Дождь на мокром асфальте. Современный любовный роман

Лика не стала читать дальше. Она отодвинулась от стола.

«И к какому выводу ты пришёл?» – спросила она, глядя не на него, а на снег за окном.

Он тяжело вздохнул.

«К тому, что я не могу обещать, что не буду бояться. Или что у меня не будет срывов. Или что прошлое раз и навсегда отпустит меня. Но… – он сделал паузу, подбирая слова. – Но я могу обещать, что больше не буду прятаться. Ни в мастерской. Ни в своей боли. И уж точно не буду позволять Кирре или кому-либо ещё решать за меня, что для меня важно. Мост с Марком умер. И пусть земля ему будет пухом. Я оплакал его. Пора строить новый. И если ты… если ты ещё готова быть тем архитектором, который будет работать со мной в паре, несмотря на все мои косяки и страхи…»

Он не договорил. Просто смотрел на неё, и в его глазах была та самая уязвимость, которую она видела впервые в своей квартире, когда он пришёл объясняться.

Лика молчала. Слова письма, его речь – всё это было красиво. Искренне. Но красивые слова не грели в холоде. Не заполняли пустоту трёх дней молчания.

«Я устала, Арсений, – сказала она наконец, и её голос прозвучал неожиданно устало и по-взрослому. – Я устала быть твоим спасательным кругом. Или твоим чертёжным столом, на котором ты разбираешь свои травмы. Мне тоже страшно. Мне тоже больно. И эти три дня… они были адом. Каждый раз, когда звонил телефон, я думала – это он. И каждый раз, когда он не звонил, я умирала немного. Я не хочу так больше».

Он побледнел. Казалось, он готов был ко всему, кроме этого – кроме её усталости.

«Я знаю. И мне нет оправдания. Я… я просто не знал, что сказать. Я боялся, что любые слова будут неправильными».

«Иногда самое правильное – просто сказать: «Мне нужно время, но я вернусь». Даже по смс. Даже одной строчкой. Молчание – это тоже выбор. И это самый болезненный выбор из всех возможных».

Он кивнул, сжав кулаки.

«Ты права. Прости. Я… я не думал. Я был поглощён собой. Снова». Он с горькой усмешкой произнёс последнее слово.

В студии стало тихо. Слышно было только тиканье старых батарей и завывание ветра за окном.

«Что мы будем делать теперь?» – спросила Лика.

«Я не знаю. – Он честно развёл руками. – Я предлагаю… начать с малого. С чистого листа. Снова. Только теперь с учётом всех наших ошибок. Я не прошу сразу доверия. Я прошу… шанса. Шанса доказать, что я могу быть не только проблемой, но и… частью решения. Твоим партнёром. А не твоим пациентом».

Лика посмотрела на него. На его искреннее, измученное лицо. На его руки, способные создавать прекрасные формы из грубого дерева. На его глаза, в которых теперь не было бегства, а было тяжёлое, взрослое понимание цены своих действий.

«Маленькими шагами?» – уточнила она.

«Крошечными. С обязательными отчётами о местоположении и душевном состоянии», – попытался пошутить он, но шутка вышла плоской.

Она слабо улыбнулась.

«Ладно. Начнём с одного шага. Что ты сейчас чувствуешь?»

Он задумался.

«Чувствую… облегчение от того, что ты здесь. И дикий страх от того, что могу всё испортить снова. И… надежду. Что, может быть, на этот раз у нас получится».

«А я чувствую усталость. И осторожную надежду. И… желание, чтобы ты меня сейчас обнял. Просто обнял. Без слов. Без обещаний. Просто потому, что нам обоим это нужно».

Он сделал шаг вперёд. Потом ещё один. И обнял её. Нежно, но крепко. Прижал её голову к своему плечу. Она закрыла глаза, вдыхая знакомый запах – дерево, снег, его кожа. И впервые за три дня что-то внутри неё расслабилось, отпустило тиски.

Они стояли так посреди его студии, в круге света от настольной лампы, а за окном кружился и падал белый, безмолвный снег, засыпая старые следы, очищая мир, давая им ещё один шанс начать всё с чистого, нетронутого листа.

Никто не знал, получится ли у них на этот раз. Никто не мог гарантировать, что тень Киры или призраки прошлого не появятся снова. Но в этот момент, в этой тишине, под этот бесконечный снег, они держались друг за друга – два одиноких острова, решивших, несмотря ни на что, строить мост. Не стальной и грандиозный. А деревянный, шаткий, живой. Который нужно будет каждый день подпирать, ремонтировать, но который, возможно, однажды выдержит их общий вес и приведёт их туда, куда они оба так боялись и так хотели попасть – в будущее.

Глава 12. Первый шаг

Утро после того вечера в студии было тихим и хрустящим. Город лежал под толстым снежным одеялом, звуки приглушены, свет рассеянный, молочный. Лика проснулась рано, ещё до рассвета, и несколько минут лежала, прислушиваясь к непривычной тишине. Не к тишине одиночества, а к тишине передышки. После бури.

На телефоне лежало его сообщение, отправленное глубокой ночью, уже после того, как он проводил её до дома.

«Добрался. Спасибо, что пришла. И что позволила начать с начала. Спокойной ночи».

Коротко. Просто. Без пафоса. Именно таким, каким она и просила. Первый крошечный шаг.

Она ответила так же просто: «Спокойной ночи. Увидимся завтра».