Пятый мир

Смерив обе сабли саркастичным взглядом, Алистер невозмутимо поправил свой галстук и лениво смахнул с рукава невидимую пылинку, в свете ламп холодной сталью блеснули когти на его чёрных перчатках.

– А ты все так же радушна к гостям, Риса, – в рубиновых глазах полыхало беспощадное ликование.

– Проваливай и не возвращайся! – к чести демонессы, она не дрогнула, продолжая воинственно направлять ему в грудь сабли и прожигая оппонента ненавидящим взглядом.

Жеркли тем временем подобрался поближе к Габриэлле и замер рядом, трагично вздыхая.

– Так а, кхм, он кто такой вообще? – шепотом спросил паренёк. Та покосилась на него, не зная, какой ответ в данном случае будет верным, и в итоге просто пожала плечами, приводя демонёнка в ещё большее замешательство.

– Дорогуша, ты ведь понимаешь, что это, – Алистер с кошмарным скрежетом провел когтями по лезвию сабли, – меня не остановит?

– А мы проверим! – рявкнула Риса, её глаза полыхали опасным блеском.

В то самое мгновение, когда она вознамерилась атаковать, дверь, что вела из приёмной в другую комнату, распахнулась, ударившись о стену, и в помещении стало на одного демона больше.

– Да что вы разорались, как оглашенные? Я тут, между прочим, пытаюсь работать.

Новый участник происходящего безумия был одет в строгий костюм и выглядел не в пример опрятней всех, кого Габриэлла встретила в здании до этого. Его ярко-рыжие волосы были забраны в высокий хвост, пышностью, белыми кончиками и даже фактурой напоминая лисью шерсть. Лицо походило на маску – почти белого цвета, с неестественно большими ярко-жёлтыми глазами, обведёнными толстыми фиолетовыми стрелками, длинным, тонким носом и широким ртом с ярко-алыми губами. Если бы не деловой костюм, то представшего перед ними демона можно было бы принять за артиста какого-нибудь бродячего цирка.

Исходя из того, как сжался Жеркли и вздрогнула Риса, становилось понятно, что перед ними местный демонический барон. Улыбка Алистера при виде его сделалась неестественно широкой – чего нельзя было сказать о бароне, который, заметив гостя, едва не задохнулся от страха и злости.

– Какого… – в руках у него словно из ниоткуда возникла пара стилетов, – какого беса ты тут забыл?! – его взбешённый взгляд метнулся к Рисе. – Ты ополоумела его впускать?!

– Луи, – не дав ей ответить, Алистер небрежным взмахом руки сдвинул демонессу вместе с саблями в сторону и уже через секунду стоял рядом с бароном, приобняв того за плечи: теперь стальные когти на его перчатках оказались в опасной близости от шеи собеседника. – Давно не виделись, как поживаешь?

Не нужно было хорошо разбираться в особенностях демонического сообщества, чтобы знать, что бароны занимали высочайший статус и обращаться к ним по имени могли лишь особо приближённые из их свиты или другие бароны, используя при этом уважительную приставку «Фар». Делало ли столь фамильярное обращение к лисоподобному демону бароном самого Алистера? Но в таком случае, где его свита? К тому же за бароном всегда закреплена некая территория. Конечно, Габриэлла практически ничего о нём не знала, но, будь Алистер демоническим бароном, то куда разумнее было отправиться за информацией к собственным подчинённым, а не чужакам, разве нет? Из размышлений её вывел дрожащий от ярости голос Луи.

– Как поживаю? – процедил он. – Как поживаю?! У тебя хватает наглости меня об этом спрашивать?!

– Луиджи, мой дорогой друг, как я ни загляну, вы все постоянно кричите.

– Когда ты «заглядывал» в последний раз, то вырезал половину моей свиты, ты, чёртов вкрадчивый садист!

Алистер отозвался злорадно-беззаботным смехом, отмахнувшись, будто услышал хорошую шутку.

– Да-да, припоминаю, отлично время провели.

– Отлично?! Ты чуть не продырявил мне голову своей долбаной тростью!

– Но я ведь обещал, что верну должок за доставленное веселье.

– Мне ничего от тебя не нужно! – в ужасе рявкнул Луи. – Просто вали уже куда-нибудь, и мы сочтёмся.

– Тебе понравится, поверь, – мурлыкнул Алистер, и когда его собеседник, смирившись с неизбежностью, впал в обречённое молчание, энергично продолжил: – Я, видишь ли, недавно увлекся частными расследованиями и взял на себя смелость назначить тебя своим помощником, надеюсь, ты не возражаешь?

Барон поперхнулся от возмущения.

– Чёрта с два не возражаю! Я тебе что, какой-то мальчик на побегушках?

Глаза Алистера сверкнули чёрной иронией.

– Вполне возможно.

– Проваливай! Иначе… – Луиджи взглядом отправил безмолвный сигнал застывшей возле стеллажей Рисе, после чего остановился на Габриэлле, – иначе мы снесем ей голову!

Бертран, всё это время заворожённо наблюдавшая за происходящим вместе с Жеркли, обернулась к демонессе как раз в тот момент, когда та, преодолев одним прыжком разделяющее их расстояние, блокировала путь к отступлению, а две наточенные сабли оказались в опасной близости от шеи Габриэллы.

«Ну отлично, – в лёгкой панике подумала она, вопросительно глянув на Алистера, – дальше что?»

После столкновения с тварью в лесу она недостаточно восстановила силы, чтобы отразить атаку демонов. Её красноглазого спутника эта угроза, впрочем, совершенно не впечатлила: он, пожалуй, стал выглядеть ещё счастливее, словно ребёнок, попавший на сказочное представление.

– Луи, друг мой, – выпустив барона из полуудушающего захвата, тот замер рядом с ним, заведя руки за спину и продолжая улыбаться. – Подумай, не совершишь ли ты сейчас фатальную ошибку.

– Только шевельнись – и она труп, – сощурившись, предупредила Риса, нависая над Габриэллой, лезвия сабель поблескивали сталью в миллиметре от её шеи.

– А кто сказал, что самая большая опасность сегодня исходит от меня? – нараспев произнёс Алистер, оглядывая собеседников с раздражающе широкой улыбкой.

– Она просто смертная девчонка!

– Правда? – он в наигранном удивлении изогнул тёмные брови. – Приглядитесь повнимательней.

Демоны, как по команде, подались ближе к наблюдательнице, принюхиваясь, и вдруг все разом отшатнулись.

– Страж! – Риса отвела сабли от ее горла, но убирать в ножны не спешила. – Она страж!

– Какого дьявола ты её притащил?! – одновременно с ней гаркнул Луиджи.

– Говорю же, – всё так же беззаботно отозвался Алистер. – У нас тут расследование.

– Что за расследование?!

– Это относится к теням, – подала голос Габриэлла, раз уж её все-таки заметили.

– Молчи, продавшаяся женщина, – надменно перебил барон. – Я не имею дел с теми, кто служит этому королю ночных кошмаров!

– На самом деле это я ей служу, – прозвучал спокойный голос Алистера.

Изумлённое безмолвие, воцарившееся в приёмной после этих слов, было таким плотным, что казалось, его можно потрогать. Габриэлла встретилась взглядом со своим спутником, мысленно вопрошая, что он вообще несёт; тот ответил ей безмятежной улыбкой и лукавым мерцанием алых глаз.

– Чего? – наконец выходя из ступора, каркнул Луи.

– Она нашла мою слабость, и теперь я ей подчиняюсь, – Алистер заявил это так убедительно, что наблюдательница и сама едва ему не поверила.

– И что это за слабость? – оживился барон, обращаясь к ней.

– Луи-Луи, – от смеха Алистера за милю веяло могильным холодом, – ты ведь понимаешь, что, как только она расскажет, мне тут же придётся тебя убить? И всех в этой комнате заодно.

Жеркли нервно сглотнул и покосился на входную дверь, прикидывая свои шансы на побег; Риса поудобнее перехватила сабли, переводя настороженный взгляд с одного посетителя на другого. Луиджи понимающе прочистил горло.

– Её ты тоже потом убьёшь? – уточнил он.

– Определенно нет, – просиял Алистер. – Согласно условиям сделки она неприкасаемая.

– О, – барон опустил руки, в которых держал стилеты, и с отрывистым смешком тряхнул головой. – Я даже не знаю, кто из вас двоих более незадачливый псих: ты или эта барышня. – Сунув оружие в рукава пиджака, он выпрямился, поправив галстук. – Ну ладно. Так и что вам от меня надо?

Глава 15. Стук раздался из-за двери, а за дверью только звери

В день Зимнего праздника с самого утра за окном, не переставая, крупными хлопьями валил снег. Элайна ворчала, блуждая по дому как привидение: она обнаружила, что планы выгулять новую шляпку провалились и теперь придётся надеть манто с капюшоном. А под манто следовало подбирать другое платье и причёску. Мирэлл, расположившись за столом в гостиной, помалкивал, пока жена ходила из комнаты в комнату, открывала шкафы, перебирала что-то в ящиках, недовольно фыркала и чем-то шуршала. Времени до выхода ещё было предостаточно, поэтому он не торопил супругу, позволяя той вдоволь навздыхаться. Обложившись инструментами, он умиротворённо копался в механизме карманных часов, найденных в подвале. Пытаясь расшевелить заржавевшие шестерёнки, он так увлёкся, что не сразу заметил, когда шаги и ворчание стихли. Через пятнадцать минут Элайна, одетая в элегантное бледно-розовое платье, появилась в дверях гостиной, в мрачной задумчивости натягивая на руки белые перчатки. Её золотистые волосы были собраны в гладкую прическу и скручены в тугой, низкий пучок, закреплённый гребнем с кленовыми листьями. Мирэлл отложил отвёртку и улыбнулся, любуясь женой.

– Думаю, мне стоит извиниться, – сказала Элайна, подходя ближе и, заметив, как супруг недоумённо моргнул, пояснила: – Я всё утро веду себя просто ужасно.

– Да? А я и не заметил.

– Мирэлл, – она вздохнула. – Я серьёзно.

– Элли, чтобы я мог классифицировать твоё поведение как ужасное, тебе пришлось бы убить кого-нибудь. Остальное в твоём исполнении выглядит скорее как очаровательное чудачество, нежели как что-то предосудительное.

– Ну и шутки у тебя, – удивлённо качая головой, прокомментировала она.

– Я вполне серьёзен, – заверил тот. – Тебе не за что извиняться. Я знаю, что ты устала от безделья.

Она иронично сузила глаза.

– Мы целыми днями чем-то заняты.

– Да, но не тем, что на самом деле занимает твои мысли, – поднявшись на ноги, Мирэлл обошёл стол, останавливаясь напротив жены. – Признайся, ты мечтаешь поскорее покончить со светскими обязанностями и засесть за свои картины.

– Наши картины, – поправила она.

– Наши, – согласился он, привлекая её к себе. – Честно тебе признаюсь, я тоже жду, когда праздники закончатся.

Элайна положила голову ему на плечо, обнимая за шею.

– Может быть, не поедем никуда? – в её голосе зазвучали лукавые нотки. – Никто и не заметит нашего отсутствия.

– Думаю, будет сложно не заметить пару пустующих стульев за столом губернатора, – напомнил Мирэлл, мягко поцеловав её в макушку. – Учитывая, что все знают, кто именно там должен сидеть.

– Ты прав.

Она со вздохом отстранилась, критически оглядев мужа с ног до головы, потом поправила его пиджак и шейный платок, убедилась, что непокорные каштановые волосы не торчат во все стороны, как это обычно бывало, и удовлетворённо кивнула.

– Я говорил, что ты потрясающе выглядишь?

– Нет, – она выжидательно изогнула брови. – Говори скорее!

– Ты прекрасна.

– В твоём голосе слишком мало восхищения. Ещё, пожалуйста.

Мирэлл негромко рассмеялся и наклонился, чтобы поцеловать жену, когда прозвучал звук колокольчика у калитки на улице. Супруги одновременно обернулись к окну, за которым их уже дожидался губернаторский дилижанс.

Дорога до главной площади заняла не больше двадцати минут, но за это время Элайна успела стряхнуть хмурое настроение и навстречу к отцу и старшему брату вышла, сияя тёплой улыбкой.

– А вот и они, – Реджинальд поцеловал сестру в щеку и сдержанно пожал руку Мирэллу. – Снежный денёк выдался.

– Если продолжится такой снегопад, всю ярмарку заметёт, – неодобрительно покачал головой Гориан, взглянув на сына так, словно это было его упущением.

Все вместе они направились под ярко-красный навес, где уже были расставлены столы для гостей и собрана сцена, на которой до начала приветственной речи губернатора играли музыканты.

Укрывшись от снегопада, Элайна сняла капюшон и, расстегнув серебряную пряжку отороченного мехом манто, отдала его служащему на входе. Расставленные по периметру шатра обогреватели защищали от холода с улицы, давая гостям возможность избавиться от верхней одежды на время праздничного концерта и обеда.

– А вот и вы! – Лестер Альферс неторопливо поднялся со своего места за губернаторским столом, распахивая Элайне приветственные объятия. – Элли, милая моя девочка, до чего же ты очаровательна.

Элайна смущённо замахала руками на лорда искусств, уверяя, что это «первый наряд, попавшийся под руку» и выглядит она совершенно обычно, но щёки её зарделись от удовольствия. Галантно отодвинув для неё стул, Лестер обернулся к Мирэллу, пожал ему руку и тут же принялся расхваливать убранство площади и праздничную программу. За долгие годы работы на благо города Альферс так и не обзавёлся семьей, с которой мог бы разделить радости зимнего праздника. Но близкому другу Гориана ему всегда находилось место за губернаторским столом, где его принимали как дорогого родственника.

– А где Мартин? – обменявшись звонким приветствием с Вероникой, Элайна покрутила головой в поисках младшего брата. – Я думала, он уже вернулся.

– Выходит, что нет, – Реджинальд сел рядом с женой. – Мы надеялись, что он приедет с вами.

– К нам он не заходил, – Мирэлл расположился рядом с Элайной, обводя взглядом шатёр.

– И дома не появлялся, – губернатор рассерженно цокнул языком. – Если этот лоботряс пропустит официальную часть, клянусь создателями, печати ему не видать как собственных ушей.

– Повремени с грозными речами, – Лестер похлопал старого друга по плечу. – Дай мальчику время. Он скоро объявится.

Гориан бросил на лорда искусств угрюмый взгляд.

– А его друзья вернулись? – обеспокоенно спросила Элайна.

– Нет.

– Возможно, их задержал снегопад? – предположила Вероника, переглянувшись с Реджинальдом.

– Мне плевать, что их задержало, – отрезал Гориан. – Если он не явится к назначенному времени, лететь этому безмозглому Стрижу…

– Он приедет, отец, – Элайна успокаивающе коснулась его запястья. – Уверена, он уже дома и просто готовится.

– Лучше бы ему поторопиться, – проворчал Реджинальд. – И о чем он только думал, отправляясь на охоту в такое время?

К столу подошел официант, подавая закуски и глогг, и все на время оставили тему, переключившись на более нейтральные обсуждения. Приближалось время праздничной речи губернатора, а Мартин всё не объявлялся. Как заметил Мирэлл, его приятелей тоже видно не было. Гориан, теряя терпение, то и дело отвлекался от беседы и несколько раз подзывал одного из гвардейцев, интересуясь, есть ли новости, но тот только расстроенно качал головой, снова и снова повторяя, что Мартин и его друзья в город пока не вернулись.

– Ну, довольно, – сердито бросив на стол салфетку, губернатор подхватил свою трость, собираясь подняться на ноги. – Если мальчишка предпочёл игнорировать свои обязанности, так тому и быть. Элайна, – она вскинула на отца удивлённые глаза, – сегодня на сцену вместе со мной и Реджинальдом поднимешься ты, – он помедлил, стискивая пальцами рукоять трости, – как наследница Печати Тысячи Мостов.

За их столом воцарилась оглушительная тишина. Все знали, что Гориан планировал официально представить Мартина горожанам как своего наследника и торжественно вручить ему печать, и такой поворот…

– Отец, стоит ли так горячиться? – тихо спросил Реджинальд, обменявшись встревоженными взглядами с сестрой и лордом искусств.

– Мартин так готовился к этому, – добавила она. – Прошу тебя, не принимай поспешных решений.

– Дети правы, Гориан, – поддержал Лестер, отвечающий за формальную часть выступления с наследованием печати. – Не торопись рубить головы. У нас ещё есть время. Возможно, его действительно задержал снегопад…

– Хватит этой ерунды, – перебил губернатор. – Мальчишка должен был понимать всю важность сегодняшнего события.

– Он понимал… – попыталась выгородить брата Элайна.

– Если бы он понимал, то не отправился бы на охоту за день до праздника, – Гориан негромко стукнул тростью по деревянному настилу. – Элайна?

Она продолжала сидеть на месте, переводя растерянный взгляд с брата на Веронику, затем на Мирэлла, а после на Альферса в поисках выхода или поддержки. Все обречённо молчали, даже лорд искусств. В конце концов, окончательное решение мог принимать только губернатор, а он похоже менять его был уже не намерен. Мирэлл ободряюще сжал руку жены.

– Я не могу… – прошептала она, умоляюще глядя на него, после чего посмотрела на губернатора: – Отец, я не могу забрать это у него.

«И не хочу», – в отчаянии кричали её глаза.

Гориан долго всматривался в её лицо, взгляд его на мгновение смягчился. Но, чтобы он ни собирался ответить, их вдруг прервал топот ног и звенящий от паники голос Венсана Астери, отвечающего сегодня за безопасность в городе.

– Лорд Эмберхилл!

Губернатор резко обернулся, сведя брови у переносицы, и поднялся на ноги.

– Что за крики?

– Там, у ворот! – задыхаясь после длительного бега, лорд порядка остановился рядом с ним. – У ворот… они требуют впустить их!

– Кто? – Реджинальд, последовав примеру отца, вскочил со своего места, смерив старого приятеля обеспокоенным взглядом.

Элайна встревоженно вцепилась в руку мужа. Собравшиеся на праздник горожане поворачивали головы в сторону шумного стола, обмениваясь недоумёнными взглядами, кто-то подошёл ближе. Мирэлл заметил среди гостей белого как полотно Юнатана Лейтена, который, похоже, уже был в курсе происходящего.

– У ворот… – Астери шумно втянул носом воздух, – у ворот демоны, – отчеканил он. – Их там сотни, милорд!

Несколько мгновений после этого заявления Гориан смотрел на лорда порядка так, словно не понимал, о чём тот говорит. Покрытое морщинами лицо губернатора застыло и сделалось едва ли не серым. Вместо него в разговор вмешался Реджинальд.

– Какого беса ты несешь, Венсан?! – рявкнул он. – Что тут забыли демоны?

– Не-не знаю, Редж, – сбивчиво пробормотал тот, покосившись на него. – Но они там и… э-э-э, хотят, чтобы мы их впустили.

– Вздор! – выходя из ступора, гаркнул Гориан. – Полнейший вздор! Им тут нечего делать!

– Но это правда, милорд губернатор, – лорд вооружения, до этого наблюдавший за сценой со стороны, шагнул ближе, останавливаясь рядом с Венсаном. – Я там был и всё видел.

Юнатан выглядел спокойнее взвинченного коллеги, и, хотя широко распахнутые глаза выдавали его ужас, Гориан неожиданно воспринял его слова серьёзнее. Больше не сказав ни слова, он торопливо зашагал к выходу из шатра, опираясь на трость. Никто не решился остановить его или окликнуть, но выглядели окружающие испуганными и заинтригованными. Что могло привести нелюдей в Амрис?

Поселения демонов располагались на Чёрной Пустоши, которую от пяти провинций отделяла горная гряда – Сварту́р. Согласно давнему договору, демоны не смели пересекать границу без предварительной договоренности или торгового разрешения, как и жители провинций не должны были заходить на территории Пустоши. Случайно заплутавших бедняг за перевалом Свартура ничего хорошего не ожидало. В лучшем случае их обворовывали, избивали и возвращали обратно. В худшем – о них никто больше не слышал. Демонов в провинциях не жаловали и принимали неохотно лишь в случае крайней необходимости, когда требовалось заключить торговое соглашение или организовать дипломатический визит одного из правящих в Чёрной Пустоши демонических князей. Некоторые жители провинций, особенно на юге и западе, вообще никогда не видели демонов и относились к ним скорее как к персонажам поучительной легенды о балансе созидания и разрушения, которую знал каждый ребёнок. И за последнюю тысячу лет ещё никто столь дерзко не нарушал условий договора.

Когда Гориан уже почти покинул шатёр, присутствующие словно по команде пришли в движение. Первыми за губернатором поспешили Реджинальд с Вероникой и трое правящих лордов, а за ними, недоумённо перешёптываясь, потянулись гости праздника. Элайна помедлила, позволяя Мирэллу помочь ей надеть манто, после чего подхватила зимнюю одежду отца, о которой тот совсем позабыл, и нагнала губернатора, на ходу набросив пальто ему на плечи.

– Что им может быть нужно? – прошептала она.

– Сейчас узнаем, – мрачно процедил Гориан, толкнув дверь смотровой башни, чтобы подняться на стену в сопровождении лордов.

Реджинальд и трое правящих лордов вошли следом. Элайна, переглянувшись с мужем, поспешила за ними. Преодолев длинную винтовую лестницу, они оказались в овальном помещении с узкими окнами-бойницами, выходящими на прилегающие к городу территории. Одно из окон уже оккупировали Гориан, Реджинальд и лорды, тихо переговариваясь между собой. Их голоса эхом разносились по залу башни. Мирэлл и Элайна подошли ближе, через мгновение к ним присоединилась Вероника. Оглянувшись через плечо, Мирэлл заметил, что у лестницы толпятся горожане, но выходить на стену через узкие проходы, вырезанные с двух сторон башни, никто не решался.

– Что происходит? – прошептала Вероника, наклоняясь к уху Элайны, та лишь растерянно покачала головой.

– Отец…

Но Гориан, стуча тростью по полу, уже хромал к одному из выходов. Реджинальд обернулся, остановив взгляд на жене и сестре, открыл рот, собираясь что-то сказать, но передумал, покачал головой и вышел за губернатором. Встревоженно поджав губы, Элайна уверенно направилась за ними. Мирэллу с Вероникой не оставалось ничего иного, как последовать за ней на улицу, где все трое застыли возле ограждения, в неверии глядя вниз.

Стена снегопада расступилась словно разрезанное полотно, открывая взору живое море мрака, простирающееся на многие мили вокруг. Их действительно были сотни: вооружённые и облачённые в чёрные доспехи демоны неподвижно застыли в ожидании. Мирэлл множество раз видел подобное в мирах картин, но и подумать не мог, что однажды столкнётся с этим здесь.

У ворот Амриса стояла армия.

Заметив людей на стене, один из демонов, сидящий верхом на вороном жеребце, выехал вперёд и расслабленно сложил руки, закованные в металлические перчатки, на луке седла.

– А мне говорили, что в Зимний Праздник ворота Амриса открыты для любого желающего! – с издёвкой крикнул он, обращая лицо к наблюдающим за ним со стены.

Забрало чёрного шлема было поднято, и на горожан с ледяной насмешкой взирали жёлтые волчьи глаза на пугающе прекрасном лице, больше походящим на статую древнего божества, чем на живое существо.

Затянутая в чёрную кожаную перчатку рука губернатора, лежащая на каменном ограждении, сжалась в кулак.

– Ваше присутствие здесь является прямым нарушением Договора! – отчеканил он. – Уводи войско и не возвращайся!

Пристальный взгляд демона остановился на лице Гориана.

– И что же вы сделаете, если я не захочу? – иронично уточнил он. – Я что-то не вижу ни солдат, ни оружия. Одни только испуганные лица.

Юнатан, стоящий рядом с Мирэллом, с шумом втянул носом воздух, вжав голову в плечи под убийственным взглядом Реджинальда. Но сын губернатора воздержался от комментариев. Заминка с отрядами, которые должны были прибыть из Северной Провинции неделей раньше, являлась упущением не только лорда вооружения, но и лорда гарнизона. Но разве могли они знать, к чему это приведёт?

– Уходите, – непреклонно повторил Гориан.

– Ну что же вы, господин губернатор? – шутливо сузив глаза, упрекнул демон. – Мои солдаты устали и проголодались. Где ваше гостеприимство?

Эмберхилл в надменном молчании взирал на армию со стены.

– Что вам нужно?

– Вы хотите обсуждать это здесь, весь день перекрикиваясь на холоде? – всадник удивлённо хохотнул, ничуть не опечаленный чёрствым приёмом. – Почему бы не впустить нас? У меня даже есть официальное приглашение.

Эти слова заставили Гориана едва заметно вздрогнуть.

– Вздор!

– Что ж, раз вы настаиваете…

Он дал знак кому-то из своих солдат, и в рядах демонов началось шевеление, пока вперёд не вытолкнули высокого, худощавого человека со связанными руками. Одетый лишь в белую, запачканную кровью и грязью рубашку, брюки и сапоги для верховой езды, он дрожал от холода, низко опустив голову, на которую был надет чёрный мешок. Возглавляющий армию демон развернул коня, подъехал к пленнику и рывком сдёрнул мешок с его головы. Тот тряхнул головой, и на лоб упали спутанные пшеничные локоны. У Мирэлла похолодело в груди. Несколько секунд человек, ссутулившись и часто моргая, растерянно озирался по сторонам, пока не обратил лихорадочно горящие голубые глаза к наблюдающим со стены горожанам. По толпе пополз испуганный, шокированный ропот в котором можно было отчетливо разобрать: «Это Стриж», «Это же наш Янтарный Стриж», «У них Стриж».

Элайна с судорожным вздохом подалась вперёд, вцепившись в ограду.