Найлаар. Девушка без прошлого

– Как давно вы вместе? Вейс, если ты до сих пор не предложил Венете руку и сердце, я их сама сейчас оторву и…

– Мы соединились узами ещё до вашей свадьбы, валия, – подала голосок аскарка, испугавшись немедленного расчленения мужа.

– Можно сказать, это любовь с первого взгляда, – довольно улыбнулся Вейс. – С тех пор, как Вы привели её ко мне, мы практически не расставались.

– А скрывать это зачем было?! – не выдержала я.

Эдельвейс покосился на жену, давая ей возможность высказаться. Судя по всему, именно Венета была инициатором молчания.

– Я испугалась, – призналась та. – Убегая из замка Чёрной звезды, я говорила вам, что не хочу, чтобы близкие познали горе войны, а сама в течение пары месяцев вышла замуж. Боялась осуждения с вашей стороны…

– Я тебя покусаю, – от всего сердца пообещала ей.

– Ещё не хотела подставлять Вейса. Испугалась, что его осудят за связь с врагом. Я была счастлива, когда узнала, что Венсара пригласили в академию, но также знала, как ему было тяжело в первое время. Он не говорил вам, но адепты и некоторые преподаватели жизни ему не давали, оскорбляли, не слушались, пакостили. Ему хватило духу и силы воли преодолеть это, и сейчас он счастлив. Выпускной курс академии пригрозил новоявленным адептам и их родителям, если они только пальцем тронут их любимого учителя. Ректору пришлось много жалоб выслушать, но Венсара отпускать он не желал. Я же не такая, я боялась не справиться. Не хотела создавать кому- либо проблем, – аскарка всхлипнула, поцеловала лысую головку малютки. Рин лишь сладко зевнула, вызвав у нас улыбки умиления. – А когда узнала, что беременна, постаралась исчезнуть из вашего поля зрения. Я всё ещё боюсь за неё, ей могут навредить.

– Это вряд ли, – хмыкнул Шейдран. – Девочка – носитель стихии порядка. Единственный носитель магии, как и я, – подчеркнул хаосник. – За нами хранители приглядывают лучше, чем за Верховными. Если кто-то посмеет даже посмотреть на Ринелию косо, явится Ордения. Не развеет, как хаос, но магию отберёт. Маг, у которого отобрали стихию и превратили в пустышку, – это наказание хуже смерти. Магия порядка весьма специфична. В отличие от хаоса, здесь мало атакующих заклинаний, больше – поддержки и защиты.

– Судя по недавнему скандалу, Соах тоже приглядывать будет, – усмехнулась я.

– А, ну тогда развеет по ветру, – небрежно кивнул. – Предварительно магию отобрав. Хотел бы я посмотреть на этого неудачника.

– Вень, – я аккуратно положила свою руку на её плечо и чуть сжала. – Я не злюсь ни в коем случае. Я счастлива за тебя и Эдельвейса. Это мне нужно извиняться перед тобой, что скинула на чужие руки и забыла.

– Удачно ведь, – попыталась девушка пошутить сквозь слёзы.

– Забота о вас – мой долг, – серьёзно заявила я. – Прошу тебя, ничего не бойся. Если тебя или ребёнка хотя бы тронуть посмеют – сразу прочувствуют мой гнев! Но сказать о возрождении хранителя необходимо. Вейс, составь речь так, чтобы имя Венеты тоже там было.

– Может, не нужно? – нахмурился отец семейства.

– Нужно, – упрямо настаивал Шейдран. – Припиши, что это случилось благодаря Верховной, а как конкретно – не указывай. Скажи, что… ммм… – хаосник искал подходящие слова, – исполнилось пророчество. Верховная выполнила условия и родился ребёнок-носитель стихии порядка.

– Слишком много не имеющих ко мне отношения заслуг, – фыркнула я.

– Почему не имеющих? Ты привела аскаров? Ты. Ты познакомила свет и тьму? Ты. Никакого вранья. Лишь сглаживание некоторых факторов, о которых посторонним знать не обязательно.

– Я тебя иногда боюсь, – призналась мужу. – Хорошо, так и сделаем, если вы не против.

Венета и Эдельвейс были только за. Я встала, Шейдран убрал стул на место, а я подошла к Венете, обняла и поцеловала в макушку.

– Отдыхай, набирайся сил. И чтобы это было в последний раз.

– Тайны или ребёнок? – уточнил Вейс, не скрывая веселья.

– Страх, – серьёзно ответила.

– Спасибо, валия, – наконец улыбнулась Венета.

– Кто кому это говорить должен, – вновь напомнила я, уже обернувшись в дверях.

Счастливая парочка меня не услышала. Новоиспечённый отец бережно взял на руки дочку. Судя по детскому плачу, ей это не понравилось, а может, уже проголодалась. Тем более, не стоит нам задерживаться. Лия, увидев нас, кивнула, давая распоряжения подготовить для малышки ряд необходимых процедур.

– Прости, – глухо раздалось позади.

– А ты за что извиняешься? – не поняла я, оборачиваясь к мужу.

В глазах Шейдрана плескались сожаление и боль.

– Я видел, как ты смотрела на ребёнка… – глухо произнёс он, отвернувшись. – Прости.

Я подошла и постаралась обнять изо всех сил, так, чтобы отогнать плохие мысли. Прекрасно помню, что он говорил про хаос. Да, размножаются они иным способом. Неужели он до сих пор корит себя? Я сделала свой выбор, как и он. Мы вместе преодолеем это.

– Это не та девочка, – произнесла я.

– Что?

Я отстранилась.

– Ринелия – не та девочка, которую я видела во сне. Нам надо к дриадам.

Глава 4

Портал Шейдран открыл на окраине поселения дриад. Дерево, в котором жила Филира, находилось в получасе ходьбы по территории вечнозелёного Живого леса. Мне хотелось немного пройтись, ведь я здесь не была, да и невежливо незваным гостям появляться прямо в доме хозяйки.

Климат разительно отличался от условий в центре королевства Стихий. Если в столице только начинали распускаться молоденькие листочки, то лес дриад уже вовсю радовал свежей травкой, пением птиц и насыщенным цветочным ароматом.

Насколько я помню, через месяц начало фестиваля. Мужское население хлынет сюда потоком.

Мы проходили меж деревьев по извилистой тропинке. Мой любопытный взгляд натыкался на таких же не в меру любознательных юных девочек. Младшие дриады прятались за стволами деревьев, а когда мы проходили мимо, преследовали нас по пятам. Стоило мне обернуться, как девочки с визгом прятались. Это начало напоминать игру. Местная фауна совершенно не боялась чужих. Внаглую, поперёк тропы, перед нами прошла мантикора с котятами, лениво размахивая ядовитым хвостом. Птицы, не стесняясь, садились на плечи, выискивая в волосах съедобное, но у меня, в отличие от дриад, не было цветов, коры или насекомых, поэтому они разочарованно чирикали и улетали в поисках чего-нибудь поинтересней. Но больше меня удивили сами дриады: ни одной взрослой особи мы ещё не встретили.

– Они знают, что мы здесь? – тихо спросила у мужа, оглядываясь по сторонам. – Я чувствую себя воришкой, который идёт к сокровищнице, но не подозревает, что уже в пищеводе дракона.

На моё высказывание Шейдран фыркнул.

– Филире уже сообщили, не переживай, – сказал он, в отличие от меня, не проявляя оживлённого любопытства. – Вести здесь разлетаются очень быстро. Буквально с порывом ветра.

– Часто бывал здесь? – как бы я ни старалась, ревности в тоне не скрыла. Ясное дело, зачем сюда мужики толпами ходят.

Красные глаза сверкнули в полумраке насыщенного леса.

– Бывал, – с нажимом проговорил хаосник, намекая на то, что всё в прошлом.

Среди тонких стволов деревьев я наконец заметила взрослое население. Дриады одежду не носили в принципе, все интересные места прикрывали длинными зелёными волосами или цветочными ожерельями. Все тоненькие, красивые, без изъянов.

– И как часто? – чересчур резко бросила я, глядя на этих полуголых девиц. Мужчин даже не смущала их светло-зелёная или оливковая кожа. – Когда в последний раз?

Я всё больше заводилась, глядя на весёлую ухмылку Шейдрана. Чего он такой довольный? Знакомую встретил?

– В последний раз он мало походил на живого, – ответил мне женский голос.

Впереди нас, перегородив дорогу, стояла знакомая мне дриада. Её тело, словно ствол дерева, оплёл плющ, скрывая все прелести листьями и стебельками. В распущенных длинных волосах росли цветы, виднелись остатки мха и копошились птицы.

– Твой возлюбленный никогда не променяет тебя на другую женщину, а что было в прошлом, должно оставаться там же.

Я потупилась. Она права. Завелась, глядя на этих девиц. Ведь прекрасно знаю, что вампиры – единственная раса, которая может похвастаться отсутствием измен в отношениях. В то же время Шейдран полноценным вампиром не считался, поэтому моя ревность проснулась. Что ж, отчитали меня, как девчонку. Даже стыдно стало, но я тут же подобралась, вспоминая о собственном статусе.

– Здравствуй, Филира, прости, что не предупредила о своём приходе. Я бы хотела поговорить с тобой, – быстро протараторила я.

Дриада, дочь Флоры, кивнула мне и молча указала следовать за ней. Окружавшие нас жители растворились в чаще леса, возвращаясь к своим делам.

Идти нам предстояло недалеко. Буквально через пару поворотов плотность деревьев уменьшилась, и мы вышли на открытую поляну, залитую яркими лучами каро. Я ахнула. В центре росло знакомое мне дерево из сна, но шла я к нему не в воде, среди трупов и оторванных конечностей, а по разноцветным цветам. Пёстрый благоухающий ковёр расходился под ногами дриады, давая нам пройти, не наступая на эту красоту. Пройдя немного, я испуганно остановилась. Из-под ног выпрыгнула какая-то живность. До меня только что дошло: где ароматные цветочки, там же и мерзкие насекомые. По коже прокатился озноб. Я вздрогнула, когда на мои плечи опустились руки.

– Не бойся, глупышка, они тебя не тронут, – понимающе усмехнулся Шейдран. Успокаивающе погладил по щеке и чмокнул туда же. Я расслабилась от его ласки, позволяя вести себя дальше за руку. Но теперь впереди шёл он, разгоняя насекомых.

Филира остановилась перед необъятным стволом, провела рукой с активированной магией. Арка рун вспыхнула, обрамляя узор двери, и там неспешно открылась. Дриада отошла в сторону, позволяя гостям переступить порог её жилища.

Внутри ствола было кругло и сумрачно. Полом служило переплетение множества корней. Я внимательно смотрела, куда ставлю ногу, чтобы не угодить в яму. Стены представляли собой обратную сторону коры, мягкую и светлую, хорошо, что без жучков и паучков.

Посмотрела наверх и обомлела. Никогда такого не видела. По конусообразному потолку текла магия. Тонкие зелёные ниточки излучали матовое свечение, добавляя помещению света. Поскольку был день, лучики каро активно проникали внутрь через щёлочки в коре.

Убранство жилища королевы-дриады было скромным. Двуспальная кровать, скрытая от посторонних глаз за лианами, пеньки в виде кресел с мягкой подстилкой из мха, массивный стол и парочка комодов. Неизвестно для чего предназначенных. Вряд ли для платьев. На фоне дерева и листвы выделялись каменные тарелки с местными фруктами. Филира взяла кувшин и разлила красный напиток на три персоны, вручила нам бокалы, жестом приглашая сесть в кресла.

Я, прежде чем выпить предложенное, понюхала. Привычка, оставшаяся после случайного отравления на острове вампиров. Юви и её огненная бруса вбили в мою голову, что нужно быть всегда начеку. В нос ударил аромат ягод, трав и сладковатый запах цветов. Обычный компот. Не думаю, что дети леса балуются алкоголем. Хм, с кислинкой.

– Рада видеть в твоих глазах любовь и жажду жизни, – первой заговорила Филира, но обращалась она не ко мне. – Твои глаза больше не затуманивает пелена боли. Смерть покинула тебя.

– Я благодарен вам за то, что дали мне ещё несколько дней жизни, – Шейдран приложил руку к сердцу и почтительно поклонился. – Это решило мою судьбу.

«Если бы кто-то был менее упрямым, обрёл счастье быстрее», – мстительно подметила я, вспоминая, как хаосник ушёл от меня после побега из замка.

– Ты до сих пор злишься, – констатировала дриада, буравя меня ярким жёлтым взглядом. Надеюсь, она мысли не читает, как вампиры? – Не стоит. На грани жизни и смерти его удерживал лишь один образ. Твой.

– Этого могло и вовсе не случиться, – не смогла промолчать я. В груди водоворотом закручивалась давняя обида. Зачем она это говорит? Мне об этом забыть хотелось. Зачем тревожить старые раны?

– Посмотри на него. Ему тоже больно. Смертные, с какой целью вы несёте эту боль через года? Оставьте обиды позади, иначе будущее останется сокрытым. Стейс, – дриада взяла мою руку и накрыла своей ладонью оливкового цвета. Я кожей ощущала исходящее от неё тепло. Активировалось аклинание. Какое? Какие сюрпризы таит мать-древо? – Никогда не сомневайся в нём. Он единственный, кто желает тебе только добра и счастья, и только он сможет тебе их дать.

Я коротко кивнула. Знаю. Филира переключилась на Шейдрана, взяв его правую руку.

– Ты слишком много на себя берёшь, друг мой. Как бы ты ни старался накрыть её куполом, она вырвется. Её душа подобна вьюге, чем больше ты будешь ограждать её, тем больнее придётся тебе.

Мать- дриада соединила наши руки, и мы невольно переплели пальцы. Стихия природы потускнела, и дриада отстранилась. Мы смотрели друг на друга одинаково виновато, но с любовью и нежностью. Она права. Почему я продолжаю злиться на него? Этот червяк сидит во мне и жрёт меня же. У меня нет от него тайн и секретов, но иногда я не знаю, что у него в голове. И чувствую себя из- за этого гадко. Словно обвиняю в чём-то. Зачем? Ведь этот год с ним прошёл в небывалой для меня лёгкости, спокойствии, а главное, безопасности.

Промочив горло, Филира уставилась на нас в ожидании. У каждого были вопросы, но они были подобны рою. Кружили, жужжали, но поодиночке вылетать не желали.

– Зачем вы пришли ко мне, дети? – спросила дриада, как- то по-доброму смеясь над нами.

Я уселась поровнее, будто бы стряхивая дрёму. Мысли приобрели ясность. Действительно, это я пришла поговорить и спросить, а не она. У меня вырвался нервный смешок. Филира, случайно, местным врачевателем душ не подрабатывает?

– Мать древа, – с почтением обратилась к ней, – недавно я видела сон, и в нём было твоё дерево. Оно было живым и зелёным, но под ним лежал свёрток с ребёнком. Девочкой. А потом, – я сглотнула. Слишком ярко всплыли воспоминания о кровавом озере, – кровь. Много, очень много, в ней плавали трупы. Не могу по ним определить, к какой расе принадлежали. Возможно, это предупреждение об опасности, и я решила сказать тебе об этом лично.

– Твоё беспокойство о нас, Верховная, делает меня счастливой, – мягко улыбнулась дриада, не показывая зубы, – но можешь не волноваться. Для нас нет опасности. Можешь описать чувства при виде ребёнка?

– Чувства? – удивилась я вопросу. – Эм-м… Шок, неверие в происходящее. Мне хотелось помочь ей, защитить ото всего, что было вокруг.

– Ты испытаешь те же чувства, когда увидишь малютку, – загадочно произнесла Филира. – Не волнуйся, не перепутаешь.

– Меня больше беспокоят трупы, – поморщилась я.

– Понимаю, – кивнула дриада, – смерть многих волнует. За всё надо платить.

– В смысле? – встрял Шейдран, напрягаясь. – Кому конкретно?

Дриада услышала его вопрос, но не ответила. На её лице заиграла таинственная улыбка.

– Одна жизнь ребёнка – это десятки смертей? – поразилась я. – Не слишком равноценно.

– Вы видите одну жизнь, но она тянет за собой десятки, сотни и даже тысячи других. Эта девочка тянет за собой расу. Этот мир потеряет гораздо меньше, чем приобретёт.

– Не уверена, что это правильно.

Шейдран взял мою руку и сжал. Он всегда чувствовал и знал, когда мне нужна поддержка.

– Всё будет хорошо, – поцеловал кончики моих пальцев. – Я рядом.

Я улыбнулась ему, но улыбка вышла жалкой и немного грустной.

– Выбор дан не тебе, – пригрозила пальчиком Филира. – Тебе, Верховная, нужно сгладить последствия.

Ещё лучше. Разгребать за кем- то проблемы – не самая радужная перспектива. А если созданные кем-то неприятности окажутся непреодолимыми? Может, лучше всё- таки убрать того, кто их сотворит? Здесь я хотела найти ответы, а получила вопросы и догадки. Только запуталась ещё больше. Мне не нравилось, что сны меня предупреждают, но я не в силах ничего сделать. Плыву по течению и, как ни стараюсь, не могу зацепиться за спасительную ветку.

– Шейдран! – внезапно воскликнула дриада, хлопнув в ладоши.

Мы одновременно вздрогнули от неожиданного звука и перемены настроения у матери-древа.

– У меня к тебе просьба, – решительно заявила она, вставая. – В прошлый раз ты валялся без сознания, поэтому помоги нам сейчас.

– Помочь? Чем? – изумился хаосник.

– У нас проблемы с древоедками. На участке Холии эта паразитка погубила уже двадцать молодых побегов. Уничтожь её.

– Древоедка? Это же насекомое. Прикажи им, – Шейдран не понимал, почему он должен куда- то идти и оставлять меня. Да и я просьбой дриады была крайне удивлена.

– А я не могу, – возмутилась Филира, раскинув в стороны свои гибкие руки. – Они пропитались какой-то дрянью и едят дома моих сестёр. Давай- давай, вставай, – дриада настойчиво толкала хаосника за порог жилища. – Не бойся за супругу, я её не обижу. Клянусь, даже не выпущу за пределы древа.

– Хорошо, сейчас отправлюсь, – сдался Шейдран.

Филира потеряла бдительность, и хаосник выскользнул из её пут. Подошёл ко мне, поцеловал в губы и незаметно прошептал на ухо:

– Проколи палец, и я сразу же вернусь.

– Знаю, – едва слышно выдохнула я.

Дриада выпустила Шейдрана на цветущую поляну и закрыла за ним дыру в стене. В щелях коры я увидела, как вспыхнул оранжевый портал и с треском закрылся. Что-то мне подсказывало, что моего мужа отправили восвояси не случайно. Довольная Филира вернулась к столу, наливая вторую порцию местного компота.

– Может, нужна моя помощь? – поинтересовалась я.

Дриада небрежно махнула рукой.

– Взрослый мальчик, сам справится. Как раз изведёт проклятие.

– Проклятие? Как? Здесь были аскары? – напряглась я и интуитивно наклонилась ближе к собеседнице.

– Давно я их уже не видела, – призналась она, что вызвало вздох разочарования с моей стороны. – Это заблудший лич принёс. Мёртвым нет до нас дела, мы их не боимся, но то, что они так пакостят… Впервые вижу такое.

Я нахмурилась. Уже не в первый раз слышу о странном поведении мёртвых. Тёмные сменили тактику? Возможно ли, что решили выйти к нам через Живой лес? Самих-то дриад не трогают, но на что только не пойдут ради победы. Аскары сейчас напоминали отчаянного, раненого зверя, который действует непредсказуемо, и от этого страшнее. Ведь им уже нечего терять.

– Не изводи себя тягостными мыслями, – вывела меня из раздумий Филира.

– Благосостояние найлаарцев – мой долг. Я должна предугадать планы врага, чтобы минимизировать потери.

– Останьтесь на ночь, – резко сменила тему дриада. – День следующий мудрее предыдущего. Завтра вернётесь к делам.

Я была озадачена такой просьбой, но из вежливости согласилась. Спешного возвращения во дворец не требовалось. Скоро начнут прибывать правители. Слуги подготовят им комнаты и без моего участия, а подчинённые в случае чего встретят и расскажут о распорядке.

– Я хочу сделать тебе подарок.

Филира подошла к комоду. Провела рукой – и ящик выдвинулся сам. Щёлкнула пальцами – и сверху спикировало несколько птиц. Они нырнули в ящик и подхватили ткань, полностью вытаскивая её наружу. Передо мной зависло удивительной красоты платье. Лепестки сиренево-розовых цветов были сшиты между собой тонкой зелёной нитью. Раскрывшиеся бутоны украшали лиф наряда и спускались по шлейфу.

– Примерь, – мягко улыбнулась дриада.

Не видела причин для отказа. Оно было без бретелек, облегающее, очень лёгкое и – ароматное. В ноздри так и проникал сладковатый запах цветов. Я покрутилась: юбка расходилась почти до бёдер с двух сторон.

Филира достала из ящика парочку бело- фиолетовых цветов в тон платью. Предложила мне присесть.

– Образу не хватает пары штрихов.

Дриада убрала шпильки из моих волос, и они пышными локонами упали на плечи. Филира расчёсывала их, закалывала, массировала мне голову. Эти действия одурманивали, меня всё больше клонило в сон. Веки сами собой отяжелели. Я пару раз зевнула, прикрываясь ладошкой. Цветки вплели мне в волосы. Филира, занимаясь делом, напевала себе под нос неторопливую мелодию. Это стало последней каплей. Я чуть носом не приложилась о стол, но меня подхватили руки-лианы и понесли. Бережно уложили на кровать с мягким мхом, поцеловали в лоб и тихой походкой удалились из древа.

Ледяной цветок распустился в груди, проникая своими иглами во все части тела. Я села, сбрасывая с себя усыпляющее заклинание. Так. Очень интересно. Зачем королеве дриад меня насильно усыплять? Нужно ли ждать кого-то в гости? Живой лес всегда был нейтральной территорией, хотя соглашение о вступлении в Светлый альянс было подписано через сто лет после объявления войны. Древесным девам надоело с нами возиться, как и русалам? Что им предложили тёмные за меня без сознания? М? Да ещё Шейдрана отослала подальше. Явно что- то нечисто! Злость наполняла меня, и я принялась ждать. Ох, не повезёт тому, кто ощутит мой гнев.

Через полчаса ожидания я раздражённо ходила по древу кругами. Где демоны носят моих врагов и недоброжелателей? Они безбожно опаздывали. Вызывать Шейдрана я пока не собиралась, скоро, думаю, и сам явится. За него я совершенно не переживала. Его такие заклинания не берут. Он вечно ходит под аурой рассеивателя. Не забыли же они обо мне, в конце концов? В отместку я съела все фрукты и выпила компот. А что? Пленников кормить надо.

Треск портала внутри древа показался спасительным. Шейдран вышел из оранжевого водоворота и удивлённо замер.

– Ты представляешь, она усыпила меня? – возмутилась я, вскочив со стула и направляясь к нему. – Только причины я не поняла. Шейд? Всё хорошо?

По мере приближения я видела, как у него расширяются зрачки и учащается дыхание. Мой муж раздевал меня взглядом, откровенно пялясь в углублённый разрез платья. Меня силой прижали к себе, к напряжённому мужскому телу. Я почувствовала, как его рука соскользнула по корсету вниз и сжала мои ягодицы, а после бесстыдно проникла в слишком длинный разрез цветочного платья. Учитывая, что нижнего белья на мне не было, я вздрогнула от настолько чувствительного прикосновения.

– Шейд, – попыталась возмутиться, ощущая наплыв жара.

Меня резко подхватили на руки и понесли к ложу. Тело мужа буквально придавило меня к кровати. Только хотела возмутиться, как подарили поцелуй, наполненный страстью и вытесняющий все разумные мысли. Он что там, на полуголых девиц насмотрелся и ко мне прибежал? Сейчас в отместку Филире кровать испортим за то, что заперла меня.

– Ты знаешь, что это за цветы? – услышала над ухом хриплый голос. Его горячие дыхание, как и поцелуи, обжигали шею. – Нет? Это сильный стимулятор.

– Стимулятор чего? – спросила я, помогая ему избавиться от одежды.

Мне-то и раздеваться не нужно – настолько всё открыто. Только юбку задрать.

– Травники между собой эти цветы называют «мужское влечение», и я не остановлюсь, пока не закончатся силы.

Мы оба погрузились в бездну страсти, желания и жара. Сразу потерялись все вопросы: зачем так поступила дриада и зачем ей это нужно? Неважно, сейчас всё неважно. Только он и я. Лёжа на спине, заметила, что нити стихий перенаправили магию. Теперь она медленно спускалась к ложу.

Не знаю, сколько продолжалась эта пытка страстью, но, когда мы, обессиленные, рухнули рядом, была уже глубокая ночь. Шейдран уснул сразу же, а я пыталась бороться со сном. Рассматривала потоки магии, все ожидая, когда вернётся Филира, но под нежным ароматом цветов и мерным мерцанием тоже уснула.

***

– Мне неловко, – призналась я, разглядывая порванное платье, подаренной мне дриадой. Наутро сказка кончилась, и лепестки рассыпались прямо на мне. Пришлось надевать свой костюм. Учитывая, что здесь не было ванной комнаты, ощущение дискомфорта не покидало.

– Почему? – раздалось ленивое с кровати.

Муж после бурно проведённого времени вставать категорически отказывался. Он не открыл глаза, даже когда настойчивый лучик каро проник сквозь щёлочку коры.

– Мы пришли в гости, заняли чужую кровать, – и уже тише проговорила, – и не просто спали.

– Филира прекрасно знает, что это были за цветы, и какие последствия могут быть.

– А усыплять меня было зачем? – не понимала я.

– Действие колыбельной – час от силы, видимо, хотела тебе время сократить до моего прихода.

– Твоего ли? – мрачно предположила я.

– К древу никто больше не подходил, – уверенно сказал Шейдран и зевнул. Ему бы ещё поспать.

– От этого визита у меня больше вопросов, чем ответов, – фыркнула я, осматривая предполагаемую дверь. Провела пальцем по коре, узор не проявился, но посадила колючую занозу. Пришлось замораживать палец и вытаскивать острый и тонкий шип. – Что ты знаешь о стихии природы?

– Слабая, – коротко отозвался хаосник.

– Тебе любая стихия слабая, – хихикнула и подошла к нему, оставив попытки исследовать древо. – Меня интересуют особенности. Они есть у каждой.

– Знаю, что мать древа специализируется на жизни. Не на воскрешении, но на её стабилизации, поддержании. Филира тебе говорила, она отсрочила смерть, держа меня на грани.