«Смерть в океане» 1часть

Таинственная дверь, чуть приоткрытая, безмолвно взывала к Элис. Не в силах сопротивляться назойливому шепоту любопытства, она медленно приблизилась к ветхой, покосившейся двери. Ладонь коснулась железной ручки – и тотчас пронзительный холод металла пробрал до самых костей. В тот же миг в сознании эхом отозвался жуткий скрип петель – будто отчаянный вопль измученного зверя.

Дом встретил её тяжёлым, затхлым дыханием минувших лет. Переступив порог, Элис очутилась в унылом царстве пыли и забвения. Везде царил беспорядок. Хлопья паутины, подобно призрачной сети, оплетали пространство комнат, создавая причудливые узоры в полумраке.

Взгляд Элис блуждал по обшарпанным стенам, пока не замер на старом зеркале, безвозвратно утратившем свой прежний блеск.

Ее шаги отдавались протяжным скрипом половиц. В углу комнаты валялось чьё—то выцветшее платье, в другом грудой лежали забытые детские игрушки: потрёпанные книги с пожелтевшими страницами, плюшевый медведь с одним глазом…

Элис протянула руку, чтобы поднять его и рассмотреть, но тут – среди игрушек, вдруг блеснуло что—то необычное. Это было ожерелье из янтаря. Камни светились тёплыми оттенками, от золотистого до медового, переливаясь в лучах заходящего солнца искрами пламени.

Она бережно подняла украшение, лёгким движением сдула с него пыль. Камни отозвались едва уловимым теплом, пробуждая в душе странный, почти сверхъестественный трепет. Словно повинуясь неведомой воле, руки сами скользнули, надевая ожерелье на шею.

В тусклом зеркале вспыхнул призрачный силуэт – едва различимый, будто сотканный из лунного света. Игра теней ожила, превращаясь в калейдоскоп мистических видений. В глубине зеркальной глади медленно возник огромный рубин – его кроваво—алый свет разливался волнами, постепенно поглощая реальность, размывая границы привычного мира.

И вдруг – мгновение, полное волшебства: ожерелье, подчиняясь неведомой силе, растворилось в воздухе и проявилось внутри таинственного рубина. Каждая капля янтаря вспыхнула, отдавая свою древнюю энергию высеченным на камне рунам. Те озарились призрачным сиянием, будто пробудившись от многовекового сна.

Рубин вспыхнул ослепительным светом, а затем преобразился в сияющий портал. За его границами раскрылся неведомый, завораживающий мир: изумрудная трава мягко колыхалась под порывами ветра, а над ней простиралось небо, полное таинственного свечения. Вдали возвышались причудливые стеклянные башни, утопающие в облаках. Вокруг них, подобно звёздам в ночном небе, мерцали и проносились яркие точки.

Элис застыла, заворожённая этим зрелищем. Сердце бешено колотилось, а разум боролся с непреодолимым желанием шагнуть в сияющую бездну, навстречу неведомым тайнам другого мира.

В следующий миг тьма окутала комнату и видение исчезло, словно кто—то невидимый нажал выключатель. Зеркало потускнело и стало обычным. Но что—то, по—прежнему, казалось в нем неестественным – потусторонним.

Элис вгляделась в гладкую поверхность стекла – и вдруг замерла, поражённая: глаза её расширились от изумления. На зеркальном полотне проступил чёткий рисунок – её собственный облик!

Она смотрела на отражение, и ей казалось, будто она существует одновременно в двух мирах: здесь, в реальности, и там, за гранью привычного восприятия, в таинственном зазеркалье. Медленно, почти неосознанно, Элис протянула руку к своей копии. Но пальцы без труда прошли сквозь холодную гладкую поверхность, не встретив ни малейшего сопротивления.

Испугавшись, она резко отдёрнула руку и отступила на шаг, ощущая, как невидимая нить связывает её судьбу с загадочным рубином. В этот миг внезапный порыв ветра ворвался в комнату, неся с собой зловещий шёпот. В нём, словно эхо из иного мира, отчётливо прозвучало её имя:

– Элис…

Мурашки страха пробежали по коже, оставляя за собой ледяной след. Что—то древнее, дремавшее веками, пробуждалось в стенах этого дома. И теперь, похоже, она стала неотъемлемой частью его тайны…

– Элис… – вновь раздался неведомый голос, наполняя пространство комнаты тягучим, почти осязаемым страхом.

Она судорожно сорвала с шеи ожерелье, отчаянно надеясь, что это прекратит начавшийся кошмар. Внезапный шорох за спиной заставил её вздрогнуть – украшение выскользнуло из ослабевших пальцев и упало на пол.

Чья—то тень метнулась к входной двери. В голове промелькнула мысль – «Клэр?». Сердце бешено колотилось, когда она выбежала на веранду, отчаянно вглядываясь в пустынный пляж – подруги нигде не было.

Вернувшись в дом, Элис хотела забрать ожерелье, но чья—то тень снова отвлекла её внимание. Едва уловив её присутствие, она в тот же миг утратила связь с реальностью, свалившись на пол. Так Элис оказалась в этом подвале…

Мрачные воспоминания, словно осколки разбитого зеркала, постепенно складывались в единую картину, проясняя её нынешнее положение. Она отчаянно искала выход из этой ловушки, когда тишину разорвал первый приглушённый выстрел.

Звук показался ей далёким раскатом грома, но затем последовал второй, третий – и вот уже целая канонада разорвала вечернюю тишину. Пули свистели всё ближе, и до неё дошло: прямо у дома развернулось настоящее сражение. Адреналин хлынул в кровь, заставив сердце биться чаще. Она затаилась, боясь вздохнуть. Что значили эти выстрелы? Кто стреляет? Но ответа не было. Вместо него, протяжно скрипнув ржавыми петлями, дверь подвала открылась…

Из проёма тут же потянуло сквозняком и Элис увидела чей—то тёмный силуэт, державший в руках фонарик. Жмурясь от яркого света, она прикрыла глаза рукой и сильнее вжалась в стену.

– Элис … – позвал её знакомый голос.

– Мама… – только и смогла ответить она.

Тьма накрыла Элис мягким одеялом, укутав в свои нежные объятия. Все тревоги, страхи и боль растворились в ней, оставив лишь покой и тишину. А когда тьма отступила, её взору предстала другая картина – другой мир, другая реальность.

Машина Майкла с частью его отряда последней подъехала к дому, в подвале которого находилась Элис. В Управлении Национальной Разведки (УНР) было принято решение использовать её, как приманку для поимки Стива и Николь, что и было сделано.

Майкл отчаянно сопротивлялся происходящему, но приказ начальства не оставлял не оставлял ему выбора. Он тянул время всеми доступными способами, чтобы задержать прибытие спецгруппы.

Когда автомобиль остановился у обозначенной точки, Майкл вышел наружу. Стив вместе с родными уже скрылся за горизонтом, увозя Элис в направлении, известном только им.

Окинув внимательным взглядом окрестности, Майкл не спеша двинулся к месту недавнего столкновения. Там его уже поджидали бойцы, которые беспокойно переговаривались между собой, ожидая появления командира.

– Раненые, убитые есть? —спросил Майкл, глядя на их лица. Он и сам уже видел, что все были целы, но все же задал этот вопрос.

– Нет, командир!

–Ладно… Порядок, – он прошёл мимо них и поднялся в дом, где до этого была Элис.

В памяти всплыл разговор с начальником – директором отдела УНР Джоном Ковальски.

– Майкл, – в голосе директора звучала нескрываемая благодарность, – твоя группа блестяще справилась с задачей в Сирии. Это целиком твоя заслуга как командира. Объект вывезен, цель достигнута… Но мы потеряли агентов. Пора положить этому конец. – Он сделал паузу, внимательно всматриваясь в лицо подчинённого. – Надёжный источник подтвердил: «Крот» – это Стив. Ты удивлён?

Джон пристально следил за реакцией Майкла, пытаясь прочесть его мысли. Но слова директора словно разбивались о невидимую преграду – они не находили отклика. Лицо Майкла оставалось бесстрастным, ни единый мускул не дрогнул. Выдержка у него была поистине железная.

– А вот я нет… Стив прикрывал Призрака, однако, тот был убит. Почему? Стив сказал, что это был снайпер. Возможно. Но никто кроме нас не знал об этой операции и тем более о маршруте Призрака. Только Стив… Он же вполне мог сам его и убить. Поэтому, – продолжил Джон, – нам крайне важно его поймать и желательно вместе с его женой Николь. Думаю, она ему помогает.

– Это точно не Стив, – возразил Майкл, – Стив не способен предать я знаю его лет двадцать.

– Всё, когда—то бывает впервые… – возразил Джон. – Впрочем, тебя никто не спрашивает, как и меня. Наша с тобой задача – выполнять приказы!