Выстрел в девятку

– Блин, а ведь точно… – Денис был потрясён, насколько просто отец за каких-то пять минут разложил всю ситуацию по полочкам.

– Знаешь, есть такая штука, как кессонная болезнь. Если подводник слишком быстро поднимается на поверхность, у него в крови образуются пузырьки азота, которые блокируют кровоток и приводят к неприятным последствиям. К счастью, этот процесс, как правило, обратимый, если вовремя принять меры и оказать помощь. А ещё есть звёздная болезнь – это когда слишком быстро взлетаешь в спорте, например, или в шоу-бизнесе, и возникают такие пузырьки славы, которые, наверное, тоже что-то блокируют в сознании. Нередкая и очень неприятная штука и для самого «больного», и особенно для окружающих. Пациент думает, что стал хозяином мира, ему все должны, и можно уже, не напрягаясь, выдавать тот же результат. Очень многие талантливые личности рано или поздно подхватывают эту заразу. У кого-то она проходит легко, кто-то получает её в хронической форме на всю жизнь, а кому-то она вообще гробит карьеру. Сколько великих спортсменов, музыкантов, артистов мы не увидели из-за неё? Увы, мы никогда этого не узнаем. К счастью, эта болезнь тоже поддаётся лечению, если его вовремя начать.

Денис сидел, обхватив голову руками: «диагноз» ему казался неутешительным.

– Не пойму только, когда это случилось со мной? – недоумевал он.

– Помнишь тот день, когда мы с тобой поехали на просмотр и тебя приняли в академию?

– Ещё бы! Это ведь был самый счастливый день в моей жизни – 14 февраля! Ещё бабуля тогда приезжала!

– Точно! Только я кое-что не рассказал тогда. Тренер в разговоре со мной назвал тебя «уникум», но предупредил, чтобы я не перехвалил тебя. И я старался, как мог, выдерживать эту золотую середину: с одной стороны, поддержать и похвалить, а с другой – не переусердствовать. Я уже тогда понимал, что ты звёздочка, но так и не смог уберечь тебя. Скорее всего, когда ты окончил академию и узнал, что ты самый молодой выпускник за всё время, в тебе и произошёл этот надлом. Ты решил, что поймал Бога за бороду, и попытался на накопленном «багаже» въехать в футбольный рай. И перестал работать, прекратил делать именно то, что превратило тебя в звезду! С этого момента всё и пошло под откос…

– Да, наверное, ты прав… Теперь и я, кажется, вспоминаю… И что мне делать?

– А теперь делай то, что ты и раньше делал и что умеешь. Ты, Диня, везунчик по жизни. Тебе повезло с тренерами, повезло, что дали второй шанс, и главное – тебе повезло, что ты эту «инфекцию» подхватил сейчас, в юном возрасте, когда она быстро вылечивается и даёт пожизненный иммунитет. Я почему-то уверен, что ты второй раз на те же грабли не наступишь. Так что завтра отдыхай, собирайся с мыслями, а потом – за работу. Если тебе это ещё интересно, конечно. И запомни: стоит тебе сейчас дать слабину, и ты себе этого никогда не простишь.

Отец семейства умолк, чтобы дать Денису время усвоить и переварить всё сказанное. Сын какое-то время сидел молча, потом хлопнул себя рукой по колену.

– Пап, да ты гений! Прости, я вёл себя, как дерьмо, – Денис вдруг расхохотался. – Кстати, Дрёмин мне именно так и сказал, чтобы я не был дерьмом – это, типа, не приветствуется.

– Быть дерьмом и правда не самое лучше воплощение, – саркастически поддержал его отец и тоже рассмеялся. – Да и этот твой Дрёмин не такой уж и дурак, как я погляжу!

Ко всеобщему веселью присоединилась теперь и мама. До этого момента она не вмешивалась в разговор двух мужчин, но внимательно слушала, лишний раз убедившись в мудрости своего супруга. И в конце концов восхищённо воскликнула:

– Мишаня, а может тебе психотерапевтом устроиться? Они, знаешь ли, хорошо зарабатывают, гораздо больше, чем ученые!

– Я подумаю над вашим предложением, – в тон ей ответил супруг.

До глубокой ночи все трое беседовали о жизни, о спорте, о доме, обо всём на свете и никак не могли наговориться.

Глава 5. Просто совпадение

Для Следственного комитета нынешнее дело об убийстве молодого футболиста кардинально отличалось от большинства предыдущих ввиду вызванного резонанса. И хотя официально причиной смерти по-прежнему значился несчастный случай, шестерёнки расследования уже крутились вовсю, и в стенах Следкома шла напряжённая работа. По распоряжению министерства полковник Зубов взял дело под личный контроль, и если обычно он старался не вмешиваться в ход расследования, делегируя весь процесс Кацману, которому доверял безгранично, то теперь каждое утро предполагалось начинать с доклада следователя начальнику. А в тех случаях, когда Андрей Семёнович находился с утра в разъездах, доклад переносился на вторую половину дня или на любое другое удобное для обоих время. Но ежедневные встречи, даже если хватало пяти минут, чтобы донести важную информацию, стали обязательным «ритуалом». После этого полковник докладывал о ходе дела в министерство.

Обычно Андрей Семёнович Кацман приглашал людей для беседы в Следственный комитет, однако к потерпевшим предпочитал выезжать лично, поскольку домашняя обстановка могла многое рассказать о человеке и его образе жизни, что зачастую помогало в расследовании. Кроме того, собеседник, находясь в комфорте собственного дома, обычно чувствовал себя спокойнее и потому мог быть более откровенным.

Родовские и Гладышевы жили за городом, но в одном направлении, хоть и разделяли их целые 25 километров. С учётом этого следователь и составил маршрут, поблагодарив судьбу, что ему не придётся мотаться по всей области.

В начале 11-го утра понедельника он уже звонил в домофон к Сергею Родовскому, а ещё через пару минут Кацман вошёл в заранее приоткрытую дверь квартиры на седьмом этаже, где его встретила супруга Сергея.

– Доброе утро. Вы, должно быть, Юлия Владимировна?

– Да, здравствуйте.

– Майор юстиции Кацман Андрей Семёнович, – представился по форме следователь и продемонстрировал удостоверение.

– Проходите, пожалуйста.

– Благодарю… Как там наш пациент?

– Сегодня практически в норме уже.

– Очень хорошо! – Кацман прошёл в комнату, где на диване полулежал Сергей, вполне «оживший», но пока ещё бледный.

– Здравия желаю, товарищ майор! – задорно выпалил массажист. – Я Сергей!

– Я в курсе, – улыбнулся следователь и пожал Сергею руку. – Андрей Семёнович. Вы не возражаете, если я немного осмотрюсь для начала?

– Конечно, если это поможет делу, – согласился Сергей.

– Уж точно не помешает, – деловито ответил Кацман, оглядываясь вокруг. – Как самочувствие?

– Спасибо, гораздо лучше.

– Вот и замечательно, – медленно произнёс следователь, нарочито растягивая слова.

Он сканировал комнату внимательным взглядом, не выказывая никаких эмоций. Впрочем, ничего примечательного в этой комнате и не было. Семья Родовских недавно переехала в новостройку со съёмной квартиры. Недорогой ремонт, незатейливая мебель, но и не ширпотреб. ЖК-телевизор с диагональю 42 дюйма, в углу комнаты – игровой компьютер с большим монитором. Словом, типичная «двушка» представителя среднего класса. Вложив три года назад всю душу и все накопленные средства в свой загородный дом, Сергей приобрёл и оборудовал квартиру по остаточному принципу, да и то – в ипотеку.

Спустя несколько минут Кацман кивнул, дав понять, что осмотр закончен, и обратился к Сергею:

– Побеседуем? Выдержите минут сорок?

– Да хоть два часа! – обрадовался Сергей.

От внимания Кацмана – уже во второй раз! – не ускользнула напускная бравада массажиста.

– Расскажите, что с вами произошло. Во всех подробностях, с момента гибели Дениса.

Сергей потёр ладонью лоб.

– Сумбур у меня в голове, конечно, после всего. Но постараюсь, как смогу…

– Уж постарайтесь. И большая просьба быть со мной откровенным. Я всё равно всё узнаю. И ещё одна огромная просьба: будьте самим собой, не нужно напускного задора.

Сергей был совершенно сбит с толку прямотой и проницательностью следователя и сразу как-то сдулся, словно воздушный шарик, из которого выпустили воздух.

Он помолчал несколько секунд, после чего неуверенно начал повествование:

– Ну… Когда Денис не смог подняться, Валера позвал на помощь, и мы с Трофимычем… ну, доктором нашим, подбежали первыми. У Дэна ни пульса, ни дыхания. Трофимыч минут пять суетился, проверял ключевые признаки и потом сказал, что Денис умер. Затем велел мне позвать врачей «скорой». По регламенту на любом матче обязана быть «скорая», вот она там и стояла…

– Точное время вспомните?

– Да, Трофимыч ещё на часы посмотрел, сказал, что Денис больше 10 минут как мёртв, время было 19:12. В общем, пока всё оформляли, прошло ещё с полчаса, я поехал сопровождать в морг. Доехали минут за 20-25, потом на месте тоже оформляли какие-то бумаги, после чего патологоанатом, Николай, начал вскрытие.

– Вы присутствовали при вскрытии?

– Да, он комментировал почти каждое своё действие… Вообще, очень болтливый мужик оказался. Видимо, ему там скучно, его пациенты-то все молчаливые, а тут вдруг есть с кем поговорить…

– Вы ещё умудряетесь шутить? – удивился Кацман и едва заметно улыбнулся.

– Простите, товарищ майор, но иначе вообще крышу снесёт… – попытался оправдаться массажист.

– Пожалуй… Скажите, в процессе вскрытия на вас ничего не брызнуло, никаких ран у вас не было, может, инфекция попала? Или запачкались чем-то?

– Нет-нет, что вы, я находился метрах в трёх, чтобы не мешать ему, ничего не касался… Ну так вот, он много говорил, а потом вдруг резко замолчал, что-то увидел там…

– Опустим эти подробности, меня сейчас интересует конкретно, что было с вами. Николая, если потребуется, мы вызовем отдельно.

– Потом он закончил, и мы стали ждать Трофимыча. Он часам к десяти только подъехал. Мне очень надо было домой, и он сразу отпустил меня.

– Вот теперь как можно подробнее про ваш путь домой.

– Уже поздно было, а я с обеда ничего не ел, жутко проголодался. Около метро купил беляш… очень люблю беляши…

– Где именно?

– Киоск там есть большой со всякой выпечкой – беляши, самса, шаурма и прочее… Таджики продают. Или киргизы. Или узбеки, не знаю, я их не различаю… Популярное очень место, но в такое позднее время никого уже не было.

– А они так поздно открыты?

– Вообще они до десяти, я в начале одиннадцатого подошёл, он уже закрывался, но я уговорил продавца… Тем более, что там что-то ещё оставалось, выкинули бы всё равно…

– Как говорится, лучше в нас, чем в таз, – усмехнулся Кацман. – Хотя, видимо, здесь лучше бы в таз… Продавца вспомните?

– Ой, это навряд ли, они все на одно лицо…

– Придётся напрячься. Мне нужно, чтобы вы мне точно показали, где находится этот киоск.

– А он там один такой, слева от входа в метро, популярное место. Но могу на карте показать в телефоне, – Родовский достал телефон, открыл карту и максимально приблизил, чтобы следователь мог точно разглядеть местоположение. – Вот, это вход в метро, а тут, прямо в этом закутке, и стоит киоск… Он там один, его не пропустишь…

– Хорошо, продолжайте…

– Ну так вот, я съел беляш, под конец дня он и правда уже каким-то залежалым мне показался. Но я так хотел есть… А ещё там же, в киоске, купил бутылку воды, чтобы запить. Потом сел в метро, доехал до дома. Около одиннадцати пришёл домой, а тут дочь моя Алина уже в истерике из-за Дениса…

– В истерике? – удивлённо переспросил Кацман.

Родовский осёкся, поняв, что, увлёкшись рассказом, выдал лишнее.

– М-да… Ладно, теперь уже нет смысла скрывать…

– А вам бы всё равно не удалось, я же предупреждал, – строго напомнил Кацман.

– Да… В общем, история там такая… Короче, Денис и Алина встречались. И не просто встречались, там, похоже, любовь была. Я поначалу это не очень приветствовал – они же дети совсем, но потом увидел, как она на него смотрит и как он красиво за ней ухаживает… Ромео и Джульетта, блин, разве что я ни с кем не враждовал… В общем, я решил не строить из себя строгого отца и не мешать её счастью. Или несчастью, уж как повернётся. Если обожжётся, в любом случае будет урок на будущее, лишь бы глупостей не натворили. Мы договорились не афишировать их отношения, и никто в клубе ничего не знал, кроме Валерки, ближайшего друга Дениса. Он вообще был для Дениса как старший брат…

– Об этом мы тоже поговорим, а сейчас вернёмся к вашей истории.

– В общем, кое-как мы успокоили Алину, накачали успокоительным, а мне всё не спалось. Во втором часу позвонила Елена, которая Васильевна, передала требование шефа прибыть в клуб к полудню. Я завёл будильник на десять утра и лёг спать. А в желудке как-то некомфортно, всё ходуном ходит, но я решил, что усну и всё пройдёт. Активированного угля ещё выпил на всякий случай… не помогло. В пятом часу проснулся, начало тошнить, и я, простите, почти на полчаса сроднился с унитазом. Пришлось вызывать «скорую», мне промыли желудок и вкололи что-то. Дальше я вырубился, ничего не помню, пока вот вчера ближе к вечеру не проснулся. Слабость жуткая, на ногах еле держался, до туалета по стенке шёл. Кусок в глотку не лезет, сушняк дикий. Наверное, литра два воды выпил за час. Вот, кажется, и всё…

– А почему на звонки никто не отвечал?

– Телефон разрядился, я его на зарядку забыл поставить, голова другим забита была. На звонок Елены ещё успел ответить, а потом телефон и умер. «Скорую» вызывали уже с Юлиного аппарата. Так в суете потом никто на зарядку мой телефон и не поставил, забыли про него.

– А будильник как же вы завели?

– У меня радио-будильник, я всегда его использую, – Сергей кивнул головой в сторону тумбочки. – Люблю просыпаться под музыку, а не под электронное пиликанье…

В комнате воцарилась тишина. Кацман обдумывал услышанное, что-то записал в свой блокнот, потом спросил:

– Я слышал, вы с Денисом увлекались компьютерными играми, «какими-то стрелялками», как мне поведали.

– Да какой там! Хотя я его пытался увлечь, когда он только появился у нас, мы даже поначалу частенько играли, а потом он потерял интерес. Но все знали, что он часто у нас бывает – и, как вы понимаете, вовсе не с целью пострелять. Его интересовала только Алина, но мы решили оставить «стрелялки» как рабочую версию для прикрытия. Тем более, что у меня на даче многие видели, как мы с ним «резались» на компе. Вроде сработало. Хотя, не знаю, многие могли и догадываться, что там интересы немного другие…

– Как часто Денис у вас бывал?

– Не скажу, что часто. С Алиночкой они больше в городе встречались, но пару раз в месяц он у нас бывал. А может, и чаще.

– То есть вы его знали лучше остальных игроков в команде?

– Да нет, навряд ли… Он же у нас только два года в основном составе, а я здесь уже 11 лет работаю, многих знаю, как облупленных. Но в последние полтора года его я точно видел чаще, чем всех остальных!

– И что вы про него можете сказать?

– Отличный парень! Честно скажу, не типичный футболист, у него и манеры, и интеллект какой-никакой есть… Был… До сих пор не верится…

– А характер?

– Да нормальный характер. Не так, чтобы совсем спокойный, типа братьев Шишкиных – эти невозмутимые, как два удава, ничем не прошибёшь. И играют так же – в подкат идут с настроением каменной глыбы и даже не поморщатся! А Денис – наоборот. Но и не псих, как наш чилиец. Тот с пол-оборота заводится по любой ерунде. Горячая латинская кровь!

– Сергей, вы увлеклись! Я про Дениса спрашивал.

– Да, точно… Очень активный он, лёгкий на подъём, иногда даже взрывной. Вот чего я точно у него не замечал, так это пофигизма. Хотя на многих временами накатывает.

– Какие у него отношения с одноклубниками?

– Нормальные, ровные. В Денисе все признавали лидера, хотя он к этому и не стремился. Но к нему тянулись, даже старшие. При этом он никогда не задирал носа, работал наряду со всеми, иногда даже больше других, часто оставался после тренировок финты, удары штрафные отрабатывать… С Валеркой Новицким на пару. Но, кстати, Стас Борзенков, капитан наш, частенько его подначивал. Может, ревновал, не знаю… Или мне просто так казалось, он многим «пихал» время от времени, имеет право как капитан команды.

– Расскажите, какие отношения были у Дениса с Валерой Новицким.

– Лучшие друзья, почти как братья. Валерка тоже единственный ребёнок в семье. Вот они друг другу и заменяли брата. Постоянно вместе тусовались, хотя разница у них 5 лет, приличная.

– И что, никогда не ссорились?

– Все ссорятся, как же иначе… Мне вон даже иногда прилетает – до сих пор синяк от Густаво, чилийца нашего. Он мышцу потянул, я массирую её, а ему больно, он – хрясь мне ногой по рёбрам! Я аж согнулся пополам, и синяк надолго остался, – Сергей приподнял футболку и продемонстрировал обширный, почти сошедший и уже позеленевший кровоподтёк. – Думал, он мне ребро сломал! Но вроде обошлось… Он потом меня почти каждый день бутылкой чилийского вина задабривал! А я и не против – хоть сам-то не пью, зато как подарок всегда сгодится. Теперь у меня целая коллекция чилийских вин!

– Сергей, я спрашивал про отношения Дениса и Валеры, – Кацмана стала даже забавлять разговорчивость массажиста на отвлечённые темы.

– А, так это… Да, ссорились иногда, мирились, как и все.

– Ссорились из-за чего?

– Да из-за чего пацаны могут ссориться? Из-за всего! От футбола до политики!

– А из-за девушки не ссорились?

– Да нет, что вы, здесь им точно нечего было делить!

– На Алину не мог Валера иметь виды? Или кто-нибудь ещё, кстати?

– Если кто и мог, то точно не Валерка! У него своя невеста – Жанна. Женщина-ураган! Помню, как-то пришла на матч, за жениха своего поболеть, а там так прикольно получилось…

– Сергей, я уверен, что это захватывающая история, но как-нибудь в другой раз! – снова прервал Кацман полёт мысли собеседника.

– А, да… О чём вы спрашивали?

– Вот поэтому не надо отвлекаться! Я спрашивал, не имел ли кто на Алину виды помимо Дениса?

– Нет, что вы! Алиночка любила Дениса, её больше никто не интересовал. Она иногда даже делилась со мной планами на их совместную жизнь, очень мило было, всё фантазировала, какие у нас с Юлей внуки будут… ровно трое… Только теперь… уже не будут… – у Родовского на глаза навернулись слёзы. – Вы даже не представляете, какая это потеря для всех нас… А на Алиночку вообще смотреть больно, она места себе не находит, прям боюсь за неё…

– Не оставляйте её одну, ей как раз сейчас нужна поддержка, – заметил Кацман. – Впрочем, думаю, вы и без меня это знаете.

– Да-да, конечно! Мы с неё глаз не спускаем.

– Правильно.

Андрей Семёнович задал ещё с десяток вопросов о Денисе, из серии тех, что он задавал всем в клубе, но почти с тем же нулевым результатом.

Следователь попытался поговорить и с Алиной, но она была в таком состоянии, что он сразу понял бесполезность своей затеи, отложив разговор до лучших времён.

В целом же Кацман остался не вполне доволен полученной информацией: он рассчитывал «накопать» что-нибудь более существенное, но теперь всё рушилось, и он уже почти не сомневался, что отравление Родовского никак не связано с гибелью Дениса.

Поблагодарив Сергея и Юлю, майор пожелал скорейшего выздоровления и вышел на улицу, где набрал номер Игоря Морошко:

– Игорёк, есть заданьице для тебя. Узнай, пожалуйста, про вызовы «скорой» по поводу пищевых отравлений в интервале с вечера 27 мая до утра 28-го. Запомнил? Да, скорее всего, в киоске он что-то несвежее купил, но надо проверить. И мне сразу отзвонись, я дальше проинструктирую.

Кацман направился к платформе, откуда отходила электричка в область. Он набрал номер Михаила Николаевича Гладышева и сообщил, что примерно через час подъедет. Однако ответ собеседника его озадачил:

– Не хочу показаться грубым, но сколько ещё ваших собирается к нам сегодня? Как вы понимаете, сейчас для нас не лучшее время принимать посетителей.

– О чём вы?

– Сегодня утром уже приезжал один, сказал, что от вас…

Кацман моментально сориентировался:

– Михаил Николаевич, это не от нас. До моего приезда никому больше не открывайте и ни с кем не разговаривайте. Домофон есть у вас?

– Да, конечно…

– Замечательно. Я наберу вам перед тем, как в него звонить. Остальное – при встрече.

Дело принимало неожиданный оборот. Кто-то опередил следственную группу. Но кто и с какой целью? Какие силы здесь ещё замешаны, если действуют так оперативно?..

Когда Кацман уже шёл от станции к дому Гладышевых, ему позвонил Игорь Морошко:

– Товарищ майор, я всё выяснил. И ещё провёл анализ и получил полный расклад. В городе в означенный период было 68 вызовов «скорой» по поводу отравлений. Из них 27 покупали выпечку в киоске около метро, как раз недалеко от больницы. Остальные вызовы рассредоточены по городу…

– Отлично, спасибо за оперативность! – Кацман в очередной раз убедился в правильности выбора помощника: одного намёка о цели запроса оказалось достаточно, чтобы Игорь всё сообразил и действовал без подсказок. – Тогда вот тебе следующее задание, чтобы дважды не вставать: передай Грише, чтобы зарегистрировался во всевозможных чатах и группах болельщицких обеих команд: пусть аккуратно попытается выяснить, не заметил ли кто на стадионе чего-нибудь необычного, странного. Все ответы фиксировать. Вечером встречаемся в 18:00 для подведения итогов дня.

Ну что ж, отрицательный результат – тоже результат. Теперь можно окончательно заключить, что отравление Родовского не имеет никакого отношения к смерти Дениса. А совпадения и не такие ещё бывают. Работа продолжается.

Глава 6. Окно в Европу

В понедельник утром Денис уехал на тренировку, почувствовав, как у него словно открывается второе дыхание. Он теперь горел желанием доказать – прежде всего, себе, – что он лучший. Не абстрактно, а делом. Как советовал тренер Васенков.

Он прибыл одним из первых, полный решимости вернуться в стартовый состав, хоть и не особо рассчитывал на это в ближайшей месяц, будучи посаженным тренером «на лавку». Он хотел до тренировки пообщаться с Васенковым, но тот словно специально избегал его. «Меньше слов – больше дела», – решил Денис.

Тренировка прошла в обычном режиме, разве что Денис подчёркнуто добросовестно выполнял все упражнения и задания. После тренировки он всё же «поймал» главного тренера:

– Матвей Ильич, можно вас на пять минут?

– Можно даже на шесть, – с готовностью пошутил Васенков, явно пребывавший в хорошем настроении.

– Хочу извиниться за субботу… – начал было Денис, но тренер не дал ему договорить.

– Извинения приняты. У тебя есть месяц, чтобы избавиться от той гнильцы, которая начала в тебе зарождаться. Не победишь это в себе – не обессудь, будешь искать другой клуб.

Денис не нашёлся, что ответить. Помолчав, тренер продолжил:

– Я очень редко кому даю второй шанс, Денис. Считай, что тебе я его дал авансом, и ты должен его отработать. Отработать на все 146%, как принято в нашей стране, – тренер едва заметно улыбнулся. – Учти, что ты на особом контроле, на испытательном сроке. И требования к тебе будут повышенные.

– Я сделаю всё от меня зависящее! – Дениса явно вдохновил доброжелательный настрой Васенкова.

– Проблема у тебя здесь, – Васенков постучал пальцем по голове Дениса. – Молодой и дурной ты ещё. Пытаешься казаться взрослым, что-то строишь из себя, а на самом деле дитя-дитём.

Денис и сам это понимал, но услышать такое всё равно было обидно.

– Значит, нужно повзрослеть… – сказал он растерянно.

– Это ты всегда успеешь, всему своё время. Взросление ведь тоже должно происходить гармонично – и в голове, и в теле, причём синхронно, иначе и получаются такие перекосы… Да и что значит «нужно»? И главное – кому нужно? Вот когда ты поймёшь, что это нужно не мне, не родителям твоим, не команде даже, а в первую очередь тебе, тогда у тебя всё и пойдёт на лад. А пока посиди в запасе и работай над собой. В лучшем случае будешь выходить на замену… но это не точно, – снова пошутил Васенков и похлопал Дениса по плечу. – Отдыхай! Я заметил твоё старание сегодня. Не сбавляй оборотов. Но помни, что не только в тренировках дело, голову тебе надо сначала «перепрошить».