Полная версия
Эх, дорогой мой, знал бы ты, как приятно пройтись по улицам родного города спустя 28 лет отсутствия. А, никогда не уезжал? Любишь свой город? Понимаю-понимаю. А я вот мотаюсь по работе по всему миру. Не-не, вообще не жалею. Но сегодня был лучший день в моей жизни. За Шлицбург, Берни, старик! Хорошо, хорошо. Никаких Берни, только Бьёрн.
Бьёрн – звучит резко, как удар топором по дереву. Лесоруб? Мясник?! Тогда я буду осторожен. Да, кстати, я – Отто Хеллердорф. Старый бродяга и любимец детей. Маг и чародей. Хорошо, хорошо, пусть будет фокусник.
Ты бы знал, дорогой мой Бьёрн, как удачно я сегодня отработал. В итоге – 9 несчастных уже сегодня к вечеру могут осчастливить себя… ну, меня-то уж точно. Ха-ха. Что, не любишь смех? Буду очень серьёзен, приятель.
Ох, чего же мне стоило их разыскать и сделать так, чтобы эти простофили поняли, как им не хватает чуда в их жалких жизнях. А этот трюк с малышкой Энни Лайнайт, если бы ты только видел… А, ты видел? И как тебе? Оторвал бы голову тому, кто это сделал с несчастной женщиной? Понятно-понятно.
Ещё по пиву? За мой счёт, конечно же. Давайте, господин Бьёрн Ротенкопф, поднимем кружки за эту ночь, чтобы она прошла так, как я ожидаю.
Хорошее пиво, кстати, до сих пор держат марку.
М-да, а Берни-то вырубился. Слабоваты мясники нынче стали. Ладно, хватит балагана – скоро сцена, свет, и первые зрители. Джек Уайнмен уже крутит педали своего велосипеда. А значит – пора начинать!
Глава 3,
в которой Джек Уайнмен разбивает зеркало
5 июля 2025 года, 17:45.
Пригород Шлицбурга.
Просёлочная дорога.
Джек Уайнмен крутил педали своего велосипеда с каким-то нечеловеческим рвением. Он понятия не имел, куда именно едет, но точно знал, как туда попасть. Чёрный с золотыми буквами билет с ярким изображением Карнавала каким-то образом вёл его по абсолютно незнакомым улицам, приближая к мечте с каждой минутой. Он выехал из города минут двадцать назад, и теперь только редкие домики да пасущиеся коровы скрашивали унылый ландшафт.
Джек продолжал прокручивать в голове свой ночной стрим. Как и ожидалось, зрителей было по минимуму. Конечно, кто бы в этом захолустье знал о таланте юного блогера, специализирующегося на эпатажных пранках? У местных чувство юмора отсутствовало напрочь – уже дважды он попадал в участок при попытке заснять хоть что-то стоящее. Ну зачем родители устроили все эти пляски с обучением по обмену, да ещё в летние каникулы?! Теперь какая-то немецкая девица наслаждается Нью-Йорком, а он вынужден торчать здесь и терпеть весь этот орднунг[9] его приёмной семьи. «Нужно убирать комнату, Джек!», «Не сиди по ночам за компьютером, Джек!», «Ты слишком громко смеёшься, Джек!» – передразнил он фрау Марту, в доме которой сейчас проживал.
Но как только он перестал травить шутки, обескураженный уходом последних зрителей, в чате возник некто мистер Х:
– Джек Уайнмен? Тот самый Джек Уайнмен из шоу «Всё ради смеха»?! Чего грустим, приятель?
Слово за слово, и парень вывалил на незнакомца всю печальную историю своей жизни. Тот пообещал, что всё наладится и скоро у Джека будет полно зрителей. А утром в почтовом ящике было найдено письмо, подписанное «Мистеру Уайнмену лично». В письме лежал билет. «Только сегодня! Только для тебя! Верь в чудо – иди к мечте!» И Джек поверил. Поверил, как маленький ребёнок, которому обещали подарить щенка, если он будет хорошо себя вести.
Визг тормозов отвлёк Джека от приятных мыслей. Рядом с ним притормозил автобус «Шлицбург – Айнцельншварцешаттендорф»[10], из которого вышли две смеющиеся девушки, одетые по традиционной баварской моде. Джек улыбнулся и помахал им рукой, девушки в ответ скорчили милые рожицы и рассмеялись пуще прежнего. Они были последними, кто видел Джека Уайнмена в этом мире, но уже на следующий день парень исчез из их памяти навсегда.
* * *5 июля 2025 года, 18:00.
В 3 милях к северу от
Айнцельншварцешаттендорфа
Карнавал появился перед ним внезапно, как по волшебству. Ещё пять минут назад – пустынная дорога, и вдруг огромные шатры, светящиеся разноцветными огнями, колесо обозрения, скрывающееся за облаками, манящие запахи выпечки и жареного на углях мяса, смех и радостные крики. Карнавал был в несколько раз больше центральной площади Шлицбурга. Мэр города явно удавился бы от зависти, если бы увидел это великолепие воочию. Раздался грохот фейерверков, и в небе зажглась надпись: «Добро пожаловать, Джек!» Мальчишка заворожённо бросил велосипед у дороги и подошёл к закрытым воротам. В одной из створок была узкая светящаяся щель, над которой мерцала лаконичная надпись «Билет сюда». Джек дрожащими руками скормил проверяющему устройству чёрный с золотым прямоугольник. Через несколько секунд билет вернулся обратно, на нём стояла печать «Одобрено».
«Добро пожаловать, Джек Уайнмен!» – произнёс приятный женский голос, и ворота распахнулись. Волна неонового света, красок и запахов окатила паренька, проникая в каждую пору кожи, в каждую клеточку тела. Он перешагнул за порог и пошёл вперёд, абсолютно не замечая, что ворота за ним уже захлопнулись.
* * *5 июля 2025 года, 18:10.
Карнавал.
Центральная аллея.
Джек снимал всё, что его окружало. Такого он раньше не видел нигде. Складывалось ощущение, что здесь будущее столкнулось с прошлым, рожая между делом настоящее. Вежливый андроид протянул ему банку газировки и огромный крендель. Где-то раздавались вопли восторженных подростков и грохотала музыка. Справа Джек заметил кабаре с фривольной рекламой, а над головой с шумом пролетел автомобиль.
– Эгей, Джеки, нравится тебе здесь?! – раздался весёлый голос откуда-то сверху. С ним поравнялся странный джентльмен в разноцветном сюртуке и кожаных штанах. Его шикарную шевелюру венчал чёрный цилиндр, а ноги были длиной метра в два, не меньше. Джентльмен улыбался ему, как самому лучшему другу, и махал руками, пытаясь удержать равновесие.
– Вы – мистер Х? – спросил Джек.
– Собственной персоной. На самом деле меня зовут Отто Хеллердорф, но кому нужны эти формальности, не так ли, дружище?
– Ходули? – поинтересовался парень, кивнув на ноги мистера Отто.
– Ноги! Не веришь? Могу показать! Снимешь как раз для своего шоу. Не хочешь? Ну да, кому интересно смотреть на двухметровые ноги старины Отто?!
Внезапно послышались крики и дикий шум. С небес в пёструю толпу людей спикировал настоящий дракон, раздался девичий визг, а рептилия уже взмыла в воздух, сжимая в когтях симпатичную девицу в костюме средневековой принцессы.
– М-да, Марио… теперь твоя принцесса в другом замке, – произнёс мистер Х, не скрывая восторга. – Ты всё снял? Я же обещал тебе потрясающий материал для шоу.
– Что это было?! – Джек пытался перекричать окружающий его грохот.
– Ничего необычного, друг мой, ничего необычного для места, где возможно всё. Кстати, я думаю, тебе понравится сюрприз, который я приготовил, – ноги старины Отто резко укоротились, и его лицо оказалось практически на одном уровне с лицом Джека.
– А вы здесь работаете? – спросил парень.
– Типа того. Лучшее место работы, скажу я тебе, – Отто снял с руки перчатку, низко отпустив голову, быстро протёр ей свои солнечные очки и снова водрузил их на нос. Джек успел заметить, что у мистера Хеллердорфа чересчур длинные средний и указательный пальцы, но вокруг было столько всего необычного, что он не придал этому особого значения.
– Если хочешь, могу взять в ученики! Будешь рекламировать это чудесное место в своих шоу. Я серьёзно, ты подумай, – мистер Х широко улыбнулся, а потом почему-то прикрыл рот рукой и отвернулся.
– С вами всё в порядке, мистер? – поинтересовался Джек, коснувшись плеча экстравагантного спутника.
– Лучше не бывает, Джеки, лучше не бывает, – мистер Х внезапно сделался серьёзным. – Как ты думаешь, зачем ты здесь?
– Снять потрясный материал для шоу? – спросил юноша.
– Неправильный ответ, молодой человек! Ты вообще помнишь, что написано на твоём билете? – Джеку показалось, что его обдало ледяным холодом. Он достал билет и прочитал: «Расплата неминуема».
– Что? Я не помню такой надписи! – в недоумении произнёс парнишка.
– Не помнишь, потому что её никогда и не было. Иллюзии, кругом иллюзии. Взгляни-ка ещё разок! – сказал мистер Х, сделав загадочное лицо. Паренёк снова глянул на билет.
– Верь в чудо – иди к мечте! – прочитал он.
– Вот! Ключевое слово – мечта! А ты знаешь, что мечта есть у каждого? У тебя, у меня, даже у того дракона, который похитил принцессу?
– Я не понимаю, к чему вы клоните? – Джек начал чувствовать беспокойство.
– Это место волшебное, дружок! А я – его Хранитель. Хранитель Карнавала! Звучит? Можешь не отвечать, сам знаю, что звучит. Карнавал исполняет мечты, нужно только найти свой аттракцион.
– И всё? – спросил Джек.
– Да! Всё проще пареной репы. Нашёл аттракцион, посетил его и – мечта сбылась.
– Я обязательно найду свой. Начну прямо сейчас, – в глазах юного блогера засверкали искры.
– Зачем искать, если есть я? Я тебя отведу прямо туда, – Хранитель снова улыбнулся. – Готов идти прямо сейчас? Или побродишь ещё?
– Конечно сейчас, на всё это я ещё успею насмотреться, – Джек уже рыл копытом землю.
– Правильное решение, Джеки, архиправильное, – странный мужчина в цветном сюртуке протянул мальчику руку, и они исчезли в толпе.
* * *5 июля 2025 года, 18:30.
Карнавал.
Комната смеха.
– Ну, вот и пришли! – удовлетворённо сказал мистер Х.
– Комната смеха? Серьёзно? – Джек не верил своим глазам.
– А ты думал, я тебя на игровые автоматы поведу? Где же ещё тебе быть, как не здесь? – ухмыльнулся Хранитель.
– Да, вы, наверное, правы.
– А если прав, то заходи и посмейся, как следует! – Отто подтолкнул его к двери.
Джек зашёл внутрь. Его взгляду предстала ярко освещённая комната. Вдоль стен стояли ряды кривых зеркал. Фоном раздавалась запись закадрового смеха.
«И как это поможет мне достичь своей мечты?» – недоумённо подумал Джек, заглянув в одно из зеркал. Искажения были настолько нелепыми, что его сложило от смеха. Он шёл дальше и держался за живот. Смотрел – и катался по полу. Пока не оказался у самого дальнего зеркала.
«Ну, а здесь у нас что?» – сказал себе Джек, надеясь посмеяться всласть. Внезапно на него нахлынуло нехорошее предчувствие, ему показалось, что запись смеха кто-то выключил. В тишине слышалось какое-то гудение, где-то капала вода.
Он глянул в зеркало, и волосы у него на голове зашевелились. Никаких искажений не было: на него смотрел он сам, как будто постаревший лет на двадцать. Зеркальный Джек не смеялся, он рыдал кровавыми слезами, размазывая ярко-красное по щекам. Внезапно дверь аттракциона с оглушительным грохотом захлопнулась, свет мигнул и погас. Джек от неожиданности отскочил к стене и, столкнувшись с зеркалом, разбил его вдребезги. Мальчишку окружила кромешная тьма. Откуда-то сверху послышался голос Хранителя:
– Смотри, Джек, СМОТРИ… ПОКА МОЖЕШЬ!
Глава 4,
в которой Джек перестаёт смеяться
– Смотри, Джек, смотри, может, эта? – внезапно раздался голос Стива Торна, лучшего друга Джека и соавтора его шоу «Всё ради смеха». Парень открыл глаза и оторопел. Он стоял около своего дома в Южном Куинсе. Ярко светило солнце, под деревьями суетились голуби, пахло мексиканской едой. Он стоял, окружённый своей верной бандой: Стив, его сестра Ребекка и младший брат Джека – Рэнди.
Юноша в изумлении оглядывался по сторонам, а потом его охватила эйфория – он дома, с друзьями! Шлицбург, Карнавал теперь казались лишь дурным сном.
– Босс, ты где потерялся? – Стив потряс друга за плечо. – Нам срочно нужен бомбический розыгрыш, а то просмотры падают. Бекки и Рэнди закивали головами.
«Розыгрыш? Джеки, вам нужен розыгрыш?! – сказал кто-то в его голове. – О! У меня есть такая идея, что все закачаются!»
Джек тряхнул головой, борясь с наваждением, и увидел, что Стив показывает на девушку, вышедшую из дома неподалёку.
– Не, Стиви, слишком обычная, да ещё и местная. Нам нужна идеальная жертва, потому что у меня просто офигенная идея, – розыгрыш, о котором нашептал ему голос, действительно выглядел офигенным.
– А если мы её не найдём? – нахмурился Стив.
– Нью-Йорк – большой город, дружище, здесь полно фриков. В крайнем случае, снимем новый выпуск «Рэнди: Терпила из Южного Куинса». Да, братишка?
– Я больше не хочу быть терпилой, – проныл Рэнди. Ему только-только исполнилось четырнадцать, он был самым младшим в их компании и регулярно подвергался унижениям от своего старшего брата.
– Терпил не спрашивают, – прошипел Джек и окинул взором узкий переулок, в котором они стояли.
– Короче, действуем по такому плану: Рэнди, иди домой, а когда я закричу – выльешь в окно ведро воды. Бэкки, ты всё снимаешь. Стив, ты отвлекаешь.
– А ты? – спросила Бэкки, посмотрев на него своими большими глазами. У Джека замерло сердце, он улыбнулся красавице голливудской улыбкой:
– Увидишь, малышка! Я буду жечь, как всегда!
– Босс, ты только глянь, какая фифа! – присвистнул Стив.
В переулок зашла молодая девушка в длинном чёрном готическом платье, подол которого волочился по земле. Её руки украшали многочисленные фенечки, на шее красовалась заячья лапка. Сумочка (хотя правильнее сказать, баул), висевшая на её плече, была до краёв набита книгами и какими-то растениями. Последний штрих образу «не от мира сего» придавали очки с толстенными стёклами и чёрная остроконечная шляпа. Девушка выглядела заблудившейся и потерянной.
– Кто-то, похоже, пересмотрел «Гарри Поттера», – хихикнула Бэкки.
– Шикарно, работаем! – прошептал Джек. – Не облажайтесь.
Рэнди метнулся домой, Бэкки достала смартфон, а старшие ребята помчались к потеряшке.
– Мэм, вам нужна помощь? – Стив предстал перед девушкой, как ангел-спаситель, а Джек медленно заходил ей за спину. Молодая женщина смущённо улыбнулась, поправила выбившуюся из-под шляпы рыжую прядь.
– Юноша, можете показать, где находится 41-я авеню?
– Да не вопрос, меня, кстати, зовут Стив!
– А меня – Нив, – она сделала реверанс, – Нив Доэрти к вашим услугам.
– Нив-Стив, это судьба, – ухмыльнулся Стив и направился в переулок. В это время Джек, как будто случайно, кинул зажжённую спичку на платье Нив. Бэкки хихикнула и взяла крупный план. Огонь начал медленно пожирать волочащуюся по мостовой ткань.
– Зачётный косплей, кста! – оценивающе протянул Стив. Чудачка с удивлением поглядела на подростка:
– Косплей?!
Она доверчиво продолжала идти за Стивом, но вдруг остановилась и потянула носом. – Что-то дымом пахнет.
Внезапно, как чёрт из табакерки, перед ней возник Джек и, мило улыбаясь, произнёс:
– Мэм, вы, кажется, горите.
Нив оглянулась и с диким визгом шарахнулась в сторону. Сумочка сорвалась с её плеча, книги и травы рассыпались по земле.
– Бэкки, снимай! Снимай всё! – завопил Стив.
Нелепая девушка начала метаться между домами, пытаясь убежать от пламени. В её глазах был неподдельный ужас. Огонь уже подбирался к её ногам, в то время как Джек и Стив, как два опытных загонщика, гнали жертву к финальному аккорду.
– Ату её! Смерть фрикам! – смеялись подростки. Нив подбежала к дому Джека.
– Рэнди, гаси ведьму!
Поток воды низвергся на рыжеволосую недотёпу микро-версией Ниагарского водопада, сбив с неё очки, которые, упав на землю, разлетелись на мелкие кусочки. Девушка, захлебываясь, упала на колени. Джек, Стив и Бэкки окружили её, покатываясь со смеху. Рэнди же смотрел сверху на то, что он сделал, и еле сдерживал слёзы. Ему было жалко эту странную тётеньку. Нив, в обгоревшем платье, со спутанными волосами, пыталась найти очки.
– Я вам помогу! – крикнул Джек и водрузил на нос жертве свои солнечные очки. Все снова прыснули, и даже Рэнди чуть не вывалился из окна от смеха.
– Ты, ты не знаешь, с кем ты связался, щенок! – дрожащим голосом произнесла Нив. – И ты! И ты! Вы все пожалеете! – она диким взглядом обвела веселящихся подростков, но из-за того, что её глаза были закрыты солнечными очками Джека, эти слова вызвали лишь очередной приступ хохота.
– Да что ты нам сделаешь, фифа?! – сплюнув в сторону, спросил Стив с угрозой в голосе.
– Она нас проклянёт, Стиви! У-у-у, как страшно! – кривлялся на камеру Джек.
Нив, пошатываясь, поднялась, бросила очки на землю и наступила на них ногой. Те жалобно хрустнули.
– Эй, дамочка, они пятьдесят баксов стоили, кто мне за них заплатит?! – возмущённо крикнул Джек и схватил девушку за плечи.
На мгновение ему показалось, что всё вокруг замерло: во всём мире было только два живых человека – он и эта рыжая недотёпа в нелепом платье. Их взгляды пересеклись, улыбка сползла с лица Джека. Глаза Нив горели яростью, её губы что-то шептали, потом она стряхнула с себя руки Джека, и весь мир снова ожил.
Девушка решительно направилась к своему баулу, валяющемуся посреди улицы. Складывалось ощущение, что очки ей вообще не требовались. Она быстро собрала в сумку разбросанные книги, ещё раз окинула испепеляющим взглядом всю компанию, потом вдруг громко расхохоталась и ушла прочь.
– Бэкки, ты всё сняла?! Это будет бомба!
* * *– Босс! Босс! – Джека разбудил звонок от Стива. – Просто охренеть! Просмотры зашкаливают!
Джек быстро зашёл на канал. Визжащая и бегающая от огня недотёпа явно пришлась зрителям по вкусу. Счётчик лайков постоянно увеличивался, а количество просмотров уже приближалось к полумиллиону. Под роликом пестрели комментарии один краше другого:
– Шикарная постановка! @bluepossum
– Гаси ведьму! LOL! @mroliver
– Жгите больше, чуваки! @gothlolita
– Джекпот, чувак! Чёртов джекпот! – прошептал Уайнмен.
– Ага, мечты сбываются, да, Джеки? – провопил, смеясь, Стив и отключился.
Джек вышел в гостиную. Всё семейство Уайнменов уже сидело за столом и завтракало.
– Здорово, терпила! – произнёс парень, потрепав брата по плечу, и заглянул в холодильник в поисках молока.
– Джек Уайнмен, сколько раз я тебе говорила не называть брата терпилой! – возмущённо сказала мама и погрозила сыну пальцем.
– Хорошо, мам! Слушай, а ты ничего не слышала про Шлицбург? – Джек насыпал хлопья в тарелку и присоединился к семье.
– Это у тебя домашнее задание такое? – спросил отец, засунув в рот большой кусок яичницы с беконом.
– Это где-то в Германии, – сказала сестра Джека – Мэри Джейн, – она училась в колледже и любила демонстрировать свои знания.
Позавтракав, Джек вернулся в свою комнату и включил веб-камеру: «Друзья, с вами Джек Уайнмен и шоу „Всё ради смеха“».
Сегодня мы смеёмся вместе с мистером Баблсом, – он направил камеру на аквариум, в котором плавал мистер Баблс – большая золотая рыбка с глупыми глазами и очаровательной улыбкой. Он подплыл к стеклу и уставился на хозяина, надеясь, что тот его покормит.
– Голосуем, чья улыбка шире, – Джек присел рядом с аквариумом, чтобы его лицо было на одном уровне с мордой рыбки. Он надул щеки, выпучил глаза, а потом рассмеялся в голос.
Внезапно мистер Баблс заметался по аквариуму, как сумасшедший, а потом начал биться о стекло. Джек не сводил глаз с рыбки, которая вдруг замерла, а потом всплыла брюхом кверху.
Камера ещё несколько минут снимала затихшего подростка, а потом сама собой выключилась.
* * *– Он как будто с ума сошёл! – Джек, Стив и Бэкки шли вместе по улице. Девушка вела на поводке своего пёсика по кличке Бадди. Маленький джек-рассел был просто счастлив, он весело лаял, время от времени делал стойку и нырял в кусты, гоняясь за птицами.
– Мне жаль, дружище! – Стив похлопал друга по плечу. – Может, съел что-то не то?
– Мистер Баблс, покойся с миром. Я любил тебя! – Джек картинно опустил голову. – Минута молчания, чуваки!
Тишина продлилась чуть дольше. Перед внутренним взором юноши рыбка по-прежнему билась в агонии.
– Рэнди, наверное, расстроился, это же был его любимец, – дрожащим голосом сказала Бэкки.
– Этот нюня прорыдал весь вечер. Одно слово – терпила! – пытаясь казаться весёлым, сказал Джек.
– Джек Уайнмен! – Бэкки была в этот момент так похожа на его мать, что парень лишь примирительно поднял руки.
– Стив, уйми сестру, я её боюся! – сказал он дурашливым тоном, а потом присел перед Бадди и начал трепать его за ухом. Пёсик встал на задние лапы и облобызал лицо Уайнмена, полный любви ко всему миру.
Ребята вышли на площадку для собак, и Бэкки дала волю своему четвероногому любимцу. Стив вынул из кармана мячик и кинул Джеку. Тот перекинул игрушку Бэкки. Пёсик сел на задние лапы и внимательно смотрел за летающим предметом. Он знал, что сейчас с ним будут играть, и слегка потявкивал от нетерпения.
Игра началась.
– Апорт, Бадди! Принеси! – кричали подростки, кидая мячик в разные стороны. Джек-рассел молнией метался по площадке и неизменно приносил игрушку обратно. «Обожаю вас, вы – лучшие хозяева на свете!» – как будто говорил его взгляд.
– Да ты просто чудо, Бадди! – рассмеялся Джек и приобнял собаку.
– Да, я такой! Гав-гав! Давай играть! – лаял пёсик, крутясь у ребят под ногами.
Джек взял мячик и отправил его в затяжной полёт. Тот описал изящную дугу и упал в высокие кусты. Бадди с громким лаем помчался к месту назначения, нырнул в кусты и вдруг отчаянно взвизгнул.
Ребята побежали на помощь. Бэкки обогнала мальчишек, её сердце учащённо билось. Кожа покрылась мурашками. Она уже чувствовала дурное, но надеялась на лучшее.
Девушка раздвинула кусты.
– БАДДИ!!! – завизжала она. Стив еле успел подхватить теряющую сознание сестру. Джек, подбежавший последним, глянул в кусты, и его желудок вывернуло наизнанку.
Несчастный пёсик бился в смертельных объятиях медвежьего капкана. Его хрупкий хребет был перебит пополам, а глаза молили о помощи. Он ещё несколько секунд перебирал лапами, а потом затих. Игрушечный мячик, как будто сам собой, выкатился из кустов и застыл у ног Джека.
* * *Джек вернулся домой, как в тумане. Он не стал есть, не стал отвечать на вопросы родителей, а только поднялся в комнату и завалился на кровать. Ещё вчера утром – триумф и слава, которые теперь казались безумно далёкими. Перед глазами стояли несчастный Бадди и бледная, как смерть, Бэкки. Джек вспомнил растерянное лицо Стива, который держал на руках потерявшую сознание сестру. Внезапно с соседней кровати раздались сдавленные рыдания.
– Рэнди, заткнись! – прорычал Джек. – Будь мужиком, нюня!
Брат на минуту замолчал, а потом закричал:
– Не смей больше называть меня нюней! Я всем докажу, что я не терпила!
Он вскочил с кровати и, чуть не сбив с ног прибежавшую мать, стремительно выбежал в гостиную. Мама посмотрела на Джека, а потом, хлопнув дверью сильнее, чем обычно, вышла из комнаты.
Джека разбудил ночной звонок от Стива. Тот говорил шёпотом и был не на шутку испуган.
– Старик, у меня для тебя плохие новости! – просипел он в трубку.
– Как там Бэкки? С ней всё в порядке? – перебил Джек.
– Ох, дружище, она спит. Приходил врач, накачал её успокоительными. Но дела хуже, чем мы думали. Я думаю, что смерть Бадди не случайна.
– Что ты имеешь в виду? – насторожился Джек.
– Я покопался в Интернете и нашёл кое-что о той недотёпе. Слушай. «Нив Доэрти – специалист по ритуалам друидов. Родилась в маленьком городке в Ирландии в 1945 году».
– Что ты несёшь?! Какой 1945 год? Ей тогда должно быть под восемьдесят.
– Не перебивай. «В 1969 году переехала в Новый Орлеан, США, была широко известна среди местных колдунов, ведьм и прочих шарлатанов. В 1971 переехала в пригород, где и погибла спустя несколько месяцев».
– Как погибла? Ты уверен, что это наша рыжая?!
– Уверен. Сейчас пришлю фото. А ты хочешь узнать, как она погибла?! Её дом подожгли соседи. Понимаешь, друг?! Нашу недотёпу СОЖГЛИ 53 года назад! А мы подожгли её ещё раз, я не думаю, что она простит нам это, Джек! Мне страшно. Приходи к нам завтра, пожалуйста.
Смартфон Джека издал сигнал. В сообщении от Стива была выцветшая фотография, с которой на Джека дерзко смотрела их недавняя знакомая. Подпись под изображением была лаконичной: «Нив Доэрти. 1945–1972».
* * *На следующий день Джек проснулся от крика матери: «Рэнди! Где мой малыш?!» Юноша выскользнул из-под одеяла и вбежал в гостиную. Эстер Уайнмен была безутешна. Мэри Джейн обнимала мать, а отец разговаривал по телефону:
– Да. Да. Герберт Уайнмен. У меня сын пропал! Да, сегодня ночью. Четырнадцать лет. Рэнди. Рэндалл Уайнмен. Спасибо, офицер!
Когда Джек вошел в комнату, мать вскинулась и закричала на него:
– Это ты во всём виноват!!! Сколько раз я тебе говорила – не издевайся над братом!!! Ты же знал, как ему тяжело. А ты только смеялся! Если с ним что-то случится – я себе этого не прощу. И тебе тоже.