Новая сказка

Встретиться они решили на конечной остановке автобуса.

Влад приехал раньше и прогуливался неподалёку, когда увидел, как Лада машет рукой, выкрикнув его имя.

В парке, больше похожем на лес, было совсем не жарко и пахло свежестью. Белки выбегали на пешеходные дорожки, явно рассчитывая на угощение, но людей почти не было. По небу бежали серые тучи – в любой момент мог начаться дождь.

Влад вдохнул полной грудью и произнёс:

– Послушай, что мне пришло: «Уж небо осенью дышало. Короче становился день…»

– Да ты – Пушкин! – воскликнула Лада.

– Теперь понятно, почему кучерявый! – она прищурилась. – Вот только на африканца не похож.

– Пушкину пришло – и мне пришло… Ничего удивительного. Я с детства сочиняю стихи и песни.

– Правда? Спой что-нибудь!

– Без гитары не получится…

– Ну тогда почитай.

– Вот из последнего:

Зачем зачёркнуты страницы?

Как сделать, чтоб закат не тух?

Где тройка меньше единицы?

Едят ли кошки сонных мух?

Где взять гамак с москитной сеткой?

Чем сладок сахарный тростник?

Кто сочинитель сказки «Репка»?

Что значит слово «золотник»?

Лада прыснула:

– Да ты не только Пушкин… Ты ещё и чат-бот Алиса! Прям страна чудес!..

Они свернули чуть в сторону – туда, где дорожка становилась уже, а деревья стояли плотнее.

И тут на обочине они увидели ворону, лежащую на боку.

Лада замедлила шаг.

– Точно как наш Абрахас… – тихо сказала она. – Только без очков.

Она присела рядом и посмотрела на птицу, словно боялась напугать её одним взглядом.

– Давай попробуем помочь? – в её голосе это прозвучало и вопросом, и просьбой, и решением.

Влад молча кивнул.

Он поднял руки – как учил Баюн.

Сделал несколько неловких движений, словно отгонял дым.

Лада тоже подняла ладони – легко, уверенно. Так, будто она всегда это умела.

Ветер качнул верхушки деревьев.

Лес… ответил?

Влад сглотнул:

– Слушай… это сейчас было случайно?

Лада улыбнулась:

– А ты как думаешь?

Птица зашевелилась.

Встрепенулась. Попыталась встать.

Влад аккуратно взял её и поставил на лапки.

Ослабленная птица с трудом удерживала равновесие, но через пару минут обрела силы не только стоять, но и сделать несколько шагов.

Потом раскрыла крылья.

Взмахнула ими так резко, что Влад невольно отшатнулся.

Мало ли что на уме у этого спасённого.

Птица взмыла вверх.

И в тот же миг по тропинке прокатился резкий порыв ветра, будто кто-то ударил ладонью по воздуху.

Ветки зашумели. Листья сорвались и закружились, как в маленьком вихре.

Влад шагнул назад:

– Ого… Это что сейчас было?

Лада поёжилась.

– Ветра стали какие-то странные… Резкие.

Она проводила птицу взглядом, пока та не растворилась среди серых туч.

Влад спросил то ли Ладу, то ли самого себя:

– Это не сон?

Лада медленно выдохнула:

– Не знаю… Может, всё это нам привиделось…

Влад нахмурился:

– А бывают галлюцинации у нескольких человек одновременно?

Лада усмехнулась – уже не по-детски, а почти серьёзно:

– Я всё больше убеждаюсь: бывает всякое.

И они пошли дальше рядом, в тишине, которую нарушали лишь шум ветра в кронах и далёкий стук дятла – словно кто-то стучал в дверь какой-то другой реальности.

Ядвига Ниевна и Баюн наблюдали происходящее через планшет с голубой каёмочкой.

– Ай да Абрахас! – воскликнул кот. – Кстати, где он? Мог бы уже вернуться. Если не поторопится – конфискую его очки!

И тут с экрана донёсся приглушённый голос:

– Да лечу я, лечу! Вы бы видели, что тут творится… Чуть не унесло… прямо в Африку!

Миры, которых нет – или: «туда, не знаю куда»

В этот раз Ядвига Ниевна была особенно торжественна. Белоснежные шёлковые одежды струились мягкими волнами, напоминая одновременно монашеское одеяние и одежды древних мудрецов. Широкие рукава при движении напоминали крылья диковинной птицы. Волосы были убраны нефритовой заколкой и блестели в мягком свете.

Она подняла руку, и шёлк зашуршал, как осенние листья.

– Когда люди отправляются в путь, – её голос был ровным и глубоким, – плывут на край земли, взбираются на вершины или ныряют в морские глубины… что они ищут?

Пауза повисла в воздухе.

– Они ищут не только новые впечатления.

Они открывают новые грани себя.

Маленькие их матрёшки пробуют, сравнивают, задают вопросы. Но чтобы открыть новую грань, иногда нужно… выйти за пределы.

Она обвела рукой пространство комнаты – и на мгновение оно стало зыбким.

– Отправиться можно хоть в тридевятое царство, хоть в тридесятое государство.

Или – «туда, не знаю куда».

Ядвига Ниевна раскрыла ладонь:

– Для этого важно знать не дорогу.

А позицию.

Сегодня я покажу вам её.

Но помните: важнее самой позиции – это самое «то, не знаю что».

Как именно это работает… – она чуть улыбнулась, – я и сама не понимаю.

Она выпрямилась. Её осанка стала царственной.

– И вот вам ещё одна великая тайна (что проще пареной репы и сложнее «теории струн»): показать дорогу может только тот, кто сам прошёл путь.

Не раз и не два.

Тот, кто знает каждый поворот, каждую топь и каждый перекрёсток.

Кто помнит вкус ветра и цвет неба над пропастями.

Она подняла руки – и белые рукава разлетелись, как крылья.

– Я научу вас позиции, открывающей врата «туда, не знаю куда».

За пределы пространства и времени.

Туда, куда не доедет машина и не долетит самолёт.

И вы совершите это путешествие, не сдвинувшись с места.

Потому что двигаться будет не тело – маленькая матрёшка,

а сознание, способное выходить за его пределы.

Она плавно заняла позицию:

– Стопы вместе. Руки на груди. Глаза закрыты.

Ученики повторили движение.

– Когда зазвучит музыка, – продолжила она, – отпустите мысли.

Не гоните их. Просто перестаньте за них цепляться.

Пусть музыка несёт вас.

Её голос стал глубже:

– Эти миры изменчивы, как сны. Это миры мыслей, эмоций и фантазий.

На них легко влиять… но часто результат будет не таким, как вы ожидали.

Там важны не желания, а то, что спрятано здесь, – она коснулась груди.

– Путешествие «туда, не знаю куда» – это разговор с самыми глубокими частями себя.

– Это мир духов? – неуверенно спросил Дэн.

Ядвига Ниевна улыбнулась:

– Дух, дыхание, вдохновение… воздух. За этим не нужно ходить «за тридевять земель».

Вселенная существует на разных уровнях одновременно. Но начинать лучше с ближайшего. С собственного подвала… или чердака.

Да и заканчивать, откровенно говоря – там же.

– А если мы не вернёмся? – тихо спросила Мила.

– Опасность такая же, как везде: не зная броду… – Ядвига Ниевна чуть приподняла брови. – Нужно знать правила движения.

В мире, где мысль – уже поступок, а настроение – уже погода…

– В следующий раз Баюн расскажет вам присказку о «правилах».

– А если застрянем? – Влад сглотнул.

– Тело будет здесь, – её пальцы коснулись груди. – А сознание – там. Вы будете как Спящая красавица: мир живёт, суетится, меняется, а вы…

Она рассмеялась легко, как эхо:

– Не бойтесь.

Вы каждый день, вернее, каждую ночь путешествуете туда!

Во сне… только утром воспоминание стирается, как рисунок на морском песке.

Она сделала шаг вперёд:

– Добро пожаловать «туда, не знаю куда». В миры, которых «нет».

Для ваших больших матрёшек они реальнее этого стола.

Её голос стал твёрдым:

– Подумайте, зачем вы идёте. Не вообще – сейчас.

Вы можете получить не то, что хотите. Но это будет то, что действительно нужно.

Музыка зазвучала.

Первые минуты Влад стоял в напряжении. Ничего не происходило. Мысли путались, руки затекали, в голове мелькало:

«Что скажет Лада? Что подумают другие?»

Наконец он мысленно махнул рукой:

«Безнадёжен! А, будь что будет!»

И в этот самый миг музыка подхватила его.

Перед закрытыми глазами возникли образы. Сначала хаотичные. Затем – лес. Густой, тёмный, пахнущий хвоей.

Под ногами пружинил мох. Деревья расступились, открывая тропу.

Влад пошёл.

Темнело. Птицы умолкли. Где-то хрустело, плескалось, дышало.

Влад почувствовал, что воздух стал гуще.

На развилке перед ним явился камень, покрытый мхом. Надписи светились изнутри тёплым, тлеющим светом:

Налево пойдёшь – богатство найдёшь.

Направо пойдёшь – успех обретёшь.

Прямо пойдёшь – много потеряешь, да нечто найдёшь.

Налево – широкая дорога.

Направо – ровная, устремлённая вперёд.

Прямо – едва заметная тропа, уходящая в самую тьму.

Влад задумался.

Богатство? Успех?

А что значит «потеряешь»?

Что вообще он может потерять?

Он почесал затылок.

И… пошёл прямо.

– Ну, Абрахас! – воскликнул Баюн, тыкая лапой в планшет. – Что я говорил! Не перевелись ещё Иваны-дураки! Отдавай очки!

Музыка стихла. Прозвенел один-единственный колокольчик.

– Можете сесть или лечь, – мягко сказала Ядвига Ниевна.

Через несколько минут:

– Если хотите, можете поделиться.

Влад открыл глаза.

– А если не хочу? – хрипло спросил он. – И вообще… какой во всём этом смысл?

– Смысл? – её голос был спокоен. – Материальный мир – конечная станция. Всё начинается там.

Изменится точка зрения – изменится и мир. Это не магия. Любое дело начинается с мысли. Тайна из тайн.

Она чуть наклонилась вперёд:

– Вы сами, зачастую неосознанно, заказываете то, что с вами происходит.

– Я этого точно не заказывал! – буркнул Абрахас, бросив косой взгляд на кота.

Баюн, до этого мирно дремавший, открыл один глаз:

– Не заказывал? – его усы задрожали. – А…

– …Ну разве что в кошмарном сне! И то… случайно, – перебил его Абрахас.

Кот медленно потянулся, его хвост описал в воздухе таинственный знак:

– О-о-о… – его голос стал томным, – ты открыл очередную великую тайну: «случайности не случайны».

А кошмары… – кот прищурился, – это самые частые заказы.

Его улыбка, широкая и загадочная, полетела по залу и начала медленно таять в воздухе.

Лада в гостях у Влада – Влад в гостях у Лады

Владу удалось-таки зазвать Ладу в гости. Он пригласил её позаниматься вместе – прогуляться по мирам, «которых нет».

По такому случаю Влад с самого утра взялся за уборку: помыл посуду, горкой скопившуюся в раковине, собрал в охапку и закинул в шкаф разбросанные вещи, протёр компьютерный стол и впервые за полгода – подоконник, прошёлся пылесосом по ковру, аккуратно составил обувь и почистил коврик у двери. Надел джинсы и свежую футболку, после чего стал ждать, коротая время бесцельной прогулкой по интернету.

Ровно в двенадцать раздался звонок. Влад открыл и с лёгкой театральностью произнёс: