Hollow Moon. Том I

– Мощь! – подумав, что это ему, отозвался кто-то из качков.

Артур снова украдкой, не прерывая игры, глянул в сторону тропинки. Может, Рита ещё придёт? Может, передумает?

«Хорош башкой вертеть! Фальшивить начал!» – одёрнул Гон.

Артур кивнул сам себе и начал перебор.

Пластмассовый мир победил,

Макет оказался сильней.

Последний кораблик остыл.

Последний фонарик устал.

А в горле сопят комья воспоминаний…

– О-о-о-о-о-о-о! – грянул нестройный, но мощный хор. – Моя оборона! – подхватили ребята, перекрикивая гитару.

Пот выступил на лбу, очки начали сползать. Странно, даже когда приходилось нервничать на контрольных или отвечать у доски перед строгим учителем, он не чувствовал такого напряжения. Это был чистый адреналин. Здесь, среди почти незнакомых лиц, в тесной беседке, сердце колотилось как бешеное, разгоняя кровь. Он чувствовал себя живым.

Репертуар подходил к концу. Ребята уже заметно расслабились – кто-то допил пиво и был немного пьян, кто-то неторопливо курил, пуская кольца дыма. Катя, хоть и грозилась, что будет всё строго контролировать, вообще никак не реагировала на нарушения режима. Казалось, она сама наслаждалась моментом, забыв о роли старосты.

Артур взял последний аккорд, заглушил струны ладонью и отложил гитару. Руки слегка дрожали. Не от страха – от перенапряжения и какого-то непонятного, тёплого волнения в груди.

Всё это время он старался не думать о том, как его воспринимают. Но теперь, когда музыка стихла, мысли нахлынули волной. А вдруг они думают, что он выпендривается? Что пытается казаться крутым?

– Ну что ж, – сказал Артур, откашлявшись в кулак, чтобы прочистить севшее горло. – На этом, наверное, всё. Спасибо, что высидели. Я старался.

– Да ладно тебе, не прибедняйся, – отозвался кто-то из ребят. – Нормально играешь. Давай ещё чего-нибудь!

– Да, давай ещё! – с энтузиазмом поддержала Катя, хлопая в ладоши.

Артур улыбнулся, чувствуя, как щёки горят огнём – то ли от смущения, то ли от удовольствия.

– Может, в другой раз. Уже поздно, пальцы с непривычки болят. – Он обвёл взглядом беседку, стараясь запомнить этот момент. – Но если честно… это было классно. Спасибо, что пришли. И что не смеялись над моими косяками.

– Да какие косяки? – хмыкнул Женёк. – Играл же ровно! Ништяк!

Артур кивнул. Ему хотелось сказать что-то умное, пафосное, вроде: «Верьте в себя, даже если страшно». Но он вовремя прикусил язык. Вместо этого он просто подумал: «Я теперь знаю ответ. Стоит. Даже если страшно до дрожи в коленях. Даже если не уверен в результате. Всё равно стоит пробовать».

Но, несмотря на триумф, внутри всё равно было пусто. Звеняще пусто. Не от выступления – оно прошло лучше, чем он мог мечтать. А оттого, что Рита так и не пришла. Хотя он до последней секунды, украдкой косясь на тропинку, надеялся увидеть её силуэт.

Собравшиеся начали нехотя расходиться. Кто-то подходил и хлопал Артура по плечу, кто-то просто кивал с улыбкой, кто-то докуривал на ходу.

– Спасибо за внимание. С вами был Артур Комаров! – сказал он им вслед.

«И его наставник», – тут же, не удержавшись, добавил Гон.

Он едва успел убрать инструмент в чехол и застегнуть молнию, когда к нему бесшумно подошла Катя. Чёрный капюшон был накинут на голову, скрывая лицо в тени.

«Опять эта рыжуха? Что ей тут нужно? Слушай, у меня уже на неё аллергия! Дам тебе совет: что бы она ни говорила – не слушай!» – напрягся Гон.

– Артур! Артур! – восторженно защебетала она, откинув капюшон. – Я и не знала, что ты такой талантище! У тебя так круто получилось, здорово поёшь! Ты учился где-то или самородок?

– Ты чего-то хотела? – настороженно поинтересовался Артур, сделав шаг назад.

– Такой странный! Конечно, хотела! Я хотела извиниться… – Она опустила глаза и начала теребить шнурок толстовки. – Ну ты понимаешь, за то, что произошло утром в столовой. Ты просто с таким лицом ушёл, я подумала, что, может быть, я обидела тебя чем-то. Я правда не хотела обидеть, я лишь хотела предостеречь, ведь абсолютно всякое может случиться, застрахованных нет! Но я посидела, подумала, ты, наверное, совсем всё не так понял, обиделся, а мне очень-очень грустненько, когда кто-то на меня обижается, я бы совсем-совсем не хотела кого-то обидеть! И… В общем, прости меня, пожалуйста. Мне не стоило так резко показывать тебе правду, хотя, всё возможно, наверное, ты не понял и сделал неверные выводы. Извини меня, пожалуйста!

«Извиниться. Да-да. Охотно верю, – ядовито прокомментировал Гон. – Это какая‑то новая ловушка. Зуб даю: что-то тут нечисто».

«У тебя нет зубов».

«Тут нет ничего твоего. Только наше!»

Она подошла ближе, взяла парня за руку и сделала самое жалобное лицо на свете – прямо как кот из одного известного мультфильма.

– Да я… я и не обижался, – пробормотал в ответ Артур, чувствуя, как решимость тает.

Широко улыбнувшись, девушка тут же предложила:

– Не хочешь немного погулять со мной перед сном? Тут недалеко, по аллее.

«Не соглашайся, балбес. Беги!»

– Погулять?.. – повторил Артур, задумавшись.

Вообще, прогулка с такой красавицей, которая держит тебя за руку и смотрит с восхищением, была чертовски неплохой идеей.

– Ну хорошо. Только недолго.

«Ты неисправим. Ты не дружишь с головой».

«Отвали! Она просто хочет извиниться».

«Баран. Не говори потом, что я не предупреждал».

Катя уверенно повела Артура через старые арочные ворота в сторону пруда, продолжая крепко держать за руку. Её ладонь была горячей и сухой.

– Я хотела показать тебе сад. Днём здесь скучно, но скоро тут всё станет такое золотое и красивое! Осень – это моё любимое время года, мне очень нравится оранжевый цвет. А ещё я люблю апельсины. Они напоминают мне маленькие солнышки!

– Но сейчас ничего не видно, – резонно возразил Артур, когда они переходили через горбатый мостик.

Внизу, в чернильно-тёмной воде, плясали отражения половины луны и редких окон общежития. Ветер шумел в кронах деревьев, заглушая далёкие голоса. Где-то в траве надрывался хор сверчков.

– Смотри, вот тут достаточно светло! – Катя вдруг остановилась и потянула его к одинокому фонарю рядом с небольшой заасфальтированной площадкой. – Ой, как хорошо светит! Достаточно, чтобы я могла… мы могли тут постоять!

Вечерний воздух был прохладным, но Артур ощущал жар. Катя, загадочно улыбаясь, наконец выпустила его руку и достала из сумочки розовый телефон-раскладушку.

– Извини, одну секундочку, – прощебетала она, быстро набирая сообщение длинным ногтем. Клавиши тихо щёлкали. – Подружка беспокоится, где я. Надо успокоить.

Катя отправила сообщение и посмотрела куда-то вверх, через плечо. Потом улыбнулась, захлопнула телефон и сделала шаг к Артуру. Не глядя под ноги, она неловко запнулась о небольшой камень, покачнулась и упала прямо на него.