так погибло. Естественный отбор кончится, – ответила немного расплывчато подруга и адмирал никак не мог понять, сравнивает ли она паранормов с ведьмами на полном серьезе или просто шутит.

Эта грань дружеского понимания начала ускользать и от него.

– Он и так уже прошёл максимально жёстко, Вик. Это не показатель, – ответил Зиновий. – Ты давай, много не думай, а то замкнёт. Жду тебя у планера после обеда. Пора вернуть тебя в царство физики и логики. А я попутно создам тебе музыкальное сопровождение. Зажжем по полной, Вик!

– Как?

– Бахнем!

Вики ударила себя по лбу пятерней.

– Господи, да как тебя людьми поставили командовать? Как ты можешь разрушать, вместо того, чтобы понять и принять?

– Никто не ставил. Оно… само, – улыбнулся адмирал и запрыгнул в планер. – Я верю, у тебя тоже все получится! Просто взорвем все непонятное на всякий случай. А потом подумаем вместе, если не получится.

Глава 2 - Палыч

Со стороны ГРЭС послышался грохот. Ни взрыв, но шум мощного мотора. Из леса по ледяной подтаявшей корке снега мчалась чёрная как ночь машина. В саже она была, в грязи или чёрная сама по себе, адмирал пока разглядеть не мог. Но в голосе послышалась тревога, тут же связался с Тимофеем, спросив:

– Это ещё что за робот?

– Робот ли? – ответил напарник.

Хакер не зафиксировал появления новых Искателей. Вездеход был лишен управления искусственным интеллектом. Зато у него были гусеницы, мощные фары «на лбу», что говорило о наличии аккумулятора помимо возможности кататься ночью.

Планер адмирала полетел к нему наперерез. Водитель Евгения получила приказ сажать транспорт прямо перед носом, что и сделала блестяще, заставив вездеход остановиться добровольно-принудительно, но без аварий.

Высадив адмирала, она отлетела на небольшое расстояние. Связистка была в Алой Саламандре и угрозы для неё не было. Но на всякий случай она встала на пулемёт планера и поймала цель рядом с Зиновием, чтобы поддержать в случае чего огнём.

– Я на стрёме, адмирал!

– Это ты верно решила.

Сам Зиновий мало чего боялся в такой же Алой Саламандре и готов был к любому риску. Только любопытство пересиливало, и он делал шаг за шагом к непонятному объекту. При ближайшем рассмотрении и сканировании ИМИИ объект оказался классифицирован как снегоболотоход ДТ-30 «Витязь». Эта же информация обозначалось красной краской на борту. Старой, давно выцветшей, но имеющей место быть.

Адмирал ввёл голосовой дополнительный запрос в ИМИИ и тот выдал информацию, что данное транспортное средство предназначалось для транспортировки в сложных климатических условиях Крайнего Севера, Сибири, Дальнего Востока, Арктики и Антарктики на грунтах с низкой несущей способностью.

Ему одинаково всё равно было, где ездить: болото, снежная целина, бездорожье, пересеченная лесистая местность. А работал он при температуре окружающей среды от минус пятидесяти градусов по Цельсию до плюс сорока. Разве что от двухзвеньевой конструкции осталась только передняя половина-тягач.

Вездеход сначала замедлился, а потом полностью остановился. Из люка вылезла грязная голова в ушанке. Блеснув желтоватыми зубами, вихрастый мужик грозно обронил спрыгнувшему с планера Зиновию:

– Вы, что ли, «Содружество»?

– Мы, – не стал спорить адмирал. – Откуда знаешь?

– У меня радиостанция сигналы принимает, – ответил неожиданный собеседник. – Включаю, значит, привычные помехи послушать. А тут ваше сообщение о «светлом будущем в настоящем» и прилетело… Ваша работа?

Мужик, оглянув планер и парня в алом костюме, вперился взглядом в отдаленно стоящий состав из двадцати семи вагонов на железнодорожные пути. Одобрительно прошёлся по паре тягачей и остановился глазами на вязанке роботов.

– Наша, – не стал скрывать адмирал. – Поставили вышку, вот ты и услышал. Меня зовут Зиновий Железнорукий. Я – адмирал Новой Экспедиции. А ты кто?

– Палыч, – коротко бросил незнакомец, не горя особым желанием вылезать из вездехода.

Зиновий мог поклясться, что водитель вездехода держит руку на ружье и готов в любой момент пальнуть, дать газу и скрыться в лесу. А если и не так, то он большой глупец.

– Палыч, если ты не ел людей и не служил Хозяйке, то давай разговаривать как нормальные люди. Помнишь, что это такое?

Зиновий меж тем подал знак «ложки у рта» планеру и Женя вместо залпа из пулемета кинула ему порцию сухпая.

Адмирал поймал его на лету и протянул мужику, положив на броню вездехода.

– Держи вот. Угощайся. Мы, как ты понял, перезагружаем цивилизацию. Зла тебе никто не причинит. Обещаю. Покушай. Потом и поговорим.

Палыч недоверчиво оглядел дар. Тогда Зиновий вновь повторил знак и прилетел второй паек. Зиновий сел рядом на броне, открыл и начал есть, опустив смотровое стекло. Глаза немного слезились без защитной сферы, пришлось надеть солнцезащитные очки. Индикаторы костюма не обнаружили в чумазом мужчине биологической угрозы. Иначе стекло бы вновь вернулось на место.

– Не ел я людей, – ответил Палыч, разглядывая все эти действия. – И ежели ты про мутантов этих, то всегда стороной их обходил.

– Да нет никаких мутантов, – заметил Зиновий. – Это так, игрушки искусственного интеллекта.

– А чего же они такие грозные?

– Какой интеллект, такие и игрушки, – хмыкнул адмирал.

– Я видел первый паровоз с пару месяцев назад, – припомнил Палыч. – Да не решился выйти из леса. Странно выглядело, подозрительно. Думал, может ловушка какая. Чёрт знает этих роботов! А как решился, так он уже утёк. А тут гляжу, а тут снова вы. Значит, есть ещё разумные люди.

– Есть.

– Радует!

– Приятного поднять тебе настроение, – улыбнулся миролюбиво Зиновий. – А паровоз был из Первой Экспедиции. Теперь мы закрепляем её результаты.

– А роботы что? Помогают? – заинтересовался собеседник, разглядывая вставших на ремонт и зарядку стальных гончих. – Или в плену у вас?

– Они теперь на нас работают. Перепрошили. Безопасны, не переживай.

– Ну-ну, – поцокал мужик. – Раньше тоже на нас работали, а потом сколько душ загубили? А всё от безалаберности нашей, человеческой!

– Значит, делали мы их неправильно, Палыч. Или учили не тому, чему человек должен был. От того, что сами с гнильцой были.

– Как так, с гнильцой? – переспросил он в удивлении.

– А иначе откуда бы они про войну узнали и убивать научились? – выдал адмирал в ответ. – Только у нас. Какие родители, такие и дети!

Теперь хмыкнул уже мужик. И невольно сглотнул слюну.

– Да ты присоединяйся. Не бойся. Я ем ту же еду, что предлагаю тебе. Хочешь – поменяемся, – Зиновий показал куски во рту. – Не отравлена. На чём ходит твой аппарат?

– Как на чем? Сначала на дизеле ходил.

Палыч полностью вылез из люка. Был он в старом свитере с оленями. Шапка-ушанка в пятнах топлива. Большая борода слилась с усами и была промаслена. Чёрные кустистые брови вырисовывали старика лет шестидесяти на вид. Но судя по лицу, клещей на нём не было. Ни рытвин, ни вишен-родинок.

«Берёг себя этот выживальщик. Разумный, как на вид. Из старой гвардии», – понял адмирал: «Пригодится».

– А как дизель кончился, я его на био-топливо перевёл. Двигатель исправный. КПД на новом топливе, правда, не очень. Но на пару-тройку ходок в неделю хватает. Перегоняю вот. А мне в землянке больше и не надо. Метнулся в лес, брёвен приволок и доволен. Или на схрон какой наткнусь, да и так, по мелочи таскаю со всей округи. В последнее время много чего оттаяло интересного.

Палыч сел рядом, взял коробку, достал складной ножик из валенка и вскрыл упаковку. Не заметил вшитых открывашек на упаковке, что позволяли открывать пачки даже одной рукой.

– Мудро, – жуя бутерброд из прессованного пшеничного хлеба с синтезированной в пробирке ветчиной, добавил Зиновий. – Жизнь вынуждает приспосабливаться.

В отличие от соевого заменителя, это было реальное мясо благодаря послойному выращиванию, что получилось из доработанного подхода аддитивных технологий, но при этом не было никакой нужды убивать животных. Да и самих животных то в подземелье никогда не было. Разве что рыбы, но не в таком количестве, что завести аквариум.

– А где же ты брал дизель? – всё же поинтересовался адмирал, прекрасно понимая, что транспорт прожорливый.

– Так на угольный карьер гоняли, со всей округи собирали. Как в первый год после Катастрофы ГРЭС встала, лишенная подачи газа, директор на старые рельсы её поставил: уголь снова добывали в угольном карьере неподалеку. А на вездеходе доставляли, пока бандиты тележку не подорвали. Тут в первый год делили всё, как в «девяностые». Доделились, мать их! Станция встала. Свет и тепло пропали. Ну а потом с голоду многие передохли или разбежались кто куда. Мне вот вездеход достался.

– Так прям и достался? – приподнял бровь Зиновий.

– Ну… Умыкнул у бандюков с ружьишком. Перепились все. Расслабились, тут я момент и подгадал, – признался мужик.