Мой великолепный Император – 2. Ветер перемен

Мой великолепный Император – 2. Ветер перемен

Ася Черри-Блоссом

Эпиграф

© Ася Черри-Блоссом, 2026

ISBN 978-5-0069-6942-1 (т. 2)

ISBN 978-5-0069-6943-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Солнце беспощадно палило своими лучами, словно огонь, что не знает жалости, оно ожидало жертв, которые забыли о необходимости укрыться от его злобного взгляда. Дул тёпленький ветерок, который, казалось, передавал какую-то невидимую прохладу, но он был так слаб, что казалось, будто он не может противостоять жаре. Всё вокруг было спокойно и тихо, словно все обитатели этого места, будь то насекомые, птицы или мыши, знали о том, что такая жара до добра никого не доведёт, и поэтому они все скрылись в укромных местах, а именно в тени, где можно было найти небольшое укрытие от палящего и жгучего солнца.

Местность была скудной, состоящей из почти голых полей, которые казались совершенно безжизненными, покрытыми пылью и репейником, и кое – где можно было увидеть маленькую травинку, которая казалась такой уязвимой и хрупкой в этих неблагоприятных условиях. Кустарнички были слишком малы с желтоватой листвой и колючками, так же редко встречались высокие деревья, которые казались единственными свидетелями этой пустынной местности. Это была настоящая пустыня, место, где каждый камень и каждый ветер рассказывают о суровости природы, о её бескорыстии и о том, что жизнь может найти свой путь даже в самых неблагоприятных условиях.

И вот, среди этих условий, среди этой суровой и неприветливой местности, жили дикие лошади, предоставленные сами себе. За ними никто не ухаживал, не кормил, не приручал, и поэтому они приспособились к этим условиям сами. Они скакали по бескрайним полям, неся с собой целый вихрь пыли, который словно следовал за ними, как призрак прошлых времён. Их копыта отбивали целую чечётку, грива развивалась по ветру, а дыхание было жарким и сухим, как и пульс, который можно было услышать, если быть внимательным и настроиться на таинственный ритм этого места.

В поисках идеальных пастбищ, где они могли наслаждаться зелёными травами, а также в поисках самого необходимого и ценного источника- воды, без которой их существование становилось под угрозой, а самое страшное привела бы к гибели.

Впереди табуна, состоящего из разнообразных представителей лошадиных мастей, вела свой табун предводительница, которая была не только их лидером, но и наставником. В этом табуне каждая лошадь была уникальна, обладая своим неповторимым окрасом: от самых тёмных до самых светлых, с пятнами или без них, и среди них была особая кобыла- предводительница всего табуна. Она отличалась своим светлым окрасом, напоминающим бежевый цвет, с яркими белыми отметинами, которые делали её внешность особенно привлекательной. Её грива была кипельно белой, словно снежные вершины гор, а её стройный и мощный корпус свидетельствовал о том, что она принадлежала к числу скаковых лошадей, чья сила и ловкость были легендарны. Скажу, что каждый всадник мечтает о таком партнёре в конном спорте.

С особой заботой и вниманием к своему семейству – табуну, она нашла и привела их к источнику воды, который был чистейшим и кристально прозрачным. Этот источник напоминал маленький оазис, окружённый жизнерадостной растительностью, где каждая травинка и каждый цветок были полноценными источниками пищи и радости. В окрестностях оазиса были раскиданы тенистые деревья, которые оберегали от жарких лучей солнца, создавая при этом приют и прохладу для всех, кто искал уединения от знойного солнца. Уставшие от жажды, лошади без задержек бросились к этому чудесному источнику оазиса, где каждый мог утолить свою жажду, наслаждаясь освежающим и прохладным глотком воды. Но всю эту идиллию, нарушило одно «НО»…

Внезапно, совершенно неожиданно, как будто кто-то включил огромные прожекторы на полную мощность, и вокруг меня разлился яркий белый свет, а вместо знойного солнца, на небе уже светились яркие белые звёзды на черно-синем небе. Свет от прожекторов был настолько ослепителен, что мои глаза не могли его вынести, находясь в полной темноте. Лошади, которые до этого момента мирно готовились ко сну, увидев этот внезапный свет, испугались его и, словно под действием неведомой силы, ринулись прочь от него, чувствуя надвигающуюся опасность. Передо мной всё начало превращаться в нечто неясное и туманное, словно я смотрела на старую плёнку кино, которая под действием какого-то магического заклинания начала быстро и хаотично перелистываться, искажая реальность вокруг меня.

Затем моё внимание привлекли люди, которые, скрываясь в тёмных, как ночь, джипах с большими прожекторами, начали безжалостно стрелять в беззащитный бегущий табун диких лошадей, из мощных ружей. Даже в этой мрачной картине, которая казалась мне сном или кошмаром, я могла различить лишь смутные силуэты и очертания. В моём сердце зарождалось чувство ужаса и страха, которое росло с каждой секундой. Я отчаянно хотела помочь бедным животным, но мои ноги, казалось бы, были прочно приклеены к песчаной земле, словно кто-то использовал супер-клей, чтобы приковать меня к месту. Я чувствовала себя беспомощной и бессильной, наблюдая за этой трагедией, не имея ни малейшей возможности изменить ход событий, которые разворачивался перед моими глазами, но все персонажи, которые меня окружали, абсолютно, не обращали на меня внимания, как будто я находилась в шапке невидимке, и меня никто не видел, но зато я их прекрасно видела…

Как вдруг, перед моим взором возник абсолютно чёрный экран, лишённый всяких изображений, будь то лошади, браконьеры или что-либо ещё, и раздался только среди чёрного пространства, окружавший меня, голос, лишённых всяких красок:

– Поспешите, поймайте светлую кобылу верёвками, а вороного жеребёнка оставьте тут, он нам не нужен, слишком глупый и маленький, какой с него толк. Они всё равно в ловушке, безвыходно пленены! Такой трофей мы не упустим! Давно мы за ней охотились! Хозяин будет доволен!

– Кобылу загрузите в фургон. За неё дадут баснословные бабки! Что вы наделали, почему у неё нога, раненная?! Кто так подстрелил?! Теперь, из-за её больной ноги на неё не предложат большую сумму, балбесы!

Раздался другой голос менее тихий, но серьёзный:

– Вам не жалко жеребёнка? Он же совсем маленький и не выживет один, сеньор….

– А, мне то, что, мне нужна новая партия взрослых и молодых кляч, способных участвовать в скачках, особенна эта- бриллиант всей Испании! Этот жеребенок не принесёт никакой пользы, он только обуза! Вырастет значит поймаем, не выживет, таков закон дикой беспощадной природы! И мы здесь ни за жалостью пришли и сопли распускать, а за делом! Грузите остальных лошадей! – раздался тот же первый голос.

Уезжав, этот маленький и оставшийся один жеребёнок с белым пятнышком на лбу, вслед побежал за джипами и фургонами, грузных машин, стараясь их догнать…

Через несколько минут, чёрный экран исчез, голос умолк, и перед моими глазами возник смутный образ, на котором был символ в виде подковы и разжался визжавший голос лошади…

Внезапно, в моём сознании начала разворачиваться другая картина, напоминающая последствия землетрясения. В этом хаосе звуков и образов прозвучал знакомый и грозный крик, который пронзил мою тишину:

– Ника! Ника! Ты спишь?! Вероника, быстро проснись!»

…

Этот крик пронзил мой сон, заставив меня сразу прийти в себя.

И тут я резко очнулась…

Глава 1 «Незнакомец»

Внезапно, среди тишины и спокойствия, я была резко вырвана из объятий Морфея (Бог сновидений в греческой мифологии) громким и пронзительным голосом, который заставил меня вздрогнуть и мгновенно открыть глаза. Перед моим взглядом простирался бесконечно чёрный экран, словно огромный занавес, который отрезал меня от ярких лучей солнца. Пытаясь понять, что же случилось, и ощупывая ладонями поверхность своего лица, я нащупала нечто плоское и хрустящее. Это была свежая газета, которую, видимо, я оставила на лице, погрузившись в сон прямо посреди чтения. С лёгким недоумением убрала её, аккуратно положив на землю, а именно на мягкий бежевый грунт манежа, я оглядела пространство вокруг себя, пытаясь вспомнить, где же я нахожусь, посреди пустыни или уже у себя дома, но в манеже, на тренировке.

И вот, как гром среди ясного неба, в моей памяти вспыхнуло воспоминание, которое не принесло мне радости: оказывается, до своего погружения в сон, я присутствовала на тренировке в просторном и уютном закрытом манеже, который принадлежал моей дорогой и любимой бабушке- Ирине Алексеевне Фрейк, тренеру, обладающего ценным и богатым опытом и, безусловно, большим уважением среди знатоков конного мира. Она, с лёгкостью и авторитетом, давала ценные указания другим своим ученикам, в то время как я, устав от монотонности еë речей, решила немного отдохнуть и, устроившись на удобном стульчике, стоявшим неподалёку взяла в руки газету, чтобы скоротать своё время. Но, погрузившись в мир печатных страниц, я и не заметила, как сон окутал меня своими мягкими объятиями.

И вот, в самый разгар моего краткого отдыха, передо мной словно из ниоткуда появилась моя бабушка Ирина, первым, что я увидела как передо мной, стояла её тяжёлая фигура силуэта, с поставленными руками на боках, с холодным и пронзающим взглядом, который меня пронзил до самых косточек и серьёзным, немного укоризненным, выражением лица. Она была одета в свой традиционный спортивный костюм, который сочетал в себе белоснежную цветовую гамму с яркими акцентами синей жилетки, и дополняли этот образ еë изящные чëрные кожаные сапоги на небольшом каблучке, которые придавали ей особый шарм. В её руках, словно символ власти и уважения, красовалась её любимая деревянная трость с золотым набалдашником, которая была неотъемлемой частью повседневного образа. И тут пробежала лишь одна мысль в моей голове: «Кажется, мне сейчас попадёт, как обычно»…

– Ника, ты почему спишь и прохлаждаешься без дела?! Тебе неинтересно меня слушать?! Ты – как авторитет нашего клуба входишь в региональную команду, ты пример для подражания многих малышей, которые сейчас хихикают над тобой, стоя в сторонке! Такое поведение не приветствуется среди чемпионов! Вот я в твои годы уже готовилась к своей первой олимпиаде с Императором. Кстати про олимпиаду и упражнения… Напомни мне про что я только, что сейчас рассказывала, про какую технику движения на лошади? – с лёгким недоумением и явным презрением в голосе обратилась ко мне моя бабушка, не скрывая своего удивления и лёгкого раздражения от моего неуместного поведения, смотря на меня как на врага народа.

Словно резкий ветерок, несущий с собой шепот секретов, эти слова казались тем, которые мне были знакомы, но о которых я предпочитала не задумывать.

– А… Я… Всё слышала… – начала я, чувствуя, как мои щёки заливаются румянцем стыда, и как медленно, но верно, я отхожу от тумана сна, который ещё не полностью покинул моё сознание, но в нём уже мелькало выражение злого лица моей бабушки, а в стороне маленькие всадники хихикали над моей оплошностью.

– Там про то, как, ну, это… держать правильно поводья, про правильную осанку в седле, а потом, ну это… ммм… это… того… какая-то там скучная техника… – продолжила я, в моём голосе чувствовалось сомнение, словно искала подтверждение своим словам.

Пару слов об моём виде. На мне были надеты мои любимые светло-голубые джинсы, которые, хоть и были запрещены для ношения во время тренировок, но я не могла устоять перед их комфортом и стилем, который они придавали моему образу. Они идеально сочетались с моей яркой красной футболкой без рисунка. Надев поверх своей футболки кофту тёмного оттенка, я добавила в свой образ нотку строгости и серьёзности. Мой чёрный защитный шлем, который надежно оберегал мою голову во время занятий, был украшен аккуратно заплетёнными двумя косичками, которые, признаюсь, я не особенно любила носить. Мои ноги украшали коронные красные кроссовки с белой подошвой, а на них были надеты краги коричневого оттенка, придающие моему образу завершенность и спортивный вид.

Вокруг меня, словно весёлые нотки мелодии, звучали голоса моих знакомых товарищей по тренировкам. Алёша, Олеся, Виолетта и другие, все они, сидя верхом на своих лошадях, излучали радость и смех. Их весёлый смешок, словно волшебное эхо, доходило до меня, и я не могла не почувствовать странное волнение внутри себя. Но когда я осознала причину их веселья, моё сердце наполнилось смущением. Я поняла, что, вероятно, сказала что-то не так, ведь сама не слушала лекции, которые преподавались нам.

Каждый день одно и то же – нотации и лекции по верховой езде, которые казались мне скучными и однообразными. А вот соревнования, где можно было ощутить прилив адреналина и эмоций, или же свободные скачки по бескрайним полям – вот это действительно заставляло моё сердце биться быстрее от восторга! И вот, в этот момент, когда я вспомнила о бескрайних полях, мои мысли непроизвольно перенеслись к моему верному коню по кличке «Император». Я внимательно осмотрела манеж, и, к моему удивлению, не увидела его нигде, хотя обычно он всегда был рядом со мной во время наших тренировок.

Ирина Фрейк, с недоумением и лёгким раздражением в голосе, заметила, что я, вставая со своего места, вместо того чтобы сосредоточиться на её словах, словно потерялась в своих мыслях, устремляя взгляд в разные стороны, словно пытаясь что-то найти или кого-то разглядеть вдалеке. Она обратилась ко мне с упрёком, звучащим в её голосе:

– Вероника, что с тобой происходит? Ты ведь даже не обращаешь внимания на то, что я говорю, твой ум постоянно где-то витается в облаках. Ты должна помнить, что ты не просто кто-то, ты – гордая спортсменка сборной региональной команды, которая представляет наш престижный конный клуб «Horserous». Знаешь, я была лучше среди лучших, пока Император случайно не придавил мне ноги, оставив меня инвалидом, на всю жизнь.

Она внимательно осмотрела манеж, словно ища что-то или кого-то, и вдруг, заметив отсутствие Императора, с удивлением и лёгким недоумением в голосе спросила:

– Кстати, где он?

– Кто «он»? – спросила я будто не понимаю о ком речь…

– Твой партнёр по конкуру «Император», с которым ты на миг не расстаешься. Ника, ты, что его потеряла? – сказала она ещё с большим недовольством.

– Да, всё хорошо, он был где-то здесь… – пыталась я невинно проговорить, в то время как продолжала взглядом искать своего убежавшего жеребца.

– Вероника, его нельзя оставлять без присмотра! Как ты могла его опустить? Теперь мой скакун, подающий большие надежды, за два миллиона рублей, где-то гуляет по конному клубу сам по себе, а может уже и не по клубу! Как так можно вести себя безответственно?!

Я, немного смущённая и растерянная, не зная, что сказать в ответ, ведь сама не имела понятия о том, куда он мог подеваться, пробормотала:

– Да, не переживай, бабуль… Наверное, он пошёл прогуляться… Ведь это же Император, он словно свободный ветер, всегда бродит где-то в поисках еды и приключений…

Ирина Фрейк, не скрывая своего удивления и негодования, воскликнула, закатив глаза:

– О, небеса благослови!

В этот момент, мой знакомый друг-Алёша, который сидел в седле на своей лошади, внимательно присмотрелся к открытым дверям манежа и вдруг заметил вороную лошадь, которая мирно поедала яблоки во дворе, неподалеку от яблони, расположенной прямо перед входом в манеж. Алёша был одет в стильные тёмные трико, чёрные кожаные сапоги на небольшом каблучке, которые придавали ему определенный шарм, футболку насыщенного зелёного цвета, а на его голове красовался элегантный чёрный шлем. Его руки были защищены кожаными перчатками тёмного оттенка. С тех пор, как я последний раз видела Алёшу, он практически не изменился: те же самые тëмно-русые волосы, карие глаза с густыми тёмными бровями, только теперь он выглядел чуть выше и более мужественнее.

– Да, вон там, он наслаждается яблоками под нашим яблоневым деревом, прямо у входа в манеж! – с некоторой долей облегчения и уверенности в голосе сообщил он, указывая пальцем на открытые двери манежа и на яблоню, где уже стоял довольный Император с пустым седлом без всадника, внимательно выбирая самые сочные и аппетитные красные плоды на верхних ветвях.

В тот момент, когда все присутствующие в помещении обратили свои взгляды к распахнутым настежь дверям, в воздухе раздались волны смеха и шепотов, которые только усиливались с каждой секундой. Все, кроме меня и Ирины Фрейк, казалось, были охвачены волной веселья. Ирина Фрейк, с лёгким раздражением на лице, которое она старалась скрыть за ладонью, обратилась ко мне с требовательным голосом:

– Вероника, быстро иди за жеребцом и продемонстрируй свой прогон!

Я, почувствовав неловкость и спешку, быстро покинула помещение, которое уже начало наполняться эхом смеха, и направилась на улицу, чтобы найти Императора, прежде чем он решит убежать в неизвестном направлении. Когда я, наконец, добежала до него, схватив его за поводья, произнесла:

– Вот ты где, моя потеряшка, обещай, что больше не будешь так делать! Мне из-за тебя уже попало! Сегодня останешься без морковок! И не надо ко мне подлизываться!

Император, в ответ на мои слова, лишь фыркнул и бросил поедать яблоки, покачав головой, начал ласково тереться об меня, словно хотел извиниться и показать, что всё в порядке.

– Ну ладно, мой маленький кошмарик! Прощаю, как на тебя можно сердиться, это ведь я тебя оставила без присмотра.– проговорила ласково я, гладя его по мордочке.

Однако нашу маленькую идиллию внезапно нарушил проходящий мимо нас странный молодой человек, которому было около двадцати пяти лет. Он был одет в элегантный костюм для верховой езды, выполненный в строгих чёрно-белых оттенках. Его холодные светло-голубые глаза и серьёзные черты лица создавали ауру недоступности, стужи, равнодушия, телосложение было не худым и не толстым, что-то между средним, а тëмно-русые волосы добавляли ему некой загадочности. В его руках, как я заметила, находился чёрный кейс, который, по всей видимости, содержал важные документы и прочую деловую ерундистику. Он, увидев нас, на мгновение остановил свой взгляд и, заметив нашу милую сцену, слегка улыбнулся. Его улыбка вызвала у меня неприятное ощущение, словно в ней скрывалась какая-то злодейская тайна. В то время, как этот человек проходил мимо нас, Император начал беспокойно дёргать поводья, издавая жалобные звуки, словно что-то почувствовал или испугался.

– Тише, тише. Тебе он тоже не понравился? Странный человек, да? Но это всего лишь какая-то личность, скорее всего очередной гость моей бабушки. Ты же знаешь деловые партнёры или спонсоры… – старалась я успокоить своего коня, нежно поглаживая его по гриве и шепча успокаивающие слова.

С энергичными и решительными шагами, наполненными некой загадочной уверенностью, тот мужчина направил свои стопы прямиком в просторный манеж, где воздух был пропитан ожиданием и волнением. Я, в свою очередь, последовала за ним, не спеша, с шедшим позади меня Императором. Я вела его на поводу, словно он был продолжением моей собственной сущности. Никогда не видела, чтобы Император, испугался каких-то незнакомцев, наоборот он их либо хочет покусать за бока, либо что-нибудь утащить у них. Почему-то мне показалось, что он стал каким-то беззащитным, прячась за меня.

Когда этот незнакомец переступил порог манежа, и словно в этот момент, время как будто остановилось, и все взгляды, полные удивления и недоверия, были прикованы к его фигуре. Вскоре стало ясно, что перед нами стоял не кто иной, как прославленный чемпион в мире конкура, чьë имя было написано золотыми буквами в истории Олимпийских игр. Его достижения были отмечены не только золотой медалью, но и высокой государственной наградой. Более того, он был не просто участником, но и судьей на множестве престижных соревнований, а его конный комплекс, получивший название «Мечта взлетающих», был воплощением современных технологий и масштабов, и многие элитные спортсмены лишь мечтали о том, чтобы попасть туда. Неудивительно, что он был кумиром для многих, кто посвятил свою жизнь конному спорту. Но как ему в столь молодом возрасте удалось добиться таких высот, история об этом умалчивает…

Когда его взгляд упал на Ирину Фрейк, стоявшую неподалеку перед своими учениками, которые сидели верхом на лошадях, словно окаменевшую от неожиданности, он не стал медлить. Подошёл к ней с теплотой и уважением, обнял и, обращаясь к ней с искренней радостью, произнёс слова, полные тепла и воспоминаний:

– Здравствуйте, дорогая и уважаемая Ирина Алексеевна! Как же приятно видеть вас снова, после столь долгой разлуки!

Ирина Фрейк, казалось, была потрясена этим неожиданным и сердечным жестом, и с радостью, словно вспоминая былые времена, откликнулась:

– Здравствуй, Гриша! Неужели это ты?! Не могу поверить, что мы вновь встретились! С тех самых Олимпийских игр прошло столько много времени!

После того как они обменялись тёплыми приветствиями, Ирина Фрейк обратилась к группе молодых спортсменов, которые, сидя верхом на своих лошадях, наблюдали за происходящим со стороны:

– Ребята, хочу представить вам моего бывшего воспитанника по конкуру – Григория Николаевича Жарова, олимпийского чемпиона, чьë имя теперь известно каждому, кто следит за конным спортом. Он не только участвовал в Олимпиаде, но и стал обладателем золотой медали! Кроме того, он является владельцем самого крупного и передового конного комплекса в нашем регионе.

В этот момент, словно по волшебному сигналу, все юные спортсмены, которые до этого момента уверенно сидели на своих лошадях, мгновенно спешились, аккуратно привязав своих четвероногих друзей к специальному станку, который был надёжно прикреплён к стене манежа, чтобы их любимцы не ускакали в неизвестном направлении.

С замиранием сердца и полным восторгом они ринулись к Григорию Жарову, стремясь заполучить заветные автографы от своего кумира, в то время как я, третий лишний, стояла у входа в манеж, вместе с Императором, и до конца не осознавала, какое событие разворачивалось перед моими глазами.

– Тише, чемпионы, всем хватит автографов! – прозвучали слова Григория, словно он был готов поделиться своим временем и вниманием с каждым, кто этого желал.

С лёгкой, тёплой усмешкой, которая словно играла на его губах, Григорий Жаров, с неподдельным интересом и вниманием, подписывал автографы для своих поклонников. Он делал это с такой искренностью и теплотой, что каждый из ребят чувствовал себя особенным. Внезапно, его взгляд скользнул в нашу сторону. Он заметил нас среди толпы, что я стою у дверей манежа вместе с Императором с непонимающим взглядом, его улыбка стала ещё шире, словно он делился с нами частичкой своего тепла и радости. Его 33 белых зуба блеснули в солнечном свете, и он продолжил свою речь, обращаясь к нам с тем же уважением и интересом, что и к его поклонникам:

– А, это, как я понимаю, новая звезда конного спорта – Вероника Скворцова, и тот самый строптивый жеребец Император, с которым вы, Ирина Алексеевна, принимали участие в столь престижных соревнованиях, включая саму Олимпиаду, до вашей травмы? – его голос звучал так, словно он был искренне рад встрече и готов был обсудить наши достижения в конном спорте.

Ирина Фрейк, переведя свой взор на нас, с неподдельной гордостью в голосе и с лёгким блеском в глазах, обратилась ко мне, а затем и к Императору, её слова звучали как музыкальная мелодия, когда она произнесла их:

– Ах, да, это моя внучка Вероника, которая, несомненно, является моей гордостью, и вот она, вместе со своим надёжным и верным спутником по верховой езде – жеребцом по кличке «Император», который, безусловно, заслуживает самых высоких похвал, ведь в нём течёт андалузская кровь. Ника, дорогая моя, что ты всё ещё стоишь там, словно прикованная к земле?! Пойди сюда, солнце моё!

Я должна признаться, что в глубине души не испытывала особого желания приближаться к ним, ведь я была уверена, что мне предстоит выслушать множество лестных слов в мой адрес, что, честно говоря, мне не слишком по душе. Я предпочитаю оставаться в тени, нежели быть в центре внимания.

Тем не менее, собрав в себе немного смелости, я всё же решила подойти к ним вместе с Императором. Приблизившись к ним, мы остановились около всей толпы. Григорий Жаров, протянув свою руку, стремился коснуться коня, но Император, словно почувствовав напряжение в воздухе, внезапно поднялся на дыбы и отступил назад, издав громкое и недовольное ржание, которое ясно давало понять, что он не желает, чтобы к нему прикасались.