Снимая маски. Путешествие в Аэдор

Они настолько низкого сословия, что вынуждены были, селиться рядом с опасными существами. Их было жаль, ведь возможно именно здесь, под боком злобного духа, они нашли пристанище и могут существовать, хотя бы с крышей над головой. Задумавшись, а стоит ли расправляться с духом, я быстро выкинула дурацкие мысли. Сколько жизней было загублено уже этим призраком и сколько будет еще. Нет, может сейчас он не трогает их, но однажды войдя в фазу полного безумия, он уже не будет убивать изменников, он убьют любого живого.

Вспомнив об увиденном перед входом, я уже более уверено продолжила путь, оставляя нищих в амбаре. Судя по обустройству, они там провели достаточно времени, и если дух их пока не трогал значит, не тронет и сегодня. С этими мыслями я вошла во вторые ворота и оказалась на главном плацу.

Взглянув вверх цитадели, на одной из башен виднелся силуэт пронзенный остриём, висящий раскинув руки на пике, его лицо было устремлено вверх. Похоже он появился здесь не так давно и вороны кружившие над телом, время от времени клевали останки. Судя по всему бедняга выпал прямо из того окна, пытаясь сбежать от мстительного духа. Оглядев сооружение со всех сторон, я пришла к выводу, что открытого прохода нет, а значит где-то была иная лазейка внутрь. Нищие заперли любые входы и выходы в это здание. Думаю они пытались мнимо отгородиться от него, столь глупым способом или просто для того, чтобы дети не лезли внутрь.

Походив еще не много во круг я так и не нашла входа, а попытавшись открыть хоть одну дверь или окно было ощущение, что их намертво приварили. Почесав затылок, единственной мыслью было вернуться к тем нищим и узнать о входе, где-то точно должна была быть лазейка. В цитадели всегда делали выходы или.. Замерев от очевидности мысли, я быстро покрутилась и увидела поодаль от себя колодец. При штурме, если враг все же смог прорваться в стены крепости, последним оплотом была цитадель, и в ней оставшиеся войны и мирные люди могли прятаться неделями, но это было не возможно сделать без воды. А значит если есть колодец то там должен быть и тоннель ведущий прямиком в здание. Нет конечно вода поступала не из самого колодца, иначе враг бы просто перетравил всех. Как раз таки наоборот вода всегда шла из грунтовых вод от цитадели в колодец, а от туда дальше, вниз и иногда ей же наполняли рвы, если таковые имелись во круг крепости. А значит если проход цел и воды не так много, мне удастся проникнуть туда именно так. Возвращаться и будить тех людей, от слова совсем не хотелось, я понимала во что может вылиться мое желание уберечь их от злого духа. Поэтому взяв камень, я бросила вниз начав считать, послышался чуть тихий глухой стук, если бы не магически улучшенный слух, я бы и не услышала. Колодец был пуст, значит либо проход завален и мне все же придется пообщаться с местным населением, либо же вода просто покинула это место. Сильного выбора не было, а потому достав веревку я намертво привязала ее узлом двойной восьмерки.

Скинув второй конец в колодец, я подняла глаза к одной из башен. На ум пришли слова наставницы “Иногда, чтобы подняться в самый верх, стоит спуститься ниже”, кто бы сказал раньше, что эти ее советы так пригодиться в жизни. Резко выдохнув и посмотрев вниз, где будто бы раскрывая свои объятья, ко мне взывала сама тьма, я начала спуск. Оказавшись на чуть сыром и илистом дне, поняла что интуиция не подвела, прямо вёл небольшой узкий ход, через который когда-то текла вода. Опустившись на корточки и собираясь полсти по тоннелю на меня сверху что-то свалилось. От неожиданности я под прыгнула и схватив это подняла к глазам, готовая атаковать и только после, до моего сознания долетел тихий мерзкий хохот и эхом раздающийся по дну колодца голос: – я жду тебя, Тёмная, иди ко мне!

В моих руках оказалась порванная веревка, а прямо надо мной вверху колодца измывался призрак. Похоже он с самого начала следил за мной и загнал в ловушку. Теперь действительно был только один путь, в конце которого меня будет поджидать он.

– Пусть тебя сожрет огненная саламандра! – от злости выкрикнула я, но в ответ была тишина.

Тоннель был тесным и сырым, двигаться по нему было настоящей пыткой, руки и колени скользили и чавкали в иле, а на лицо, нет – нет да спадали волосы, лезли в глаза и оставляли грязные следы на нем. В конец обозленная, покрытая с ног до головы грязью и в сырой одежде, я вывалилась из тоннеля. Переводя дыхание, я уже без зазрения совести лежала на сыром песке и смотрела в темный каменный потолок, с которого свисали паутины пыли и каких-то водорослей. Окончательно придя в себя и поднявшись на ноги, я быстро нашла лестницу ведущую наверх. Не теряя времени, поднялась на следующий этаж, предо мной предстала ужасная картина. На одной из стен висел скелет в доспехах, он был прикован по середине стены. Все тело было оплетено плющом будто тот в прямом смысле погладил его, оставляя в назидание другим, лишь лицо некогда искаженное болью, в крике и руки тянущиеся к кому-то стоящего на моем месте, остались не тронуты. Прислушавшись, я не нашла следов энергии, а значит все давно растворилось в пространстве и возможно, что его душа тоже, растворилась в нем.

Пройдя немного дальше по коридору, я обнаружила ещё одну лестницу, ведущую выше. Только собралась подняться по ступеням, как земля под ногами вдруг задрожала и начала уходить из-под ног. Лишь тогда в полной темноте заметила притаившийся магический дикий плющ. Теперь поняла причину смерти того мужчины: смертоносное растение погубило его, а теперь выбрало своей мишенью меня. Едва мысль успела оформиться в моей голове, как лианы растения бросились ко мне, стремясь сомкнуться вокруг тела. К счастью, я вовремя увернулась, и Душегуб лишь слегка задел плечо, оставив багровый след на разорванном рукаве белой рубахи.

Чертыхаясь, выпустила в чудовище струю зелёного пламени. Растение издало крик, похожий на металлический скрежет, испытывая боль. Не давая противнику передышки, призывала огненный клинок и отсекла ползущие лианы. Затем снова обрушила огонь туда, где на стене висел скелет в доспехе. Монстр ответил новым, гораздо более громким воплем.

Нечего расслабляться и терять бдительность. Разбежавшись ухватилась за ближайшую лиану, позволив ей обмотать свою ногу. Подтянулась руками к бутону, спрятанному за обломками брони. Но растение решило иначе: резко рвануло меня вниз, заставляя пальцы скользнуть по гладкой поверхности. Я падала, успев сгруппироваться, однако оно не дало мне даже секунды передышки, подбросив моё тело обратно в воздух, и направляя прямо в раскрывшуюся пасть монстра.

Что ж в моей жизни бывали моменты, когда приходилось прыгать в рот того или иного монстра, оказываться в их желудках заживо проглоченными, даже однажды побывала в пасти дракона, конечно если бы не ранее проглоченный им рыцарь, чей кинжал застрял у него в небе, мне бы так и не довелось узнать строение полости рта чешуйчатого. Но чтобы меня сожрала какая то ромашка переросток, это было выше моей гордости, а потому в последний момент, от злости за испытанные мучения в тоннеле и подмоченную репутацию, пусть свидетелями оной стали лишь эти холодные мертвые стены, я от души шарахнула рвотным проклятием в пасть гадины.

Не ожидавший такой подлянки Душегуб, резко отпустил меня, и я вновь упала на землю, кубарем откатываясь от него. Тот же замер на мгновение пытаясь понять происходящее и мне хватило этого, чтобы вихрем взметнуться вверх по лестнице и не стать свидетелем того, что сейчас польется из пасти той мухоловки.

Оказавшись на следующем этаже, передо мной открылся необычайный вид. В центре был размещен сад над открытым небом, окружённый аркадой, разрушенные и разбитые статуи Великих богов окружали это место. Некогда ухоженные плодоносящие деревья были полностью оплетены сорняками. Трава была выше обычного человека, мощеные камнем дорожки, покрывала грязь и песок, оставляя лишь смутное представление того, насколько это место было прекрасно и сколько жизни царило в нем.

Пройдя вдоль сада, я увидела несколько проходов, но заметив в одном из коридоров свет, решила что он приведет к той самой бойнице, где якобы обитает призрак.

Оказавшись внутри, я выглянула наружу, это действительно оказалось то самое окно, про которое говорил дух. Только призрака здесь и в помине не было. В помещении ярко озаряя его, горел факел, судя по пламени, огонь был зажжен магическим путем. Подойдя ближе и подняв его с пола, я взмахом руки хотела потушить огонь, но пламя не поддалось, нахмурившись я вновь попыталась погасить его, но вновь меня ждала не удача. Поставив тот в подставку и взглянув на него под другим углом, ничего особенного я не обнаружила. Решив, что можно и так оставить, направилась обратно в сад, откуда зашла в уже другой коридор и по лестнице поднялась выше.

Не став останавливаться на других этажах, я дошла до жилых комнат и начала исследовать их. Призрак, будто затаившись не показывался, что заставляло чувствовать напряжение. Не смотря на начало своего пути по крепости и хищного цветочка в подвале, здесь не было ни одного скелета или намека на проклятое место. Наоборот, здесь было уютно и если навести порядок, то даже можно сказать, что это место просто уснуло в ожидании новых жильцов. Исследуя комнату за комнатой, я осторожно продвигалась вперед, как вдруг в одной из стандартных солдатских жилищ на столе обнаружился чей-то дневник, судя по подчерку его вёл мужчина в годах. Открыв на первой попавшейся странице я пробежалась по той взглядом:

“Семнадцатый день осады. Припасы на исходе, но вода и плоды в саду дают нам преимущество. Где помощь?“

Четко выверенными движениями были выведена слова, судя по всему этот дневник вёл решительный мужчина с военной выправкой, привыкший скорее командовать, чем подчиняться.

“День двадцать второй, ночью была атака. Несколько десятков врагов попытались пробраться через южный вход. К счастью, наши лучники оказались на высоте. Потерь среди рыцарей почти нет, но я потерял друга – сержанта Зальмьера. Стрела угадила прямо в сердце… Надеюсь, подкрепление придет раньше, чем Абранты снова нападут.”

– Абранты? – это не вероятно. Я глазам не хотела верить. Пролистав на самую первую страницу, я увидела надпись, которую изначально решила пропустить: “Личный дневник, лейтенанта Роджера Орена Гранда, верноподданного Его Величества Эдвина Шерона”. Испустив протяжный вздох, картинка в голове медленно, но верно начала складываться и то что было в моих руках, было настоящим сокровищем. Перелистнув страницы дневника дальше, я обнаружила небольшую карточку с изображением семьи: мужчина среднего возраста с едва заметной проседью стоял слегка позади стула, уверенно глядя вперёд с прямой осанкой. Его ясные голубые глаза излучали решительность и внутреннюю силу, но также в них светилась тихая радость. Одну руку он держал за спиной, а вторую положил на плечо стоящей рядом женщины. На нём была парадная военная форма с орденом Королевского образца, которым ранее награждали за выдающиеся достижения. Женщину, расположившуюся на стуле, отличала приятная внешность: иссиня черные волосы и светлые карие глаза, почти янтарного оттенка. Её возраст соответствовал возрасту мужчины, а аккуратная причёска, уложенная волосок к волоску, подчёркивала её благородное происхождение. На ней было простое, но изящное платье без излишних украшений, дополненное золотыми серёжками и небольшой цепочкой с кулоном. Присмотревшись внимательнее, я заметила, что этот кулон казался мне странно знакомым. Отложив изучение подвески, мой взгляд переместился на девочку, уютно устроившуюся на коленях женщины. Девочке ещё не исполнилось и пяти лет. У неё были очаровательные румяные щёчки, трогательно доверчивый взгляд больших голубых глаз, унаследованных от отца, и зачёсанные в забавные хвостики густые чёрные волосы, унаследованные от своей матери. Этот семейный портрет поражал своим очарованием и искренностью чувств, передавал образ идеальной пары, вызывая чувство лёгкой зависти. Вернув карточку на прежнее место, я ненадолго задумавшись, аккуратно закрыла дневник и вернула его на стол.

– Теперь понятно, как эта крепость, стала частью Гетенбурга, – изначально сооружения “Светлой горы” были частью территории Аэдора, они создали их из солнечного камня, который добывался в Ледяных горах и стал материалом для постройки, и мало кто обладает знаниями, о том как этот камень добыть.

Все так же не отходя от дневника, я смотрела куда-то вдаль, продолжая размышлять об истории этих стен. Интуиция подсказывала забрать дневник и прочитать, будто в нем были сокрыты страшные секреты. Протянув руку вновь к дневнику, я одернула ее, пытаясь понять, желаю ли получить ответы. Возможно, я бы продолжала бороться с собой и дальше, если бы не шорох за моей спиной и тихий, обезумевший голос, произносивший: – Вот мы и встретились, Темная.

Развернувшись мгновенно, я приготовилась защищаться, но замерла, встретившись взглядом с привидением женщины с той самой карточки. Заклинание оставалось в руке, пока мой взгляд метался между призраком и дневником.

– Это… ты! – еле слышно прошептала я, поражённая встречей. Ее тёмная аура буквально подавляла, желание мести витало вокруг неё, однако она оставалась неподвижна.

Облетев меня и встав так, что стол оказался аккурат между нами. Она нежно провела пальцами по обложке дневника, и тихо сказала:

– О, мои любимые… – слёзы покатились по её бледному лицу. Через мгновение взгляд изменился, став чёрным и жестоким:

– Почему вы забрали их у меня?! – набрасываясь с криком, она попыталась схватить меня.

Готовая к атаке, я выпустила заклятие, которое, попав в нее, отбросило призрака назад. Воспользовавшись возможностью и схватив дневник, я бросилась бежать по коридору вниз.

– Ядрена кочерыжка! – выругалась я на ходу.

Оказавшись на первом этаже, в саду, мне удалось спрятаться за одной из статуй. Пока я не разберусь, что именно удерживает ее здесь, избавиться от нее никак не получится, да и сама она вряд ли расскажет об этом. Я быстро начала листать дневник, строчки мелькали перед глазами: “Сегодня весь день прошел в ожидании атаки…

…Стрелы сыпятся градом, многие ранены. Солдаты держатся молодцом, но видно, что силы на исходе. Во сне я вижу лицо моей жены и дочери. Интересно, доживу ли я до утра?…

…Продовольствие почти закончилось. Голод заставляет некоторых думать о сдаче, но сдаваться нельзя. Если мы падём, враги смогут продвинуться дальше вглубь наших земель. Наше дело – задержать их как можно дольше. Может быть, завтра прибудет помощь?…

…Они атаковали утром. Волны солдат хлынули на стены. Мы отбивались, сколько могли, но сил оставалось всё меньше. Я увидел приближение огромного тарана. Через полчаса восточные двери рухнули, они ворвались внутрь цитадели…

…Подкрепление так и не пришло. Прощайте мои любимые, вы на всегда в моем сердце… “

Прочитав, последние строки дневника мое тело прошибла дрожь. Описание здесь было ужасно, как и мысль что враг все же победил. Но больше меня беспокоило, что в дневнике не было почти ни слова о его жене. Он писал, что видел их во сне, он прощался с ними. Но что стало после? Неужели девочка, как и отец погибла? Что тогда, с той женщиной? Пытаясь припомнить имя из дневника: – Нариса! Её звали Нариса, – тихим шепотом произнесла я, откидываясь спиной на холодную шершавую стену. Легче дело не становилось.

Когда солнечные лучи коснулись верхушки цитадели, я проходила мимо тех самых восточных ворот, что не когда оказались разрушены противником и стали концом последнего боя меж Абрантами и Аэдорцами. Двери были крепко заперты на деревянный засов, открыть в одиночку не представлялось возможным, но на то я и маг, чтобы простым заклинанием сдвинуть эту бандуру. Оказавшись с другой стороны крепости и освободившись от стен цитадели, передо мной предстал погост. Было похоже, что он давно не использовался, вероятно, с той самой битвы. Пройдя меж могил, я заметила, что большинство были безымянными, но на некоторых еще виднелись остатки имен и даты их жизни. По средине этого небольшого погоста стояла стела с высеченными именами. Похоже, потомки решили сохранить эту историю и не давать ее забыть тем, кто служил здесь. Имена, судя по всему, были обеих сторон, а значит и их прах был развеян на эту землю воедино, что несколько смущало и не могло не вызвать вопросов.

Пройдя в конец погоста, под раскинувшимся вековым дубом, я заметила три могилы. Две из них были обычного размера, а по средине была расположена плита немного меньше. Имена на них были стерты временем, оставив лишь смутное представление о том, кому они могли принадлежать. Что-то подсказывало: разгадка ближе, чем кажется.

Присмотревшись внимательнее, я заметила следы на одной из могил: она казалась не ровной и словно не давно раскопанной. Вырвав траву и протерев камень от грязи и пыли, я вынула лист пергамента и грифель. Приложив лист к камню я начала заштриховывать его, на бумаге отпечатались буквы. Солнце, что так вовремя выглянуло из-за стен сооружения осветило лист, на котором были еле различимые буквы "… Гер… Ор… нда… уж и .... ец", все еще сомневаясь, я проделала тоже самое со второй могилой, на ней отразилось " ..Г..иня… иса.. де Гр… любящ… ать…" совместив имеющуюся информацию, выводы сделаные ранее подтвердились. Могилы принадлежали семье Гранд, герцогу и герцогине, а средняя была их дочери.

– Бездна, и что теперь? – мысли скакали с одного на другое, одни вопросы, ноль ответов. Найденные могилы, не давали ответов на самый важный вопрос: Почему она пробудилась именно сейчас? Взглянув на могилу лейтенанта оценивающим взглядом, я решила, что пора бы пообщаться с герцогиней. Хочет она или нет, но ответы я получу.

Дождавшись, когда земля подсохнет, после ночного дождя, а солнце вновь спрячется за облаками, я начертила пентакль и выстроив защитный барьер на могиле женщины, начала призыв. Можно было бы и найти ее так, но судя по нашей единственной встрече, стоять и ждать пока я помещу ее в ловушку, герцогиня не станет.

– Invoco vos spiritum, qui non potuerunt invenire pacem. Te invoco, spiritum excitatum a somno. Veni ad me, et pugna! – ветер усилился, в мгновение, стоило первым строчкам призыва сорваться с моих губ. Тучи, набрав новую силу, начали лить свои холодные слезы. Насквозь сырая, я стояла, продолжая читать призыв.

"Нельзя отвлекаться, иначе заклинание не сработает", промелькнула мысль. Закончив последние строки, и сделав два паса руками, свечи вспыхнули, ярким зеленым светом. Дух был пойман.

Она появилась медленно, пытаясь всеми силами сопротивляться моей магии, но сила некроманта жестока к мертвым, да и к живым не меньше. Ее лицо кривилось от боли, но она продолжала пытаться вырваться. Окончательно ослабнув в ловушке, женщина с тяжестью упала на колени, замерев словно каменное изваяние. Если бы не ее призрачная оболочка, через которую, как через призму, были видны размытые силуэты травы и кирпичной кладки, можно было бы решить, что это памятник, вознесенный в память, о некогда любящей жене и матери.

Я так же как и она была не подвижна, ветер с дождем, не переставая хлестали мое лицо и тело, не оставляя возможности укрыться от их гнева. Прошло минут десять, прежде чем разъяренная природа отступила, и оставила меня и герцогиню наедине, но не позволяя солнцу увидеть, царившее беззаконие на живой земле. В мертвой тишине, лишь мое дыхание и стук сердца были ориентирами, что я здесь, а не за гранью. Герцогиня же, стоило последней капле упасть на землю, медленно и грациозно, будто не она, а я являюсь ее заложницей, встала с колен и царственно сложив руки на груди высоко подняла подбородок и надменно произнесла: – темные, – будто плевок, – вы вечно забываете свое место. Ты не смеешь призывать меня как какую-то безродную шавку! – переходя на крик, закончила разъяренная женщина. Заломив бровь и встав в позу ее отражения, я столь же надменно произнесла: – Вы светлые, вечно забываете, как бежали к нам и падали на колени, прося о помощи. Ты обычный злобный призрак, нежели шавка, ту я хотя бы удостоила куском заплесневелого хлеба, – холодно бросила я, в лицо этой обезумевшей. Нариса же, услышав мои слова, с новой силой налетела на барьер, но чары держали крепко. Испустив протяжный стон, она вновь начала падать на землю, но из упрямства и гордости не позволила себе этого. Злобно смотря на меня из под опущенных ресниц, женщина следила за каждым мои вздохом, но я знала – она ищет слабые места. Покачав головой я медленно подняла руки: – Я тебе не враг, Нариса. Я пришла, чтобы помочь, – возможно мои слова прозвучали глупо для нее, но я правда не хотела вредить ей. Лишь отправить за грань, на вечный покой. Резкий безумный смех пронесся над погостом.

– Ты? Как ты, можешь мне помочь? – злобно выкрикнула она, резко оборвав свой смех, – Как ты смеешь предполагать, что я приму помощь от тебя? Ты мерзкое проклятое создание, что даже смерть не стала пачкать об тебя руки, – продолжала кричать Нариса, но я же закаленная извечными тычками, пинками и бросаемыми в спину проклятиями, молча наблюдала за ней.

Со светлыми всегда так, кто-то относится к тебе спокойно, кто-то делает вид что тебя не существует, а кто-то желает избавить мир от нечисти вроде меня. Одно время даже паладины охотились на некромантов, хотя нас и так единицы, что получили второй шанс, но эти убийцы монстров, все равно умудрились истребить около ста тысяч "некромантов" и "ведьм", будто их зачислили в ряды инквизиции. Благо в мое время подобную практику прекратили, предпочтя ограничиться косым взглядом или натянутой улыбкой. Кто знает когда в вашем доме умерший родственник не захочет уходить за грань или какой сосед нашепчет проклятий. Размышляла об этом пока герцогиня плевалась желчью. Выдохшись, она показательно отвернулась, встав полубоком, что вызвало усмешку на моих губах.

– Как прикажете герцогиня, – так же показательно поклонилась ей и задумчиво протянула, – значит встретиться с семьей вы не желаете, придется развеять вас, – чуть постукивая указательным пальцем по губам я внимательно следила за ее реакцией, которая не заставила себя ждать. Спина герцогини от моих слов напряглась, она медленно на ватных ногах обернулась ко мне, став еще белее. В ее взгляде было все: ненависть, недоверие, надежда и тихая мольба. Она желала, желала покоя и встречи с семьей, но не могла получить ничего из этого.

– Как? – едва слышно произнесла она, утратив прежнюю злость, но все еще не доверяя мне.

– Вы должны рассказать, – твердо произнесла я, на что женщина вопросительно взглянула на меня, – вы должны рассказать все, что произошло с вами, как вы оказались здесь, как умерли и что пробудило вас, – как взмах клинка, безапелляционно произносила я, и каждое слово будто клинок пронзили воздух. Женщина зависла в воздухе. Было видно, она размышляла над моими словами.

– Нет, – прозвучал тихий ответ, – я покажу тебе, – не вопрос, утверждение. Поморщившись от ее слов, ведь мне предстояло погрузиться в омут призрачных воспоминаний, кивнула. Я понимала другого пути не будет, а потому глубоко вдохнув несколько раз, я снова кивнула ей, и почувствовала энергию, тянущуюся ко мне, не такую злую и враждебную, что призрак источал ранее.

Передо мной резко начали мелькать картинки: детство, юность, вот герцогине шестнадцать, еще невинная полная радужных надежд, она встретила герцога Гранда, еще молодого рыцаря витающего в облаках. Их свадьба и попытки зачать ребенка. Тускнеющий взгляд, соры и крики. Его отъезд на войну и счастливое возвращение. Радостное известие о беременности герцогини. Рождение долгожданной дочери. Дом наполненный счастьем и любовью. Отъезд мужа на границу, в крепость Лихтенглиммберг. Бессонные ночи и переживания. Письмо.. Известие о смерти. Слезы горечи и серая тень, от некогда сияющей женщины.

В тот день было пасмурно, она держала дочь на руках, неотрывно смотря на могилу мужа. Его похоронили как и всех остальных воинов высокого ранга, отдельно от стелы. Могила герцога располагалась под развесистым дубом. Война закончилась мирным договором, но легче от этого не стало никому. Она смотрела на свежезакопанную могилу супруга, не имея представления что делать дальше. Единственный кормилец погиб, не оставив своей жене и маленькой дочери ни медяка. Девочка, которой в этом году исполнилось уже пять, смотрела на маму не понимая, на сколько скверные мысли витали в голове той. Сзади подошел мужчина и осторожно положил руку на плечо женщины. Его лицо и весь его вид вызывали отвращение. Склизкий взгляд, с интересом смотревший на девочку и мерзкая холодная улыбка, заставляли желать отступить, от этого мужчины. Женщина же лишь слегка повернула голову в его сторону, не отрывая взгляда от могилы.

– Нариса, – его мерзкий голос, вызывал приступ тошноты, – ты всегда можешь рассчитывать на меня, ты ведь знаешь, – призывно и чуть наклоняясь вперед, что послышалась вонь из его рта, сказал он. Женщина сделала резкий шаг в сторону от мужчины и повернулась гордо задрав подбородок.