Волшебные сказания мира Эльфир

Чуть только шарфики были готовы и упрятаны в подарочные упаковки, ребята поспешили как можно скорее укрыть их от лишних глаз до назначенного часа.

Глава 22.

Как только Квельтазар и Венор отправились в плавание, скрывшись в ночном снежном покрове, сияющем от падающих искр и весело пляшущих задорных снежинок, Елионель перестала всматриваться в окно, усеянное зимними витиеватыми и узловатыми узорами. Некоторое время она молча смотрела куда-то в одну точку под звук потрескивающего камина, погрузившись внутрь себя. Ей на ум пришли давние воспоминания с прошлых новогодних праздников: как весело шутит её отец за семейным ужином, как мама топит её в своих нежных объятиях и как необычно быстро проходят эти мгновения. Мысли об этом заставили Ель улыбнуться про себя и инстинктивно прижать руку к груди, которой она обычно держала книжки со сказками, подаренные матерью.

– Ф-фыр, Ваен, – недовольно фыркнула Имилия, поправляя его руку. – Эта часть аксессуара крайне тонка, не нужно её так дергать!

– Прошу прощения, Ими, я буду осторожней.

Внезапный громкий диалог вывел из небольшого забытия Ель и, помотав головой, она глянула на часы. Половина восьмого вечера.

– Пора бы уже всё разложить и идти домой, – потерла она глаза.

– И то верно, Ваен, не поможете ли вы дамам? – с небольшим вызовом спросила лисица.

– Что за вопросы, несомненно! – мужчина вскочил и принялся раскладывать новые аксессуары на витрины. Когда всё было готово, подружки быстро оделись, попрощались с друзьями и неспешно побрели домой, изрядно уставшие и голодные.

Перед сном Елионель, как обычно, принялась читать новую сказку под названием «Гав и его друзья», в то время как рыжая волшебница с особым интересом взялась за новенькую книжку, приобретённую в волшебном магазинчике. Она с такой жадностью изучала всё написанное в ней, что подруга не смогла не заметить жадных искорок в её глазах.

– Слушай, – вдруг нарушила тишину лань. – Что ты отдала мальчикам, неужто решила заранее поздравить с Новым годом?

– А, да нет. Там просто амулеты, ничего особенного, – не отрывая взгляда от книжки, ответила Ими.

– Понятно. А что это ты там так жадно читаешь? – поинтересовалась она с нескрываемым интересом.

– Любопытной Варларе на базаре нос оторвали.

– Да брось, ну скажи.

– Книга с волшебными штучками, – гордо произнесла Имилия и развернула страницы лицевой стороной к подруге. На них были начертаны странные символы, нарисованы разные схемки, узоры и картинки с баночками. Заинтересовавшись данной находкой, Ель подсела ближе к пушистой подружке и стала вместе с ней изучать текст.

– Мы пока не умеем так делать, – вскоре сказал она, раздосадованно глядя на заклинание, способное вызывать метель из праздничных серпантинов. – Да и некоторые зелья мы тут сварить не сможем.

– Не стоит унывать, – подтолкнула её плечом Имилия. – Что-то мы точно сумеем сделать, вот как тебе идея огоньков, что загораются безобидным пламенем? Или вот, например, звёздочка, которая периодически будет взлетать и посыпать всё искрами, для ёлки самое то!

– Хи-хи, мне больше всего понравились самосрывающиеся сладости.

– Тоже как вариант. В общем, идею ты поняла, сюрпризы любят все, так что… – она намекающе блеснула хитренькими глазками. Ель ответила одобрительным жестом, и они продолжили изучать книгу до поздней ночи, пока огонь от свечей не стал угасать, а там и до снов оставалось недалеко.

Поутру, само собой, на первом месте в списке дел был закуп самых невообразимых выкрутасов для изготовления всех намеченных фантазий, что придумала Елионель. Она долго не могла уснуть, всё выдумывая новые и новые идеи, одна необычней другой. Конечно, ёлку они пока не поставили, однако быть заранее готовым никто не мешал. И вскоре, когда время перевалило за полдень, во время обеда встал вопрос о не менее важном деле.

– Теперь, когда у нас есть всё это… – Имилия обмахнула рукой прихожую, которая, благодаря её настойчивости, буквально сочилась множеством всякой всячины не только для предстоящего праздника, но и на будущее. – Можно поговорить и о подарках.

– Я уже знаю, что буду дарить и кому.

– Так не честно! Могла бы хоть поделиться, что ты там припасла, – надула губки лисичка.

– Для Карен я нашла наручные часы, которые на каждый час начинают цвести разными подвидами хризантем.

– Её любимые цветы.

– Мистеру и миссис Грайн я приобрела два необычных хрустальных шарика, внутри которых находятся домики в новогодней тематике. В одном живет мужчина, в другом женщина, они друг друга иногда навещают.

– Ух ты, класс! Они игровые?

– Нет, просто украшение. А для Ваена я приберегла свечку в виде ёлочки, которая сама меняет цвет, когда горит.

– Понятненько, а… для мальчиков и меня? – Имилия навострила ушки и стала довольно помахивать хвостиком.

– А вот это секрет, – Елионель стала потихоньку убирать посуду со стола.

– Пожа-а-алуйста. Ну хоть про мальчиков расскажи, интересно же.

– «Расскажи, расскажи», – передразнила она. – Твоя очередь теперь.

– Я не могу, – лукаво улыбнулась волшебница. – У меня сюрприз общий, о нём никто не должен знать.

– Ишь ты, как устроилась, хитрюшка, ха-ха. Так не честно!

– Честно-честно, – раздалось довольное урчание. – Должна же быть хоть какая-то интрига, верно?

– Ясно всё с тобой, – лань развернулась и пошла одеваться на улицу.

Вскоре колдуньи добрели до места, где Ваен и мистер Грайн уже расставили новые фейерверки, хлопушки и другие необходимые для большого салюта принадлежности.

– О, вы как раз вовремя, – завидев девушек, бодро поприветствовал их мужчина, отодвигая от себя ящик с надписью «Взрывные проделки», который врезался в него, когда проплывал мимо.

– Добрый день, – также поздоровался Грайн.

– Добрый, добрый, – в один голос ответили девочки.

– Не устали, помощь нужна? – поинтересовалась Елионель.

– Как видите, справляемся, мисс, – Ваен продолжал водить руками, перемещая предметы в магической окантовке.

– Удобно, нам бы так, – простонала Имилия.

– Уверен, волшебство в этой области может и большее, чем мои недалёкие магические навыки. Верно говорю, мисс Ель?

– Наверное, мы пока такое не проходили, – она также внимательно следила за движениями мужчины.

– Как вам расстановка? – кашлянул мистер Грайн, вопросительно подняв одну бровь.

Лисичка и Снежинка еще разок тщательно огляделись и одобрительно кивнули. В оставшееся время вся компания торговцев провела за очисткой дорожек и созданием снежных статуй, в чём непременно помогло пару заклинаний.

Воскресенье проходило как обычно и ничем особенным не отличалось от остальных дней. Девчонки, по своему обыкновению, отправились в центр Хельмига на поиск ёлки, но прежде они забежали в Венициар. Имилии необходимо было навестить табор, однако зачем, она так и не сказала, сколько бы Ель не упрашивала. Лисица лишь тихонько хихикала и говорила, что сюрпризы раньше срока не раскрывают. Вскоре они вместе вернулись домой, и Елионель заметила, что цыганочка что-то припрятала в сумочке.

– Ты иди, – сказала она, поспешно устремляясь в сторону некой мастерской. – Встретимся во «Всякое для всякого».

– Опять твои выкрутасы, – догадываясь, закатила глаза Ель. Ими ничего не ответила, лишь крикнула: «Скоро всё узнаешь!», – и была такова, только вихрь снега, поднятый подолом её шубки, остался кружить из стороны в сторону.

Девушка пожала плечами и в одиночку побрела к центру, где творилась настоящая неразбериха. В праздники, а уж тем более на Новый год, это место становилось самым оживленным в округе и не менее забитым чем на летающем острове Элиасе.

Каких елок тут только не было: искусственные и живые, маленькие и огромные, волшебные и чудодейственные, даже были механические, сделанные из шестеренок и палочек. И можно было поклясться, что ни одна из ёлочек не будет даже близко похожа на другую, каждая из них словно имела свой собственный стиль, имидж и характер. Да что уж там говорить, один раз Елионель даже чуть не сбило одно такое дерево с ног – кто-то случайно заколдовал его, и оно неспешно побрело вдоль небольших домиков, похожих на пряничные изделия, покачивая из стороны в сторону своей заснеженной кроной.

Но не только деревья здесь были в центре внимания. Украшения и разного рода сладости также не уступали в эффектности, периодически взлетая над головами людей и пускаясь в пляс, благодаря ловким рукам заклинателей и паре трюков. Кто-то даже устраивал мини представления: то выдувая из рта магический огонь, который плавно перетекал в красивые гирлянды, то выпуская из ящиков нечто похожее на небольших снежных драконов, которые парили над людьми.

Елионель не смогла удержаться и не засмотреться на все эти причудливые виражи и увертюры, ловко сплетающиеся в единый музыкальный танец невероятно оживленного и по-своему тёплого праздника. Словно всё было отработано множество раз и ждало своего выхода сотни лет. Глаза не могли не разбежаться, руки невольно так и тянулись ко всему что хорошо лежит, сверкает и манит. Однако, когда Ель чуть утонула в этом водовороте, она внезапно увидела двух людей, которые наверняка были колдунами, так как были одеты в тематические костюмы Зимнего факультета: новогодние теплые шубы и перчатки, из которых иногда появлялись волшебные искры.

Они явно бежали за чем-то или кем-то, слегка похихикивая. Елионель подумала, что, скорее всего, они играют, и было хотела удалиться, но сразу остановилась. Внезапно из ниоткуда появилась необычная, похожая на духа тень с желтоватыми глазами. Один из волшебников ловко перепрыгнул ее и набросил одеяло, а второй обрушил на странную сущность град красивых заклинаний. Она вспыхнула, начала разбрасывать блёстки и с легким хрипом исчезла под аплодисменты некоторых зевак. Двое поклонились и скрылись в толпе также быстро, как появились.

Елионель продолжила слоняться взглядом из стороны в сторону и даже присмотрела пару ёлочных игрушек. Сами ёлки, по её мнению, могли и подождать, тем более устоять перед танцующим снеговичком не каждый сможет. Неожиданно над головой девушки завис ледяной шар. По всей видимости, кто-то не успел присмотреть за самозамораживающимися мячиками.

– Иммортал, – послышался спокойный голос, и из серой перчатки вылетел оранжево-желтый луч, который тут же распылил шар. Снова раздались довольные возгласы толпы.

– Я вижу мы как раз вовремя.

Ушки Ельки встали дыбом от внезапной шумихи, выбившейся из общей суматохи, и она увидела спешащих к ней Квельтазара, Венора и Лейка.

– Ой, не ожидала вас тут встретить! – обрадовалась она, отряхивая с себя упавший снег.

– У нас схожая ситуация. Так что, как там нам наша будущая ёлочка? – поинтересовался Квельт.

– У меня есть пара на примете, если, конечно, они не утопали обратно в лес, – хихикнула она, и друзья дружно засмеялись.

Вскоре они нашли одну из достаточно высоких и статных ёлочек, которая приобрела дополнительные пушистые иголки благодаря неизвестным махинациям. Продавцы с удовольствием согласились доставить её до нужного места, и так как они, по всей видимости, не обладали особыми силами, им пришлось водрузить её на несколько саней, а также предложить друзьям сесть в соседнюю упряжку и показать им дорогу. Стоило только им тронуться с места, как тут же помчались через череду быстро сменяющихся картин к магазинчику колдуний. В лицо дул морозный воздух, но в Хельмиге он всегда был по-своему необыкновенно мягок, от чего можно было свободно дышать, не боясь обжечься холодом. По сторонам мелькали добрые и воодушевленные лица, а над головой и под полозьями то и дело что-то норовило проскользнуть. Один раз Квельтазару даже пришлось пригнуться, чтобы его не задела одна из свечей, которыми жонглировал один невысокий мужичок, стоя на огромном сундуке.

И наконец, ближе к глубокому вечеру ёлка была установлена прямо перед маленькой лавкой. В глухой ночи, которую покинули звёзды и луна, стояла величественная вечнозелёная королева будущего парада огней и улыбок. Гордо выпрямившись и распушив все свои иголки, на которых осторожно, как бы украдкой, лежал снег, она начала сиять всеми теми украшениями, что на неё повесили. Казалось, что снег затаил дыхание, перестав падать, а всё вокруг словно застыло в незаметном и прекрасном мгновении восхищения. Средь холодных ледяных холмов, точно из далёкой сказки, выплыли вьющиеся локоны мишуры и подмигивающих гирлянд, вспорхнули игрушечные птицы, напевая негромкую успокаивающую мелодию, и тут же, вторя им, вспыхнули общим салютом свечи, обнажая величественное пламя.

Вспышка красок, что упала самыми необычными тонами отблесков на румяные щёки скромно висящих новогодних шариков, сразу создала новый калейдоскоп поистине прекрасных чувств. И в момент, когда сердце ёкнуло от застывшего чувства очарования, свет сияния необычного платья великой зелёной принцессы добрался до самой макушки. Послышался легкий треск искр, и на голове ёлки вспыхнула корона, именуемая звездой, и, словно подчиняясь её величию, в далёком облачном небе блеснули беловатые огоньки, и на несколько секунд появился лунный свет, осыпающий серебряным приветствием новую королеву праздничного действия.

Неизвестно, было это всё лишь воображением или проявлением волшебства, а может и чего-то большего, однако одно было понятно точно – восторженных писков и криков было не избежать. Ёлка с украшениями выглядела по-настоящему потрясающе и даже, казалось, подмигивала ребятам, легонько покачиваясь под проснувшимся ветерком.

Некоторое время вся компания друзей смотрела на молодое деревце, после чего потушила все огоньки и, прихватив уже ёлочку поменьше, пошла домой к Елионель. Она, по уже некой своеобразной традиции, позвала всех на чай. И пока на небе светила луна, а вокруг царила покровительница всего сокровенного – ночь, друзья активно рассказывали о своих похождениях. В основном вещали Венор, Квельтазар и Лейк, уж им то было чем поделиться. Сидя у камина, они по очереди поведали обо всём в самых подробных деталях. Елионель слушала крайне внимательно, иногда прикрывая рот рукой от переживаний и удивления, а иногда лучезарно улыбаясь и хохоча. Имилия же всё активней и активней наглаживала свой пушистый хвост. В её глазах четко читалось желание побывать в чём-то таком же, может даже и в чём-то более масштабном и опасном. В любом случае, она могла гордиться, что один из её оберегов, который, как все знали, был обычной ручной поделкой, помог Квельтазару.

– Я рада, что вам удалось позаботиться о том водяном, – заботливо сказала Елионель в конце рассказа. – Это было очень мило с вашей стороны.

Капитан слегка замялся и уставился куда-то в пол.

– Ещё как! он тоже нам помог в каком-то роде, – Венор потёр пальцы друг о друга.

– Настоящие бравые моряки! – воскликнула Имилия, заплетая волосы в хвост, и добавила уже немного мечтательно:

– Я бы тоже так хотела.

– Не спеши, обычно всё куда сложней. Это так, легкая прогулка была, не эти ваши чертовские занозы в… – он вовремя осёкся и виновато опустил ушки. – В общем, не то что наши настоящие плавания, да, Квельт?

Капитан легонько кивнул, и друзей накрыла новая волна обсуждений о приключениях, о сплетнях, о жизни сей прекрасной.

Глава 23.

Тридцатое декабря, один день до Нового года. С утра пораньше Квельтазар, как обычно, проснулся первее всех, а посему прогуливался по покрытой снегом палубе. Солнце только начало появляться за морозным горизонтом, когда он заметил знакомую фигуру в голубоватом пальтишко. Поняв, что это Елионель, он даже открыл рот от удивления. Квельт никак не ожидал её здесь увидеть, тем более в столь ранний час. И пока он начал подозревать не самое лучшее, девушка уже весело махала ему рукой, развевая всякую тревогу.

– Доброе утро, а что ты здесь делаешь? – поинтересовался Квельтазар, спускаясь к ней по мостику.

– Доброе, – голос Ели был немного неуверенным и негромким. – Как дела?

– У меня-то хорошо, а у тебя?

– Тоже, – подбирая слова и сильнее прижимая необычные свитки к себе, ответила она. Затем волшебница отложила вещи и крепко обняла друга.

Квельт не сразу отреагировал на столь неожиданное деяние, но быстро опомнился и тоже аккуратно её приобнял. Его руки тут же на мгновение почувствовали мягкий пух пальто и нежный аромат её голубовато-снежных волос.

– С Новым годом, – Елионель отпрянула, подняла один из свертков и вручила мальчику, внимательно следя за его реакцией. Он снова встал в ступор. Одно дело сражаться с водяными монстрами, а другое – реагировать на столь откровенное событие. Уж тем более, когда это событие связано с девочками.

Он выдал что-то наподобие «спасибо» и не присущими ему неловкими движениями стал разворачивать подарок. Внутри он обнаружил шерстяную шапочку ручной работы с большой вышитой буквой «К» посередине, а также небольшой жёлтый новогодний шарик, сверкающий в лучах утреннего солнца. На удивление Квельта, этот шарик не был холодным, он был тёплым и словно излучал небольшое тепло.

– Я подумала, вдруг ты окажешься в холодном месте и не сможешь разжечь костёр или согреться, тогда этот шарик сможет тебе помочь, – также тихо пояснила Елька.

Квельтазар ничего не ответил, он, словно инстинктивно, еще раз обнял девушку, после чего опомнился и смущённо отпрянул. Она ободряюще улыбнулась.

– Прости, в смысле, спасибо. Ты, наверно, замерзла… Я хотел сказать, у меня тоже есть подарок для тебя, пойдём.

Елионель аккуратно пошла за парнем на корабль. Тот быстро напялил подаренную шапочку, нацепил шарик себе на пояс и побежал за сюрпризом. Вскоре подруга-снежинка также была с подарком – в руках она держала очень мягкий шарфик, на котором была вышита ёлка, а на ней, о чудо! Мелькали огоньки вместе с нитками динамично переливались, тем самым создавая иллюзию движения.

Какое-то время Ель разглядывала его, после чего сказала:

– Это самый милый и красивый подарок, который я когда-либо видела. Спасибо тебе большое, – её глаза наполнились счастьем, и она повязала себе новый шарфик, прижимая его к щеке.

Внезапно из каюты вылетел совёнок искать капитана. Он хотел было извиниться за нарушение столь деликатного момента, но Ель была готова к его прилёту.

– У меня для тебя тоже есть сюрприз, – оживленно, протягивая ему коробочку, поздравила она.

– Подарок? Для меня? Благодарю, – проворковал совёнок и цепкими когтями подцепил коробочку. Вскоре он также обзавелся шапочкой, только с буквой «Л».

– Хэ, а у тебя «К» – капитан, – улыбнулся Лейк, кружа над друзьями.

– Я думал это означает Квельтазар, – мальчик удивлённо посмотрел на Елионель, и по её довольному выражению лица было понятно, что такая игра смыслов и задумывалась изначально.

Само собой, именную шапочку получил вскоре и проснувшийся Венор, который был явно недоволен тем, что все стали одаривать друг друга без его ведома. Но недовольство быстро было унято, когда под носом у него оказался подарочек. Конечно, мальчишки должны были дарить шарфики вместе, но волчонок договорился с другом, что пусть уж будет всё лично. Капитан возражать, ясное дело, не стал.

– Кстати, а вы команду корабля поздравляете? – поинтересовалась Елионель, когда все вдоволь нагляделись на свои новинки.

– Мы с ним уже об этом договорились, – отдалённо начал Квельтазар, переглядываясь с Лейком и Венором. – Им главное хорошо провести время: кому с семьями повидаться, кому хорошенько надраться.

– Главный их подарок – выжить под нашим флагом, ха-ха! Не помер – уже считай мини-Новый год.

– Ох, Венор, – девушка, сдерживая смех, пыталась строго посмотреть на него. – Шутник фиолетовый!

Что же касается Имилии, то она по-прежнему сохраняла всё в тайне. С её слов, сюрприз мог быть действителен только вечером, когда немного стемнеет. Венор ничего ждать не стал и сразу вручил шарфик с движущимися по нему искрами.

– Поздравляю с Новым Годом, – быстро выпалил он. – Как говорится, счастья, здоровья, вина там.

– Хи-хи, благодарствую, – лисичка накинула свой новый шарфик и хвостом притянула талию волчонка к себе, после чего крепко обняла, да так, что тот даже немного приподнялся над землёй.

Друзьям также удалось сделать небольшой обход в Рогуле и поздравить некоторых преподавателей. Рендер и Альмия Далер даже раздали всем ученикам по одному волшебному шарику из новой коллекции. Для Альмии вообще игра в Хрустальных героев была самой любимой. Карен, Ваен, мистер и миссис Грайн тоже получили свои подарки и остались более чем довольны.

– Милочка, не стоила так уж, ох, – вытирала слёзы счастья миссис Грайн, смотря на их с мужем подарки. – Иди ко мне.

Она крепко прижала Елионель к себе, а та продолжала сиять от радости, показывая всем новые шарфики, которые волшебницам подарили мальчики.

Когда солнышко скрылось за горизонтом, пряча свой последний лучик за вершинами невысоких снежных холмов, настал момент истины. Имилия с каждым часом волновалась всё больше и больше, казалось, что она вот-вот лопнет от ожидания. И когда все зрители уже расположились на своих местах, лисичка поспешила покинуть дружескую компанию и исчезнуть в шумной толпе вечернего Хельмига. Остальным было велено собираться возле магазинчика и ждать, пока не появиться, собственно, сам сюрприз. Квельтазар и Елионель всё время ожидания проводили в бесконечных догадках, что это будет. И можно было быть уверенным, что придумали они столько всякой всячины, которой ни в одной самой удивительной книге вы не увидите.

И вот под зелёным платьем дерева возникло два снежных вихря – что-то начиналось. Снежные ветра рассеялись, и на их месте появились две молоденькие цыганки, одетые в почти чёрные наряды. Они медленно стали ходить вокруг ёлки и тихо петь внушающим эхоподобным голосом. Вслед за ними вышли ещё несколько мужчин и девушек, чьи одежды были более яркими и красочными. И словно по щелчку из ниоткуда начала играть музыка, а действующие фигуры начали кружиться в бешеном танце, подкрепляя каждую ноту громким голосом. Круговорот песни и танца постоянно то перетекал в хоровод, то разделялся на несколько частей, а иногда даже чем-то походил на имитацию боя.

Когда мелодии, пения и пляски дошли до невероятной кульминации, в середине условной танцевальной площадки вспыхнуло пару красочных искр, и две чёрные фигуры пали ниц в красивом виртуозном пике, а остальные танцоры отпрянули в сторону. Сзади зрителей, которые сидели на небольших стульчиках, на сцену, словно лебеди, лёгкой походкой выплыли новые участники представления, среди которых была и Имилия. Музыка ни на секунду не угасала, она лишь грамотно меняла тему и пассажи, словно была соткана из разных необыкновенных нотных абзацев. Краски снова изменились, и некоторые исполнители накинули на себя новые костюмные принадлежности.

Казалось, будто изменившийся пляс был ещё более быстрым и сложным, чем предыдущим. Теперь уже двигалось не несколько человек, а целая толпа, которая успевала даже показывать некую имитацию общения и переговоров. Все картинки, стремясь угнаться за бегущими музыкальными строками, сменялись одна за другой, одна за другой, раззадоривая и оживляя фантазию зрителей. Вот черные силуэты пропали, тьма рассеялась и всё озарилось тёплыми цветами, вот шумный праздник с кучей народа, который кружится в танце под весёлые гитарные аккорды в цветущем зимнем саду, вздымая вверх столпы снежинок, а вот бал-маскарад, и уже не дамы и кавалеры перед нами, а настоящие артисты в масках.

Теперь все двигались, словно бутон: то раскрывая каждый лепесток по отдельности, то все разом, а то скрываясь в общем пируэте увертюр и морозного ветра. В середине кружилась и стучала в бубен, подчёркивая каждую летящую ввысь ударную ноту, Имилия в белой маске. Словно на крыльях, она перемещалась из стороны в сторону, вторя то одной стороне бутона, то другой, а на ёлке стали зажигаться необычные фонарики, подсвечивающие ей путь. Вскоре некоторые из танцовщиц и танцоров, сделали вид, что они забыли пригласить на этот чудный маскарадный вальс некоторых гостей, и не прошло секунды, как некоторые смотрящие постепенно оказались втянуты в это новогоднее безумие.

Квельтазар и Елионель, обескураженные таким решением, поначалу даже не могли пошевелиться, но потом, когда друзьям всё же удалось уловить ритм, стало немного легче. Венор, разумеется, удостоился попасть в центр пляски, когда Имилия подхватила его за руки и с громкими смехом и улюлюканьями утащила в гущу, да так быстро и ловко, что тот даже моргнуть не успел.

И вот пошли финальные штрихи – все закружились вокруг ёлки, хватая откуда-то вылетающие конфеты и пригибаясь от пролетающих мимо белых серпантинов. Теперь уже и некоторые присоединившиеся жители Хельмига поддерживали внезапное представление хлопками и выкриками. Из-за снежной выросшей стены снова появились тёмные фигуры, которых было уже целых три. Вперёд тут же гордо выступили три цыганки с Имилией посередине, они закружились и из-под их юбок и широких рукавов в чёрные силуэты полетели серебристые блестки. Актёры в темных мантиях закружились и один за другим осели ниц, под громкие музыкальные финальные пассажи, стук бубнов и грохот фейерверков, вылетевших со всех сторон. Последняя искорка погасла, и вся площадь утонула в овациях и просьбах, станцевать что-нибудь на бис.