За горизонтом лишь начало. Чужая земля

– Никогда, – твердо произнесла графиня. – Спасибо, Уолтер, – кивнула она, – я правда рада видеть вас.

Сара отошла и только сейчас заметила еще одного гостя. Вскинув брови, она набросила на лицо английскую сдержанность, о которой позволила себе забыть, и вопросительно посмотрела на виконта.

– Позвольте представить капитана Мэттью Скотланда, – сказал Летерфорд, и Скотланд шагнул вперед, чтобы поцеловать руку хозяйке дома.

– Миледи, – улыбнулся он, отметив про себя слова виконта и подумав, что ему не придется долго дожидаться новых поручений.

Сара ничего не сказала, только слегка улыбнулась. На лицо ее вернулась печаль. Уолтер на миг представил, каково ей было узнать о похищении дочери, о том, какими думами полны ее последний дни, и сам почувствовал тяжесть на сердце.

В этот момент за спиной виконта раздались торопливые шаги. Уолтер заметил, как взгляд графини устремился в ту сторону, и ему показалось, что женщина поджала губы. В глазах ее, всего на мгновение, но мелькнуло негодование, и Сара поспешно отвернулась к своей компаньонке, что-то ей прошептав. Мужчины же обернулись, и Уолтер был встречен широкой радостной улыбкой графа Самерфилла.

– Мой дорогой друг! – воскликнул Мортимер, вскинув руки. Он было хотел обнять Летерфорда, но наткнувшись на его хмурый взгляд, да еще на неизвестного человека рядом с ним, как-то запнулся, опустил руки и вздохнул. – Милорд, – принял он официальный тон, – очень рад, что вы приехали. Получили мое письмо, видимо, да-да, хорошо.

Уолтер вскинул брови, но не успел ничего сказать, как граф обратил вопросительный взор на Скотланда.

– Капитан Мэтью Скотланд, – снова представил того Летерфорд. – Это благодаря ему я благополучно добрался сюда. Он ждет нового назначения.

Граф сухо кивнул Скотланду, потеряв к нему всякий интерес, кинул взгляд на супругу, все еще находившуюся в гостиной, и обратился к Уолтеру:

– Я думаю, мы все обсудить в моем кабинете, – прямо сказал он.

Летерфорд кивнул и обернулся к женщинам и капитану:

– Леди, прошу нас извинить, но дело не терпит. Мистер Скотланд, оставляю вас в этом очаровательном обществе.

Скотланд по-офицерски четко кивнул и почему-то слегка покраснел. Уолтер же отправился вслед за графом.

Заходя в его кабинет, Летерфорд ожидал, что разговор будет вестись с глазу на глаз, но, к своему неудовольствию, обнаружил в комнате Саймона Кормака. Помощник графа стоял возле письменного стола и просматривал какие-то бумаги. Завидев вошедших, он отложил их на стол и поклонился.

– Милорд, – поприветствовал он Летерфорда.

Уолтер бросил на Кормака неприязненный взгляд и взглянул на графа:

– Я думал, этот разговор слишком личный, чтобы его слышал кто-то еще.

– Бросьте, Уолтер, – фамильярно сказал граф, махнув рукой, – Кормаку известно все о моих делах. А уж про похищение и подавно, он приложил много сил, чтобы найти хотя бы какие-нибудь ниточки в этом чертовом клубке. – Мортимер грузно сел в кресло за столом и жестом пригласил виконта занять любое из свободных напротив.

Уолтер нахмурился еще больше. Сев, он вскинул глаза на продолжавшего стоять Кормака, осанке которого позавидовал бы любой офицер.

– Очень бы хотелось узнать, какие именно силы вы приложили для этого дела, – проговорил Уолтер, вперив в помощника взгляд, однако лицо того не выражало никаких эмоций, он словно застывший экспонат стоял в кабинете, совершенно безразличный к неприязни в свой адрес. – Но для начала, милорд Самерфилл, – строго произнес Летерфорд, – мне бы хотелось узнать и лично от вас, как такое преступление могло произойти у вас… – Уолтер понял, что опять гнев берет над ним верх, и постарался успокоиться. – Что случилось? – просто спросил он.

Мортимер внимательно посмотрел на виконта, словно прикидывая, какие лучше слова подобрать, чтобы итог разговора вышел в его пользу. Однако на этот раз Летерфорд решил, что не будет слушать его пустую болтовню и наигранные сожаления, ибо он совершенно не выглядел опечаленным отцом, потерявшим дочь. Граф скорее выглядел прогоревшим торговцем, потерявшим выгодный товар и собиравшимся продлить на него ставку. В его глазах Летерфорд совершенно не видел той печали, которая застыла во взгляде графини. Мортимер выглядел вполне бодрым и полным сил, разве что жара не давала ему покоя, и лицо графа раскраснелось, а на лбу под париком выступила испарина.

– Пираты, – развел руками Мортимер. – Подлые негодяи по всему прознали о прибытии моего корабля, выведали, какое сокровище прибыло в город, и решили напасть.

– Сокровище? Вы везли с собой сокровища? – удивился Летерфорд. Насколько он знал, прощаясь с графом в Лондоне, на его корабле не было ничего дороже украшений графини.

– Моя дочь, Уолтер, вот какое сокровище я имею ввиду, – Мортимер многозначительно приподнял брови, заставив виконта на краткий момент смешаться. Однако напыщенность графа заставила разозлиться Уолтера еще больше.

– Тогда почему они до сих пор не требуют выкуп?

– Да кто же знает этих проклятых выродков, – Мортимер помрачнел и постучал пальцами по столешнице.

На некоторое время в кабинете повисла тишина. Летерфорд сверлил графа взглядом, тот, словно задумавшись над чем-то, опустил голову, Кормак молча взирал на них сверху вниз, заложа руки за спину и не вмешиваясь. Уолтеру все это крайне не понравилось. А еще этот графский помощник — он его крайне раздражал, однако Мортимер, казалось, не расставался с ним ни на минуту. Уолтеру этот тип казался скользким. С бледным вытянутым лицом, хитрыми глазами и натянутой невозмутимостью на лице Кормак не вызывал у него совершенного никакого доверия.

– Когда вы отправили мне письмо? – нарушил Уолтер молчание.

– Сразу как только выяснил, что Анну действительно похитили — когда обыскали остров и узнали о пиратском корабле, – ответил граф.

– И что, позвольте узнать, вы написали мне в нем?

Мортимер вскинул брови и посмотрел на виконта. Уолтер пожал плечами:

– Я не получал письма. Скорее всего, мы с ним разминулись. Все новости, к своему сожалению, я узнал от губернатора Уиллогби. И знаете, что он мне сказал? – Уолтер подался вперед. – Что ему очень жаль, что подобное приключилось с моей невестой, – подчеркнул он последнее слово.

Взгляд графа сделался острее. Он прекрасно понял, на что намекает Летерфорд, однако лишь неопределенно пожал плечами:

– Уверен, губернатор был искренен в своих словах.

Уолтер счел это как за насмешку над собой. Поджав губы, он приподнял голову и свысока посмотрел на графа.

– В нем мне пока не пришлось сомневаться, а вот в вас, милорд… – и он многозначительно изогнул брови.

– Что это значит? – взгляд Мортимера помрачнел. Он поерзал в кресле.

– То, что вы решили прикрыться моим именем, – холодно сказал Летерфорд. – То, что о помолвке теперь известно, и это событие покрыто такой тенью, от которой не так-то легко избавиться. Насколько же плохо ваше положение, милорд, что вы прибегли к такому ходу? Знаете, мне было бы крайне неприятно узнать на каком-нибудь приеме в Лондоне о похищении своей невесты из слухов и уст чужих людей.

– Летерфорд, вы забываетесь! – прикрикнул Мортимер, побагровев от того, что этот молодчик так отчитал его. – Свадьба — дело решенное, или вы отказываетесь от своего слова? Что, решили сбежать, как только столкнулись с первыми проблемами? – граф привстал в кресле и взмахнул руками: – Как вы смеете меня обвинять в чем-то! У меня похитили дочь, а теперь и вы хотите бросить в меня камень!

Уолтер снизу вверх смерил его все тем же холодным взглядом и едко подметил:

– Должен заметить, милорд, вы прекрасно держитесь для убитого горем отца. – Он бросил взгляд на Кормака и заметил, как тот внимательно на него смотрит. Уолтер снова обратил взор на графа. – В этом доме я увидел только одного страдающего человека — вашу супругу, всех остальных же, по-видимому, заботит лишь материальная и убыточная сторона этого дела.

– А вас будто нет! – фыркнул граф, снова садясь в кресло. Он сделал знак рукой Кормаку, и тот быстро сообразил, что требуется два бокала и хорошее бургундское вино.

– Раз я вовлечен во все, то не могу позволить, чтобы мое имя стало поводом для сплетен и смешков. Так насколько плохи ваши финансовые дела, граф? – Летерфорд вперил в того пристальный взгляд.

Самерфилл отпил из бокала, поданного Кормаком, тяжело вздохнул и произнес:

– Сейчас трудное время для всех. Уверен, вы сами, Уолтер, не привезли из Англии ни одной хорошей новости. Ведь не сами же вы изъявили желание приплыть сюда? – Тон графа сделался спокойнее, а на лице медленно расползлась улыбка. Уолтер уловил в этом намек на злорадство. – Какая же служба привела вас сюда?

– Не будем терять время, обсуждая мою службу Его Величеству, – передернул плечами Уолтер. Он так и не притронулся к своему бокалу: не было никакого желания пить, Уолтер хотел наконец что-нибудь решить. – Лучше подумаем, как спасти вашу дочь.

Мортимер сделал еще один большой глоток, не отрывая глаз от виконта. В голове у него явно созревала какая-то мысль.

– Нам остается ждать новостей, – пожал плечами граф. – Или требований о выкупе.

Уолтер фыркнул.

– Сидеть и ждать я не привык, милорд. И вряд ли теперь эти пираты соизволят вести переговоры — прошло слишком много времени. – Летерфорд вздохнул, посмотрел в окно за спиной графа, бросил очередной неприязненный взгляд на молчаливого Кормака и спросил: – Что это был за корабль? Удалось что-нибудь выяснить о его капитане?

– «Гроза», – сухим четким голосом ответил помощник графа, впервые за беседу открыв рот. – Мы знаем только название корабля.

– Губернатор знать-не знает ничего об этом бриге, – махнул рукой Самерфилл. – Скудные сведения, но хоть какие-то. – Он провел пальцем по пышным усам, приглаживая их и стирая капельки вина. – Отходящие корабли были предупреждены господином Уиллогби и проинформированы, однако ни у одного из них не нашлось смелости и времени, чтобы пуститься в погоню.