Полная версия
Теперь я стеллинг!
Пока я занимался самокопанием (в прямом и переносном смысле), откуда-то с противоположной стороны раздались шаги. Я вздрогнул, после чего напрягся и приготовился к… чему угодно. Если моя интуиция права,то сейчас будет решатьсямоя судьба… Невольно я
облизал губы, после чего обратил внимание на факт, что я дико хочу пить. А ещё больше – есть. А ещё… короче, я понял, что с этой тушкой (то есть, уже персонально со мной), обращались из рук вон плохо. И что-то мне говорит о том, что эта вонь здесь не просто так появилась…
Наконец, в мою глухую комнату начали пробиваться фотоны света, а в это время снаружи начали доноситься шумы открывающегося несмазанного, ржавого замка, а также гулкие мужские голоса. Один был хриплый, усталый, я бы даже сказал, прокуренный; другой – уверенный, льдисто-холодный баритон, с приятными нотками в голосе. Речь я различить не мог, но зато вполне улавливал интонации. Наконец что-то, что перегораживало путь к моему спасению (я надеюсь) сдалось, и, скрипя петлями, распахнулась дверь. Невольно я зажмурился, когда по глазам ударил яркий свет. Но немного придя в себя, я смог разобрать фразы, которыми обменивались эти двое:
– Милорд, какие тут могут быть кривотолки, когда и так известно, что каждый второй из них (если вообще не все) – ещё тот вор, душегубец и рьяный нарушитель порядка?
– Не тебе решать,тюремщик, кого миловать, а кого наказывать. Эй, полутварь, ты очухалась?
Медленно раскрыв глаза и привыкнув к свету, я смог, наконец, разглядеть моих визави. В свете самого настоящего факела на меня смотрели двое: один – низенький и толстый человек с большим пузом, с уродливой, но выбритой физиономией, с нецелыми зубами и странными пятнами, одетый в коричневый балахон, который крепко обвязан на поясе, и второй – крепкий, статный мужчина с небольшой бородой и усами русого цвета, в добротном, крепком доспехе из пластин. Волосы у обоих были коротко подстрижены, но у первого они представляли собой некое подобие «кораллового рифа», с гладкой макушкой и негустыми краями, а у второго – короткие по всей голове, с чётко выраженной чёлкой.
Выглядели они, как самые обычные люди, разве что первый – простолюдин-простолюдином, а второй – породистым аристократом. Факел, с которым они пришли, уже оказался установленным в специальном постаменте, давая яркий, но немного сумрачный свет. Пользуясь случаем, я жадно начал водить глазами и изучать обстановку. И у меня возникли новые рвотные позывы.
Вы когда-нибудь были в хлеву для скота? В настоящем, деревенском хлеву у нерадивого хозяина? Так вот, моя камера (а ничем иным это быть не могло), была очень похожа: камень, слегка прикрытый слоем соломы, поверх которого…находились отходы жизнедеятельности в несколько слоёв, и я не уверен, что мои. Рядком валялось несколько трупов крыс, которые уже давно издохли, и которых уже начал кто-то пожирать изнутри. И я, прикованный кандалами к стене, в грязной серой робе, чуть прикрывающей наготу, весь грязный, с виднеющимися по всему телу рубцами, сижу в луже… в луже, я сказал! И кстати, интересно: почему это полутварь?.. Так, Ванечка, не торопись, во имя плана Айзена Сосуке[3]. Для начала потянем время, изучим обстановку…
– Во… ды…
Губы сами собой прошептали нужное слово. Язык был точно не русский, но сейчас это меня мало волновало. Пить хотелось жутко, но ещё жутче хотелось вымыться и принять душ… но это потом, а пока думай, думай, Ванюша, анализируй входящую инфу, голова! Мы с тобой хоть уже и расставались разок, но во второй раз не охота!
Рыцарь (условно назовём его так) смерил меня грозным взглядом, от которого у меня что-то заёжилось внутри, после чего чуть заметно махнул Тюремщику; тот недовольно поморщился, но всё же вышел за дверь, и спустя уже пару мгновений появился оттуда с каким-то корытом. Сморщив гримасу на лице, он плюхнул это передо мной, после чего отошёл назад к двери.
Вода была грязная, какая-то ржавая, отвратительная… Впрочем, подавив желание её выплюнуть, я отметил, что жажду она всё-таки утоляет. Посему я, стараясь не обращать внимания на вкус, начал делать неспешные глотки. Судя по всему, я делал это как-то неправильно или имел слишком жалкий вид, потому что и Рыцарь, и Тюремщик синхронно скривили лица, выказывая брезгливое отвращение.
Так, думаем… Перво-наперво, я не человек. Ну опять же, с их слов. Во-вторых, меня засунули за преступление (преступления?) прошлого владельца моей мясной оболочки. И судя по тому, что я могу видеть, моё нынешнее тело больше напоминало таковое у подростка или у девушки (бр-р! Не думать о белой обезьяне, я сказал!) Так, а у меня же есть верное средство проверить! Как говорится, испробовано на котятах и щенках! Аккуратно скосив взгляд вниз, в сосредоточие тряпок, старательно начал искать первичные половые признаки. Так, а где… что-нибудь?
Вероятно, я исчерпал лимит терпения этой парочки, потому что толстячок внезапно оказался рядом со мной, после чего своими грубыми и грязными пальцами поднял мою голову вверх за подбородок, чтобы я встретился глазами с милордом.
– Вижу, ты себя уже неплохо чувствуешь, полутварь. Видимо, не врали о вашем брате, когда говорили, что вы гораздо крепче человека!
Рыцарь продолжал стоять у входа, сверля меня стальным взглядом.
– Кто… вы?.. – наконец, я решился подать голос, внутренне молясь всем Богам, чтобы мы были с ним незнакомы. Потому что светящаяся надпись, которая парила над этим рыцарем, как бы говорила об обратном.
Неизвестный(?) рыцарь(?) ???
Над тюремщиком тоже имелась такая и она гласила:
Тюремщик?
Лицо рыцаря, до того бывшее жёстким, немного смягчилось, и он кивнул, видимо, соглашаясь со своими внутренними мыслями. Тюремщик тут же засуетился, на своей морде изобразив донельзя сальное выражение.
– Надеюсь, милорд оценит наш скромный вклад в содержание этой… – обводит меня в воздухе пальцемсвободной (правой) руки,–
…нелюди, осуждённой за мерзкий грех воровства!
– Ар[4] Густаве оценит ваш скромный вклад… – при этих словах Рыцарь многозначительно окинул взглядом всю каморку и усмехнулся в усы, толстячок сразу как-то поник и приувял, – … достопочтенный, Эр[5] Ганс.
Между делом, пока они проводили этот малопонятный для меня диалог, над ними обоими возникли новые надписи. Вернее, старые поменялись на новые:
Ар Густаве, Рыцарь(?) Эр Ганс, Тюремщик(?)
«Эге, так вот оно что…», – между тем промелькнула у меня мысль. Значит, по мере того, как я узнаю информацию о мире или строю предположения, Система заносит их в базу данных… Интересненько… Видимо, не даром мне дали всего 5 единиц на показатель «Ум», потому что вот так вот отстранённо рассуждать, покуда тебя держат не самым удобным образом за подбородок… или у этого тела что-то не так с чувствительностью? Потому как я не чувствую особого дискомфорта…
Получено 1 очко опыта.
«Эй! Куда?! Откуда?!..», – всё во мне завопило.
– Что ж, полутварь, отвечу. Сегодня я буду лично руководить твоим повешением, как прямой посланник короля. Ар Густаве, рыцарь Ордена Тельпомеша Третьей ступени, – и, не дав мне переварить свалившуюся на меня новость о предстоящей скорой смерти, обернулся на Эра Ганса, после чего кивнул ему. – Не забудьте позаботиться о том, чтобы это существо имело подобие человеческого вида перед смертью, – и, сверкнув напоследок доспехами, он мягко скрылся во тьме.
– А… – только и смог вымолвить я, покуда передо мной высветилось новое оконце:
Задание «Добро пожаловать в!» изменено на «Ведьма, ведьма!»
Класс задания: Эпическое (7) Название: Ведьма, ведьма!
Описание: Не успев отойти от осознания себя в новом качестве, вы выясняете, что вас уже осудили на смерть и готовят к повешению. Если вы ничего не предпримете, то вас ожидают новые муки истинной смерти и отчаяния.
Задача: Предпримите всё, что необходимо, тогда обретёте себе право на жизнь и свободу.
Награда: Жизнь и свобода.
Штраф/Наказание: Вас постигнет окончательная смерть. Примечание: И да поможет вам Покровитель. Аминь.
Да они издеваются!..
_______________
1. Крези – русиф. «Crazy» – «Безумство, авантюризм,
сумасшествие». В данном случае – тягу к приключениям, желание испытать что-то опасное и острое.
2. Альма-матер – лат. «Кормящая мать». Синоним «родного» ВУЗа.3. Айзен Сосуке – персонаж аниме «Блич». Главный злодей, противостояние которомурастянуто на множество серий. Манипулятор, тролль. На каждые из своих планов имеет ещё ворох запасных планов. Довольно популярен.4. Ар – выдум. обращение к человеку благородного сословия.5. Эр – выдум. обращение к священнослужителю, вне зависимости от сана.
Глава 3
Глава третья, в которой герой сначала попадает в неудобное положение, потом в ещё более неудобное, а потом…
Знаете, я ведь не верил в лёгкие пути. Ну вот никогда не верил в них. Почему? Потому что легко бывает только тому, кто, скажем так, основательно подготовился ко всем бедам и неприятностям. Знаю по себе: первая попытка посмотреть «Нарика»[1] от начала и до конца закончилась для меня жутчайшей хандрой и меланхолией, когда мой несчастный мозг, не выдержав поток бреда, который там происходил, постыдно сдался на стопятидесятой серии, оставив на сладкое ещё семьдесят с гиком и второй сезон.
Шло время. Аниме медленно, но верно подходило к концу (это я в том плане, что заканчивалось всё не зырканное), оставались лишь наиболее страшные выносы мозга, а так же филлерные части[2] «Хлорки». Разрываясь между тоской, скукой и ожиданием новой части «Мегатена»[3], я всё же решил покорить эту непокорённую вершину. Но теперь, уже будучи прожженным челом, выучившим матчасть и словосочетание «ФИЛЫ Ф ТОПКУ!!!», я начал готовиться. Для начала полностью залил на хард все серии, вышедшие на тот момент, и выбил себе две недели неоплаченного отпуска. Затем я затарился пивом, чипсами, рыбой, квасом, кефиром и аскорбинкой (взболтать, но не смешивать). Я отменил все дела, все поездки (хотя их и было раз-два и обчёлся…), всё… меня ждал марафон «Наруто».
И знаете, что я вам скажу? Когда ты уже умеешь расслабляться, выключать мозг, а также вовремя юзать перемотку и спать по четыре часа… короче, тактика, успешно применённая на «Куске»[4],сработала и здесь. Поэтому я был очень удивлён, когда через неделю обнаружил, что серии внезапно закончились. Затянув кушак потуже, и пригубив чарку водки, я взялся уже зафиллеры.
Короче, к чему я это веду: любую гору можно покорить, если иметь подготовку, оборудование и желание. Правда, сказать честно, зря я всё-таки решился тогда посмотреть их. Это выносит похлеще смеха Наги из «Рубак»[5] при многократном прослушивании.
Кстати о птичках, то есть о моём теперешнем положении дел. Мой Тюремщик, как только Рыцарь покинул нас, вмиг начал суетиться вокруг меня. В том числе он подлил новой порции воды в корыто, после чего взял в руки вонючую тряпку и воинственно окинул меня взглядом.
– Подымайся! Мыть тебя будем, прохиндейка…
Эм, я, конечно, был бы не против помыться, но я бы предпочёл это сделать своими руками, а заодно поизучать то, что мне досталось. Мне в этом теле всё-таки ещё нужно как-то себя спасти! И меня что- то чутка напрягает, что ко мне обращаются в женском роде. Нет, поймите: тот язык, на котором они говорили (а теперь и я), не имеет выраженных окончаний рода, как в русском. Однако вместо этого есть артикли, вроде немецких. И если рыцарь меня называл не иначе как в среднем (оно), то Тюремщик пару раз облизывался и называл меня в женском… Чувствуете разницу?
Я уставился тупыми глазами на Ганса, после чего слабо помотал головой.
– Сам.
– И как ты это будешь делать со скованными руками и ногами, а, смазливая мордашка? Будь паинькой, и дай Эру Гансу тобой заняться.
Его рожа, что самое грустное, чем-то до безобразия напомнила мне мою, когда я облизывался на «Аску» [6] из Евангелиона[7]. И вот что-то я таки ни капли не верю в невинность его намерений.
– Я САМ, – повторил я уже более серьёзно, покуда внутри меня начинало всё закипать. Чтобы я, да с этим пи…
– Слушай, ты, сраное стеллингское отродье! Будешь артачиться и зыркать на меня своими зенками, я тебя ещё разок выстегаю и накормлю мясом так, чтоб тебя потом рвало до самых кишок!
Между тем мой Тюремщик, быстро в моих глазах опустившийся до планки «Пи, пи, пи, пи… поганый!», тоже пришёл в ярость: глаза расширились вместе с ноздрями, дыхание участилось, а лицо раскраснелось. Угрозы из его уст звучали грозно, разве что упоминание про мясо меня ввело в заблуждение; впрочем, в тот момент меня больше разрывало от злобы, и потому осмысливать информацию я не мог. А мой визави продолжал свою тираду, активно помогая себе руками:
– Ты не понимаешь что ли, сучка?! За тебя взялись сами люди из Ордена, возлюбленные дети Шестирукого! Или надеешься на помилование и справедливый суд?! Не будет тебе его! Тебя вздёрнут в назидание твоей жалкой расе при всём честном народе! – видимо, сказанное им должно было меня как-то испугать, произвести магический эффект и сделать покорным; не увидев на моём лице ожидаемого (а я просто в тот момент запоминал сказанное и вносил этих тварей в свой расстрельный список), он тяжело вздохнул, после чего резко распахнул свой балахон и обнажился. – Слушай, у нас не так много времени! Если сделаешь всё как я хочу, то я, может быть, как-нибудь облегчу твою участь. Например, дам тебе яда или перережу глотку… – для убедительности он немного потряс своим аргументом и тыкнул им мне в лицо, – давай, не томи… Говорят, пусть у вас и всего одна дырка, но зато какая…
…А я, смотря на набухшую дубинку моего тюремщика, окончательно понял, что не успокоюсь, пока не придушу/разорву/ уничтожу/кастрирую (нужное подчеркнуть) этого гада. Моё лицо само собой в тот момент оскалилось, а язык коснулся острых зубов… Зубы…
Дальнейшие минут десять, сколько потом я их ни пытался освежить в памяти, складывались в бесконечную череду алого и чёрного, вместе с режущим уши криком,чем-то отвратительно хлюпающим в моих ладонях, а также крепким ударом по голове металлической палицей и надписью, которая висела перед глазами всё это время и согревала меня позже в виде воспоминания:
Вы нанесли персонажу Эру Гансу неизлечимую и позорную травму. Получено 5 очков опыта…
Более-менее в себя я пришёл только уже в какой-то зале, куда меня тащили под руки двое крепких парней в полном обмундировании со шлемами, поножами и кольчугами. Я обнаружил себя связанным уже не просто по рукам и ногам, нет, теперь и мои пальцы даже оказались каждый связан по отдельности; во рту я ощутил деревянную палку, вроде кляпа, ноги и руки закованы в кандалы, плюс всё тело опутывала сеть верёвок. В общем, я мог только плохо-плохо ходить, мелкими шажками, а уж подняться своими силами я бы точно не смог. Парни, которые меня вели, заметив, что я пришёл в себя, и даже отошёл после удара, непроизвольно оба сглотнули и поёжились, а я, насколько позволяли мне глаза, попытался оглядеться.
Меня притащили в богато отделанную залу, чем-то напоминавшую собой античный храм: белые колонны, роскошная алая ковровая дорожка, по бокам от неё лавки, много зелени, предметов интерьера, статуй. По центру находилось главное изображение: шестирукое божество, сидящее в медитативной позе. Половина его, левая, была чёрной, лицо грозно, брови нахмурены, руки держат меч, человеческий череп, а самая нижняя сложена в фигу, когда поджаты мизинец, безымянный и большой, а два других – смотрят вверх. Правая же, напротив, белоснежно-белая, умиротворённая, добрая и расслабленная, руки держат яблоко (ну, или что-то наподобие оного), веер, а последняя – направлена к зрителю, раскрытая ладонь пальцами вниз. Вся алтарно-образная конструкция расходилась полукругом от главного изображения.
Перед Шестируким находилось некое подобие кафедры, с которой на меня косо поглядывал богато одетый священник (если я таки правильно понял назначение этой богадельни). Красная ткань, отделанная золотом, сутана, в общем, самая настоящая, узорная, сверху шапка, аналог епископской. Выглядел, он, кстати, довольно молодо… По бокам этой залы, куда я ни бросал взгляд, всюду хватало народу и в доспехах, и в рясах, подозрительно похожих на таковую у моего Тюремщика.
Короче, с фига ли мне, простому вору (дожил, называется), такие почести? Не иначе как ограбил кру-упную шишку в этом городке… или городе?
Был тут и мой знакомый, Ар Густаве; в данный момент он вёл почтенную беседу со священнослужителем за кафедрой, периодически бросая взгляды в мою сторону. Может быть, мне показалось, но что-то у него рожа уж больно довольная… не иначе, как ему уже доложили об маленьком «инциденте».
–…Будет уроком всем нам: не следует соблазняться дикими расами… – о, точняк, обо мне. Говорил, кстати, этот, в богатой сутане.
–…А я давно говорил королю, что ряды монашества и духовенства стоит почистить от разной грязи. Думаю, Сан Георгино повеселит мой рассказ о монахе-тюремщике, решившим употребить стеллинга.
–…Право, не стоит утруждать самого Сан Георгино[8] россказнями о нашей глубинке…Пока высокопарные господа выясняли отношения, а господа рангомпониже суетились и волновались, я изучал изображение этого
«Бога», по вине фанатиков которого меня собирались отправить на тот свет. И знаете, что я вам скажу? Он мне очень своей композицией напоминал одного психованного медведа изяпонской шизы
«Данганы»[9], которую я в своё время прошёл от скуки. Мозг вынес знатно, но весёлое «У-пу-пу» потом долго терроризировало моих знакомых. Решив отомстить богу (хотя бы мысленно), я в своём воображении поместил на его постамент двуцветного медведя[10], а в лапы выдал ему бензопилу «Дружбу»… Мне показалось, или от статуи Шестирукого повеяло чем-то нехорошим? Да не, глюки…
В мир ??? было призвано незнакомое ему божество.
Э? Это к чему сейчас было вообще?
Между тем Священник (пусть будет под таким кодовым именем, вон Система тоже согласилась) в шапке и Рыцарь окончили торг, и их внимание вновь вернулось ко мне.
– Во имя Тельпомеша[11], мы начинаем наш суд. И освятится всякий, кого коснётся его всепрощающая длань; да погибнет тот, кому предназначен жест разрушения.
Вообще, я, как повторюсь, человек самый обычный. Но происходящее, эта молитва, эти люди, дружно усевшиеся на лавки и сложившие руки вместе… Меня тихо разбирало на га-га. Потому что жест, который был в левой руке статуи, подозрительно напоминал фигу «Тигра» из Нарика, половинку, во всяком случае. Так вот… Какаши[12], оттуда же, весьма знаменит тем, что однажды этим жестом провёл суровое анальное наказание для одного блондина. Присовокупите к этому то, что говорил этот в шапке, и вы поймёте, что именно мне представилось.
– …Правый глаз Телопомеша освещает мир, наполняя его любовью и пониманием; левый – дарует наказание злодеям, погружая в пучину их грехов…
– ! Точняк шаринган[13] юзает, вон, даже «Цукиёми» прописано…
Вероятно, я должен был проникнуться серьёзностью момента, но мне дико хотелось ржать, просто до посинения, вероятно, так действует отходняк от адреналина… Короче, с моей стороны, несмотря на все мои непомерные старания, прорывались какие-то булькающие звуки.
Хотя голос с кафедры и был достаточно громок, наполнен силой, пафосом и вообще, доходил до глубины сознания, но когда его сопровождает бульканье и хрипы, согласитесь, что-то портится в представлении…
Поморщившись, он кивнул моим стражам; те подтащили меня ближе, после чего стукнули палицей по башке. Не очень сильно, но достаточно для того, чтобы я немного протрезвел мозгами.
Вы оскорбили бога Тельпомеша своими богомерзкими действиями. Отныне все его служители будут относиться к вам с неодобрением. Однако ваше чувство юмора повеселило божество?, и в награду за потеху вы получаете недостающие очки опыта для получения уровня.
Получено 3 очка опыта.
Повышение уровня!
–…И теперь, волею Тельпомеша Справедливого, мы будем выносить приговор этой нелюди, стерлингу! – вскинув руки, обратился Священник к залу. По толпе прошёл ропот. – Сторону обвинения будет представлять достопочтенный Ар Густаве, из рода Сильдорианов, чья верность королю не поддаётся сомнению!
Покуда суд да дело (в самом прямом своём смысле), меня поставили на ноги и повернули лицом к толпе. А я, быстро скользнув глазами вниз, снова убедился, что там ничего нет! Впрочем, что меня больше волновало в тот момент, трудно судить: вот представьте, вы немножко умерли, пришли в себя в помойной яме, потом узнали, что вас собираются вешать, потом один старый П захотел… в общем, состояние у меня было «весёлое», ничего не скажешь. А ещё мне, за мои фантазии в адрес Тельпомеша, накинули очков для уровня! Короче, ещё раз удостоверившись в том, что верный друг меня оставил (а верная подруга даже не показалась на горизонте), я споро полез в свои статы, чтобы закинуть свободные очки. Выглядели они вот так:
Имя: Маховенко Иван Петрович (Игровой ник не выбран) Раса: Стеллинг(?)
Базовые характеристики: Уровень (1) – 0/25 Оп Очки жизни (ОЖ) – 7/10 Очки маны (ОМ) – 0/0
Тело – 1.5
Ум – 5
Дух – 1
Познание – 0
Харизма – 1
Воля – 1
Свободных очков для распределения: 0
Классовые характеристики/особенности – класс не выбран Навыки – не имеется/внесистемные
Умения – не имеется /внесистемные Покровители: Не выбрано/доступно к выбору (1)
Э?.. Воц а фак?![14] Где мои свободные очки?! Где моя плана раскачки?! Почему ХП не выросло?!
–…Клянусь перед Богом и королём нашим, Сан Георгино, что буду говорить правду и только правду, – между тем, Ар Густаве вышел к кафедре, поцеловал губами книгу, после чего начал зачитывать клятву. Закончив, он кивнул и отошёл по левую (грозную) сторону статуи.
–…И как не может быть худа без добра, наказания без поощрения, так и не может быть суд без защиты. Есть ли кто в этом зале, кто согласится стать защитником для этой заблудшей овцы нашего пастуха?
Опа! Закопавшись в статы, я чуть не пропустил момент, когда мне должны выбрать «адвоката» (походу, эти дикари развитей, чем кажутся на первый взгляд – читал я, что адвокатура появилась не сразу). Система подтвердила мои предположения… и тут же втоптала их в грязь:
Вы участвуете в заседании суда. По закону, вам полагается защитник; однако ввиду ваших действий, репутации и расы, никто не решается встать на вашу сторону…
И правда: что-то никто не торопился мне помогать. Даже наоборот, их лица напоминали оскалы пираний, приготовившихся сожрать случайную жертву: предвкушение расправы – вот что на них читалось.
…впрочем, вы можете попробовать оправдать себя сами. Внимание: штрафы расовой терпимости/репутация/религиозное вероисповедание будут оказывать серьёзное влияние. Хотите попробовать? До принятия решения осталось 0:30, 0:29, 0:28…
–…И если никто не выступит в качестве защитника этой заблудшей души, то ею станет сам Всемилосердный владыка, ибо как сказано…
Ну уж фигушки вам, я в укешки не нанимался, пидорасты старые!
– М! М! – правда, я немного забыл о том факте, что во рту у меня по прежнему был кляп. Мои охранники лишний раз меня тряхнули, мол, не дёргайся, вон какие люди говорят; а один даже сунул мне под нос палицу в качестве угрозы. Я только продолжил мычать и дёргаться.
– И да свершится правосу…
Рыцарь, всё это время стоявший со стороны обвинения, заметив мои метания, недобро усмехнулся и подал голос:
– Позвольте, Эр Патер, ведь есть же защитник для этой полутвари, – Эр Патер поперхнулся воздухом, и стал лихорадочно водить взглядом по пространству, а по толпе прошёл ропот.– И кто же он, достопочтенный Ар? – вернув самообладание, он вопросительно взглянул на сторону обвинения. Я тоже стих и внимательно уставился на Ара Густаве.– Согласно древнему положению, защитником в любом виде суда может выступить и сам обвиняемый. Верно ведь, Эр Патер? – священник принял мину человека, которому только что велением высочайшего начальства отменили отпуск, урезали премию, а также нагрузили работой. Во всяком случае, у меня создалась такая ассоциация. Но Патер не собирался сдаваться без боя:– Кхм… Вы уверены, Ар Густаве? Чтобы эта богомерзкая тварь…– Пусть повеселит нас перед смертью… – ах ты ж сука! Да он поржать с меня решил! Ну я тебе устрою…– Что ж, есть такое положение. Но согласно ли им воспользоваться это существо?