Право на любовь. Грешница-2

- Вот как? - удивилась Дарья. - Я в школе учила английский язык и мне он тоже давался легко. Значит, у меня папины способности?

- В школе, - махнула рукой София Карловна. - Серёжа занимался с носителями языка, у него было безупречное произношение и вообще он был очень умным мальчиком. Мой сын, его отец, мечтал, что он будет дипломатом, и был уверен, что Серёжа поступит в МГИМО, а после его окончания продолжит обучение в лучших европейских университетах. Согласись, это было бы прекрасное будущее! Достойное, богатое, счастливое. И мы все прикладывали массу усилий, для того чтобы наш мальчик нашел в жизни свою нишу. Мы даже подобрали для него чудесную девушку из прекрасной, состоятельной семьи. Между прочим, она была очень красивой и мечтала выйти замуж за Серёжу. Но он решил всё по-своему. Одним из его увлечений были автомобили. Он просто обожал хорошие машины и к восемнадцати годам имел уже свой автопарк. В МГИМО он, кстати, поступил, и учился там получше многих. Но это днём. А ночью занимался гонками на автомобилях. Слышала что-нибудь о стритрейсинге? Ну так вот, мы слишком поздно узнали об этом его увлечении. К тому времени он уже сумел сделать себе имя на этих гонках. И очень гордился этим, пока однажды не попал в аварию.

- Ой! - прижала ладонь к губам Дарья.

- Вот с этого «ой» всё и началось, - вздохнула София Карловна. - Видишь ли, Даша. Как раз в то время мы все уже переехали за границу и здесь оставался один Серёжа. Мы верили, что наш мальчик вполне самостоятельный и не способен на глупости, но ошиблись... В общем, нам сообщили, что произошло, когда Серёжа уже восстанавливался после проведённых операций. Спасибо докторам. Они собрали его фактически по частям. Но ему всё равно пришлось брать академический отпуск, потому что лечение заняло слишком много времени. Надо сказать, что мы хотели перевести его в какой-нибудь европейский центр, но он категорически отказался от этого.

- Почему? - удивилась Даша.

- Потому что в то время он уже встретил твою мать, - неистово сверкнула глазами София Карловна, но, заметив, как поползли на лоб брови Дарьи, потушила взгляд: - Ты сейчас поймёшь, почему нас не обрадовала их встреча. Елена была очень красивой девушкой. Не такой как ты, конечно, но это и понятно, ведь ты очень многое взяла от Серёжи: тот же профиль, гордая осанка, ты переняла все выражения его лица и глаза. Знаешь, Даша, я как только увидела тебя, у меня сразу отпали все сомнения. Такие глаза были только у моего внука, и этот невероятный взгляд... Повторюсь, Елена тоже была красивой девушкой, но ей было далеко до твоего отца. Да и вообще, она совсем не подходила Серёже.

- Где же они познакомились? - спросила Дарья, с нетерпением ожидавшая продолжения истории.

- В больнице, - вздохнула София Карловна. - Твоя мать работала там санитаркой. Мыла полы, выносила утки, обслуживала больных. Серёжа долгое время лежал на растяжках и тоже нуждался в уходе. Елена стала его личной сиделкой и делала всё, что полагается в таком случае, чтобы пациент оставался чистым, ухоженным, не страдал от пролежней и других осложнений. Не спорю, работала она на совесть, и за это мы были ей очень благодарны. Но глупая девочка позволила себе то, чего не должна была позволять - она влюбилась в Серёжу и он, покорённый её наивной влюблённостью, ответил ей взаимностью.

Дарья улыбнулась, представив, как счастливы в то время были её родители, но голос Софии Карловны быстро вернул её к действительности.

- Моя невестка бросила все дела и приехала к сыну, чтобы быть с ним рядом, пока он находится в таком состоянии. Она-то и заметила их взгляды и быстро вывела обоих на чистую воду. Помню, в какой истерике она звонила нам и рассказывала о том, что Серёжа решил жениться на обычной санитарке без роду и племени. Разумеется, мой муж поднял все свои связи, чтобы выяснить всё об этой девице. Между прочим, она была родом из твоих мест, но выросла в детском доме, куда попала сразу после того, как ее забрали от пьющей матери. Да, Даша. В ваших деревнях все пьют, и женщины тоже. Поэтому не нужно мне рассказывать, как замечательно жилось тебе в твоей Ольшанке.

- А что было дальше с моими родителями? - спросила Дарья.

- То, чего и следовало ожидать. Елена уехала в свой городок, а Серёжа после того, как поправил здоровье, вернулся к учёбе, после чего, по нашему настоянию, переехал жить за границу.

- А на том, чтобы мама уехала домой, тоже настояли вы? - вздохнула Даша.

- Девочка моя, разве мы могли допустить другое? - с удивлением воскликнула София Карловна. - Конечно, нам пришлось сделать это. Не буду рассказывать тебе подробности, но из больницы Елену уволили по статье. Даже в трудовой книжке сделали нужную отметку. Между прочим, в этом она сама виновата. Мы предлагали ей хорошую сумму отступных, но она отказалась взять деньги. И мы были вынуждены поступить по-другому. Согласна, это было не очень красиво с нашей стороны. Но у нас просто не оставалось выбора. Они с Серёжей совсем не подходили друг другу и это было очевидно!

- Но как же тогда на свет появилась я?

- О, - махнула рукой пожилая женщина. - Это всё благородство Серёжи. Представь себе, он узнал историю об увольнении Елены и решил разыскать её. Ему пришлось потратить на это несколько месяцев. Но они всё-таки встретились и возобновили свои отношения. И нам стоило немалого труда снова развести их. Мы фактически силой увезли Серёжу от этой падшей женщины!

- Почему «падшей»? - округлила глаза Дарья.

- Потому что Серёжа нашел ее на панели. Боже мой, я даже не могу произнести это слово, но ты ведь меня понимаешь? Она, конечно, рассказала ему о том, что ей не на что было жить. И он, такой наивный, поверил ей, пообещал вытащить из этой грязи. А потом снова поверил в то, что она ждет ребёнка от него.

- Но ведь получается, что мама не обманула ни вас, ни папу. Тест ДНК подтвердил наше с вами родство, - тихо сказала Даша.

- Ну тогда-то мы об этом не знали! - воскликнула София Карлова. - Впрочем, что сейчас говорить об этом... Серёжа так и не простил нас. Мы даже не догадывались, что он нанял людей, которые должны были разыскать Елену и привезти её к нему. И тогда-то узнал, что Елены больше нет в живых, а её ребёнка, дочку, кто-то удочерил. Мы с большим трудом вытащили его из депрессии, даже женили на хорошей девушке, но он прожил с ней всего три года, а потом развелся по собственному желанию. Детей у них не было, но они были ему и не нужны. Однажды Серёжа сказал мне, что собирается поехать в Россию, чтобы разыскать тебя. Мы с его родителями попытались его отговорить, убеждали, что это никому не нужно, но он настаивал на своём и даже купил билет. Однако осуществить свою мечту так и не успел - за два дня до отлёта он разбился на своём спорткаре, вылетев за ограждение...

Глаза Дарьи блестели от слёз, рыдания душили её, и она с трудом сдерживалась, чтобы не расплакаться. А София Карловна продолжала:

- Мы во всём винили Елену. Так нам легче было оправдывать себя. И потому ни твой дедушка, ни твоя бабушка не хотели видеть тебя и вообще знать о тебе хоть что-нибудь. Так получилось, что я пережила всех и осталась совсем одна. Даша, я долго не понимала, для чего Господь дал мне такую долгую жизнь. Но несколько лет назад я беседовала со своим духовником, и он натолкнул меня на мысль о том, что я должна всё исправить. Понимаешь? Даша, я сделаю тебя счастливой и тогда спокойно уйду, чтобы там, на небесах, рассказать Серёже, что всё-таки нашла тебя. А теперь обними меня, девочка моя! Ты ведь хорошая и добрая, а значит обязательно простишь меня. Простишь всех нас...

Дарья обняла пожилую женщину, но сказать ей ничего не успела, потому что в столовую вошла Марина. Она принесла лекарство для Софии Карловны и, не обращая внимания на Дарью, стала следить, чтобы пациентка выпила всё до последней капли. И только тогда бросила торжествующий взгляд на печальное лицо девушки...

Глава 7

Приняв от Софии Карловны пустой стакан, Марина улыбнулась ей самой вежливой из своих улыбок:

- София Карловна, мне кажется, что вы взволнованы и Вячеслав будет этим очень недоволен. Может быть, Дарье не следовало обременять вас неприятными разговорами, особенно в такой ранний час?

- Ну что вы, Мариночка, - слегка покачала головой пожилая женщина. - Дарья здесь ни при чём. Она просто пришла пожелать мне доброго утра, а я уже сама пригласила её к разговору.

- Хорошо, - кивнула Марина. - Однако на месте Дарьи я не стала бы беспокоить вас, потому что это вредно для вашего здоровья. А теперь позвольте, я провожу вас в массажный кабинет. Вы ведь готовы к утренним процедурам?

- Да, Мариночка, пожалуйста, - благосклонно согласилась София Карловна. - Как приятно, что меня окружают такие внимательные люди. Даша, ты можешь пока пойти к себе. Подумай над моими предложениями: я имею в виду иностранные языки и какое-нибудь подходящее увлечение. Потом мы с тобой всё обсудим.

Дарья улыбнулась ей и поспешила в комнату, радуясь появившейся возможности собраться с мыслями. Но в коридоре с такой силой налетела на Вячеслава, что тот, подхватив её, вместе с ней закружился на месте.

- Кто за тобой гонится?! - воскликнул он удивлённо. – Эй! Дашунь, ты что, не в себе?

- Я никуда не поеду, - чётко выделяя каждое слово, проговорила Дарья. - Скажи ей сам об этом, Слава. Ты слышишь меня?! Сейчас же скажи ей об этом!

- Послушай, - Вячеслав обеими ладонями потёр плечи Дарьи. - Давай мы с тобой успокоимся, вдохнём, выдохнем. Ещё раз. Вот, видишь, тебе уже лучше. Пока я ничего тебе не могу обещать, потому что не знаю, что у вас там произошло. Но я выберу сегодня время для разговора с тобой, ты мне всё расскажешь, и решим, что делать дальше.

- Я никуда не поеду, - упрямо повторила Дарья.

- Сейчас никто не заставляет тебя делать это, - успокаивающим тоном заговорил Вячеслав. - Просто дождись меня. Хорошо? Обещаешь?

- Ладно, иди, - махнула рукой Дарья.

- Вот и умница, - он наклонился и поцеловал её в макушку как ребёнка, и тут же скрылся за дверью, торопясь к хозяйке, которая, наверняка, уже дожидалась его.

В массажный кабинет они вошли одновременно: только Вячеслав в одну дверь, а Марина и София Карловна в другую.

- Спасибо, Мариночка, - поблагодарил свою помощницу Вячеслав. - Ну что, София Карловна, приступим? Вот так, располагайтесь удобнее...

- Слава, поговори со своей женой, - приглушённым голосом проговорила Марина, уверенная в том, что София Карловна её прекрасно слышит. - Я понимаю, что ей не терпится получить наследство, но совесть тоже надо иметь.

- Что случилось? - спокойно поинтересовался Вячеслав.

- Я не собираюсь вмешиваться в ваши семейные дела, - всё тем же тоном ответила ему Марина. - Расспроси свою супругу сам и заодно объясни ей, что в возрасте Софии Карловны опасны любые волнения. Неизвестно к чему привёл бы разговор Дарьи, если бы я не вошла к ним...

Вячеслав бросил внимательный взгляд на свою пациентку, которая сидела с закрытыми глазами и ждала начала процедур. Потом махнул Марине:

- Давай поговорим об этом потом... А сейчас займись делом.

София Карловна плотно сомкнула губы, когда Марина начала наносить ей на лицо увлажняющую маску, но закрытые веки пожилой женщины нервно подёргивались: она явно думала о чём-то очень неприятном…

***

Приехав вечером домой и отказавшись ужинать без Ксении, Константин вышел на улицу, где его дожидался верный железный конь, и занялся мелким ремонтом мотоцикла: тут нужно было подтянуть, там смазать, здесь заизолировать проводок.

Он так увлёкся своей работой, что совсем не услышал лёгких шагов по высушенной солнцем тропинке и вздрогнул, когда над ухом кто-то сказал тонким, но громким голоском:

- Привет! Что делаешь?

Удивленный Костя обернулся и увидел перед собой мальчишку лет пяти. Он был одет в голубую рубашку с короткими рукавами, шорты и сланцы - вполне себе приличный вид для городского мальчика, деревенские ребята одевались намного проще.

- Привет, - прищурился Константин. - Меня дядя Костя зовут. А ты кто такой и откуда здесь взялся?

- Я - Юрасик, меня мама так называет, - улыбнулся мальчишка, показывая Косте дырку между зубов. - А маму зовут Олеся.

- Ух ты, а зуб куда дел? - заинтересовался Костя, решив поддержать разговор со скучающим ребёнком.

- Ещё вчера выпал, - махнул рукой мальчик. - Баба Таня дала мне морковку, я укусил и вот.

Юра приподнял пальцем губу и снова показал чернеющую дырку среди ряда маленьких беленьких зубов.

- Болит? - с сочувствием спросил его Костя.

- Не-а! Я только вчера испугался сильно, а сегодня уже было не страшно, - сообщил ему Юра.

- А ты, значит, у бабы Тани живёшь, - продолжил свои расспросы Константин, усаживаясь на мотоцикл. - А это где?

- Вон там, где куча песка насыпана, - охотно пояснил мальчик. - Мы теперь с мамой всегда тут жить будем. Потому что раньше мы жили в городе и у нас был папа. А теперь папы нет. Он больше не наш. Так мама сказала. А разве так бывает, что сначала наш, а потом не наш?

Константин растерянно пожал плечами:

- Наверное, по-всякому бывает, - проговорил он неуверенно. - Хотя, если честно, я не знаю.

- А ты меня покатаешь на своём мотоцикле? - задал Юра волнующий его вопрос.

- Если твоя мама тебе разрешит, то покатаю, - пообещал Костя.

- А у меня сегодня день рождения, - сказал вдруг Юра. - А папа не поздравил меня. Я ждал-ждал. Только он забыл. А мама сказала, что мне не надо ждать и он всё равно не поздравит. Он же теперь не наш...

В голосе мальчика послышалась такая тоска, что у Константина защемило сердце. И если бы ему сейчас попался безответственный отец этого славного мальчугана, Костя сумел бы ему объяснить, как нужно любить своих детей.

- А что ты любишь? - вырвалось вдруг у Кости. - Шоколадки, наверное?

- Я мороженое люблю и конфеты разные, - мечтательно проговорил Юрасик, но его глаза по-прежнему оставались грустными.

- Хорошо, - кивнул Константин. - Тогда ты подожди меня здесь, ладно? Никуда не уходи. Я скоро.

Он завёл мотоцикл и отправился в магазин Ксении, а там, рассказав ей историю своего нового знакомого, накупил целый пакет сладостей, не забыв прихватить маленький грузовичок с полки, где были кое-какие игрушки и бакалея.

- Добрый ты у меня, - поцеловала Константина Ксения. - Через полчасика приедешь за мной? Я уже скоро закрываюсь.

- Конечно, Ксюша, - кивнул он и помчался домой, где его с нетерпением поджидал Юра.

***

- Сынок! - Олеся выглянула на улицу и поманила к себе мальчика, сидевшего на скамейке у дома Константина: - Ну что же ты, я тебя зову-зову, а ты не идёшь?

- Подожди, мама, мне нужно подождать, - махнул рукой Юра и снова заболтал ногами. - Так дядя Костя сказал. Надо подождать и никуда не уходить.

- Что ещё за дядя Костя? - нахмурилась Олеся. - Не выдумывай, Юрасик, пойдём, у меня уже ужин готов. А потом я почитаю тебе книжку.

- Ну, дядя Костя, у него есть большой мотоцикл! - в отчаянии воскликнул Юра, когда мать взяла его за руку и попыталась увести домой. - Смотри, смотри, вот он!

Костя подъехал ближе и заглушил двигатель:

- Ну, брат, как хорошо, что ты меня дождался, - обратился он к мальчику, протягивая ему пакет со сладостями и машинку: - С днём рождения тебя, Юра!

- Спасибо! - мальчик был в таком восторге, что странное тепло разлилось по сердцу Кости.

- А это, значит, твоя мама? - спросил он мальчика, и посмотрел в глаза стоявшей перед ним женщины: - Олеся... Простите, не знаю, как вас по отчеству.

- Владимировна, - натянуто улыбнулась та, - но можно без отчества. Просто Олеся.

- Тогда я просто Костя, - протянул ей руку Константин для рукопожатия.

- Вы простите нас, Костя, - виновато заговорила Олеся. - Я не знала, что Юра будет докучать вам. Тем более напрашиваться на подарки. Скажите, сколько мы вам должны?

- Ну что вы! - воскликнул Константин. – Я же от чистого сердца. У меня своих детей нет, но если бы они были, я бы очень хотел чтобы они походили на вашего сына. Он у вас славный.

- Спасибо, Костя, - улыбнулась Олеся. - Послушайте, а может быть, зайдёте к нам на чашку чая? Юре будет очень приятно. И мне тоже.

- Как-нибудь в другой раз, - пообещал Константин. - Меня ждёт Ксения. Я должен забрать её из магазина. Она работает там продавцом.

- Ксения - ваша жена? - понимающе кивнула ему Олеся.

- Ну, официально мы не расписаны, но собираемся сделать это, - почему-то смутился Костя.

- Хорошо, простите, мы не будем вас задерживать, - сказала Олеся. - Спасибо вам ещё раз.

Константин помахал рукой мальчику, сел на мотоцикл и отъехал от дома, направляясь за Ксюшей. Но вдруг обернулся, сам не зная зачем. Словно почувствовав это, Олеся остановилась и тоже вдруг обернулась.

- Пока! - махнул Косте Юра.

- Пока, - прошептал Константин, как будто мальчик мог услышать его.

Глава 8

Эвелина стремительно ворвалась в кабинет отца, на несколько шагов опережая Егора, который размеренно и безо всякой суеты следовал за ней, как и полагается профессиональному телохранителю.

– Что? Что такое?! – приподнялся с места Георгий Максимович, увидев, в каком состоянии находится его дочь.

А Эвелина, сверкая глазами, оперлась о стол обеими ладонями и не проговорила, а прорычала, не собираясь скрывать клокотавшую в ней злость:

– Папа! Ты знал?! Вы что, оба решили это, да? За моей спиной?!

– О чём ты? – Марьянов перехватил невозмутимый взгляд Егора и тут же снова овладел собой: если бы произошло что-то серьёзное, Климов не выглядел бы таким спокойным, а значит, вся буря бушует только вокруг Эвелины. Ну что ж, сейчас всё выяснится. Георгий Максимович посмотрел на дочь: – Сядь. Вот. А теперь говори.

– Я никуда не поеду! – воскликнула Эвелина. – Папа, ты вообще в курсе, что Егор собирается вернуться в свою деревню?!

– Да, он говорил.

– И что? Папа, и что???

– Ничего, – пожал плечами Марьянов. – Что ты так переживаешь? Если ты не хочешь ехать с ним, не надо. Пусть отправляется туда сам.

– Но, папа! Я не хочу, чтобы Егор уезжал. Скажи ему, пусть остаётся здесь.

– Дочь, давайте вы не будете впутывать меня в свои разборки, – строго и серьёзно произнёс Георгий Максимович. – Вас двое, а значит у вас две головы и третья вам не нужна. Знакомы вы тоже не первый год, так что посредник вам не нужен. Эля, ну в самом деле! Ты в последнее время не раз вспоминала Егора. Он, как видишь, сам приехал сюда, чтобы встретиться с тобой. Я говорю правду, Климов?

– У меня никогда не было причин сомневаться в ваших словах, – ответил тот.

– Вот и прекрасно, – усмехнулся Марьянов, поняв, что Егор просто ушёл от ответа. – Кстати, завтра вечером прошу вас ничего не планировать. Я бы хотел поужинать вместе с вами, если вы не против, конечно, составить мне компанию. А ты, Эвелиночка, можешь не переживать, если Егор снова рядом с тобой, значит он сам хочет этого. И это главное, не так ли?

– Ты хочешь этого? – Эвелина подняла глаза на Егора.

– Очень, – кивнул он и, совсем как в детстве, незаметно скрестил пальцы за спиной.

***

– Даша, ну честное слово, чего ты добиваешься своим упрямством? – Вячеслав вошёл в комнату Дарьи без стука и, резко повернув стул, сел на него верхом. – Хочешь, чтобы Софию Карловну разбил инсульт? Или желаешь сразу заколотить её в гроб? Давай, объясни мне, что тебе это даст? Думаешь, что если ваше родство доказано, значит, наследство у тебя в кармане? Я бы на твоём месте не рассчитывал на это. Тебе нужно очень постараться, чтобы София Карловна смогла тебе доверять.

– Слава! Ты вообще себя слышишь?! – воскликнула Дарья, больше не желая сдерживаться. – Я уже сто раз говорила вам всем – мне не нужно её наследство. Я хочу домой. Хочу просто жить тихо и спокойно, как раньше. И сейчас честно сказала об этом София Карловне. Потому что это всё не моё: светский этикет, правила, гламур. А тот вечер, когда здесь собрались гости, Слава! Я думала, что он никогда не закончится.

– Ну не надо, не так уж всё и печально, – пожал плечами Вячеслав. – И вообще, ради того, чтобы потом вообще никогда и ни в чём не нуждаться, можно немного потерпеть такие э-э-э «неудобства». Согласись?

– Не соглашусь. Потому что хочу быть девушкой в простом сарафане…

– В смысле? – удивлённо приподнял брови Вячеслав.

– Ты не поймёшь! – махнула рукой Дарья. – И если ты, Славочка, рассчитывал, что через меня сможешь приблизиться к деньгам, Софии Карловны, я тебя разочарую. Ничего этого не может быть. А ещё, как только я вернусь домой, мы разведёмся. Других вариантов просто нет и не будет.

– Малыш, послушай, я совсем не дурак, – усмехнулся Вячеслав. – И адекватно оцениваю своё место, а потому не гонюсь за чем-то масштабным. Поверь мне, я буду в шоколаде, даже если просто поеду с Софией Карловной за границу в качестве её личного доктора. Она довольно-таки благодарный пациент и мне намного приятнее работать с ней, чем со старухами и стариками, которых я вынужден лечить в больнице. Может быть, именно поэтому меня удивляет то, как ты относишься к своему близкому человеку. Единственному родственнику, между прочим. Я был сейчас у Софии Карловны, и она очень расстроена твоими словами.

– Да? Ну что же мне делать?! – в отчаянии воскликнула Дарья.

– Маленькая моя, прежде всего тебе нужно расслабиться, и я помогу тебе в этом. Иди ко мне. Я знаю один чудесный способ привести нервы в полный порядок. Я, кстати, и сам устал, а потому не отказался бы от такой процедуры. Да не бойся, я говорю о массаже. Ты так напряжена. А я, помимо всего прочего, профессиональный массажист, – Вячеслав взял с полки тюбик с кремом и, растирая руки, повернулся к жене, спросив её насмешливо: – Дашуля, мне кажется, или ты меня боишься?

Дарья и в самом деле чувствовала себя разбитой, но, услышав его последние слова, покачала головой:

– Я не боюсь тебя, Слава, не выдумывай. С какой стати я должна тебя бояться?

– Тогда ложись, закрой глаза и ни о чём не думай, – Вячеслав показал широким жестом на кровать.

А когда Дарья сделала то, что он просил, склонился над ней и, приподняв её майку, принялся умело растирать спину ладонями. Его руки плавно скользили по её спине, нащупывая напряжённые участки. И постепенно Дарья начала ощущать, как усталость начинает покидать её тело. Её дыхание стало ровнее, серое облако усталости рассеивалось, уступая место лёгкости. Руки Вячеслава с мягкими, почти женскими ладонями, согрели кожу, и это тепло стало проникать глубже в мышцы, доставляя Дарье удовольствие от массажа, и она едва не уснула, убаюканная этими ощущениями.

Ей вдруг вспомнились сильные, жёсткие руки Егора, но разве они были менее нежными? Нет. Он всегда так осторожно прикасался к ней, но в то же время крепко прижимал к себе. О, Егор, ну почему так всё получилось? И как ты мог подумать, что она приехала сюда ради каких-то денег…

А руки, гладившие её, стали более требовательными и настойчивыми.

– Я люблю тебя, – забывшись, прошептала Дарья и тут же ощутила, как к ней прижимается мужское тело.

– Я тоже тебя люблю, – машинально ответил ей Вячеслав, перевернул её и подмял под себя. – Дашка, ну наконец-то ты растаяла, моя ледяная королева.

Дарья мгновенно пришла в себя и попыталась оттолкнуть его. Она хотела крикнуть ему: «Слава, нет! Отпусти меня!!!», но вместо этого с губ сорвалось имя, которое она только что повторяла в своих мыслях:

– Егор…

Вячеслав отшатнулся от неё так, будто увидел перед собой змею:

– Какой я тебе Егор? – воскликнул он, а потом, не сдержав охватившего его порыва, хлестнул Дарью по щеке: – Ты что, изменяла мне? Дрянь!

– Не смей трогать меня! – Даша вскочила с постели и принялась поправлять одежду: – и даже приближаться ко мне. – Слышишь?

– Ты пока ещё моя жена, и я хотел помириться с тобой, несмотря ни на что! А ты!!! Кто этот Егор? Какой-то деревенский мужлан, который оприходовал тебя? И что, он лучше меня? Так вот почему ты рвёшься в свою проклятую деревню?!

– Пошёл вон! Или я подниму крик! – воскликнула Дарья. – Я не собираюсь отчитываться перед тобой. Понятно? Мы расстались и больше никогда не будем вместе.

– Дура! Несчастная потаскушка! – прошипел ей в лицо Вячеслав. – Строишь из себя недотрогу, а на самой проб ставить негде! И я тоже хорош! На что надеялся, когда столько времени ждал тебя...

Он вышел из комнаты Дарьи и прошёл к себе, не заметив спрятавшуюся за портьеру Марину. А она, не пропустившая ни слова из ссоры супругов, надолго задумалась, решая, как же ей поступить в этой ситуации. Она обязана обыграть не только Дарью и Славу. Ей нужно сделать это даже с самой Софией Карловной. Она должна взять в свою поездку её. А вот Слава и Дарья пусть остаются здесь, чтобы там не мешать добиваться полного расположения старухи. Конечно, ей не светят её миллионы. Но если она поможет навсегда остаться в Европе, Марина не пропадёт. Главное сейчас убедить Софию Карловну, что доверять она может только ей.