Двоедушец. Книга 2. Дикие земли

Сторожей в доме Меченого я вырублю, не вопрос. Но до них нужно сперва добраться и желательно незамеченным. Как? С шаром этим ещё… Ну ладно, надули его, взлетели и полетели… Под перекрёстным огнём паромётов? А если ветра не будет? Или будет, но подует не в нужную сторону? И насчёт последнего пункта меня терзали сомнения. Как бы не пришлось до Лососиной бухты на своих двоих телепать. И это по Диким-то землям.

Да хрен с ним, дотелепаем. Не в рабстве же мне до конца дней куковать. Придумаю что-нибудь. Тем более время у меня есть, хоть и слегка ограниченное. А кое-что я и нынешней ночью выясню.

На этом бы я и закончил, но работать пришлось ещё два часа. Зато получил подтверждение одной из теоретических выкладок.

Ближе к вечеру охрану базы и в самом деле усилили.

* * *

Работяги возвращались в барак с тем, чтобы отмыться, поесть, отдохнуть перед завтрашним днём. У меня же занятий ещё оставалось невпроворот.

Я по-быстрому сполоснулся под умывальником. Перекусил на скорую руку. И, выпросив у Мартемьяна вафельное полотенце и кусок хозяйственного мыла, отправился в баню, где затеял большую стирку.

Выглядело логично, особенно после сегодняшних приключений, но в действительности я время тянул. Митрича избегал, чтобы не пристал с расспросами-разговорами. Ну и ждал, пока все намоются, чтобы остаться в одиночестве с определёнными целями. Нет, ничего предосудительного. Просто хотел уточнить, что с дарами, проверить хранилище с каналами, подумать в относительной тишине. Ну и Мишеньке хвост накрутить, если получится.

Интерес не был праздным. Всё это мне нужно, чтобы подготовиться к бегству.

Задумка удалась. Когда народ рассосался, я прошёл в парную, залез на полок, там устроился в позе лотоса. Глаза закрыл, из пальцев соорудил мудру концентрации и затянул:

– Ом-м-м…

Даже если кто и зайдёт, особенно не удивится. Ну сидит человек, мычит… Может, я так кайфую от бани. Кстати, и впрямь кайфовал. Обстановочка расслабляла. Даже не заметил, как провалился во внутренний мир.

* * *

Мишенька на контакт не пошёл. Натерпелся страху у Лысой горы и теперь где-то отсиживался. Ну хоть истерить перестал. В силу чего и магическое хранилище успокоилось.

Я проверил систему каналов на предмет целостности. Разрывов не обнаружил и сколько-то времени потратил на повторение заклинаний, формулы которых подслушал ещё на «Архангеле». Вроде ничего не забыл. Хотелось бы ещё знать, что какое из себя представляло, но это сейчас меньшая из проблем. Припрёт – на интуитивном понимании вылезу или сымпровизирую в крайнем случае. Главное, последовательность движений не перепутать.

Закончив с магией, я перешёл к древу даров.

С последней моей медитации оно не сильно изменилось. Такое же чёрное, усиленное волшбой Смолокуровых. Нераскрытая третья почка на визоре. Кинетик с псиоником почти у пятого уровня. Псионик чуть выше кинетика. Наверное, потому, что сегодня я его применял. Инсайт тоже подрос – его субспособности работали постоянно, – но до своего четвёртого уровня пока недотягивал.

Жаль. Про Модуль придётся забыть. А вот Взлом и Локус контроля уже можно пробовать. Как и невербальную активацию остальных заклинаний.

В конкретный момент Локус испытать было не на ком, а обкатать Взлом я мог, не сходя с места. На чём? Да на тех же треклятых браслетах. Их так или иначе снимать, и хотелось бы не напильником.

Вместе с тем уверенности в успехе я не испытывал. Взлом – субспособность двухкомпонентная и в применении сложная. Сначала нужно распознать механизм, потом его вскрыть. И получится у меня, не получится… Но ведь не попробуешь – не узнаешь.

Да ладно, где наша не пропадала.

Я выдохнул и потянулся мыслью к защёлке ошейника.

Глава 7

Прошла секунда, другая… пятая…

На десятой перед глазами проявился чертёж. Белыми линиями на синей бумаге схема запорного механизма.

Я с удовлетворением хмыкнул. Субспособность сработала. По крайней мере, первый этап. Осталось, чтобы сработал второй.

Всмотревшись в схему, хмыкнул ещё раз. Замок из простейших. По типу защёлки наручников. С одной стороны пластина с зубами, с другой – подпружиненный стопорок. И если вот здесь прижать, а вот так потянуть…

Щёлк.

И ошейник свалился мне на руки.

Покрутил, посмотрел – чёрный металл, камни цвета бордо в молочных прожилках, ничего сверхъестественного – и положил его рядом с собой на полок. Невольным движением тронул шею. Болит.

«Дока, что ли, расковать? Пусть полечит, – пришла в голову мысль, – Нет, палево. Если сдадут, может поломать все мои планы. Ладно, перетерплю, недолго осталось. Не нагноилось бы только».

Ещё дважды повторив процедуру, скинул браслеты и вынырнул из внутреннего мира в реальность, чувствуя себя гладиатором, избавившимся от оков. Хоть сейчас в бой против гнусных рабовладельцев.

Поддавшись порыву, я сочинил Смоляные шары – единственное заклинание из Мишенькиного арсенала, в котором был стопроцентно уверен. Живот втянул, выбросил перед собой сразу обе руки, особым образом поджал безымянные и мизинцы. В ладонях тут же вспухли тягучие чёрные сферы. Через миг тихо хлопнуло, и они вспыхнули пламенем. Синим.

– Ох ты ж, мать… – вскрикнул я, не ожидая такого эффекта, и развеял волшбу. Не хватало ещё баню спалить. И самому угореть накануне побега.

Вдохнул, выдохнул, чуть успокоился. На подвиги продолжало тянуть, но для начала решил просто попариться. Оно и руки займу, и для здоровья полезно, и грязь смыть с себя не мешает. А потом, глядишь, и отпустит.

Попариться получилось, и даже с веником, но с помывкой вышел облом. В бадье не оказалось холодной воды – мужики всю использовали, а та, что оставалась в баке, была слишком горячей. Я нашёл ведро в предбаннике, вышел во двор, но в бочке тоже плескалось на дне, даже зачерпнуть нормально не получилось.

«Ну тут уж сам Бог велел, – усмехнулся я. – Заодно проверю, как нас охраняют».

С этой мыслью я, как был голышом, дошёл до калитки, толкнул…

Тут же раздался пронзительный свист, и темноту прорезал ослепительный луч. Вышкарь на ближайшей к бараку вышке развернул прожектор, и я оказался в пятне света. Как клоун на цирковой арене.

Бенефис, твою мать. Ладно, хоть на звук не стреляли.

* * *

– Куда-то собрался? – послышался сверху язвительный голос.

– За водой, – ответил я в темноту и поднял над головой пустое ведро в подтверждение своих намерений. – Не стреляйте.

На стене послышались шаги, говоривший приблизился и, рассмотрев меня во всех подробностях, выругался:

– Тьфу, прости господи, срам-то прикрой. Новенький, что ль? Правил не знаешь? Вам потемну запрещено выходить за колючку.

– Новенький, да. Говорили, забыл… – виновато промямлил я, усиленно моргая, чтобы адаптироваться к смене света и тени.

Сначала различил силуэт с паромётом на изготовку. Потом проявилось светлое пятно лица. Я встретился с настороженным взглядом охранника… И меня осенило. Раз уж так сложилось, почему бы и не попробовать?