Закон крови

Мой путь до особняка Моретти прошёл в раздумьях о хозяйке маленького клочка бумаги.

Я остановился за километр от их дома.

Дальше двигаться нужно пешком. Мой визит был тайным. Я не хочу нарушать правил ее игры. Скрытность? Хорошо, Мирабель. Сегодня я позволю тебе эту возможность.

Летняя ночь опустила занавес, пение птиц стихло, слышен лишь шум ручья у заброшенной беседки.

Мне доложили, что она почти каждый вечер приходит к руинам старой беседки у ручья. Уверен, малышка Мирабель там.

Я пошёл на звук плеска воды и увидел там её. Она стояла спиной ко мне, лунный свет падал на голые плечи, волосы аккуратно спадали на спину.

Я стоял в тени, за деревьями, холодно оценивая всё вокруг, но мысли о ней не давали покоя. Я могу забрать ее жизнь, могу сделать всё, что захочу. Но я не сделал ни одного шага.

Она вырисовывала круги на воде своими пальцами, её движения были лёгкими, непринуждёнными, будто весь мир подчинялся только ей. И в этот момент мне хотелось шагнуть вперёд, сказать что-то, прикоснуться…

Почему я хочу её трогать, когда должен быть холодным и расчётливым?

Каждый взгляд на её силуэт сжимал моё сердце, а разум кричал: «Это невозможно! Она – инструмент, ничего больше! Миссия важнее! Месть важнее!»

И всё же я наблюдал. Я не мог отвести глаз.

Её волосы ловили свет луны, лёгкая улыбка скользнула по её губам, и я понял, что впервые за всю жизнь хочу кого-то не потому, что это стратегически важно, а потому что… она вызывает странное чувство во мне. Чувство, которое я не признавал.

Собственничество.

Я знаю, что это оно. Если мне что-то нравится, я делаю это своим. Но это… это не просто нравится. Я хочу, чтобы никто другой не смог даже дотронуться до неё. Чтобы никто не смеялся рядом с ней. Чтобы никто не смеялся вообще.

Моя задача – расторгнуть её свадьбу, разрушить планы Рикардо, уничтожить угрозу Франческо. И я сделаю это. Холодно, безжалостно, как я умею.

Я вдохнул ночной воздух, сжал кулаки.

Я должен был понять, что с ней делать, как сохранить контроль и не дать себе потеряться в этом новом чувстве.

И всё же я шагнул.

Только на шаг ближе.

Сердце колотилось так, будто оно хотело выпрыгнуть. Я знал – это только начало. Начало чего-то, что разрушит все мои прежние принципы.

Она стоит такой беззащитной, такой хрупкой, что при желании я мог бы сломать её прелестную шейку без усилий. Но в ней было что-то, что притягивало меня.

Её трепещущий взгляд, когда она впервые посмотрела на меня, то как поднималась её грудь в неровном дыхании, еле уловимый шлейф ее парфюма. Всё это манило меня.

И чем сильнее я пытался отрицать это, тем яснее становилось: она уже моя. Не по праву, не по закону, не по выбору. Она просто моя.

9 ГЛАВА

МИРАБЕЛЬ

Старое крыло поместья пустовало уже много лет – отец не любил это место. Слишком много воспоминаний, слишком мало контроля. Именно поэтому я выбрала его. Старая беседка покрылась зеленью, скрипучие доски трещали от каждого движения. Я часто прихожу сюда подумать, побыть в одиночестве. Здесь стены не имели ушей.

Я услышала треск веток, предательские мурашки вновь побежали по моей спине, те самые, которые появились на встрече с ним.

Я не видела, но знала, что именно он стоит за моей спиной. Моё сердце начало биться быстро―быстро, сигнализируя о том, что тот, кто дышит мне в спину, хочет окончательно и бесповоротно забрать мою душу.

– Вы не должны были приходить. – Я сказала это почти шёпотом.

– А вы не должны были отправлять записку. —Голос за спиной прозвучал тихо. Низко. Слишком близко.

Когда я повернулась, Даниэль уже стоял в нескольких шагах от меня. Тень подчёркивала резкие черты лица, взгляд был внимательным, тяжёлым – таким смотрят не на женщину, а на решение, которое может стоить жизни.

– Я хотела вас предупредить, не более. Это ловушка, – Мой отец…

– Я знаю, – перебил он спокойно.

Почему? – спросил он. – Почему вам не всё равно?

– Потому что это неправильно, – сказала я наконец. – Ударить в спину – неправильно. Даже если вы… такой.

Я не договорила.

Но в этом «такой» было всё: его репутация, кровь, слухи, страх.

– Вы должны меня бояться, – сказал он.

Это было не предупреждение.

Это был факт.

Это выбило меня из равновесия.

– Тогда почему вы здесь? Как вы вообще нашли меня?

Он смотрел на меня долго. Слишком долго. Не как мужчина, который хочет. Как мужчина, который борется.

– Потому что вы попросили не приходить.

– Это нелогично.

– В моем мире логика часто умирает первой. Я хотел снова увидеть вас. Понять, зачем вы предупредили врага своего отца?

Он сделал шаг ближе, не касаясь, но воздух между нами стал плотным, будто его можно было разрезать ножом.

– Вы понимаете, что если вас увидят со мной…

– Тогда вас используют против меня, – закончил он. – Или меня против вас.

– Но вы всё равно пришли. Я просто не хотела, чтобы пролилась кровь. Если можно остановить нечто ужасное, я сделаю всё, что в моих силах.

– Да, я пришёл потому что захотел. Поверьте, милая Мирабель, кровь прольётся, но она будет не моей. Вы не в силах остановить то, что начал ваш отец.

Мои пальцы сжались в складках платья.

– Вы должны уехать до свадьбы. Я слышала, как он говорил… он хочет вашей смерти.

– Я знаю и это.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

– Тогда вы безумец.

Уголок его губ едва дрогнул.

– Возможно.

Он перевёл взгляд на моё лицо, словно запоминая.

– Но вы – возможно, причина моего безумия.

–Я не могу быть «вашей» ни безумием, ни чем-либо ещё. Вы знаете, что скоро состоится моя свадьба, не ставьте меня в неловкое положение.

Я не верю, что говорю это вслух: «Свадьба» боже…

– Я и не прошу, чтобы вы принадлежали мне, – ответил он сразу. Но вы уверены, что ваш брак с ним состоится? Я уверен, что он не предел ваших мечтаний.

Он подошёл ко мне почти вплотную, и запах его одеколона окутал всё вокруг.

– Вы предупредили меня, вы понимали все риски и всё же сделали это. Разве вас не учили, что милым барышням не следует связываться с опасными мужчинами?

Я подняла голову и посмотрела прямо в его чёрные глаза.

– Мне стоит вас опасаться?

Уголки его рта дрогнули в лёгкой улыбке.

– Вы заинтересовали меня, Мирабель. Мне кажется, что вам хочется расправить свои покорно сложенные крылышки и упорхнуть, как птичка.

– Я не собираюсь оправдываться перед вами, и у меня нет никакого желания развлекать вас. Если вы ищете скрытый смысл моего поступка, то можете не стараться. Всё просто. Я не хочу крови на своих руках.

Он отступил на шаг. Этот жест почему—то ранил сильнее, чем если бы он приблизился.

–После этой ночи всё изменится, – сказал Даниэль. – Вы должны быть готовы.

– К чему?

Он посмотрел на меня в последний раз – тяжело, будто приняв решение, которое мне явно не понравится.

– К тому, что я не отдам вас этому миру. Даже если за это придётся заплатить кровью. Если я что—то захотел, оно непременно станет моим. Вопрос лишь во времени.

Его слова ударили по моему сердцу, пробудив странное чувство – смесь тревоги и странной и почти пугающей надежды. Почему меня влечёт к человеку, который может бросить меня в пламя? Почему я всё ещё стою здесь, когда мозг кричит: «Беги!»

Он говорил это с такой силой, такой уверенностью, будто уже знает все шаги наперёд. Но это значит, что я тоже втянута в эту войну…

Я боюсь его… боюсь этого притяжения… и всё же не могу отвести взгляд. Его слова разорвали что—то внутри меня…

Он исчез так же тихо, как появился.

Я осталась одна в лунном свете, с бешено бьющимся сердцем.

Вернувшись в свою комнату, я закрыла за собой дверь. Словно маленький замок мог уберечь меня от всего того, что происходило за этой дверью.

Сердце стучало так громко, что казалось, будто весь дом слышит мои удары.

Я присела на край кресла, опустив лицо в руки, и тихо заплакала.

Почему я думаю о нём? – шептала я – Почему он поселился в моей голове, если он… если он тоже из этого мира?

Каждая мысль о Даниэле сжигала изнутри. Он был таким чужим, таким опасным, таких людей надо обходить стороной… и в то же время он был тем, кого невозможно забыть.

Я боюсь его. Боюсь, что если позволю предательским мыслям проникнуть в сердце, то стану ещё одной пешкой в его мире.

“ Если я что—то захотел, оно непременно станет моим”

Во что ты вляпалась, Мира…? Мысли о нём не отпускали: что он имел в виду?

Даниэль поселился в моей голове, как тень, которая движется вместе со мной, даже когда свет кажется ярким и безопасным.

Я сжала ладони, ощущая холодный металл браслета на запястье, и поняла: моя свобода скоро исчезнет. Мои дни сочтены. И изменить уже ничего нельзя.

10 ГЛАВА

ДАНИЭЛЬ

Я возвращался домой.

Ехал тихо, но внутри меня бурлили мысли о ней.

Глупая мышка, бежит напрямую в мышеловку.

Её попытки показать мне свою храбрость были смешными. Она не хочет крови на своих руках? Но ногами она уже стоит в ней.

Я уже не сомневался. Моё решение было окончательным.

Совсем скоро… Малышка Мирабель окажется в моих руках.

Мне доложили. Не слух. Не предположение. Факты.

Рикардо в обход подписанного договора провозил свой товар через мою границу.

Тихо. Через второстепенные порты. Через людей, которые думали, что их никто не видит. Но на моей земле не бывает «никто».

Валерио положил передо мной папку.

Фредо стоял чуть в стороне, скрестив руки.

– Два контейнера, – спокойно сказал Валерио. – Ночью. Через западный коридор. Без уведомления. Без процента.

Я пролистал документы.

Подписи, маршруты, имена посредников.

Он не просто нарушил договор. Он проверял границы, проверял меня.

Я закрыл папку.

В комнате стало тихо.

– Он думает, что я слишком занят, – сказал я спокойно. – Или слишком мягок.

Сантино хмыкнул.

– Он думает, что сможет пролезть под дверью, пока я смотрю в другую сторону, – продолжил я. – Что я не замечу пару ящиков. Пару машин. Пару миллионов.

Я поднялся.

– Ошибка.

Фредо шагнул ближе.

– Что прикажешь?

Я взял телефон.

– Я сообщу Рикардо, что навещу его. Лично.

Валерио чуть прищурился.

– Это риск.

– Пусть думает, что это риск, – ответил я. – Пусть думает, что я не решусь прийти в его логово.

Я застегнул пиджак.

– Но он должен понять одну простую вещь.

Я остановился у окна.

– Я не боюсь его. И тех червей, которые ползают у него под ногами.

В комнате повисла тяжёлая тишина.

– А товар? – спросил Фредо.

Я посмотрел на него.

– Сожгите.

– Весь?

– До последней коробки.

Пауза.

– И оставьте одну у ворот его склада.

Валерио едва заметно улыбнулся.

– Как напоминание?

– Нет, – спокойно сказал я. – Как предупреждение.

Я набрал номер.

Когда Рикардо взял трубку, его голос был ровным. Слишком ровным.

– Даниэль.

– Сеньор Моретти. Через день я буду у вас. Нам нужно обсудить дела.

Короткая пауза.

Он думал.

Просчитывал.

– Конечно. Буду ждать.

– Я знаю, – ответил я.

Я отключился.

Он думал, что я играю в равного.

Но в этой игре я уже перестал быть соперником. Я стал границей. И он только что попытался её перейти.

Сантино, прислонившись к дверному косяку, усмехнулся.

–Я поеду один.

– Один? Ты собираешься просто так зайти в его дом и вести переговоры?

– Да, один. Это бизнес. Я не пришёл устраивать драку, я пришёл показать, как я сейчас держу юг и запад.

Валерио нахмурился и шагнул ближе.

– Если это бизнес, нужно быть готовым к тому, что он не будет играть по правилам. Ты уверен, что это хорошая идея? Нужен план.

– План есть, – положив ладонь на карту, я осмотрел нашу территорию. – Он думает, что может использовать мою землю для своих игр. Я дам понять, что так больше не пройдёт. Всё остальное – детали.

Фредо покачал головой.

– Это рискованно. Они не будут сидеть сложа руки, если почувствуют, что мы наступаем.

– Именно поэтому я и еду сам, он должен услышать это лично от меня. Прямо в том месте, где он считает деньги полученные с этого дела.

Сантино сжал кулаки:

– Ты уверен, что это не закончится перестрелкой?

– Перестрелки не будет. – Я покажу, кто держит власть, и пусть никто не думает, что я буду бездействовать.

Друзья переглянулись. Они понимали: что я хожу по тонкой грани. Но в моём взгляде была уверенность, которую невозможно было игнорировать.

– Хорошо, – сказал Валерио наконец. – Мы держим твою спину, если что—то пойдёт не так. Но я поеду с тобой. Я подожду в машине. Мы не можем так рисковать.

Я не хотел спорить с ним. Лишняя помощь не помешает, если что—то пойдет не так.

Сегодня начинается новая глава. И север узнает, что Витторе – это имя, которое стоит бояться произносить в своих тёмных углах.

Мы проделали слишком долгий путь, чтобы это было простым визитом.

Никто не едет через пол-Италии просто из вежливости.

Я остановил машину у ворот особняка Рикардо. Вечернее солнце садилось за горизонтом, окрашивая каменные стены в кроваво—оранжевый цвет. Я вышел, медленно проходя по выложенной плиткой дорожке, глаза оценивающе скользили по каждому движению охраны.

И тут я увидел её.

Мирабель стояла у окна на втором этаже. Тонкая тень её фигуры вырисовывалась на фоне мягкого света, который лился из комнаты. Она была так близка и одновременно недостижима. Она словно свет, который готовится к встрече с тьмой.

Её взгляд, растерянный и любопытный одновременно, встретился с моим. Я почувствовал, как моя привычная решимость дрогнула – но лишь на мгновение.

Я улыбнулся ей, она же смущённо отвела глаза в сторону.

«Невинная девушка… и её хотят сделать разменной монетой из-за отца», – я сжал кулаки.

Мой разум подсказывал быть осторожным, держать эмоции в узде, но в глазах Мирабель была не только тревога. Там было что—то ещё – притяжение, которое я не хотел признавать даже самому себе.

– Я здесь ради Рикардо. Всё остальное – второстепенно.

И всё же, прежде чем подняться к двери, мои глаза невольно снова остановились на окне.

Но её уже там не было.

Я поправил пиджак и направился к двери, где меня ждала встреча с Моретти.

Дворецкий проводил меня к его кабинету. Тяжёлые портьеры были задвинуты, в камине тлели угли, запах дорогого табака смешивался с чем‑то металлическим – страхом, который хозяин дома пытался скрыть.

– Даниэль, – Рикардо поднялся, улыбаясь слишком широко. – Рад, что ты смог приехать. Правда, я думал, что мы встретимся в другом месте.

Я не ответил на улыбку, прошёл вглубь кабинета, не спрашивая разрешения, и остановился напротив стола.

– Ты не рад. Давай честно, ты надеялся, что я закрою глаза.

Улыбка Рикардо дрогнула на долю секунды.

– Ты молод, Даниэль. Твой отец был мудрее. Он понимал, что бизнес – это компромиссы.

– Мой отец понимал значение слова честь. А компромиссы ты используешь как прикрытие для грязной работы.

Рикардо опёрся ладонями о стол.

– Я предложил ему сотрудничество. Выгодное. Товар, маршруты, деньги. Юг и север могли бы зарабатывать вдвое больше. Я готов предложить то же самое тебе.

Я медленно наклонился вперёд, и мой голос стал тише – и от этого опаснее.

– Наркотики не пойдут через мою землю. Ни сегодня, ни завтра, ни когда‑либо. Ты пускал товар через мою границу и думал, что я одобрю это?

В кабинете повисла гробовая тишина. Даже камин будто перестал потрескивать.

– Ты слишком категоричен, – Рикардо усмехнулся. – Мир меняется.

– Не мой мир.

Рикардо выпрямился.

– А как насчёт твоей территории, Даниэль? Мои люди жалуются. Говорят, их встречают слишком… негостеприимно.

– Если мои люди возвращают твоих солдат без ног – значит, им повезло. В следующий раз они могут не вернуться вовсе, если ты ещё раз посмеешь отдать приказ о набегах или перевозках через мои земли.

Я выдержал паузу и улыбнулся ублюдку: —Ты думал, что я не узнаю? Я знаю про тебя всё. Каждый твой шаг, твои мысли, твои дальнейшие действия.

Молчание стало густым, вязким.

– Ты угрожаешь мне в моём доме? – процедил Рикардо.

– Я предупреждаю. И запомни одну вещь, Рикардо: я не отступаю. Я уберу любого, кто встанет у меня на пути. Семьи, титулы, старые связи – всё это не имеет значения.

Я сделал шаг назад, собираясь уходить, но остановился у двери.

– Ты привык действовать исподтишка. Я – нет.

Рикардо сжал челюсть.

– Ты ещё пожалеешь об этом, Даниэль. Горько пожалеешь.

Я вышел, не обернувшись. Уверен, он впервые за долгое время понял: что не контролирует эту игру, и времени у него почти не осталось.

–Как всё прошло? – голос Валерио был спокоен, но его взгляд был немного растерянным.

–Всё прошло так, как я и думал. Я дал понять, что его власть больше не такая крепкая.

–Хорошо, я рад, что ты вышел оттуда живым. Иначе Фредо бы убил меня подушкой во сне.

–С тобой всё в порядке?

Я понял, что Валерио мыслями был не здесь.

–Да…, кажется я видел подруг Мирабель. Я не знаю, как её зовут. Девушка, у нее были длинные черные волосы.

–Девушка? –Наверно это была ее кузина. Я видел их на приеме. Они очень близки.

Валерио редко кто―то мог заинтересовать.

–Она подмигнула мне… – Я рассмеялся. —Что она сделала?

–Даниэль, она, мать его, подмигнула мне, потом улыбнулась и завиляла своей попкой в сторону дома.