Битва за Карабах. Три военные кампании 21 века

2.4. Путь к войне.

Долгое время после первой карабахской войны 1988-1994 годов вдоль линии соприкосновения сохранялся хоть чуткий, но мир. Перестрелки и боевые столкновения были редкостью и служили скорее исключением из правила.

Ситуация изменилась, начиная с 2008 года. Это произошло в связи с экономическим подъемом (по причине скачка цен на нефть), военным ростом и связанным с этим взрывом реваншистских настроений в Баку.

Стычка в начале марта 2008 года возле Мартакерта (Агдере) привела к гибели четырех азербайджанских солдат. Столкновения первой половины 2012 года (с января по июнь) стоили жизни 44 военнослужащим ВС Азербайджана. Данные по потерям армян неизвестны.

Активные обстрелы и противостояние серьезно активизировалось в 2014-2015 годах. В среднем в месяц стороны теряли по 3-4 человека убитыми.

В 2014-2015 года, на пике своего военного бюджета, проявляется намерение ВС Азербайджана произвести блицкриг против НКР. Земли, которую в Баку традиционно считали незаконно отторгнутой врагом.

Ранее наступление планировали в 2000-2001 годах. Президент Азербайджана Гейдар Алиев тогда отменил его.

Молниеносной войны не получилось бы. Сложившаяся сложная международная обстановка не отвечала запросам Баку в отношении Карабаха. А пиррова победа с долгим кровопролитием и тягучим прогрызанием УРов армян не соответствовала возможностям Азербайджана.

«Решение карабахского вопроса» отложили на 15-20 лет. И, как показала действительность, не напрасно.

Летом 2014 года ситуация на азербайджано-карабахской границе обострилась. После ряда столкновений на линии соприкосновения ВС Азербайджана 19-24 июня были инициированы массовые военные учения. Эти мероприятия проходили неподалеку от территории НКР.

В них оказалось задействовано 23 тысячи военнослужащих ВС Азербайджана, 120 танков и прочих ББМ, 180 орудий, РСЗО, ракетных установок и минометов, 30 самолетов. То есть, задействовалась примерно корпусная группа.

Чуть ранее, 12-16 июня в Нахичевани на границе с Арменией стартовали совместные азербайджано-турецкие учения. В них приняло участие 5000 солдат и офицеров двух стран при более чем 250 единицах военной и специальной техники.

Спустя месяц с небольшим, во второй половине июля 2014 года, опять произошел рост напряжения. Внимание мировой общественности в это время оказалось отвлечено операцией «Нерушимая скала» (7 июля – 26 августа 2014 года), которую Израиль проводил в секторе Газа, а также боевыми действиями на Донбассе. Этот момент в Баку сочли удобным для проведения первой пробной атаки на НКР.

В ночь с 31 июля на 1 августа произошли столкновения. В них погибло 14 азербайджанских и трое армянских солдат.

Военные столкновения продолжились на следующие сутки. ВС Азербайджана ответили огнем артиллерии и задействовали авиацию.

Одновременно началось выдвижение танков и мотопехоты к зоне эскалации конфликта. Была объявлена мобилизация. Весь мир обошли кадры огромных колонн техники с живой силой, направлявшихся в сторону НКР.

Аналогия с тавушскими событиями в июле 2020 года прослеживалась полная. Те тоже предшествовали большой войне.

При умеренных потерях, Азербайджан изобразил себя слабым, потерпев неудачу в тактических стычках. Возможно, как и в июле 2020 года, это делалось намеренно, намеренно, чтобы усыпить бдительность противника.

Это – одна из версий случившегося. Несколько конспирологическая, конечно же, но все же.

Вмешалась РФ. 10 августа 2014 года состоялась трехсторонняя встреча в городе Сочи (Армения, Азербайджан, Россия). В ходе состоявшихся переговоров удалось развести конфликтующие стороны.

Тем не менее, напряженность сохранялась.

12 ноября 2014 года состоялась новая эскалация. В ходе продолжавшихся с 6 ноября учений «Единство-2014» у ВС НКР был сбит армянский военный вертолет Ми-24.

Немедленно войска сторон оказались подняты по тревоге и стянуты к ЛБС. Однако новой войны опять не случилось. Армяне в этот раз опередили азербайджанцев в развертывании.

Дело в том, что летом (во время предыдущего обострения) и осенью 2014 года Армения стянула в НКР значительные силы. НКР также отмобилизовала максимум своих резервистов.

Штурм 47-тысячной группировки армянских войск, окопавшейся в горах за линией Оганяна, был сочтен командованием ВС Азербайджана бесперспективным занятием. Пусть даже осуществленный большим количеством войск лучшего качества (74 тысячи солдат).

Кроме того, армянская сторона располагала внушительным арсеналом. Он состоял из 2100 систем артиллерии и минометов, 850 ББМ, 450 единиц ПВО (включая ПЗРК) и 4200 автотранспортных средств. Весь перечисленный парк затруднял легкое достижение успеха.

Электромайдан в июне-сентябре 2015 года чуть снова не привел к конфликту. Внутриполитическая слабость Армении стала сигналом к действию для Азербайджана.

Со времени прошлогодних событий Армения в значительной мере вывела, а НКР демобилизовала свои войска до «уровня мирного времени». Несмотря на сохранявшуюся напряженность. Непризнанную республику опять охраняли стандартные 18,5 тысяч штыков (по штату).

С 6 по 13 сентября 2015 года ВС Азербайджана производили крупнейшие учения в своей истории по взаимодействию практически всех родов войск, преимущественно вблизи границы с НКР. В них оказались задействованы рекордные 65 тысяч человек личного состава, 6000 резервистов, 700 ББМ, 500 ракетных и артиллерийских систем.

Однако Ереван уже подавил внутреннюю нестабильность на своей территории. Последняя крупная акция протеста оказалась разогнана 11 сентября 2015 года. Прочие выступления носили затухающий характер.

АР снова была готова к войне, и в Баку отказались от наступления.

Все выделенные эпизоды характеризовались общими признаками:

• НКР высилась над примыкавшими к ней равнинами, подобно израильским Голанским высотам над сирийской приграничной территорией. Если позиции армянских войск на Агдамском направлении (центральное, на переднем рубеже) находились в 200-230 м над уровнем моря, то дальше начиналась степь. При этом абсолютная высота в Евлахе (узловая станция) составляла всего 15 м.

• Соответственно (аналогично израильтянам), ВС НКР могли отслеживать любые крупные перемещения ВС Азербайджана с возвышения. Марш по открытой местности облегчал обнаружение по шуму в любое время суток (до 3-4 км для колонн техники, до 10 км для движущегося поезда, ещё больше на открытом пространстве); ночью, по световым демаскирующим признакам (например, включенным фарам); днем, по клубам поднимаемой пыли (при перемещении не по асфальту).

• В процессе развертываний 2014-2015 годов ВС Азербайджана совершенно пренебрегли маскировочными мероприятиями. У населения и солдат не изымались мобильные телефоны, гражданские лица не эвакуировались из прифронтовой зоны, и видеоизображения с колоннами войск, спешившими к линии соприкосновения, попадали в сеть за сутки до прибытия частей.

• Ни о какой секретности в таких условиях не могло быть и речи. Фактор, которого следовало избежать при подготовке успешной наступательной операции азербайджанских войск.

• В ходе происходившей в 2010-е годы «на фронте» диверсионной и контрдиверсионной борьбы выяснилось, что армяне достаточно небрежно несли караульную службу. ВС Азербайджана, в свою очередь – за счет вливаний из бюджета, наполненного нефтедолларами, – располагали необходимым преимуществом в ночных стычках. Для солдат были закуплены ПНВ, тепловизоры, датчики движения, ЛПР (лазерные приборы разведки), новейшие ПТРК, способные поражать противника на больших дистанциях, БПЛА и прочее подобное вооружение (бывшее в дефиците у ВС НКР).

Проанализировав вышесказанное, в Баку творчески разработали принципиально иной тип операции. Он строился на следующих принципах:

• Кратковременности (чтобы не нагружать военный бюджет).

• Молниеносности и успешности (для получения политических дивидендов).

• Локальности и ограниченности (операции небольшими группами войск на малую глубину, в идеале – приграничный конфликт). Это также позволило бы наряду с пунктами 1 и 2 минимизировать потери.

• Комбинированном характере операции (ночном ударе спецназа при поддержке артиллерии и возможно авиации с последующим, уже утренним, подходом танков и мотопехоты – чтобы не демаскировать выдвижение армейских групп раньше срока).

• Занятии приграничных господствующих высот (для расстрела противника внизу).

• Вспомогательном характере действия линейных сил – танковых и мотопехотных, – в ущерб приоритету горным и специальным. Танковые и мотострелковые части в таких условиях, скорее, играли роль приманки, в то время как занявшие высоты специальные подразделения расстреливали бы выдвинувшиеся армянские отряды из ПТРК и наводили бы огонь артиллерии.

• Применении БПЛА в ущерб пилотируемой авиации.

Руководствуясь перечисленными положениями, в январе-марте 2016 года ВС Азербайджана сильно активизировали артиллерийские обстрелы и действия ДРГ вдоль линии соприкосновения. Это делалось затем, чтобы усыпить бдительность армии обороны НКР (беспокоящий огонь становился обыденностью).

Приведение в боевую готовность частей азербайджанских войск началось ещё в последней декаде марта. Комплекс дезинформационных мер – с целью сокрытия сроков и масштабов перегруппировки трех МСБР и одной горной бригады или полка, усиленных спн, непосредственно к линии соприкосновения – продолжался 11 дней, 20-31 марта.

В СМИ до последнего момента царила тишина. Средства съемки оказались изъяты. Скрытность мероприятий соблюдалась строжайшим образом.

Детали операции оставались известны самому узкому кругу лиц в правительстве Азербайджана. Постановка боевых задач осуществлялась накануне, за несколько часов до вторжения.

31 марта – 1 апреля 2016 года произошел ряд перестрелок между сторонами. Противники применяли стрелковое оружие, а также 60-мм и 82-мм минометы (примерно по батарее, судя по количеству выпущенных мин).

Массированного выдвижения колонн войск и техники с азербайджанской стороны в этот раз, как в 2014-2015 годах, не наблюдалось. Массовые мобилизационные мероприятия не производились. Части и соединения не переходили на расширенные ОШС, чтобы не тревожить армян.

Это успокоило командование войск НКР, создав у него ложное впечатление о рутинности происходившего. Случившееся стало для армян полной неожиданностью.

Перед столкновением.

Кампания 2016 года проистекала в основном по двум периферийным направлениям: Тертерскому (долина реки Тертер) и Горадизскому (широкая пойма левого берега реки Аракс) коридорам. Условно их можно обозначить как «северное» и «южное».

В прессе поначалу появилась информация об ударе на 4-5 направлениях, в том числе на Гадрут, расположенный в горах на рокадной трассе, ведущей в Степанакерт (недостроенной). Однако данные сообщения основывались на недостоверных данных. Например, атака на Гадрут по факту являлась элементом приграничного сражения на южном направлении (за высоту Леле-Тепе).

Оперативное построение ВС НКР выполнялось по территориальному принципу. Каждый район (ОР) оборонял свой МСП тысячной численности трехбатальонного состава.

ОР, с частями усиления – это до 1200-1800 бойцов по штату. Численность МСБ – 350-400 человек. Батальоны трехротного состава.

Впереди (на линии соприкосновения) находился дежурный МСБ. Ещё два (а также части полкового подчинения) несли функции охраны по флангам и оперативного резерва.

На наиболее опасных направлениях «районные» МСП также подкреплялись танковыми и артиллерийскими частями.

Тактическое построение «дежурного МСБ» представляло собой следующую картину. Непосредственно задачи боевого охранения были возложены на заставу (роту) численностью порядка 100 военнослужащих. Последняя, в свою очередь, делилась на цепь постов (эквивалентов пехотного отделения по 12 штыков), части ротного подчинения (командный пункт, связь и так далее) и резерв.

То есть, оборона строилась на РОП. Последние выдвигали вперед ВОПы и аванпосты (наблюдательные посты) ранга отделения.

Прочие части МСБ находились в тылу. Они также несли обязанности запасных частей и сил батальонного подчинения. Запасные роты, естественно, в случае опасности выдвигались на помощь атакуемым передовым частям, по цепочке передавая сведения об угрозе в полк.

По факту, силы на переднем крае были достаточно невелики (несколько рот с легким стрелковым вооружением при поддержке минометов). Пограничные посты часто оставались недоукомплектованными.

На некоторых таких пунктах оставалось по 2-3 человека вместо положенных 12 бойцов. Иные вообще пустовали.

Непосредственно северное и южное направление прикрывали соответственно Мартакертский (6-й МСП 10-й ГСД армии обороны НКР, полковник Арутюн Амирханян), элементы 5-го МСП, расположенного рядом, и два гадрутских (1-й и 9-й, с северо-запада и юго-запада от города Горадиз соответственно) территориальных МСП.

Каждый полк включал танковую роту и артиллерийский дивизион (122-мм гаубицы). Полученные административно-командные единицы представляли собой 1-й, 6-й и 9-й ОР. Боевая готовность личного состава оставалась невысокой.

Совокупная численность указанных группировок находилась в пределах 4000-5000 солдат, 90-120 танков, нескольких десятков артиллерийских систем. Это была штатная численность, не факт, что заполненная.

ВС Азербайджана для ведения наступления по двум направлениям задействовали три бригадные группы (БРТГ). Которые, в свою очередь, предварительно сформировали.

(Мобилизационное развертывание перед БД, в целях скрытности, не производилось. Соответствующие бригады дополнялись отдельными частями, вместо расширения имевшихся ОШС. Эти силы и пошли в бой).

Их основой стали 1-я (или 701-я) и 3-я (или 703-я) МСБР на севере (Тертерское направление) 1-го АК (командующий корпусом генерал-майор Хикмят Гасанов). На юге (Араксское направление) в такой роли выступила 6-я (или 706-я) МСБР 2-го АК (командующий корпусом полковник Маис Шукюр оглы Бархударов; в ходе боевых действий получил звание генерал-майора).

Они оказались усилены примерно 1500-2000 военнослужащих элитных войск из 191-й горнострелковой бригады и 777-й бригады спн, двумя корпусными танковыми батальонами, тремя дополнительными смешанными артиллерийскими дивизионами (вторыми, помимо собственных бригадных) и двумя вертолетными эскадрильями (по 12 машин Ми-24 и Ми-35М). Тем самым, они сформировали три тактических бригадных группы (БРТГ).

С учетом задействованного потенциала самих МСБР в размере примерно 3000-3500 штыков, численность каждой БРТГ составляла порядка 5000 человек. По сути, каждая стала маленькой армией или небольшой дивизией, имевшей в распоряжении даже свою собственную тактическую армейскую авиацию (ударные вертолеты).

Общее количество войск на двух направлениях к 1 апреля 2016 года достигло 15 тысяч военнослужащих при 90 танках, 100 артиллерийских системах и 24 вертолетах. В дальнейшем (к 5 апреля) оно оказалось значительно увеличено.

По некоторым данным, к моменту завершения Апрельской войны началось выдвижение к исходным рубежам большей части 1-го и 2-го корпусов. Всего удалось развернуть до 20-25 тысяч офицеров и солдат. Министр обороны Азербайджана Закир Гасанов заявил, что задействовалось до 15-20% азербайджанской армии.

Непосредственно для наступления формировались взводные штурмовые группы (по 20-50 человек). Такие небольшие отряды на острие натиска – фирменный знак действия азербайджанской пехоты, проявивший себя и в кампании 2020 года.

Они создавались по следующему принципу. Взводу стрелковой или горной пехоты, разведывательному батальону, роте или взводу спн придавались расчеты ПТРК и, в случае оправданности, танки. Каждый такой отряд, представляя собой маленькую армию, с правом непосредственного вызова артиллерийском и воздушной поддержки, атаковал пост армян.

Следом, во второй волне, предполагалось следование групп закрепления. Основной массив войск, МСБ бригад, предполагалось вводить третьим эшелоном, во избежание лишних потерь.

Стоит отметить, что указанные БРТГ, хотя и концентрировались в районе горных проходов, по факту действовали на довольно широком фронте. Конфигурацию их построений можно было кратко охарактеризовать фразой: «осада с равнины горной крепости НКР».

Так, северная группа (на базе 1-й и 3-й МСБР) имела фронт в несколько десятков км. Она была обращена вогнутой стороной к неприятелю, охватывая местность, где сходились Мравский и Карабахский хребты. Притом, что главные силы «северных» скучивались на левом фланге группы, на отрезке всего в 5-7 км напротив Тертерского прохода.

По сути, здесь, на севере, наносилось два удара по сходящимся направлениям. Ими предполагалось «скусить» северо-восточный угол армянской позиции.

Одна атака намечалась с севера, со стороны склонов Мравского хребта (БРТГ на базе 1-й МСБР). Вторая (БРТГ 3-й МСБР) – с востока, севернее Мартакерта (Агдере). Классические «клещи» или «Канны».

Аналогично южная группа. Она имела фронт действия не менее 40-50 км и такое же оперативное построение дугой, но обращенной к противнику выпуклой стороной.

(Правда, здесь не планировалось «Канн». Просто фронтальное выдавливание).

В таких условиях (с выделенными плотностями) естественно ни о каких глубоких массированных прорывах речи не шло. Действия носили лишь провокационный, приграничный характер. В случае расширения конфликта требовались значительные подкрепления.

Глубина операции не предполагалась более 10-15 км. Планировались действия бригадного, в лучшем случае, дивизионного уровня, нацеленные на достижение весьма ограниченного результата.

В итоге все, конечно же, замкнулось в пределах пограничных столкновений. Однако манера действий на севере – две «клешни» наступления, – подразумевала исходно большую глубину и более широкий замысел атаки. На оперативном уровне, конечно.

Вводиться в бой эти силы должны были поэшелонно. С штурмовыми группами (600-700 человек, до 30 танков), идущими на острие, в первой линии.

Сперва в ночное время атаковали элитные части (лучшие мотострелки, горные стрелки и спецназ), «снимая» аванпостное охранение. Затем удар наносили авиация (вертолеты) и артиллерия. После чего из глубины подтягивались мотострелковые и танковые части.

Тем самым, достигался эффект внезапности. Выдвижение главных сил, стоило повториться, предполагалось с большой задержкой.

Функции элитных (передовых) подразделений также были разделены (на тактическом уровне – не путать с оперативным). Части (помимо остального) также следовало осуществлять разведку и играть роль приманки. Части – со снайперским вооружением и израильскими ПТРК «Спайк-LR» – осуществлять контроль за путями подхода армянских войск.

Указанные комплексы в поставляемой Азербайджану модификации имели дальность около 4000 м. Всего на вооружении состояло около 100 таких ПТРК.

Достигнутая глубина продвижения в итоге составила не более 2-3 км (20% от запланированного). Это должна была быть – и такой и стала, – сугубо приграничная кампания с политическими мотивами. Решительных целей операции, стоило повториться, изначально не ставилось.

Авиация (самолеты) в силу наличия неподавленной ПВО НКР оставалась на аэродромах. Использование наряда вертолётных сил ВС Азербайджана (да ещё столь ограниченного) в условиях сложного высокогорного рельефа, как показало будущее, оказалось ошибкой.

Последнее послужило окончательной точкой в кипевших спорах о приоритете беспилотной авиации над пилотируемой.

2.5. Апрельская война.

Перед тем, как вырваться на равнину (широкую и засушливую Карабахскую степь) на территории, контролируемой Азербайджаном, река Тертер бежит в пределах НКР по широкому и глубокому лесистому каньону между Мравским и Карабахским хребтами. Ширина каньона 2-5 км, глубина 500-1000 м.

У устья – там, где река Тертер выходит на равнину и где пролегает граница (вернее, ЛБС) между Азербайджаном и НКР, – река проходит узкое ущелье шириной два км. Ущелье также лежит между восточными скатами Мравского и северо-восточными склонами Карабахского хребтов. Это своего рода «ворота» в Азербайджан.

Движение вверх по ущелью представляло собой перемещение по узкой горной дороге. Данная трасса периодически переходит с одного берега реки Тертер на другой и поднимается вверх по ступенькам террас горных плато.

Маневр между берегами Тертера возможен только по оборудованным переправам (мостам, плотинам). Сама река довольно бурная, порожистая и быстрая. Она достигает в ширину нескольких десятков м. Форсировать её без применения спецсредств не представляется возможным.

С учетом каскада водохранилищ вверх по своему течению (Матагизского, Сарсангского) Тертер, по сути, делит долину на две части.

С центральными частями НКР и райцентром Мартакерт (до которого 28 км от Талыша) каньон соединен серпантином неважного качества. Ближайшим к линии соприкосновения является Талыш (около трех км), от которого ещё четыре км до селения Матагиз.

Относительно сети дорог – а Талыш ещё и применительно к руслу реки Тертер, – данные селения находятся на периферии. Наиболее быстрый и доступный выход к Сарсангскому водохранилищу – по двум серпантинам. Он ведет южнее, через Шихархский проход и далее перевалами в Тертерский каньон, один из которых проходит через Мартакерт.

Однако данные коммуникации давно заброшены (с советской эпохи). Поэтому основные сражения развернулись в оперативном углу Талыш-Мадагиз, на «пятачке» 7х7 км.

Соответственно, части, занявшие высоты с переносным противотанковым вооружением и способностью корректировать огонь артиллерии, получали возможность расстреливать походные колонны противника внизу, на горных дорогах. Последние оказывались сжаты на пересеченной местности и ограничены в маневрировании. Здесь работало простое правило: «кто занял позицию выше – тот и победил».

На юге степной коридор между Араксом и южным окончанием Карабахского хребта представлял, казалось бы, удобный проход для механизированных войск шириной около 10 км (район высоты Леле-Тепе). Однако это обманчивое впечатление.

По факту, 30-50% этого пространства (до 3-5 км) занято широкой поймой реки Аракс. Данная водная артерия бежит, разливаясь по степи и образуя многочисленные рукава и просторные заболоченные острова между ними. Прочая территория испещрена сеткой оросительных каналов, которые делят местность на неровные четырехугольники со сторонами 1-3 км.

Тем самым, быстрое продвижение здесь возможно только колонной по автодороге. Которая была, естественно, разрушена армянами (а идущий параллельно железнодорожный путь – разобран).

Путаница островов и ирригационной системы формировала ситуацию, когда позиции противников часто находились в смешанном состоянии относительно друг от друга. Так, если большое центральное село Чоджук Марджанлы контролировалось азербайджанцами, то лежащее напротив на острове за рукавом Аракса селение Мехдили – армянами. В таком положении взаимные обстрелы и уязвимость даже от минометного огня становились обычным делом.

Чоджук Марджанлы, как уже упоминалось, занимало срединную позицию. В 9 км на северо-восток от него находился город Горадиз, а в 5 км на северо-запад – высота Леле-Тепе.

Гора или, вернее, холм Леле-Тепе в сводках неоднократно упоминалась, как местная господствующая высота. Она и правда имеет некоторое возвышение над Горадизским коридором. Абсолютная высота составляла 271 м против 100-150 м над уровнем моря, относительное превышение 120-170 м.

Однако относительно склонов Карабахского хребта (до 1500-2000 м и выше), начинавшегося в нескольких км севернее и северо-западнее, высота выглядела, как невысокий выступ или бугор, выдвинутый чуть вперед и потому прекрасно простреливаемый артиллерией с запасных армянских позиций в горах.

У подножия Леле-Тепе протекал ручей, выливающийся из горного ущелья. Там же проходила автодорога, поворачивавшая севернее на Гадрут, очень плохого качества.

Тем самым, обладание Леле-Тепе позволяло установить огневой контроль над данной автодорогой, на пути подхода армянских подкреплений.