Карма в кармане. Как скрытые законы, которым 2500 лет, управляют вашей жизнью, деньгами и карьерой – а вы этого даже не замечали

Что это показывает?

Что предсмертная карма – это не просто итог, это точка выбора, даже если он происходит уже почти без слов. Это момент, в котором собраны все тенденции ума: куда он склонен – туда и потечёт.

Но не стоит питать иллюзий. Контролировать ум в момент смерти чрезвычайно трудно. Если человек умирает в страхе, боли, неведении – он умирает с умом, искажённым отвращением, жадностью или заблуждением. Если он всю жизнь не практиковал наблюдение за сознанием, не учился различать свои состояния, не развивал мудрое внимание, то в момент смерти он будет не готов.

Па-Аук Тоя Саядо пишет:

Если кто-то умирает с сознанием, укоренённым в отвращении, он переродится в мире духов, животных или в аду.18

Это жёстко. Но это не догма – это наблюдение за законом ума. Это итог всей жизни, выраженный в одной вспышке. Если ум в этот момент ясен, устойчив и исполнен доброжелательности – даже если жизнь была неидеальной, – это может стать сильной кармой. Но если ум в смятении, страхе, привязанности – даже при внешне достойной жизни, – это может стать причиной страдания. Только не обманывайте себя. Если вы всю жизнь лгали, избегали ответственности, сеяли замешательство и разрушали – не думайте, что в момент смерти вдруг сосредоточитесь, напряжётесь и войдёте в медитацию. Так не работает.

Поэтому в традиции стало обычным делом помогать умирающему вспомнить свои добрые поступки, те моменты, когда он помогал, любил, созерцал, служил. Это не ритуал. Это помощь уму в самый важный момент. Это приглашение вспомнить, что в нас было подлинного, – и в этом умереть.

Надеюсь, я вас не слишком напугал. И вы не решите на этом месте закрыть книгу и забыть про всё, что прочитали. Наоборот, пусть это станет напоминанием:

пока живы, вы свободны менять направление. И именно для этого мы продолжаем.

Вместо вывода: вы теперь знаете больше, чем большинство

Итак, теперь есть достаточно цельная картина.

Карма – это не возмездие, не мистика, не судьба, а состояние ума, запечатлённое в действии. Это воля, ставшая следом. Это причина, которая формирует ваше восприятие, характер, поведение и – в конечном счёте – судьбу.

Карма бывает благой, неблагой и нейтральной, в зависимости от мотивации, с которой совершается действие. Она совершается при наличии намерения. Не измеряется внешним результатом, а определяется качеством ума в момент действия. Один и тот же поступок может стать разной кармой – в зависимости от того, с каким намерением был совершён.

Карма объясняет различия между судьбами не как несправедливость, а как последствия действий, совершённых в прошлом. Она не возвращает события. Она возвращает состояния. Щедрость – это не про деньги. Это про формирование ума, способного видеть достаток. Гнев – это не про конфликт. Это про порождение ума, которому враждебен весь мир.

Вы узнали, что кармы имеют разную силу: одни поступки легки и быстро забываются, а другие меняют всю траекторию жизни. Вы увидели, что кармы могут преобладать друг над другом, как круги на воде, которые пересекаются, расходятся, сталкиваются.

Вы познакомились с тремя ключевыми категориями, которые особенно важны для понимания действия кармы в реальной жизни:

– весомая карма – действия исключительной силы, радикально меняющие направление;

– привычная карма – действия, повторяемые снова и снова, которые формируют саму структуру ума;

– предсмертная карма – момент истины, когда ум подводит итог всей жизни.

И теперь, прочитав всё это, вы знаете больше, чем 95% тех, кто использует слово «‎карма»‎ – в соцсетях, мотивационных роликах, на футболках и даже в книгах.

Но это не повод для гордости. Это приглашение к практике. Потому что карма не тема для разговоров. Карма – это способ жить. Продолжим.

Глава 4. Как устроен человек и при чём здесь карма

Где живет карма? Возможно, у вас уже возникал этот вопрос. Если карма – это отпечаток действия, то где он сохраняется? Куда попадает то, что мы совершаем с намерением? В чём именно продолжается влияние наших поступков – через дни, годы, иногда целые жизни?

До этого момента я говорил о карме как о действии: о том, что она начинается с намерения, что сила поступка зависит от осознанности, мотива, завершённости и отношения к результату. Я показал, что карма – это не воздаяние, а причина. Что она возникает не снаружи, а изнутри. Что она не возвращается буквально, а формирует опыт – через состояния ума, восприятие, обстоятельства.

Но теперь задам более тонкий вопрос. Если карма – это причина, то в чём она причинно действует? Если она формирует опыт – что именно формируется? Как устроено то, что воспринимает, чувствует, выбирает, реагирует?

Эта глава – переход. Переход от действия – к носителю действия. От поступка – к тому, в ком он оставляет след. Возможно, это будет самая трудная часть всей книги. Но без неё всё остальное останется неполным. Потому что, не зная, как устроен человек, невозможно по-настоящему понять, как действует карма.

Я не буду просить вас верить на слово. Просто предложу вам посмотреть внимательнее на то, из чего состоит личный опыт. Что мы переживаем как «себя»? Что в нас движется, меняется, накапливает, вспыхивает, исчезает?

В этой главе расскажу о том, что в буддийской традиции называется индивидуальным потоком, и о пяти составляющих этого потока, которые определяют весь наш опыт. Это шаг вглубь. Если вы были готовы видеть в карме не мистику, а закон, то теперь я приглашаю вас увидеть и самого себя – не как нечто фиксированное, а как структуру, в которой всё живёт, движется и отзывается.

Мы подошли к границе. И если вы почувствовали вызов – это хорошо. Потому что с этого места начинается не объяснение, а прямое наблюдение. Именно отсюда можно по-настоящему понять: что во мне действует? Что во мне страдает? И кто способен выбрать иначе?

Поток, в котором не сидит никто

Чтобы понять, как действует карма, нужно понять, что собой представляет человек как носитель опыта.

Буддизм отвечает на этот вопрос иначе, чем большинство традиций. Он не начинает с мифа о создании, не строит гипотез о душе, не вводит трансцендентное «я», которое держит всё вместе. Он делает нечто иное – всматривается в саму жизнь. Прямо. Сейчас. Без умозрительных допущений. Без обращения к первопричине. С одного-единственного вопроса: «Что есть?»

И если смотреть честно, то перед нами – поток. Поток ощущений, мыслей, воспоминаний, образов, чувств. Поток вкусов, запахов, желаний, тревог. Иногда яркий, иногда тусклый. Иногда осознанный, чаще – нет. Это то, что мы называем собой. Это то, что переживаем каждое мгновение. Вот я слышу звук, и уже в следующее мгновение он исчезает. Вот я чувствую прикосновение, и оно уходит. Вот я помню, что было вчера, и в этом же уме уже присутствует тревога о завтрашнем. Но если присмотреться – всё меняется. Всё скользит. И всё же есть непрерывность.

Буддизм предлагает не отвергать это, а наблюдать. Он говорит: «Да, всё, что вы называете собой, – это не единая вещь. Это процесс. Это то, что движется. Это поток».

Мне близка метафора, предложенная российским буддологом Розенбергом:

человек – это ткань, сотканная на отрезке бесконечной нити:

Каждая личность со всем тем, что она есть и мыслит, со всем ее внутренним и внешним миром есть не что иное, как временное сочетание безначальных и бесконечных составных частей, как бы лента, сотканная на известном протяжении безначальных и бесконечных нитей. Когда наступает то, что мы называем смертью, ткань с определенным узором как бы распутывается, но те же самые необрывающиеся нити соединяются вновь, из них составляется новая лента с новым узором. Бесчисленные нити, из которых соткана данная личность, составляют как бы пучок ниток, как бы ту «основу» ткани, те продольные нити, которые в ткани соединяются то в тот, то в другой узор; ни одна нить не может войти в другую основу, в чужую личность, которая есть такое же обособленное сочетание нитей.

Таким образом, единичная какая-нибудь личность, которая живет вот теперь в таких-то жизненных условиях, называет себя так-то, это, в сущности, временная узорчатая лента из основных нитей.19

Именно карма влияет на то, каким будет следующий узор. В том, как сплетены эти нити, и продолжается влияние того, что было сделано. В том, как сформированы волны этого потока, и проявляется судьба.

Я не утверждаю, что это «так есть» в метафизическом смысле. Лишь предлагаю: посмотрите на себя с этой точки зрения. Не как на «обладателя» кармы. А как на узор, в котором карма – это сила, формирующая структуру.

Поток сознания – это то, что продолжается, но никогда не стоит. Это словосочетание, – поток сознания или или сантана (santāna) – часто переводится как «континуум» или «непрерывность», и оно указывает на нечто весьма необычное: не на объект, а на процесс; не на сущность, а на последовательность. Поток не фиксирован, но и не случаен. Он не имеет постоянного ядра, но сохраняет узнаваемость. Именно в этом парадоксе – в изменчивой, но упорядоченной непрерывности – и пребывает то, что мы в обыденной речи называем «я».

Сознание не возникает из ничего и не исчезает в никуда. Оно подобно пламени, которое передаётся от одной свечи к другой: огонь уже не тот, но его свет и тепло – продолжение предыдущего. Буддийская мысль говорит: то, что продолжается, не субстанция, а причинность. Поток сознания – это не то, что существует, а то, что становится. Это причинная линия, в которой каждая мысль, каждое ощущение, каждое побуждение становится условием следующего.

Santāna – это именно такая линия. Лента. Волна. Ткань из нитей. Она не имеет начала, потому что любое состояние ума обусловлено предыдущим. И она не имеет конечной формы, потому что изменяется ежемгновенно. И всё же она узнаваема. Именно благодаря этому мы можем говорить: «это мой путь», «моя история», «моя жизнь».

Карма не живёт в сердце, не записывается в мозге, не переносится как груз. Согласно буддизму, карма вплетается в этот поток – не как воспоминание, не как запись, а как тенденция, направление, склонность. Карма влияет не на нечто «вне потока», а на сам характер его движения: какие мысли будут приходить чаще, какие чувства будут доминировать, на что будет настроено внимание, каковы будут первые реакции и устойчивые паттерны.

Континуум это не контейнер. Это не место, куда «падает» карма. Это структура перехода, в которой карма всегда уже есть как сила формирования следующего момента. И в этом смысле индивидуальный поток – не просто носитель, а форма существования последствий. То, как он течёт, и есть форма действия кармы.

Мы не можем сказать, что этот поток принадлежит кому-то. Но он – уникален. Его можно назвать индивидуальным не потому, что в нём есть «я», а потому, что его конфигурация неповторима. Это твоя скорость, твоя интонация ума, твои предпочтения, твои внутренние перекосы и прозрения. Это не субъект, но – линия, вдоль которой просыпается субъектность. Это не «носитель сознания», но сама форма разворачивания ума.

Я не привожу психологическую метафору – это основа буддийского учения. И с него начинается разбор того, из чего состоит личный поток. Ведь чтобы понять, куда попадает карма, мне нужно теперь показать, что именно в нас её несёт. Об этом – далее. И да, я прекрасно понимаю, что осмыслить и понять всё это не просто, но искренне верю в познавательные способности моего читателя.

Пять совокупностей (скандхи): из чего мы состоим

Если внимательно следовать за буддийской мыслью, то в какой-то момент возникает почти детский, но абсолютно честный вопрос: из чего я состою? Если всё – поток, тогда на чём этот поток держится? Из каких элементов он сплетён?

Будда предложил необычайно трезвую и точную схему – пять совокупностей, или пять скандх (pañca-khandhā). Их также называют пять агрегатов. Это не части человека. Это не анатомия и не психология в привычном смысле. Это пять групп явлений, из которых складывается каждый момент нашего опыта.

Их глубинная цель в буддийском учении – не столько описать «устройство человека», сколько указать на отсутствие в нём чего-либо постоянного, неподвижного, заслуживающего называться «я». Через внимательное рассмотрение этих компонентов становится видно: ни один из них не может быть владельцем, ни один не является носителем, ни один не остаётся. Всё – функция, всё – процесс. Всё – непостоянно. В философском смысле это ведёт к прямому выводу об отсутствии сущностного «я». Но мы не будем сейчас углубляться в это рассуждение, хотя оно и напрашивается. А пока сосредоточимся на том, как эти пять совокупностей работают.

– Форма (rūpa) – всё телесное, плотное, всё, что можно почувствовать, увидеть, потрогать. В том числе само тело как объект восприятия.

В буддийском учении совокупность формы – это не форма в смысле внешнего очертания. Это материальность как таковая, основа плотного, воспринимаемого, осязаемого, но не обладающая собственной сущностью.

Рупа – это не то, что есть «вне нас», как некий мир объектов. Это совокупность материальных процессов, проявляющихся в восприятии. В учении Будды всё материальное складывается из четырёх великих элементов (махабхута). Это не материальные субстанции, а качества опыта: элемент земли мы ощущаем как плотность, воды – как текучесть, огня – как жар, воздуха – как движение. И это не то же самое, что стихии. Эти элементы не существуют отдельно. В любой мельчайшей частице материи присутствуют все четыре. Но вот что особенно важно: то, что мы видим, слышим, обоняем, вкушаем, осязаем – всё это тоже рупа. Рупа – это не внешний мир, а воспринятая материальность. Это то, что появляется в контакте чувств с объектом.

Когда говорю «Я вижу человека», в действительности мой глаз видит не «человека», а цветовые пятна. «Человек» – это уже продукт ума.

Когда слышу звук машины, я не слышу «машину», а воспринимаю звук определённой частоты и формы. Всё остальное – что это мотор, что машина движется, что она дорогая или шумная – это работа сознания, восприятия и пр. А сам звук – это рупа.

Когда говорим «Это моё тело», мы указываем на сочетание элементов. Но сами элементы – ничьи. У них нет владельца. Они просто проявляются – в этой конфигурации, в этот момент, в этом опыте.

– Ощущение (vedanā) – приятное, неприятное или нейтральное чувство, которое возникает в ответ на контакт с миром.

Иногда переводят как «чувство», но это может сбивать с толку. В буддийском контексте под ощущением понимается не эмоция в привычном смысле, а немедленная реакция сознания на контакт. Это ещё не мысль, не суждение и не история – это первичный тон восприятия: приятно, неприятно или нейтрально.

Каждое мгновение, когда мы видим, слышим, прикасаемся, обоняем или даже думаем, происходит контакт – пхасса. И именно этот контакт рождает ощущение – ведану.

Глаз встречает цвет – и возникает ощущение. Ухо встречает звук – и возникает ощущение. Язык касается пищи, кожа соприкасается с поверхностью, ум сталкивается с мыслью – всё это создаёт непрерывный поток ощущений.

Будда классифицирует их просто:

– приятные;

– неприятные;

– нейтральные.

И всё. Всего три вкуса, в которых растворяется вся сложность жизни.

Но не стоит недооценивать простоту этой классификации. Именно ведана становится отправной точкой реакции. Мы чувствуем приятное – и цепляемся. Чувствуем неприятное – и отвергаем. Нейтральное – игнорируем. Из этого автоматического отклика начинает раскручиваться весь цикл желаний, страхов, решений, поступков. Из веданы вырастает цепляние (упадана).

– Восприятие (saññā) – это то, что позволяет нам распознать форму, звук, запах, вкус, прикосновение или мысль.

Услышали звук – и ум мгновенно сигнализирует: «птица», «голос», «сирена». Увидели цветовое пятно – и уже знаем: «дерево», «лицо», «экран». Это не размышление и не суждение – это узнавание, представление.

На лекциях одного из самых именитых буддийских ученых-философов геше Дордже Дамдула этот агрегат переводился как различение. Ум различает звуки, образы, вкусы, формы, идеи. Эти различения происходят мгновенно и беспрестанно. Мы не успеваем их заметить, как не замечаем движения стрелки на часах. Они сливаются в единый поток, из которого собирается опыт.

– Санкхары (saṅkhārā) – ментальные формации, психические обусловленности, волевые импульсы, установки ума.

В каждой из этих попыток перевода – доля правды. Возможно, это одна из самых многозначных и непростых для понимания категорий, особенно если смотреть на неё вне практического контекста.

Я долго размышлял над этим термином. В разной литературе – и у восточных учителей, и у западных толкователей – санкхары (далее в книге я также употребляю санскритский вариант – самскары) описываются по-разному. И я понимаю, почему так: именно здесь проходит граница между восприятием мира и действием.

А значит, именно здесь рождается карма.

Слово состоит из двух частей: сан – вместе, и кара – делать, формировать. То есть санкхары – это «сотворённые вместе», «сформированные усилием» образования. И одновременно – «то, что формирует», «то, что действует». Они – как волны, которые несут импульс дальше по воде. Как внутренняя готовность, превращающаяся в поступок. Но главное – санкхары запускают движение ума. Именно они задают направление, в котором разворачивается поток сознания.

В качестве метафоры я приведу образ бильярдных шаров. Представьте себе игру в бильярд. Кий – это кармический импульс (или санкхара) – ударяет по шару, который символизирует личность, то, что мы называем «я». Этот удар придаёт шару движение, направление, ускорение. Шар катится и сталкивается с другим шаром – словно одна жизнь или одно состояние ума передаёт импульс следующему.

Важно то, что при этом не передаётся сам кий или шар – передаётся энергия, направление движения. Именно эта энергия связывает одно мгновение с другим, одну личность с её кармическим продолжением. И такая передача импульса, этого внутреннего «заряда», происходит каждое мгновение.

Карма вписывается в структуру так называемой личности, как двойное сцепление – с одной стороны, как причина, а с другой – как последствие. И ключевую роль в этом механизме играют санкхары. Именно через санкхары карма оказывается вписанной в поток нашей жизни – не как абстрактная сила, а как живая ткань нашей ментальной активности, из которой постоянно ткутся узоры судьбы.

Именно санкхары оставляют след. Не просто отпечаток воспоминания – а кармический отпечаток. Удар бильярдного шара исчезает, но сила передаётся дальше. Так и санкхара исчезает, но след остаётся – как тенденция, склонность, готовность. Если однажды вы реагировали с раздражением, то, даже не осознавая этого, вы чуть ближе к тому, чтобы сделать это снова. А если один раз сдержались – это тоже формирует новый путь. Отпечаток в уме, невидимый, но действенный.

– Сознание (viññāṇa) – момент осознавания: знание того, что что-то происходит.

Сознание – это не то же самое, что «ум» в привычном нам смысле. В Палийском каноне используются два термина: винняна – сознание и мано – ум, и они обозначают разные процессы.

Сознание не анализирует, не делает выводов, не оценивает – оно просто осознаёт то, что возникает. Например, вы идёте ночью – и вдруг в темноте видите нечто похожее на змею. В уме появляется образ змеи – и сознание познаёт змею. Потом вы посветили фонариком и увидели, что это верёвка. Сознание теперь познаёт верёвку. Это не значит, что сознание сделало вывод или разобралось в ситуации – это сделал ум (мано), который обладает функцией различения. Сознание лишь отражает то, что проявилось. В этом смысле оно нейтрально: оно не знает, что правда, а что иллюзия – оно просто принимает то, что возникло в уме.

Сознание – это не что-то, что «где-то находится». Оно возникает в зависимости от шести основ: глаза, уха, носа, языка, тела и самого ума. Соответственно, существует шесть видов сознания: зрительное, слуховое, обонятельное, вкусовое, тактильное и умственное. Они не возникают все сразу, не существуют одновременно как некий коммутатор – они вспыхивают, исчезают, вспыхивают снова. Если внимательно наблюдать, можно заметить: когда я что-то вижу – в этот момент возникает зрительное сознание, когда я что-то слышу – слуховое. Эти сознания сменяют друг друга с невероятной скоростью, как кадры в кино.

Скандхи как колесо опыта

Если вы дочитали до этого места – это уже многое говорит о вашем уме. Вы сейчас двигаетесь по очень тонкой и непростой карте, которую Будда оставил не как гипотезу, а как результат собственного глубокого наблюдения за реальностью. Он не придумал скандхи – он увидел их в медитативном опыте, и передал нам структуру, через которую можно распознать, как именно возникает «я».

Можно сказать, что эти пять совокупностей – как пять спиц у колеса. Каждая из них держится на остальных. И всё колесо нашего опыта вращается только потому, что они работают вместе: форма, ощущение, восприятие, ментальные формации и сознание. Уберите одну – и всё разрушится. Это не анатомия души, не схема «внутреннего мира», а описание того, как из моментов складывается реальность, как из процессов возникает видимость личности.

И если вы начали замечать, что это колесо не имеет центра, что в нём нет внутреннего владельца, который всем управляет, вы уже смотрите в ту сторону, в которую указывал Будда. Удивительно, но именно в этом анализе можно начать ощущать свободу. Когда видишь, как всё собирается, перестаёшь цепляться за то, что якобы «постоянно». Возникает лёгкость.

«Как если бы зрячий человек наблюдал многочисленные пузыри на Ганге, по мере того как они проплывают; и он бы внимательно наблюдал за ними и изучал их. И после внимательного изучения он бы увидел, что они представляются ему пустыми, нереальными, бессубстанциональными…», – так в первоисточниках описывается опыт созерцания этих пяти групп.

Сейчас вы только прикоснулись к этой схеме. Но даже это прикосновение – уже шаг к прояснению. Внимательный человек сможет в своём собственном опыте увидеть, как из мгновений и реакций складывается то, что мы привыкли называть «я». И в каждом из этих элементов уже видно непостоянство, уже слышен отголосок пустоты. Я сам в личной практике и опыте ретритов прикасался к этому пониманию и могу сказать: то, что здесь описано, действительно можно увидеть. Не обязательно всё сразу. Но шаг за шагом – возможно.

Один из таких моментов случился со мной на ретрите медитации, где мы практиковали по восемь и более часов в день. Это был, кажется, пятый или шестой день – время, когда уже замирают мысли, но внутреннее наблюдение становится обострённым до предела. Утро было прохладным, тишина зала звенела, как струна. И вот – прямо в одной из сессий, без предупреждения – будто что-то щёлкнуло. Ум стал прозрачным, как чистое стекло. Мысли, обычно сливающиеся в фоновый шум, теперь возникали и исчезали так отчётливо, что казались вспышками света. Они рождались – и гасли. И я ясно видел это: не я думаю – мышление происходит.

За этим открылись ощущения. Волны жара, лёгкие покалывания, импульсы боли – всё текло и менялось с потрясающей скоростью. Казалось, что даже плотность тела – это не нечто стабильное, а пульсация, сжатие и расширение, волна, которую раньше не замечал. Я обнаружил, что восприятие формы, звук, запах, сознание самого звука и формы сменяют друг друга с такой скоростью, что создают иллюзию «непрерывного я».

Но это было не «я». Это был поток. Живой, чуждый контролю, но изнутри узнаваемый – как ткань, в которую вплетены кармические нити. Ни одна мысль не была мною запущена. Ни одно ощущение не вызвано волей. Всё просто происходило – по закону причины и следствия.

Я читал об этом много раз. Я обсуждал это с учителями, размышлял. Но то, что происходит на подушке для медитации, не концепция. Это точка, в которой знание становится непосредственным. Всё тело знает, что такое непостоянство. Вся психика чувствует, что нет никакого обладателя. Это не устрашает – наоборот, приносит неведомое прежде облегчение.

Это опыт, который не требует веры. Только тишины. И решимости смотреть. И если вы дошли до сюда – у вас уже есть достаточно такой решимости.