Шаг для человека

Глава 14

Иннокентий 7

Весь день ловлю себя на том, что беспричинно улыбаюсь и вспоминаю какие-то мелочи прошедшего вечера и ночи. Народ на меня странно посматривает. Каролина сказалась больной и не пришла сегодня. Учитывая сколько народу в курсе моего вчерашнего ужина с ней и французом с переводчицей, вывод, который многие сделали, очевиден: у нас с ней случилось большое и чистое чувство, в результате чего она сегодня не пришла, а я не в себе, но, очевидно, не мог не явиться. Подставила меня, Каролина плутовка! Сходить, что ли, к Олегу, выразить соболезнование в связи с отставкой? Я бы на его месте и за меньшее убил, но он человек воспитанный, обтесанный корпоративными правилами, может и сдержаться.

Интересно, до которого часа они с Гийомом знакомились с Москвой, или сразу отправились знакомиться друг с другом? Я пробовал позвонить Гийому, но мобильный недоступен, а в посольстве мне сказали, что месье Гийом слегка приболел и будет сегодня работать с документами из дома, ему обязательно передадут сообщение о том, что я звонил, как только он выйдет снова на связь. Хотел я им сказать, что один документ, с которым Гийом работает, своим отсутствием на работе поставил меня в неловкое положение, но потом отказался от этой идеи. Просто завидую, как же правильно поступают люди, куют железо, пока горячо!

С одной стороны, завидую, с другой, мне-то ковать особо нечего, я пока никак не могу свыкнуться с испытанными чувствами и решить, что делать дальше. Мне грех жаловаться на судьбу, которая сводила меня с женщинами, в большинстве своем умными, зачастую красивыми и сексуальными, иногда легкими в быту и общении. Поэтому я в определенной степени, честно скажу, избалован женским вниманием. Однако с Анной мне было и интеллектуально не скучно, а состоявшаяся неожиданно физическая близость пробудила целый фейерверк чувств. Мне бы хотелось, чтобы рядом была такая женщина, правда, не знаю, надолго ли, не наскучит ли она мне и не придется ли снова переживать мучительное расставание. На мой взгляд, русские женщины прекрасны, но они абсолютно не умеют и не хотят расставаться, какой бы неудовлетворительной не стала связь. Расставание для них – это какой-то разрыв вселенского масштаба, когда в тартарары летит все созданное за предыдущую жизнь, ядерный взрыв, после которого выживают одни тараканы, а что-то живое начинает расти спустя десятилетия. И ладно бы это было обращено только на того, с кем расстаешься, нет, последствия испытывают все, кто хоть каким-то краем участвовал в доразрывной жизни- родственники, подруги, друзья, соседи, сама женщина, наконец… С одной стороны, основная тема – так не доставайся же ты никому. С другой, расставшаяся особа погружается в длительную, постоянную депрессию, задавая себе вопросы типа «чем я нехороша» и заныривая в глубины психоанализа, из которых неспособна выплыть без посторонней высококвалифицированной помощи. Многие так и остаются на глубине, лелея месть и постоянно вспоминая бывшего к месту и не к месту.

С роковым подходом, помимо прочего, связано широко распространившееся убеждение о том, что все закладывается в детстве, во всем виноваты родители и психологические травмы, полученные чуть ли не в материнской утробе. К этой идее появился и соответствующий слой литературы об упорстве в разрешении детских проблем уже недетскими методами (маньяки, мстители, наказывающие за детские обиды и пр.) Удивительно, как постепенно это фантомная идея набрала популярность, и из литературы шагает в новостные ленты параллельно с Колумбайном. Я уверен и из статистики знаю, что в реальности такого явления нет. Да, есть ненормальные люди, для которых детская обида определяет всю жизнь, и они никак не могут ее перешагнуть и повзрослеть, но такого рода аномалии были всегда, и на протяжении веков чужое уродство возбуждало у людей интерес, может, и нездоровый, но постоянный. Однако, видя убогого, люди прошлого не хотели сами стать убогими и не рассматривали это как модель поведения для себя, что постоянно стало происходить в наше время. Я убежден, что продвигаясь по пути роста и взросления, человек может и должен сам избрать себе дорогу. Неужели у человека ничего не происходило в жизни после травмы? Это какую же нужно иметь извращенную самооценку, чтобы не видеть вокруг себя ничего? Вера в обусловленность всей последующей жизни детскими обидами происходит, на мой взгляд, от второпях отринутой веры в божий промысел, божественное предназначение и установленные богом изначально правила игры типа жесткой кастовости, сословной принадлежности к миру бедных или богатых. Реальности нашего века показали, что все эти правила можно легко поменять, тогда социальные управленцы взялись за детские комплексы.

И вот эти русские дамочки, часто с психологическим образованием (в России, на секундочку, более 200 тысяч человек с психологическим образованием – то есть из 200 работающих один психолог, и чаще всего женского пола) в расстроенных чувствах начинают разные профессиональные и не очень манипуляции с мужиками и товарками по несчастью. В отличие от анонимных алкоголиков постоянная демонстрация психоза и психотического поведения ведет к распространению психоза в обществе. И вуаля – теперь все убеждены, что расставание – это некий экзистенциальный кризис, который вряд ли можно пережить. Хотя расставания происходят в нашей жизни постоянно. Мы расстаемся с родителями, школой, университетом, друзьями. В этом нет ничего необычного, у каждого своя траектория развития, и то, что вы в детском саду были женихом и невестой, не означает, что вы так и пойдете по жизни, взявшись за руки. Вроде бы вся жизнь тренирует нас к расставаниям, приближая к самому последнему, но нет – это по-прежнему серьезная проблема для русской женщины.

Чем мне нравятся западные женщины? Тем, что они понимают, что жизнь развивается и продолжается и после расставания. Когда я рассказал Ядвиге, что должен уехать, она просто выразила уважение к тому, что я буду заниматься новой интересной темой, и сожаление, что наша совместная жизнь не может продолжаться. Она сказала: «Иннокентий, я понимаю, ты не можешь остаться. Ты знаешь, я не могу поехать с тобой. Если ты останешься, ты будешь жалеть. Если я поеду с тобой, жалеть буду я. Нам сложно будет жить вместе, зная, что мы помешали друг другу достичь большего. Нам было хорошо вместе целых полтора года, я благодаря тебе обзавелась кучей новых друзей и знакомых, которых бы никогда не встретила без тебя. Остаемся друзьями, но не парой, ок?» Я согласился и в течение недели съехал с ее виллы. Мы поменяли статусы в соцсетях, и уже перед моим отъездом она пригласила меня на встречу с ее новым бойфрендом, который по иронии судьбы тоже был профессором Мюнхенского университета и с которым она познакомилась, когда еще была вместе со мной, на одном из приемов. Отличный парень, лет на 10 моложе меня, серьезный тевтонец, очень подходящий Ядвиге, о чем я и не преминул ей сказать. «То есть ты одобряешь?» - спросила она, когда он отлучился, чтобы ответить на звонок. «Конечно. Человек приятный, в научной сфере очень уважаем, и как ты слышала, предан Баварии всем сердцем. Вы будете прекрасной парой». «Отлично, если все пойдет, как надо, позовем тебя на свадьбу». «Приеду обязательно. Жизнь с тобой была прекрасна, чего и вам желаю». Ядвига была очень тронута. Насколько я знаю, пока все идет «как надо» и, вероятно, свадьба состоится через год-два, если они, конечно, не решат завести детишек. А в России? Мои российские бывшие подруги, осыпавшие меня проклятьями и распускавшие обо мне несносные слухи, угомонились только спустя пары десятилетий, и то не все. Я, конечно, когда последний раз жил в России, был сильно моложе и не такой мастер расставаний, но тем не менее почему такая жгучая ненависть? Я ни одну не обрюхатил, да, не женился, и уже одно это – повод для обид и вселенского горя.

В общем, нужна ли мне эта связь? За Анну говорит, конечно, то, что со своим бывшим она рассталась без надрыва, и даже искренне рада его браку с собственной подругой. Но она все-таки русская. Поэтому мне все-таки немного боязно. Звонить или не звонить? Выждать пару дней? Тоже глупо, у меня нет намерения играть в кошки-мышки, вроде и так все понятно. К моему возрасту я перестал бояться быть отвергнутым, видя это как еще одну возможность или повторить или перейти к следующему блюду.

В любом случае, приму решение к концу дня, Анна сказала, что на каникулах, поэтому будет логично, если я наберу ее после работы.

В течение дня мы обсудили внутри рабочей группы вопросы, поднятые Анной.

Во-первых, никто не спорит с тем, что чем выше организована система, тем большими степенями свободы в отношении окружающей среды она обладает. То, что развитие динамической системы как наш Генерал ИИ идет с ускорением, также не вызывает сомнений. За неполных два года стоимость вывода данных, например, сократилась в 300 раз. Вопрос в том, достигли ли мы минимакса, превышение которого угрожает устойчивости системы, и какой качественный скачок за этим последует. Здесь мнения членов моей команды расходятся, но конечным арбитром выступит сам Генерал ИИ, готовящий отчеты о результатах различных тестов. Интересно, то, что новые свойства системы, возникшие в результате качественного скачка, не могут быть сведены к свойствам отдельных единиц. Мы видели это на примере машинного обучения, и несмотря на сокращение доступных массивов данных, мы ожидаем, что Генерал ИИ покажет нам новые, невиданные возможности в течение ближайшего времени.

Во-вторых, вопрос об эмоциональной окрашенности языкового сигнала при воздействии на органы чувств адресата послания уже давно назрел. То есть итоговое сообщение зависит не только от набора символов, в нем содержащихся, но и от того, как определенные сигналы, издаваемые Генералом ИИ, физически воздействуют на того или иного адресата. «Красота – в глазах смотрящего». Для повышения эффективности передачи сообщений ИИ, вероятно, должен адаптировать свой ответ под конкретного человека. И это ставит множество интересных вопросов относительно того, что результаты прохождения тех или иных тестов ИИ могут зависеть от личностей и бэкграунда людей, составлявших тесты. Можно ли повысить интенсивность воздействия ИИ на порядок после внедрения не только письменного, но и звукового сопровождения ответов? Или тактильного? Обладает ли ИИ способностью к фасцинации, особенно направленной на адресата сообщений? В общем, есть над чем подумать и порассуждать. Команда разошлась впечатленной результатом моих вечерних разговоров, так как я честно признался, что эти темы были подняты на вчерашнем ужине и показались мне достаточно важными для обсуждения внутри группы.

Андрей задержался поговорить со мной на правах старого друга. «Слушай, мы, конечно, были в курсе, что Каролина умная, но настолько? Может, ее надо к нам почаще приглашать, на правах внутреннего консультанта, чтобы мы не напортачили чего, как увлеченные фанатики?» «Вообще-то, это не Каролина меня вчера раскритиковала». «Неужели этот француз? Во дает! Интересно, откуда у него столь глубокое понимание наших вопросов? Конечно, советник по науке, дипломат… Слушай, Иннокентий, а может он шпион, типа засланный к нам? Франция после охоты на основателей соцсетей решила и до нас дотянуть свои грязные лапы? Мы же не государственная организация, он по всем российским ИИ тоже информацию собирает, ты не знаешь? Может, его как-то расспросить на этот счет, что у друзей-конкурентов происходит, чем они дышат?» «Погоди, Андрей, не горячись, это не он». «А кто тогда? Вы еще кого в ресторане встретили?» «Нет, это Анна, переводчица». «Переводчица? А она откуда понимает в нашей работе? Тоже шпионка?» «Да никакая она не шпионка, кандидат наук, лингвист, энтузиаст подхода Кнорозова к искусственному интеллекту». «Энтузиаст, говоришь? У нас шоссе энтузиастов в Москве есть, более раннее название Владимирский каторжанский тракт. Интересная аналогия получается. Это она на каторгу ходок или мы с тобой? Я с твоего позволения переговорю с нашими безопасниками, пусть они эту Анну проверят, худого от этого ничего не будет. Если все ок, лингвист так лингвист, а если нет, нам надо будет все помещения, где она была, проверить. И тебя тоже», - Андрей многозначительно посмотрел на меня, не понаслышке зная мою слабость к умным женщинам. Черт, почему я об этом никогда не думаю! Мои исследования уже давно вызывают большой интерес влиятельных людей, организаций и целых стран, а я все еще строю из себя студента, который в лаборатории пилит никому не нужный эксперимент в надежде на Нобелевскую премию. Может, Анна – это современный вариант Мата Хари? Хотя на байке не ездит, знает о них все. Разбирается в ИИ и сложных системах. Одевается быстро, как солдат. Может, меня решили поймать на сладкое? Нет, наверное, я все-таки грежу. Во-первых, кто. Основные интересанты, как сейчас выясняется, это французы. Анна – глубоко законспирированный иностранный агент, которого вывели из спячки ради меня? Но то, чем мы занимаемся – это игра настолько в долгую… Мы здесь вообще в Корпорации иными проблемами не занимаемся. Или французы полагают, что результаты ИИ важны уже сейчас? Тогда нам надо пересмотреть меры безопасности и обсудить этот вопрос на самом высоком уровне. Во-вторых, какой смысл ловить меня именно на сладкое? Шантажировать связями с женщинами меня бесполезно, я не женат и всю жизнь был любвеобилен, это всем известно. Одна новая связь в моем длинном списке никак не может на меня повлиять. Выяснять какие-то подробности проводимых исследований через любовницу? Ну, на мой взгляд, так себе затея. Попытки через меня проникнуть в лабораторию – каким-то дешевым кинематографом отдает, тем более лаборатория – это одно название, мы работаем с компьютерами, сервера расположены по всему миру, я тоже склоняюсь к томя, чтобы и дальше арендовать место, а не строить собственные мощности. Хотя, а на чем меня еще ловить? К деньгам я равнодушен, особенно имея их уже в достаточном количестве, благодаря раннему участию в нескольких стартапах в Кремниевой долине. Пить не пью, пагубных страстей не имею. В общем, действительно, возможный вариант. «Пусть безопасники поработают. Подключи и Генерала ИИ, введи данные Анны, вот у меня есть ее телефон, посмотрим, может ли он и в таком режиме работать». «Мы проводили обучение на адресных и иных данных, вплоть до разработки и внедрения индивидуальных вирусов-шпионов в гаджеты».- с гордостью отчитался Андрей. «И как?» «Результаты отличные. По крайней мере, в российских представительствах по всему миру мы таких энтузиастов точно идентифицировали». «Я бы этим не гордился, там сложнее найти, кто реально дипломат или развитием внешнеэкономических связей занимается на полную ставку. Ладно, даю добро на глубокую проверку Анны. В том числе и с Генералом ИИ. Заодно и Гийома проверьте. Вдруг он засланный казачок». «Яволь, майн фюрер! Разрешите идти выполнять?» - подурачился Андрей. «Иди уж, Андрей, жду отчетов. Как что будет, сообщай сразу».

Андрей не подвел. Переговорил с безопасниками, они стали рыть по своим каналам. Генерал ИИ получил приоритетную задачу и выдал отчет в течение 10 минут. Согласно ему Анна оказалась чиста аки слеза младенца. Дополнительно Генерал ИИ смог получить оперативные данные через один из мессенджеров, а также внедрить собственный отслеживающий вирус. В общем, все просто объясняется невероятным совпадением. Но напрягся я знатно. Зато теперь нет причины не звонить вечером, по крайней мере, одна отпала точно. Гийом, кстати, в отличие от Анны, вызвал у Генерала ИИ вопросы. Часть его официальной биографии в МИДе Франции – фальшивка. Он не делал в эти годы ничего криминального, напротив, судя по всему, работал сначала у подрядчика Корпорации, потом в самой Корпорации или наоборот. Однако сам факт предьявления и поддержания фальшивой биографии на официальном сайте наводит на размышления. Очевидно, его миссия санкционирована на самом верху, за ней может стоять или наш парижский офис, использующий связи в госструктурах , или само французское государство, использующее Корпорацию, или кто-то третий. Надо будет обсудить эту информацию с Яном-Кристофом. Он человек тертый, в Корпорации в отличие от меня не первый год. Потом в его распоряжении есть необходимые ресурсы плюс он может задействовать связи в российской чиновничьей среде. В МИДе, например, его вообще очень любят и приглашают на все официальные приемы в доме на Спиридоновке.

К вечеру Андрей получил первую информацию от безопасников по Анне. Мнения совпали, источники подтверждают, что Анна исключительно далека от политики, пережила спокойно неудачный брак, является талантливой ученой, которая в силу специфики области знаний вынуждена, чтобы обеспечить себя на достойном уровне, работать переводчиком. В личной жизни постоянного партнера не имеет. Есть определенная зацикленность на деньгах, связанная с необходимостью себя обеспечивать. Родители средний-средний класс, имеют стандартный набор: три квартиры – в одной живут, две сдают, дом в деревне в ближнем Подмосковье – полноценный коттедж, две машины, прицеп и – все подтверждается – мотоцикл «Урал», отец - охотник и рыбак с разрешениями на оружие. Родители любят обеих дочерей, активно помогают сестре Анны с внуками, регулярно летая в Европу или привозя внуков на дачу в Подмосковье. Во время ковида Анна жила у родителей, несмотря на то, что у нее имеется собственная квартира, купленная после развода в ипотеку самостоятельно, без чьей-либо помощи, чем она очень гордится. Студенты ее любят, охотно ходят на ее занятия. Нередко она им помогает с временными подработками на выставках. Несколько раз давала рекомендации студентам, которые позволили устроиться на хорошую работу. В Вотсапе чаще всего числится как Анна Георгиевна Препод Фр или Аня Перевод.

Вечером я позвонил.

Глава 15

Анна 7

Вот всегда так, день только начался, а проблемы образуются сами собой. Хочешь насмешить бога, расскажи ему о своих планах. Только я вызвала такси, чтобы ехать домой, как на экране телефона высветилось «Гийом». Что ему надо с утра пораньше? «Анна, добрый день, ты вчера говорила, что у тебя свободные дни, и ты можешь поработать». «Да, все верно. Хочешь предложить работу?» «Да, мне нужно срочно встретиться с одним человеком, и нам нужен переводчик для обсуждения серьезных вопросов». «Хорошо, когда и где мне нужно быть?» «Сможешь приехать к 10 на Чистопрудный бульвар к шатру? Нам будет достаточно 2 часов, потом можешь распоряжаться своим временем, как считаешь нужным. Окей?» Разве я могла не согласиться? Но как мне ехать в том же костюме и блузке? Гийом тут же начнет что-то подозревать, а мне бы не хотелось немедленно информировать всех и каждого, о том, что я не ночевала дома, а уж тем более об обстоятельствах такой ночевки . Я села в подъехавшее такси и обратилась к водителю: «Вы знаете, планы изменились. Вместо Алексеевской можете сейчас подвезти меня до ближайшего ТЦ и подождать? Я потом еду на Чистопрудный бульвар, а пакет, который я Вам оставлю, нужно будет отвезти на Войковскую. Сможете?» Таксист-узбек лишь уточнил как именно я собираюсь расплатиться и, узнав, что наличными, радостно согласился. Я на рысях отправилась в ТЦ, где купила джинсы (спасибо генам за стандартный низ), топ (покупка блузки для меня всегда проблема) и ковбойскую куртку. Свою одежду я свернула в пакет и отправила маме на Войковскую с просьбой постирать и погладить, а я сегодня-завтра заберу. Мама уже привыкла к моим срочным просьбам, обусловленным графиком наемного переводчика, и не удивилась: «Хорошо, заезжай, папа будет очень рад». Я к ним вообще-то собиралась в пятницу, чтобы ехать вместе на дачу под Дмитров, но заеду поужинать сегодня.

Почему Гийом все время ассоциируется у меня с какими-то военными маршами? Вот и сегодня – «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью, преодолеть пространство и простор»…

Простор я успела преодолеть вовремя и, кажется, даже мельком видела Каролину, подходившую к своему припаркованному автомобилю. Но я вполне могу ошибаться, выдавая желаемое за действительное. В любом случае высовываться из окна такси и кричать «Привет» я посчитала излишним, и, расплатившись с таксистом, быстро направилась в ресторан. Гийом был уже там и листал меню. «Мне эспрессо и стакан воды», - усаживаясь, сказала я. – Как прошел вечер? Смогли понять друг друга?» Гийом сделал заказ и ответил: «Все прошло отлично, посмотрели Москву, много смеялись, приложение так смешно переводит. Каролина немного знает французский, поэтому нам удалось пообщаться на бытовые темы. Она сказала, что без тебя она вообще не понимает ничего, когда говорим о делах». «Приятно слышать, что я была полезна. Кого мы ждем?» - спросила я. «Он уже идет к нашему столику,» - показал мне Гийом. «Добрый день. Гийом?- обратился к нам молодой мужчина. Я кивнула. «А Вы, наверное, переводчица? Я Алексей. Постойте, я Вас знаю. На Форуме «Кибербезопасность» в прошлом году Вы помогали нам с потенциальным партнером из Мали понять друг друга. Мы после этого заключили отличный контракт, продолжаем работать». «Я очень рада, - ответила я. У меня паршивая память на лица и севшего напротив меня человека я помнила плохо. Хотя его партнер из Мали, высокий уверенный в себе негр (правильно, конечно, афро-африканец), со вкусом одетый и обсуждавший со мной в перерывах форума свою нелегкую семейную жизнь, запомнился лучше. Он еще приглашал меня прилетать в гости. «Надо нам пригласить Вас слетать в Мали, мы регулярно приглашаем с собой переводчиков, французский я так и не выучил, а тут такая удача – Вы стояли у истоков нашего сотрудничества,» - будто услышал меня бизнесмен. «Спасибо, очень рада за Вас и буду рада продолжить сотрудничество». Гийом напряженно вслушивался в наш разговор, я повернулась к нему и объяснила ситуацию. Гийом просиял: «Да ты похоже здесь всех знаешь». «Москва – маленькая деревня, - возразила я. «Алексей, мне порекомендовал к Вам обратиться как к эксперту небезызвестный Лакост», - начал Гийом. «Да, передайте ему от меня привет. Он первый поверил в наши технологии и помог нам выйти на международный рынок. Сейчас у нас оборот за рубежом в два раза больше оборота в России и продолжает расти. Сарафанное радио, - улыбнулся Алексей. – Мы делаем хорошо, надежно, в разумные сроки и по разумной цене, предоставляем реальное сервисное обслуживание. Многие технологии разработаны нами и не имеют аналогов». «Лакост дал Ваш телефон и сказал, что Вы лучший в России». «Мне приятно, но я буду скромен. Наверное, лучший из тех, к кому Вы реально можете получить доступ и от кого получить информацию. Что Вас интересует?» Гийом напрягся: «Нас интересует прогресс в России с искусственным интеллектом, его конкурентоспособность на мировом рынке и связанные с этим проблемы безопасности». «Ок. Давайте я дам сначала картину широкими мазками, потом если смогу, отвечу на Ваши вопросы, если не смогу, постараюсь привлечь специалистов». «Отлично, меня это вполне устраивает». «Итак, разработки искусственного интеллекта в России отстают и от США, и от Китая, и, по имеющейся информации, от Израиля. Есть определенные удачные решения, но в целом мы, россияне, отстаем, и значительно. Здесь вопрос помимо денег, которых вечно не хватает, и вычислительных мощностей, зависящих от поставок процессоров Nvidia , в наличии данных для обучения языковых моделей. В России данных мало, собирают их плохо, за рубежом часть коммерчески доступна, а часть недоступна совсем, по разным причинам, начиная, конечно, от санкций. Поэтому российские модели плохо обучены, российские разработчики и пользователи активно используют западные модели для собственных нужд. С точки зрения безопасности – не очень понимаю, что Вас интересует?» «Могут ли российские модели быть использованы для военных нужд? Могут ли они попасть не в те руки? Могут ли выйти из-под контроля человека?» «Отвечу по порядку. Да, и они уже используются для военного планирования, управления дронами и прочего. Вероятно, да, хотя я не очень представляю, для чего не тем рукам именно русские модели, когда есть европейские, китайские, американские. Но купить их можно. И наконец, последнее. Я как специалист сомневаюсь, что эти модели могут выйти из-под контроля. Для меня выход из-под контроля языковой модели подразумевает способность самостоятельно создать дочернюю языковую модель, как минимум, того же уровня. Русские модели искусственного интеллекта находятся от этого далеко, и их на это не ориентируют». «Спасибо, Алексей. А что Вы скажете про Генерала ИИ?» «О, это лакомая штучка. Это вещь на мировом уровне. Но она не русская, она принадлежит западной компании, которая продолжает делать ее из России. Я знаю, что на нее облизываются наши спецслужбы, но сверху есть команда не трогать. Насколько я представляю, этот ИИ или уже способен воссоздать себя сам, или находится близко к этому этапу. Если ИИ воссоздает себя сам, человек в общем-то не нужен». После этого заявления Алексей с Гийомом погрузились в обсуждение различных технических подробностей, которые я исправно переводила два с лишним часа. В конце Гийом решил снова уточнить: «Так Вы считаете, Алексей, что российское правительство не будет никак претендовать на Генерала ИИ?» «Претендовать точно нет. Украсть или переманить разработчиков, чтобы завладеть, возможно. Вероятны даже силовые акции, чтобы не допустить попадания Генерала ИИ не в те руки.» «А французские руки – это те?» «Нет, сейчас любые европейские руки – не те. Китайские – да, тут никто сопротивляться не будет, слишком Россия зависима. А к европейским будут жесткие акции, вплоть до провокаций и силовых захватов». Распрощавшись с Алексеем, Гийом поблагодарил меня за работу и предложил пообедать.