Полная версия
Властный граф, или Неугомонная Я!
Аристократ созидательно морщится.
– Читал-читал в семейных архивах, – бубнит разочаровано. – Но как раздражает на деле, – уже сетует непонятно о чём, на мгновение закатив глаза. – Слушай, может отключишь связь? – спрашивает с надеждой, заглянув в глаза покорнейшим рабом.
– Чего-о? – Ещё на шаг отступаю, инстинктивно подобравшись.
– Связь отключи, – повторяет по слогам, словно я тугодумка.
Хотя, правда, наверное. Не сращиваю запрос.
– Какую связь? – спрашиваю прямо.
– С Платенью! – следует охотное пояснение. Властьимущий в большой шаг ко мне подходит, за пальчики берёт, их учтиво целует, обдавая жарким дыханием. Улыбается, покорённый, аж мурашки по коже. – Невеста иномирная, вы должны ценить личное пространство второй половинки.
– Половинки? – тяну скептически, вытягивая пальчики из мужской хватки.
Не выходит. Его хватка усиливается. Напор прибавляется. И вот уже грудью прижата к каменному рельефу мужской тренированности. Или это анатомия видовая? Как там служанка говорила? Аристократ – дракон? Ха-ха! Этот мужчина – ящерица крылатая? Да ну?..
– Благородный муж не спорит с судьбой, – не к месту заявляет этот ненормальный. И крайне сомнительный малый, чьи притязания уже сместились на мои ягодицы. Не заметила, когда аристократ мою руку отпустил, зато явственно ощутила, как пальцами приветил мою филейную выдающесть.
Резко отталкиваю прочь.
– Зато дама не согласна!
Залепляю оплеуху и подбираюсь, быстро выискивая в памяти заклинание для отражения ответной атаки. И тут огревает многогранный «упс!». Хоть закапывайся и не живи…
Проблема номер один – моя родненькая сила воздуха куда-то испарилась!
Проблема номер два – огненная силушка Мары жаждет мести за оскорбление моей добродетели!
Проблема номер три – вовек не учила заклинаний пламенной стихии!
Проблема номер четыре…
Ась?
Стоящий в дверном проёме лютующий зверь! Нет, по внешности вполне человек. Мужчина – человек. Только глаза алым горят, а за спиной сизые крылья, как пламень на ветру бушуют. Да так яростно, даже пол и стены дрожат, а внутри меня всё вибрирует. И лицо у чистой ярости – вот прям точь-в-точь, как у прилипалы с замашками рабскими. Только от явления проёмного послаблений точно не дождёшься. Как пить дать, сейчас прикончит. Надеюсь, не меня. Жить-то хочется.
Глава 6
– Платень! – рявкает явление, вытаскивая из-за плеча меч. Большущий, с золотой рукоятью и красным камнем, вписанным в набалдашник. Предвещая недоброе, тот угрожающе сияет.
В смысле, камень, а не владелец оружия. Он-то, ну, этот владелец, – мрачно-серое изваяние, со сведёнными густыми бровями, плотно сжатыми губами и трепещущими ноздрями на окаменевшем лице.
Зверь! Лютый зверь, готовый к расправе!
Нервно сглатываю.
А его двойник морщится.
– Явился, не запылился. Может, вернёшься в склеп? – тянет с надеждой, воровато оглядываясь.
– Платень! – рычит красноглазый, и тьмой-тьмущей переступает порог в отсветах алого света, исходящего от рукояти оружия.
– Мечик-то убери, ещё поранишься! – причитает первый, попятившись к окну. Широкое, оно прикрыто бежевым тюлем. Отдёргивает, полуоборачивается, победно кажет большой палец и заговорщицки подмигивает. – Скоро свидимся, невестушка! – обещает.
Быстро перемахнув через подоконник, любитель филейных прелестей исчезает в густой кроне близко растущего дерева. Шуршит листвой, ругается, вскрикивает. Долетает глухой звук падения.
Подбежав к распахнутому окну, перегибаюсь через раму. На траве плашмя, раскинув руки в стороны, лежит беглец и лбом бьётся о землю.
– Цел? – спрашиваю.
– Разбился вдребезги, – долетает возвышенное.
– Позёр недобитый! – раздаётся грозно-ворчливое у моего уха.
Испуганно вздрагиваю. Рядом стоит ещё недавно яростное явление. Сейчас, правда, черты мужского лица чуть оттаяли, а глаза больше не сияют алым. Оказывается, когда их обладатель спокоен, у радужки оттенок липового мёда. И губы довольно красиво очерчены, если их не сжимают в тонкую линию. Вдруг хочется заправить за широкое ухо длинную чёлку, падающую на его глубоко посаженные глаза. Наверняка неудобно и обзору мешает.
Приподняв руку, вовремя реагирую. По щеке себя хлопаю, приводя в чувство и избегая конфуза.
– Обморок назревает? – учтиво спрашивает аристократ, спокойно возвращая свой меч обратно за спину. И крылья его, сизые, вмиг испаряются.
– С чего бы? – вскидываюсь ершисто, а сердце в груди заходится.
Возвышается, что скала. Телом крепенький, лицом видный. Пленительный. И вроде без всяких эмоций меня оглядывает, отстранённостью обдавая, а всё равно в жар бросает и душа трепещет.
Проклятая силушка Мары! Только не говорите, что вместе с нею перешла и любвеобильность подруги? Ни в жизнь! Никогда! Ни за что!
Глава 7
Аристократ выразительно смотрит на мою щёку, потом на руку, прижатую к сердцу.
– Тогда, что?
– Банальный испуг, – заявляю уверено.
– А-а-а, – тянет глубокомысленно, и отстранённо оглядывает комнату. – Церемонию проведут завтра. Будь готова.
– Церемонию? – удивляюсь.
Он обыденным тоном уточняет:
– Свадебную.
У меня сердце пропускает удар.
– Какая свадьба? Я против! – ухожу в круговую оборону. – Вы что, каждую залётную девицу окольцовываете? Не боитесь чистоту крови попортить? Вы же ящерица, так? – подступаюсь ближе, вызывающе вздёрнув подбородок. А Этот , самопровозглашённый жених, опасно напрягается и челюсти сжимает. Гневается? С чего вдруг? – А-а-а, – возвращаю его же монетой. – Формулировка смутила? Ладно. Господин Сизокрылый Дракон. Так лучше?
«Ой, Кари, не дорога тебе жизнь! – запоздало икает здравый смысл. Но он не прав. Чувство самосохранения у меня отменное. Всегда было. Только толку? В общем, сейчас без боя не сдамся. – А если в тюрьму отправят?»
Казематы, конечно, паршивый исход. Однако лучше попасть в застенки, чем возлечь на брачное ложе с незнакомцем. Клянусь, самолично вздёрнусь, если заставят. Не для того я обет истинной любви давала, чтобы попрать труды праведные, вложенные в давнее действо.
Вспоминается день, когда перед Алтарём Верности – реликтовой статуей Академии Стихий, поклялась ждать суженого пять лет. Если за это время никого не встречу, так и быть, приму волю родителей и выйду замуж за уготованного с рождения соседского сына. Он парень хороший – добрый, смелый, пригожий – этого не отнять, только душе инородный и чувств нужных не вызывающий.
Вот, чтобы меня без права на выбор замуж не выдали, на первом курсе я и прошла мистический обряд, заверенный именитым Магом. Отцу и матери пришлось смириться с судьбой, до подведения итогов. Которые, замечу, на носу. Осталось два триместра, и выпускаюсь. А через три месяца «после» приговор и вынесут. Очень надеюсь, что найду истинную любовь до знаменательного часа. Иначе – век маяться и без любви детей рожать. Жуть!
Не ведая о моих принципах, аристократ важно заявляет:
– С судьбой не спорят. Невеста прибыла – быть свадьбе!
– Не стану я! – бросаю вызов в красивое лицо.
Когда он успел подступиться? Рост внушительный, замечу. Воля мужская до дрожи подавляющая. Глаза притягательные. А губы…
Так, стоп! Кари, возьми себя в руки! Не отбивайся от собственных ценностей. Внемли благоразумию! Мара – это Мара, а ты – это ты. Нечего силе чужой подчиняться, оглядываясь на пустое ложе. А то, чего доброго, потеряешь невинность раньше положенного.
И тут осеняет, что Мара-то с нею давно рассталась.
– Невинность… – бормочу невольно.
Себя оглядываю, удивлённо брови вскидываю. Выходит, ограничений нет? Можно вволю нагуляться и вкусить запретное?
Стоп, Кари! Стоп! Не теряй здравости. А то, чего доброго, дел наворотишь – сама пожалеешь.
Глава 8
– Невинность, это хорошо, – довольно кивает аристократ. Его недавний гнев испаряется. Серьёзный теперь, мамочки!..
У них там, по судьбе, никаких бед не предвещает невеста с опытом? Замуж, конечно, не собираюсь, но… Лучше почву прощупать. На всякий случай.
– Что, важный момент? – спрашиваю, отклоняясь.
Слишком близко стоит представитель драконов, в существование которых верю с трудом. Мужчина и мужчина. Пусть сизые дымчатые крылья занятно смотрелись – маловаты. Для полёта и величия, исходящего от видного представителя. Осанка горделивая, а стать мужественная – так и тянет за шею схватить, к себе притянуть и зацеловать от души. Тогда послушным станет и очень отзывчивым.
«Приласкай и отдайся – и вся арифметика, чтобы верёвки вить с любого мужчины!», – часто говорила Мара.
Дракон-аристократ извещает:
– Иного не предусмотрено!
Какой важный! Проблема…
Повторно «своё» тело оглядываю, выявляя несоответствие заявленным требованиям. Только не успеваю о том сказать и от брака отделаться.
В дверном проёме появляется представительный седобород, жахнувший по полу тростью с набалдашником в форме змеи. Не дракона? Занятно. Он грозно меня оглядывает, сводит кустистые брови.
– Невеста? – гневно кажет тростью.
– Невеста, – подтверждает аристократ, обернувшись. Руки за спину заложив, усиливает своё величие. Видимо, им других подавляет, когда необходимо. – Утром свадьба. На вас приготовления, – приказывает с таким нечитабельным лицом. Сразу понимаю, старец и Дракон не ладят. И очень сильно.
– А как же госпожа Рика? – гневается седой, но довольно неприятный старец.
Магическая аура вокруг него крайне сомнительного качества. Тёмная, и что песок по зубам – так воспринимается. Зловонием пышет, я даже пугаюсь. Впервые оттенки магии различаю столь отчётливо. Только не понимаю их природу.
Аристократ не церемонится.
– Она не удел, – мах рукой.
Желание возникает его стукнуть!
С упомянутой госпожой я не знакома, но женская солидарность эмоции до небес взвинчивает. Выходит, кто-то другой на должность невесты метил, пока я к его ногам не свалилась! Что в итоге? Меня не только собираются под алтарь подвести. Гляньте на старца – точно жаждет четвертовать. А я не виновата, что у Дракона взыграла «Судьба». Да, чтоб той в гробу икалось, заразе такой! Не поддамся.
Встреваю в мужской диалог.
– Почему «не удел»? Невеста ваша, так женитесь! – благословляю. – Вам – брак, мне – свобода. Все довольны! – добавляю торжественно.
И вздрагиваю от яростного взгляда.
– Молчать! – властно припечатывает аристократ. – Смирись и помалкивай, – добавляет помягче, видимо, заметив, что переборщил с устрашением.
У него грозность выходит достойной, аж сердце в пятки смывается и назад не спешит возвращаться.
Поджав губы, хмуро взираю на самоуправца.
Упрямая рептилия! Я ему не поддамся! Сбегу! Точка! Раз свадьба завтра – ночь в моём распоряжении. Нужно его из комнаты выдворить и вперёд!
Глава 9
Обхожусь без усилий. Дракон сам уходит вместе со старцем, когда прибегает всполошённая служанка и передаёт аристократу сложенный листок бумаги. Успеваю заметить, что печать на нём имеет форму розы, разрубленной мечом. Кому-то явно любовь поперёк горла стоит. Её символ осквернить – надо постараться.
И откуда я это знаю? Что роза – символ, а меч – осквернитель? В моём мире подобная атрибутика имеет иные значения.
Потерев виски, отмахиваюсь от ненужного анализа. Сейчас нет ничего важнее побега. Подбегаю к окну, через которое смылся недавний двойник аристократа. Почему тот его называл Платенью? Имя или ранг? И как связано с тем, из-за чего меня под алтарь хотят подвести? Столько вопросов, но некогда искать ответы.
Подняв полы лёгкой юбки, завязываю в узел поверх нижних штанов. Перекидываю ногу через подоконник, дотягиваюсь до ветки дерева.
Спасибо старшему брату, научившему в детстве лазить по пихте, росшей у нашего дома. «Неподобающее занятие для леди!» – хватаясь за сердце, восклицала мать. Но ничего не могла сделать, когда отец смотрел на подобные шалости сквозь пальцы. И мы с Эваном…
– А-а! – вскрикиваю, и тут же прикусываю губу.
Болтая ногами, еле подтягиваюсь на руках и возвращаю сцепку нижних конечностей с крупной веткой. Чуть не сорвалась! Перевожу дух. Гляжу вниз сквозь зелёную крону. Высоковато. И на большом участке голый ствол. Теперь понимаю, почему недавний беглец свалился. Как бы самой не свернуть шею. Вздыхаю.
Собравшись с духом, возобновляю спуск. С необходимой осторожностью добираюсь до проблемного участка.
Как же не хватает моей родимой магии воздуха!
Так…
Есть что путное в заклинаниях огня? Чтобы спланировать и не спалить округу?
Покопавшись в воспоминаниях, не нахожу ничего стоящего.
Мара очень ревностно относится к своим достижениям. Только сейчас понимаю, что даже со мной ничем таким она не делилась. Сама ей часто показывала то или иное заклинание воздуха, а подруга всё держала в себе. Необычно для столь пылкой и импульсивной натуры.
Снова гляжу на покрытую травой утрамбованную землю.
Придётся прыгать. Около пары метров. Не расшибусь ведь? Главное в полёте не зацепиться «широким поясом» – скрученной вокруг талии юбкой.
Ну, с магией! Вперёд!
Сгруппировавшись, сигаю в просвет между листьями.
Лечу…
Лечу…
Лечу…
Шмяк!
– Судьба – это надолго, – слышу удручённый вздох, раздавшийся сверху.
Вскидываю голову, крякнув от боли в рёбрах. Всем телом приложилась не о землю с травой, а немыслимым образом оказалась снова в зале, где впервые встретила аристократа.
Самопровозглашённый жених глядит сверху. Рядом с ним стоит женщина преклонных лет и явно пытается сдержать улыбку. Правда, скрыть веселье у неё не получается. Розовые глаза сияют поистине детским восторгом.
Незнакомка наклоняется и протягивает руку.
– Давай, помогу, – приглашает движением ухоженных пальчиков принять помощь. На её запястье светится огненный браслет с красивой подвеской в форме пера.
Чем дольше смотрю на украшение, тем ощутимее не по себе. Бросает в жар, потом в холод, а дыхание срывается.
Глава 10
Я загораюсь. Буквально. Вспыхиваю пламенем от макушки до пят. Вскрикнув, подскакиваю с места, и давай махать руками и кружиться волчком, пытаясь скинуть обжигающий огонь, пожирающий одежду!
Опалять – одно. Но оголять-то зачем?!
– Магия огня? – Незнакомка обходит меня кругом, связав мерцающей парализующей верёвкой. В неподвижности я всё больше лишаюсь истаивающей одежды. Ещё немного – позор! По всем фронтам, с наглядным подтверждением. – Ты это видишь? – исследовательница оборачивается к аристократу. В её глазах больше нет веселья, только чрезмерная серьёзность и сомнения. – Судьба судьбой, но… Дитя тебе нужно от магини воздуха. Понимаешь? Огненная хороша для постели, однако потомство… – она качает головой.
– Судьба так решила. – Аристократ приближается и взмахивает рукой. Пламя гаснет, не добравшись до нижнего белья. Оно на виду, вот так! Приличия в хлам, но не полностью. В такой ситуации Мара бы пользу извлекла, а я стою пунцовая, не зная, где прикрываться. Ладошки небольшие, всего не спрячешь от изучающего мужского взгляда. – Цела? – спрашивает участливо Дракон, приобняв за плечи. Не успеваю среагировать, как тело прикрывает мантия, сотканная магией, и он отступает.
Закутываюсь.
– Спасибо, – киваю. И тут же цепляюсь к разговору этих двоих. – Я свободна?
– Свободна? – вскидывает бровь аристократ.
– Раз вам магиня огня не удел, так распрощаемся! – улыбаюсь широко, хотя в пору стонать от больно саднящей кожи. Ожоги не сильные, но ощутимые. А ведь Маре огонь никогда не вредил.
– Свадьбе быть! – припечатывает он.
– А смысл? – давлю на разум. – Браки заключаются ради потомства. А я не подхожу. Вот!
– Сколько энтузиазма, – отзывается он с тёмной иронией.
– Свобода – всегда во благо, – соглашаюсь.
– Невеста не хочет замуж? – вклинивается женщина.
И откуда столько удивления на лице? Не она ли табу озвучила? Или воспротивиться браку с рептилией – немыслимое явление? Не важно! Чего не сделаешь ради вольной жизни.
– Не хочу! – подтверждаю.
– Неслыханная наглость! – искренне возмущается дама с розовыми волосами.
Перевожу взгляд с разгневанной женщины на спокойного Дракона, затем опять на неё.
– Вы себе противоречите, – замечаю со вздохом. – Сами сказали, что для потомства нужна магиня воздуха. Найдите подобную и будет вам счастье!
– С Судьбой не спорят! – властное напоминание, от которого у меня глаз дёргается.
– Вы же сами, только что… – взмахом руки обрисовываю ситуацию.
– Это другое!
– Да? А по мне, самое оно, – улыбаюсь учтиво, хотя под магическим плащом кожа саднит и мне бы раны обработать, а не разбор полётов устраивать.
Что ни так с этим миром и его законами?
То у них «Судьба» – свалившаяся к ногам незнакомка. Но магия этой незнакомки противоречит чему-то там и теперь она годна только для постели. Если им нужна рабыня для утех – пускай шерстят иные просторы. И вообще, я на каникулах! В путешествие отправилась за новыми впечатлениями. В браке увязнуть и в застенках осесть? Это точно не радужный отдых, на который рассчитывала!
Глава 11
Моё возмущение понятно. Непримиримость женщины – нет. Поначалу утончённая дама мне показалась приятной, а по итогу – кремень бездушный.
– Немыслимо! – чеканит она, разрушая первое о себе благоприятное впечатление. Я даже отступаю на шаг под её напором. – Грядущая свадьба не обсуждается!
И цепляет меня мёртвой хваткой.
Кара небесная!
Вот сразу после заявления и берёт в оборот. За мною по пятам ходит до самого заката, а вечером занимает кровать, привязав к себе мерцающей верёвкой. Теперь спокойненько посапывает, а я, парализованная, глаз не могу сомкнуть.
До рассвета гляжу в потолок, проклиная Мару! И её одержимость галереей магического художества.
Как теперь из всего выбираться?!
Следует насладиться моментом?..
Как наяву всплывает перед глазами лицо аристократа.
В груди вспыхивает жар, а тело…
Тьфу!
Что за незадача с порывами плоти? И Мара с такими живёт? Соболезную её утрате. Мне все эти пламенные метания только проблем доставляют, а она без них сейчас точно волком воет.
В чьём теле, интересно? Надеюсь, не в моём?
Поплохело.
На разумность подруги надеяться глупо. Если что в бедовую голову нагрянет, может под постриг подвести и моё достоинство растоптать. Очень надеюсь на благосклонность провидения и нашу многолетнюю дружбу. Что она не станет к мужчинам липнуть и разврат чинить.
Думы-думами, но сейчас только нервы себе трепать.
Сбежать надо!
А как?
Утром тюремщица освобождает от парализующей верёвки. Зовёт служанок, и те в ванной меня купают, попутно натирая всякими благовониями. Ощущаю себя тушкой со специями, которую готовят для поглощения. Потом волосы расчёсывают и в замысловатую причёску собирают, скрепив красивыми гребнями в форме птичек с рубиновыми глазками. Облачают в приталенное белоснежное платье с пышной юбкой, а на ноги надевают туфельки – удобные, обтекаемые, с мягкой подошвой. В таких только в доме ходить и навредить себе за пределами.
Сцепляю зубы, глядя на своё отражение. Ужасно злюсь. Но приходится успокоиться, когда по пальцам пламень пробегает. Чур! Не тянет меня на повторное возгорание. Вчерашнего хватило. И магического лечения, которым одарила женщина с розовыми глазами. Она будто ёршиком по больным местам проехалась, заставив кричать в голос. Ещё и сетуя на мою несдержанность и слабохарактерность.
Скоро увидит, какая я бесхребетная. Прямо у алтаря и покажу!
В сопровождении служанок вышагиваю по плетению коридоров. И откуда их столько? Не именитый дом, а лабиринт с бесконечными поворотами! Сама по нему назад не вернусь, понимаю сразу. Заплутаю в хитросплетениях природного ребуса, вырезанного в скале. Видимо, примыкающей к основному жилищу, а не являющейся его частью.
Из полумрака выхожу на свет. Жмурюсь сослепу. Долетают запахи травы и цветов, кожей ощущаю лёгкое дуновение и тепло солнечного дня. Поморгав, оглядываюсь.
Алтарь.
Просто громадный алтарь.
Около возвышения стоит неприятный старец, ранее упоминавший некую госпожу Рику. Рядом с ним, исполненная величия, сияет загорелая дама с изумрудными глазами. На ней платье шикарнее моего, а на шее массивное ожерелье с драгоценными камнями. Сам жених – импозантный и притягательный, как самое сладкое пирожное, ждёт меня у начала ступеней.
Стоп!
Пирожное?
Даже близко – нет!
В строгом чёрном костюме и рубашке в тон, застёгнутой под самое горло, он походит на непоколебимый остов, нежели нечто мягкое и податливое.
«Он – и пирожное? Хм…»
Ловлю его пристальный взгляд.
Сглатываю. Трусость в душе вспыхивает и решимость куда-то испаряется вот прямо сейчас спасаться бегством. Дракон манит одним своим присутствием, как лучшая сладость в мире.
Шаг к алтарю.
Ещё один.
Судьба-злодейка! Злодейка – Мара! Или всё не они, а сияющий браслет на моём запястье?..
Глава 12
Браслет этот, вопреки моему желанию, заставили надеть вместе со свадебным платьем. Аксессуар, мол, необходимый. Семейная традиция и все дела. Да только эти «традиции», чувствую, мне боком выходят. Магнитом притягивает к жениху, и ничего не могу поделать. Ноги сами вышагивают, запамятовав, что, как бы, обязаны неким командам разума подчиняться. Только связь нарушена и восстановлению не подлежит. Понимаю, когда, поравнявшись с аристократом, послушно вкладываю свои пальчики в его широкую ладонь.
Весь ритуал, состоящий из слов и церемониальных поклонов, напоминаю марионетку. Рот сам открывается, фразы произносит, а тело в три погибели сгибается или самопроизвольно к новоиспечённому мужу поворачивается, чтобы принять довольно нежный поцелуй. Вместе с откровенной весёлостью, отразившейся на мужском лице и столь не свойственной Дракону…
Платень?!
Ну, то есть, двойник дракона, который ещё вчера от него через окно сиганул.
Стискиваю челюсти.
Что происходит?!
Маг с тростью – маг ведь? – пышет откровенным злорадством. Молодая дева в шикарном платье и драгоценностями наперевес, наблюдавшая недавнюю церемонию, демонстрирует молчаливое величие, приправленное столь же безмолвным торжеством – глаза просто сияют от счастья совершённой подмены. А что меня замуж выдали за левого мужика, понимаю очень быстро. Образ Платени идёт рябью, и на его месте уже стоит вихрастый парень, преисполненный каким-то детским задором. Великовозрастный детина с замашками ребёнка – такого счастья ещё не хватало.
– Пара создана. Вам обет… и последних дней жизни! – оглашает паршивый маг нашу незавидную участь.
Почти сразу узнаю, чем грозит замужество не с тем, кто по «судьбе». Откуда ни возьмись возникают стражники в ливреях с эмблемой перевёрнутой короны. Грозные служители закона, в воздухе создав мерцающий голубой шар, ударяют по нему сизым венчиком. Изнутри, видимо, артефакта, вылетают золотистые символы и складываются в подобие фразы. Мне непонятной, остальным очень даже.
– Казнить! – рыкает предводитель стражи, рослый широкоплечий мужчина с порезанной губой. Грозность взгляда внутренности в бараний рог скручивает, а руки, за компанию, служители правопорядка. И они, как какую-нибудь преступницу, уводят прочь от алтаря. Так же поступают с новоиспечённым мужем, только утаскивают в противоположную сторону.
Кричать и возмущаться, свою правоту доказывать?
Так тело мне не подчиняется, а лицо в онемении. Даже промычать никак – судорогой свело голосовые связки. Вот и топаю под конвоем, в молчании, обратно по скальному лабиринту. Послушно так вышагиваю, как заправский гвардеец. Треклятый браслет на запястье! Вся надежда, что удастся его снять, когда окажусь на месте. Только всё хуже, чем думаю. Мало того, что пихают в каземат, так в компанию к сидящим на цепях мышам. А эту мелкую живность я с детства боюсь до одури!
Глава 13
Минуют три дня. Без допросов, суда и следствия. Сиднем сижу и жду неизбежного. Сегодня меня казнят! Да-да, вы не ослышались. Голову с плеч – и по списку: от всесторонней кровушки до земляной горки поверх бездыханного тела. Тьфу, ты! Обезглавленного. Картина так себе и призывает к подвигам.
Точно, выкручусь!
Как?
Не представляю.
Скорее надеюсь на разумность хозяина галереи магического художества. Он бонус сулил, а не смертную казнь на следующие сутки по прибытии в этот мир. Вот если в итоге сподобится на тот свет отправит – я ему такое устрою, мало не покажется. А пока устраивать нечего, да и не за что, сиднем сижу в затхлой камере с голодными крысами.