Смерть зимы

– Отвлекающий маневр, при котором мы с тобой запекаемся заживо, уже не очень отвлекающий и совсем не маневр. Я просто запущу пожарную тревогу. По-хорошему, она должна шугануть проводников на полчаса. Но они тут наверняка такие же скептики, как все проводники мира. Как только разберутся, что пожара нет, тут же вернутся.

– Может, и не убегут? – засомневалась Нико.

– Убегут просто на всякий случай – не столько ради себя, сколько ради сохранения трофеев. Думаю, минут десять у тебя будет, так что готовься!

К такому готовиться не нужно, но Нико сделала вид, что и правда занята. Иначе ей тоже пришлось бы участвовать в имитации пожара, а она понятия не имела, как такое сделать.

Но Эзра ни о чем ее не спросил. Он прошел дальше по коридору, до первого попавшегося перекрестка. Оглядевшись по сторонам, он заметил на одной из стен, примерно в двух метрах над полом, странного вида решетку. Это не было похоже на стандартную пожарную сигнализацию, однако Эзра пробубнил себе под нос нечто вроде «вот и славненько», значит, его все устраивало.

Он достал из кармана короткую сигнальную свечу и без сомнений переломил пополам, создавая ярко-малиновое пламя. Действовал он спокойно и уверенно, как будто и не знал даже, что такое сомнения. Все с той же обыденностью Эзра прижал полыхающую свечу прямо к решетке, а секундой позже на весь квартал взвыла настолько громкая сирена, что Нико не удержалась, заткнула уши руками.

Замешательство было недолгим, скорее инстинктивным. Она быстро пришла в себя, опустилась на пол, закрыла глаза, сосредотачиваясь на сигналах нейромодуля. Эзра и так сделал больше, чем она ожидала, пора и ей проявить себя!

Расчет ее спутника оказался верным: проводники действительно двинулись с места, устремились к общей территории. Сначала Нико не сосредотачивалась на тонком анализе сигналов, знала, что это ударит больно, как в прошлый раз. Она осторожно наблюдала за местными жителями, убеждаясь, что они перемещаются. И ведь эфир действительно очищался! Вместе с проводниками исчезали источники сигналов, и в квартале, дрожащем от движения, вибрирующем от завываний сирены, оставалось все меньше неоновых нитей.

В какой-то момент Нико показалось, что сигнал исчезнет окончательно, но нет, кое-что сохранилось. Были коды, которые никто не прикрывал – видимо, оборудование, которое сочли менее значимым или то, что принадлежало покинувшим город проводникам. Но обнаружилось и нечто более интересное: сигнал, который намеренно пытались скрыть помехами. Действовали не слишком умело, чувствовалось, что тут с нейромодулями никогда не работали. Однако старания проводников не были напрасными, обычный оператор вряд ли что-то обнаружил бы. А вот Мастер Контроля, пусть и не получивший звание официально, должен был справиться.

– Есть! – объявила Нико. Она не обязана была перед ним отчитываться, но почему-то не удержалась. – Я кое-что нашла!

– А я в тебе и не сомневался, сомнения в тебе – больше по твоей части.

– Да пошел…

– Сейчас не могу, – прервал Эзра. – Тебе лучше поторопиться, вместе пойдем и даже не туда.

– Что-то случилось?

– Я тут в компании сканера слежу за передвижениями моих коллег и вижу, что они даже менее дисциплинированные, чем я предполагал.

– Мне нужно больше времени! Я пока не могу сказать, где именно расположены тайники и что там находится!

– Я, конечно, тебя не тороплю, но у тебя для этого минуты три.

Нико знала, что второго шанса на подобный осмотр у нее не будет, да и Эзра тоже все прекрасно понимал. Поэтому он действительно больше ее не торопил, хотя какой-нибудь оператор или даже Мастер на его месте уже извелся бы. Эзра же выждал пару минут, давая ей шанс закончить. Но когда стало понятно, что она просто не успевает, он предпочел не впадать в истерику, а действовать.

Он вышел вперед, так, чтобы закрыть собой Нико от любого, кто появился бы из соседних коридоров. Псы, повинуясь его команде, расположились по обе стороны от девушки. Все это не гарантировало абсолютную защиту, многое зависело от того, чем будут вооружены проводники, как они себя поведут. Они в любом случае рисковали… Но Эзра принимал этот риск с достоинством, которое раньше казалось Нико невероятным для таких, как он – не принятых в близкий круг Черного Города. Проводник понимал, что сам сделал выбор, и не считал нужным прикрывать свою слабость нытьем.