Совершенные

Чтобы не решать сгоряча я попросила мужчин дать мне время подумать до завтра и вышла из кабинета на ватных ногах.

Ночью я долго ворочалась, глядя в темный потолок. Соседка, Кэти, тихо посапывала на своей кровати. А я думала о дедушке, о его дневнике, об эликсире, который может спасти жизни. И о том, что, кажется, выбора у меня не было. Потому что если я откажусь, то предам не только мистера Андерсона и ректора. Я предам дедушкину мечту. А это невозможно.

И именно поэтому я оказалась сейчас на необитаемом острове, где ранее жило племя Домакко, и моей важной секретной миссией было найти тотем вождя и незаметно от всей группы доставить его к ректору и Джереми Андерсону.

Глава 6

Не теряя времени, мы двинулись вглубь джунглей, туда, где на карте красовался жирный крест.

Жара наступала. Она давила, обволакивала, просачивалась под одежду липкими пальцами. Пить хотелось всё чаще, но мы помнили инструкцию: вода на вес золота. Три глотка за раз, не больше. Первым прополоскать рот, чтобы обмануть организм.

Близняшки Лейла и Кейси щебетали где-то впереди, умудряясь фотографировать друг друга на каждом шагу. Для соцсетей, наверное. Зак, низкий пухловатый парень в очках, тащил на себе профессиональный фотоаппарат и огромный рюкзак, но не жаловался, только пыхтел и вытирал пот со лба.

Я тоже достала телефон, сделав пару кадров.

Как только мы ступили на остров, меня не покидало странное ощущение: за нами кто-то наблюдает. Взгляд был не враждебный, но тяжелый, словно сама земля следила за чужаками. Мне стало неловко перед островом за всю эту суету с гаджетами, и я быстро убрала телефон в карман.

Когда мы нырнули под своды джунглей, по группе пронесся облегченный вздох. Высокие пальмы, раскидистые деревья, густая листва – всё это дарило спасительную тень, укрывая от палящего солнца. Воздух здесь был влажным, густым, пахнущим прелой листвой и цветами.

Во главе отряда шел Эрик Браун. За ним стайка девчонок, которые то и дело косились на его широкую спину. Мы с Дариной шли в середине, за нами парни, а замыкали шествие медсестра Марта и Лион. Тропинки не было, но и непроходимых джунглей тоже – пока. Мы шли гуськом, как и договаривались в отеле.

Первый час все были навеселе: болтали, смеялись, шутили, делали селфи на фоне сочной зелени. А потом группа выдохлась, будто выключили рубильник.

Не только сам путь отнимал силы. Сверху до нас доносились странные крики и переливы – птицы или обезьяны? Под ногами что-то шипело и шуршало. Девчонки то и дело оглядывались, отряхивались, словно по ним кто-то полз. Но это были только страхи в нашей голове. Я, к своему удивлению, не боялась. Я восторгалась. Этой мощью, этой древней аурой, которую не встретишь в душном мегаполисе.

Когда мы добрались до места, с картой можно было уже не сверяться. Всё стало очевидно.

Эрик Браун остановился, и группа обтекла его, встав полукругом. Послышались восхищенные вздохи, искренние улыбки. Даже у преподавателя на лице мелькнуло что-то похожее на улыбку. Мистер Суровость улыбается?

Я отогнала ненужные мысли и сосредоточилась.

Перед нами возвышались огромные каменные плиты, метра в пять высотой, плотно обвитые лианами. На них виднелись грубые рисунки – морды диких животных с оскаленными клыками. Земля вокруг тоже была усеяна камнями поменьше. Всё выглядело давно заброшенным, окончательно покоренным джунглями.

Студенты дружно достали телефоны, кроме меня и преподавателя.

Мистер Браун стоял неподвижно, завороженно разглядывая обитель. Казалось, он боялся сделать шаг. Потом присел, погладил камень под ногами, начал осторожно счищать землю и растения, чтобы разглядеть рисунок.

– Студенты, – его голос вырвал нас из оцепенения, – обратите внимание на рисунки. На каждом камне они индивидуальны. Их задача была отпугивать врагов из других племен, а также диких животных.

Одногруппники тут же навели камеры на гравюры. А по моей спине пробежал холодок. Снова этот взгляд. Чужой, пристальный, прямо в спину.

Я резко обернулась. Сзади стоял Зак и фотографировал группу – объектив был направлен на изваяние, не на меня. Просто показалось. Но я привыкла доверять своей интуиции.

– Мисс Мурр, подойдите, пожалуйста. – Обратился ко мне преподаватель

Я мгновенно подчинилась.

– Зафиксируйте время прибытия.

– Уже сделала, мистер Браун.

Он посмотрел на меня с легким удивлением и, кажется, уважением.

– Проконтролируйте, чтобы перед началом исследования сделали фотографии с разных ракурсов, а затем можно приступать. Но сначала – перекус.

Я кивнула. И тут же подал голос Люк:

– Я что-то слышал про еду? Или мне показалось?

– Да, студент Хоуп, – в голосе Брауна мелькнула тень усмешки. – Пятнадцать минут на перекус, потом приступаем.

Девчонки снова зашептались, косясь на преподавателя. Я закатила глаза.

Дарина была занята важной миссией: договаривалась с парнями, чтобы вечером они поставили нашу палатку. Строила глазки, и, кажется, успешно. Кто-то даже поделился с ней сухпайком.

Ко мне подсела Кэти, самая тихая студентка курса.

– Как можно быть таким красивым? – мечтательно протянула она, глядя на мистера Брауна. – Всё в нём такое… загадочное. Вот этот ключик на шее. Ты тоже думаешь, что это символ? Что он ищет свою возлюбленную?

– Кэти! – шикнула я. – Скажи, какая вероятность, что наш… – я понизила голос, – …Индиана Джонс заинтересуется кем-то из нас? Ноль целых, одна сотая процента.

– То есть шансы есть? – в ее глазах загорелась надежда.

Я только пожала плечами и оставила вопрос без ответа. Кэти вздохнула и ушла к другим девчонкам.

Быстро дожевав галету с повидлом, я сделала положенные три глотка воды и пошла объяснять Заку, какие ракурсы нам нужны.

Следующие четыре часа за работой пролетели незаметно. Даже Дарина, вечно следящая за внешностью, самозабвенно ползала на коленях, очищая плиты от растений. Мистер Браун строго наказал работать только кисточками – ни одной лишней царапины на древних камнях не должно быть.

Мы с близняшками и Дином, парнем с внушительными мышцами, обошли плиты с другой стороны. Фиксировали каждую мелочь. Родригес, кудрявый ботаник, изучал растения вокруг – записывал, фотографировал чуть ли не каждую травинку.

Все были заняты. Кроме Марты. Медсестра сидела в тени дерева с глянцевым журналом, видимо берегла силы. Это и была ее работа: быть начеку, чтобы помочь в любой момент.

Даже Лион стоял, скрестив руки на груди, и сканировал местность. Иногда обходил периметр.

К обеду запахло рисом с мясом. Первым к костру потянулся Люк – он вообще успевал везде. Последним подошел Родригес, которого Лейла еле оторвала от очередного цветка.

Подкрепившись, группа снова разошлась по участкам.

А я замешкалась. Мое внимание привлекла вспышка сбоку. Среди широких листьев неподалеку что-то блеснуло. Солнце пробилось сквозь кроны и ярко осветило это место, словно указывая: сюда.

Там может быть тотем. Или эликсир.

Я оглянулась на группу, до меня никому нет дела, все были заняты, и я медленно двинулась в сторону.

Примерно через десять шагов я замерла. Здесь природа была другой. Толстые стволы деревьев, покрытые зеленым мхом, лианы, свисающие до самой земли, папоротники, распустившие листья, словно в приветствии. И звуки… Я только сейчас поняла, что звуков не было. Птицы замолчали. Обезьяны не кричали. Тишина такая густая, ватная, давящая.

В беспокойстве я оглянулась на лагерь, он был в зоне видимости. Всё нормально.

Подойдя к одному из деревьев, провела рукой по мшистой коре. Понюхала папоротник, он пах тропической свежестью.

В тишине я расслышала шорох неподалеку и замерла. Возможно это была птица, а может и обезьяна. А затем я увидела небесно-голубые, огромные, немигающие глаза. А потом и всё тело.

В трех шагах от меня, на широкой ветке, лежал леопард.

Золотая шерсть с черными пятнами сливалась с зеленью, делая его почти невидимым. Он был огромен. Грациозен. Спокоен. И смотрел на меня с таким выражением, будто я была здесь лишней, а он законный хозяин.

Животное не насторожилось. Оно лежало расслабленно, чуть прищурившись, словно наблюдало забавный спектакль.

А я не знала, что делать! Я не готовилась к встрече с опасными животными, и банально не знаю правила поведения с ними. Бежать? Недалеко убегу я от дикой кошки. Стоять? А кто придет на помощь? Залазить на дерево стопроцентно отменяется, ведь эта красивая дикая кошка и так уже лежит на одной из толстых веток. Пока я думала пути отступления, я приняла решение не отводить от леопарда свой взгляд. Страха старалась тоже не показывать, ведь охотники чуют добычу и страх их еще больше притягивает к действиям.

Если честно соображать стало трудно. А руки и ноги и я перестала чувствовать сразу, как только увидела голубые выразительные глаза леопарда. Я не хотела стать его добычей.

– Без паники.– Очень тихо прозвучало прямо за моей спиной. – Софи, не шевелись и не отводи взгляд от него.

Конечно я сразу узнала этот голос. Мистер Браун подходил медленно и очень тихо. От страха я не могла пошевелиться, поэтому его совет дался мне легко.

Спустя несколько минут, а возможно это были всего лишь секунды, леопард лениво поднял свое тело, смотря при этом на мужчину, затем бросил свой небесный взгляд на меня, развернулся и бесшумно спрыгнул с дерева. В этот момент я подумала, что нам обоим конец. А я так и не поцеловала мистера Брауна. Боги, о чем я думаю перед смертью?! Мама, папа, брат – вот о чем надо думать. Самое главное в жизни семья! А у меня глупые фантазии о любви.

– Софи, – тихо позвал меня мистер Браун. Это был первый раз за весь период общения, когда преподаватель обратился ко мне по имени. Возможно это меня и вывело из ступора. Я обернулась и неожиданно для себя заметила, что высокий мужчина стоял очень близко ко мне. – Все хорошо? Ты как?

Я не смогла что-либо ответить, моргнула пару раз и лишь тогда поняла, что слезы покатились по моим щекам.

– Эй, все обошлось. Он не причинил бы тебе вреда. – Успокаивающие слова не сработали на меня. А вот когда горячие руки мистера Брауна легли на мои хрупкие плечи, кажется взбодрило.

Я с трудом доставала макушкой до его подбородка, и чтобы наши взгляды были на одном уровне, мистеру Брауну пришлось немного присесть.

– Конечно, хищному животному в глаза лучше не смотреть – ведь так ты даешь ему понять, что раскрыла его местоположение. Но если бы ты отвела взгляд, то хищник сразу воспринял бы это как сигнал к прыжку. Но ты умница, держалась смело!

– Откуда вы знаете, что не причинил бы вреда?– А если это был самец, то это же еще хуже, самцы по природе агрессивнее.

– Его расслабленная поза говорила сама за себя.

Внимательно и подозрительно долго мистер Браун вглядывлся в глубину моих глаз и все же задал вопрос:

– Ну как, студентка Мур? Все в порядке? – и уголки его губ слегка поднялись вверх. Все-таки он может быть еще прекраснее.

– Если рядом нет еще одной дикой кошки, то можно сказать и так. – И я выдавила улыбку из себя, чтобы не расплакаться. – Вернемся в лагерь?

Сейчас я не обратила внимания на цвет глаз преподавателя, и даже не оцепенела, как это иногда бывает в его присутствии.

Мистер Браун кивнул и уступил мне дорогу, чтобы я шла впереди. И добавил, чтобы я не распространялась об увиденном, дабы не сеять панику среди участников экспедиционной группы.

А я думала, как же теперь спать рядом с хищными животными. Ведь если этот леопард охотился здесь, значит, рядом есть и его сородичи. Но мистер Браун заверил меня, что леопарды не подойдут никогда к огню и толпе людей. Они хищники, и охотятся только за настоящих мясом, а не жалкими людишками. Наверно поэтому по его виду вообще не было видно ни капли страха.

Мистер Браун добавил, чего действительно стоит опасаться, так это змей. Но и тут напомнил, что у нас специальные защитные костюмы от любого укуса животного или насекомого, а также надежные палатки, внутри которых всегда безопасно.

Конечно, все это я знаю, и мы даже проводили испытания на защиту наших предметов. Но согласитесь, зная, что рядом могут бродить хищные животные, становится жутковато.

В следующие наши часы раскопок я то и дело замечала на себе задумчивые взгляды своего преподавателя. Заметив, что я тоже нет-нет да поглядываю на мистера Брауна, он тут же отводил взгляд. Помню, семь секунд, не больше.

Также мой взгляд все время устремлялся в дебри джунглей. Нет ли там леопарда или другой опасности.

До наступления темноты мы успели сложить свои рабочие инструменты на место, разложить палатки и устроится уютно у костра. Прямо как в школьном лагере. По итогу сегодняшнего дня, по моим ощущениям мы ничего грандиозного не нашли. Но по мнению мистера Брауна мы сделали даже больше, чем должны были:

Нашли точное расположение ранее живущего здесь племени.

Очистили зону исследования от лиан.

Под лианами и грязью мы нашли следы рисунков зверей на камнях.

Успели до темноты разложить палатки и приготовить ужин.

Ни разу не заплакать от усталости или страха (тут он слукавил и как-будто специально не посмотрел на меня).

Пока ребята рассказывали страшилки у костра, а наши сопровождающие уже отдыхали в своих палатках, я тоже начала засыпать на ходу.

– Эй, подруга! Ты проспишь все самое интересное! – заявила мне Дарина, легонько толкнув меня своим плечом.

– Самое интересное мы сегодня уже видели, а сейчас я, пожалуй, пойду спать.

Глава 7

Мне снова снился этот сон.

Тот самый, что преследовал меня последние два месяца: джунгли, высокая трава, по которой я двигаюсь медленно, бесшумно, припадая к земле. Я кого-то выслеживаю.

Сон всегда черно-белый, бусто старая кинопленка. Самое странное, что я в нем не жертва, я хищник. Но сегодня я увидела больше, чем обычно.

Я вскарабкалась по мшистому стволу – легко, цекпо, почти без усилий. И у меня определенно были лапы. Вот я затаилась на одной из веток и оглядела небольшую поляну с палатками. Втянула в себя воздух и тщательно присмотрелась к одной из крайних палаток и навострила уши – оттуда доносилось ровное дыхание, спокойное, умиротворяющее. Знакомое дыхание.

Я широко зевнула и улеглась поудобнее на свои черные мягкие лапы. Глаза прикрыла, но уши держала востро. Все под контролем.

И тут я резко проснулась.

Села в спальнике, тяжело дыша. Первым делом уставилась на свои руки – человеческие. Пальцы дрожат, но это руки.

Сон оказался таким реальным, словно это происходило на самом деле. Я дышала учащенно и решила успокоиться, выйдя на свежий воздух.

Как оказалось, время близилось к рассвету. Солнечные лучи уже пробивались сквозь плотные и толстые листья деревьев. В нашем лагере царила сонная тишина, и только непонятные звуки позади меня привлекли внимание.

Я обогнула палатку и аккуратно выглянула из нее. В нескольких метрах от меня, на небольшой полянке, сидел Эрик Браун. Было похоже, что преподаватель медитировал, потому что сидел в позе лотоса с закрытыми глазами. Никогда бы не подумала, что мистер Браун занимается йогой. Ему больше подходило какое-нибудь боевое искусство, но никак не спокойная йога.

Случай позволил мне рассмотреть мистера Эрика Брауна внимательнее, а не мельком, как обычно. Спокойное лицо, но под внешней расслабленностью чувствовалось напряжение. Темные брови слегка нахмурены, длинные ресницы подрагивают, губы чуть приоткрыты. Короткие волосы взъерошены, скорее всего тоже недавно проснулся. Красота этого мужчины также опасна, как и изящество хищного зверя. Сейчас, в дикой природе, Эрик Браун выглядел еще более впечатляюще, чем обычно в университете. Если такое вообще возможно.

Засмотревшись на медитирующего преподавателя, я не заметила палку под ногами и естественно запнулась об нее. Мягко, но шумно приземлилась на пятую точку. В этот момент глаза Эрика Брауна распахнулись.

И я готова поклясться, они были не человеческими. Ярко-зеленые, светящиеся почти, с широкими круглыми зрачками. Такие глаза бывают у кошек, когда они смотрят в темноту. Но моргнув, его глаза снова стали обычными, серыми, как пасмурное небо. Или мне спросонья показалось, или обычный обман зрения, но вот мистер Браун уже направлялся ко мне, сидящей на попе около своей палатки.

– Доброе утро, студентка Мурр! – Его голос звучал ровно, но в уголках губ дрожала усмешка. – Вы тоже решили присоединиться к утренней йоге?

– И вам доброе утро, мистер Браун! – Я вскочила, отряхивая штаны. – О, я просто обожаю йогу. – Уверенно солгала я, которая не знала ни одной позы, кроме “собаки мордой вверх”.

– Прошу, – он указал на поляну. – Я как раз только начал.

– Знаете, – пыталась отвертеться я. – Я люблю заниматься дома, в одиночестве.

– Понимаю. Я тоже не охотник по групповым занятиям, но сейчас я не против, если вы составите мне компанию.

Мистер Браун не оставил мне выбора, направился обратно на свое место и сел в позу лотоса. Решившись, я все-таки последовала за ним и присела рядом. Поза мужчины была одновременно расслаблена, но в то же время собранной и сосредоточенной. Глаза закрыты.

– Студентка Мурр? – Эрик Браун приоткрыл один глаз и посмотрел на меня.

– Да, да! – опомнившись, ответила я и поторопилась тоже принять такую же позу.

Но как бы ни старалась, не могла сложить ноги, они были словно каменные. Я услышала громкий вздох Эрика Брауна и замерла на месте в очень неудобной позе наполовину со скрещенными ногами. Через две минуты, хотя мне показалось, прошло не меньше часа, мои ноги начали затекать, и я их выпрямила и решила снова сложить.

Снова громкий вздох преподавателя. Я ускорилась и у меня получилось все с первого раза.

Расслабив руки на коленях и закрыв глаза, я постаралась отключиться от всех мыслей в голове и наслаждаться восходящим солнцем, которое стремительно поднималось в небо и уже согревало нас своими лучами.

Вспомнив, что на поляне сидим только мы вдвоем с мистером Брауном, в тихом месте, сердце мое начало стучать чаще. Я старательно закрывала свои мысли в отношении преподавателя, но исходивший приятный аромат от мужчины так и дурманил мне голову. Поэтому я сосредоточилась на звуках окружающей природы. Показалось, что кто-то ползет по левой руке – почесала. Теперь будто кто-то ползет по шее – почесала. Снова вздох по соседству. Затихла.

Начала прислушиваться к своему телу и поняла, что моя попа промокла от утренней росы. Ведь мы сидели прямо на траве, без специальных ковриков для занятий. Это что же получается, у мистера Брауна тоже промокли штаны в этом месте? Я покраснела пуще прежнего, когда пыталась представить это. И решила подумать о чем-то приятном, например, о вкусном завтраке, который будут сегодня готовить близняшки. В животе сразу же заурчало. Тут мистер Браун не выдержал:

– Студентка Мурр!

Я сразу же открыла глаза и увидела напряженного мужчину, которому так и не удалось помедитировать на природе.

– Мистер Браун, я не виновата! То жуки ползают по мне, то трава мокрая, то завтрак, которого еще нет! Невозможно расслабиться!

Я снова закрыла глаза и повернула лицо прямо к солнцу.

– Вы правы, расслабиться совершенно невозможно.

Мужчина легко поднялся и сказал:

– Поэтому я пожалуй вернусь в лагерь, посмотрю, кто у нас сегодня ответственный за завтрак.

– Отличная идея. А я еще посижу тут, помедитирую. – Сказала наигранно уверенно я в ответ. Хотя мне просто не хотелось вставать и показывать свои мокрые штаны на пятой точке своему преподавателю. Вдруг он это потом еще в свою книгу запишет. Вот стыдно-то будет. Но признаюсь, я не удержалась и обернулась вслед уходящему Эрику Брауну. И да, у него штаны тоже промокли в том самом месте. Я хихикнула и тут же развернулась обратно к солнцу. Через минуту очередной воображаемый жучок заставил почесать спину, и не выдержав, я наспех встала и поторопилась в свою палатку переодеться в сухую одежду, чтобы никто не увидел мой позор.

Пока я возилась в палатке, переодеваясь в сухое и приводя себя в порядок, лагерь постепенно начал просыпаться.

Снаружи доносились сонные голоса, шорох палаток, звяканье посуды. Кто-то уже возился у костра, судя по запаху – готовил завтрак. Желудок отозвался благодарным урчанием.

Дарина заворочалась в соседнем спальнике. Она не просто проснулась, она потягивалась с таким блаженством, словно была не в душной палатке посреди джунглей, а на дорогом курорте. Медленно, с наслаждением, как довольный кот, объевшийся сметаны. Я даже засмотрелась, в этом было что-то гипнотическое.

– Ох! – вдруг выдохнула она и резво выскочила из спальника, словно вспомнив что-то важное.

Полезла в рюкзак, долго там копалась, а потом резко развернулась ко мне с сияющей улыбкой и протянула какой-то пестрый кулечек.

– С Днем Рождения, подруга!

– Тсссс! – вместо радости меня захлестнула паника. Я зашипела, как рассерженная змея, и замахала руками. – Тише ты!

Дарина замерла с вытянутой рукой. На её лице отразилось полное недоумение.

– Ты сердишься, что я тебя поздравляю?

– Я сержусь, что ты узнала! – прошептала я, выглядывая из палатки – не слышал ли кто. – Я никому не говорила!

– В регистратуре подсмотрела, – пожала плечами Дарина. – Когда ты документы подавала.

Она опустила руку с подарком, и я увидела, как в её глазах мелькнула обида. Мне стало стыдно.

– Дарина, прости, – я коснулась её руки. – Я просто… Я не отмечаю день рождения уже несколько лет. Никто не знает этой даты, кроме моей семьи.

– Оу, – она моргнула. – А почему?

Я опустила глаза. Слова застревали в горле.

– В этот день… пропал мой дедушка. В экспедиции. Официально – погиб при раскопках. Но тело не нашли. – Голос дрогнул. – Мы всей семьей считаем его без вести пропавшим. И надеемся, что однажды он вернется. Поэтому в этот день мы не празднуем. Мы скорбим.

Тишина в палатке стала густой, как патока.

– Софи… – Дарина смотрела на меня с такой искренней печалью, что у меня защипало в носу. – Какая грустная история.

Я кивнула, не доверяя голосу.

– Но послушай, – она подалась вперед, – ты правда считаешь, что заслужила провести столько лет без праздника? Без подарков, без пожеланий, без тусовок?

– Родители дарят подарки на Новый год, – тихо сказала я. – Мы привыкли.

Дарина фыркнула:

– Дерьмово.

Я невольно усмехнулась:

– Дааа…

– Тогда, – она решительно убрала сверток обратно в рюкзак, – этот подарок отложим до Нового года. Осталось чуть больше двух недель.

Она подмигнула мне, и я почувствовала, как ком в горле немного отпускает.

– Кто-нибудь, налейте мне уже кофе! – донеслось снаружи, прямо у нашей палатки.

– Кофе – это то, что нам нужно, – Дарина легонько коснулась моего плеча. – Пойдем?

– Кофе, так кофе, – я пожала плечами и поплелась за ней.

У костра уже собралась почти вся группа. Медсестра Марта и близняшки ещё досматривали сны, остальные вовсю уплетали походную кашу и прихлебывали горячий напиток из металлических кружек. Пахло едой, дымом и утренней свежестью.

Кэти протянула мне кружку с кофе – горячую, обжигающую пальцы даже через ткань. Я благодарно кивнула. От каши отказалась, но бутерброд с маслом и сыром съела с удовольствием. Живот согласно заурчал и потребовал добавки.

Я жевала и украдкой оглядывала присутствующих. Сердце всё ещё колотилось где-то у горла – вдруг кому-то ещё взбредёт в голову поздравить меня? Объяснять снова, почему я ненавижу этот день совсем не хотелось.

Вон Люк что-то оживлённо рассказывал парням, размахивая ложкой. Зак сосредоточенно настраивал фотоаппарат. Родригес, как всегда, что-то записывал в свой блокнот, поглядывая на ближайшие кусты.

А мистер Браун сидел чуть поодаль, с кружкой в руках, и смотрел куда-то вдаль, поверх наших голов. Лицо спокойное, непроницаемое. Интересно, о чём он думает? Планирует сегодняшний день? Или вспоминает ту странную нашу встречу на рассвете?

Я быстро отвела взгляд, чтобы не встретиться с ним глазами. Хватит с меня приключений на одно утро.

Кофе обжигал губы, но это было приятно. Реальность возвращалась. День начинался. И, кажется, он обещал быть долгим.

Глава 8

Заканчивался второй час наших раскопок. Солнце уже поднялось высоко и вовсю жарило всё, до чего могло дотянуться. Но нам повезло – место исследований находилось в тени густых экзотических деревьев, и эта прохлада была настоящим спасением. Ребята работали сосредоточенно, редко отвлекаясь на разговоры. Джунгли наполнились привычными звуками работы: шорох кистей по древним камням, короткие фразы для диктофона, редкие щелчки фотоаппаратов, размеренные шаги Лиона, обходящего периметр, и тихое позевывание Марты, которая откровенно скучала без дела.