Порок войны

– У меня нет даже словаря. – да, собирать слова и их смысл по крупицам мне осточертело. Тем более, это будет намного дольше без переводчика, с которым я смогла бы сверять свои предположения.

– Поговори на этот счет с принцем. Включи женское обаяние. Здесь ты не воин, а обычная девушка, пользуйся этим.

В двери постучали, и Даниэль вышел, закрыв меня на ключ. А я осталась на кровати в недоумении. Он боится власть. Не говорит о ней, не допускает мысли о предательстве, но знает общий язык, что делает его не самым коренным жителем. Может, он родился в новом свете?

Глава 7

Очень сильно горела желанием спросить у сопровождающей женщины, но банальный языковой барьер рушил все идеи. Да и не думаю, что она мне расскажет что-нибудь дельное. Не сомневаюсь, они знают, как обращаться с пленными.

Из светлой части мы быстро перешли в самую темную. Коридоры были узкими, от стен несло холодом, а пол скрипел, если наступить не на то место. Саму комнату мне выделили небольшую. Спасибо, что, хотя бы без решёток на окнах.

– Mellis tarral zaria.

Она бубнила, я не понимала ни слова. Но ее довольный тон меня смущал. Каков шанс, что она злорадствовала над моим положением?

– Ti ann dovvak – ria Pastel. – Она положила руку себе на грудь, когда говорила последние слова. Снова «Ria». Ну точно, это что-то на подобии мисс или леди. – De cetari caller kim wibov. Sis loffor.

– Вы говорите на общем?

Надо испытать удачу. Может, она и будет не в себе, когда осознает, что зря распиналась, а может, и просто не поймет меня.

– Dia? – вопросительной интонации хватило. Она не понимает. Ожидать этого и не стоило, общий язык здесь не обязателен.

Из коридора послышался бег. Спешный, с прерывистым дыханием. И прекратился он рядом с нами. В открытые двери вбежал раскрасневшийся Даниэль и сложился пополам, глотая ртом воздух.

– Боже…, я думал, мне с головой прощаться. Ты как вышла из кареты? – Дыхание его подводило. Видимо, он не слишком вынослив.

– Принц выпустил.

– Daniel, dia caller rasis seletar?

Парень сделал последний глубокий выдох и распрямился, поправляя рубашку в рукавах.

– Я ее не понимаю… – я покачала головой и отошла на шаг, присаживаясь на край кровати, заправленной синим бельем. Похоже, любимый цвет кого-то из монархов.

– Ria Pastel, seletar so rattar sensers, seny caller joa ann.

– Taess. – она кивнула, посмотрев на меня и вернулась к разговору. – Ann innok ofert terectosar.

Не знаю, попрощались они или нет, но женщина последний раз поклонилась и покинула комнату, закрыв двери. Даниэль стоял как ни в чем не бывало, оглядывая помещение, словно жить ему здесь, а не мне. Пару раз искривив лицо от брезгливости, он отошел в сторону маленького кресла и аккуратно сел, подпирая рукой подбородок. Его лицо было каменным, а он сам смотрел не на меня, а в сторону окна, свет от которого отражался в его глазах.

– Что это было? – голос был тихим, но меня было слышно точно. В комнате стояла гробовая тишина.

– Ждем. Мне должны передать указания на твое содержание. – он повернулся ко мне и по-пустому улыбнулся. Я подняла бровь в немом вопросе. – Они просто не были готовы к тому, что ты не будешь знать языка. Здесь мало кто говорит на общем.

Да, мы не в Астроге, где с детства тебе роднее общий язык, чем коренной. Здесь любят традиции. Слишком разные миры, хотя граница между нами длинная, практически идущая с начала запада и до середины востока.

– Ты можешь обучить меня харатскому? – мысль, конечно, была как залетная птица, но полгода жить в изоляции от людей, просто потому что ты их не понимаешь. Абсурд.

– Нет. Мне голова дороже.

– Прошу. Любая цена. – о деньгах речи, конечно, не шло. Скорее, я говорила о жизнях. Может, о помощи или работе. Черт, чем можно купить харат?

– Нет. – без мига раздумья ответил он. – Ты можешь это сделать сама, взяв все на свои плечи.

– У меня нет даже словаря. – да, собирать слова и их смысл по крупицам мне осточертело. Тем более, это будет намного дольше без переводчика, с которым я смогла бы сверять свои предположения.

– Поговори на этот счет с принцем. Включи женское обаяние. Здесь ты не воин, а обычная девушка, пользуйся этим.

В двери постучали, и Даниэль вышел, закрыв меня на ключ. А я осталась на кровати в недоумении. Он боится власть. Не говорит о ней, не допускает мысли о предательстве, но знает общий язык, что делает его не самым коренным жителем. Может, он родился в новом свете?

Просидела в тишине час, еще пару раз перерыв комнату. Нового ничего не появилось. А заняться надо было чем-то. От скуки даже залезла на подоконник и начала изучать план столицы, которую было видно из окна. С третьего, как я поняла, этажа столица была как на ладони. Пятьдесят восемь домов, семнадцать из них с красной крышей, восемь с вывесками. Чисто теоретически в моих возможностях было нарисовать карту на скорую руку, но собственных крови не хватит, чтобы охватить масштаб и части столицы.

– Сколько насчитала?

Дернувшись, соскочила с окна, отходя к стенке. Капитан стоял у двери, сложив руки на груди. Он не смотрел на меня, только на окно. Не двигался в мою сторону. Был мертвецом в живом обличии.

– Чего? – тихо спросила, отбегая от окна к кровати.

– Я слышал десятые. Тридцать, сорок. Сколько? – значит он долго тут стоял. Но я его даже не слышала.

– Пятьдесят восемь.

– Трубы?

– Дома.

Капитан поджал губы, наконец посмотрев на меня с холодом. Пустые глаза. Ничего кроме темноты в них нет.

– Собирайся, через полчаса у тебя ужин с принцем Колином. Одежда на кровати.

Действительно, платье лежало на другом краю кровати. Мужчина вышел из комнаты бесшумно, как приведение, и я снова услышала щелчок у двери. Глубокий вдох и выдох. Ничего, надо держаться.

Одежда была ужасной. Фасон был похожим на платье из борделя, но на этот раз ситуацию усугубила голая спина. Татуировки закололо на спине, будто их начали набивать по новой. Проверять я сейчас не планировала, как к ним относятся здесь. Что же делать.

Плаща или мантии здесь нет, да и выглядеть это будет сомнительно, словно я стараюсь выбить себе статус повыше. Нужна помощь Мариши, но мне ее даже не позвать. Не думаю, что мне поставили особую охрану, которая знает общий язык.

Я посмотрела на себя в зеркало у шкафа. Волосы длинные, но их не хватит, чтобы спрятать всю спину, да и дрожать от каждого дуновения ветерка не хотелось. Думай, думай.

– Натэль – с тяжелым акцентом произнес человек за дверью. – Ann cettur loffor.

Мариша стояла в изумрудном платье у двери и изучала одежду на кровати.

– Terectosar urbo bet. – Слова походили на ругательства. Она подняла синюю ткань и начала крутить ее в руках, осматривая со всех сторон.

– Xenne. – Мариша приложила ткань к моим плечам и отошла к небольшому сундуку в углу. На нем висел замок, и содержимое посмотреть не удавалось.

– Xenne – повторила она бодрее, звеня связкой ключей. Это значит «надевай»?

Полагаясь на догадки, я скинула ночнушку и надела платье. Острые края лифа вкололись в кожу, подвязка под грудью была удушающе-туго затянута. Если бы мне пришлось тогда надевать его, думаю, поездку мне было бы не пережить.

Как и полагалось, татуировку было видно в самом лучшем свете.

Пока я крутилась у зеркала, Мариша подошла со спины и накинула мне на плечи сиреневый платок. Мягкий шелк скрыл спину до поясницы, а сзади шел красивый золотистый узор в виде туч.

Девушка выправила мои волосы из-за ткани и пустила их вдоль спины.

– Mesato. Cetture. – мою руку тут же подхватила женская, и мы пошли к выходу. Но уже у него дверь открылась, впуская в комнату фигуру капитана.

– Спасибо, Мариша. Я отведу ее.

Оставалось подчиниться. Мариша поклонилась и юркнула в коридор. Мы вышли следом. Это не было красивое сопровождение. Мы вышли и просто были рядом друг с другом. Позади шла стража, громко звеня доспехами. Как будто на казнь ведут.