До конца света

– Они ничего не делают, а я не собираюсь просто сидеть и ждать, когда станет слишком поздно.

– Что предлагаешь? – поинтересовалась Рози.

Прошло несколько секунд. Ривер провел рукой по лицу, стирая негативные эмоции.

– Нам нужно пробраться в музей, чтобы Элис прикоснулась к мечу, это однозначно. Нужно продумать план и назначить дату, сделаем все тихо, воровать не будем. Нужно минут десять, чтобы Элис все увидела, потом сможем убраться из музея.

Он говорил уже спокойнее.

Обсуждение плана заняло полчаса, сначала все разговаривали шепотом, постоянно оглядываясь на дверь. Но по мере того как схема выстраивалась, страх уступал место сосредоточенности.

Рози вызвалась тайком выяснить у старших, какие меры безопасности установлены в музее. Лиам пообещал достать схемы здания и разобраться с системой охраны. Ривер же решил лично посетить музей, чтобы оценить обстановку.

Элис сидела тихо, ей не дали задания. Ее главная цель – прикоснуться к мечу и увидеть прошлое. Но почему-то именно это казалось самым тяжелым.

***

Музей богов находился в самом центре города, возвышаясь над остальными зданиями своей массивной, словно вырезанной из камня, архитектурой. Его стены были украшены барельефами, изображающими легенды древних времен. Каменные фигуры богов тянулись к небу, а люди внизу преклоняли колени. Широкие мраморные ступени вели к высоким дверям с тяжелыми бронзовыми ручками, отполированными тысячами прикосновений.

Каким-то образом Элис наболтала на то, что пойдет вместе с Ривером. Разговор получился скомканным, она торопилась, путалась в словах, сама не понимая, зачем настаивает. Ривер изначально отнесся к этой идее скептически – его бровь тогда выразительно приподнялась, – но в итоге согласился. И теперь они стояли здесь вдвоем.

Они поднялись по ступеням вместе с потоком людей. День был солнечным, город шумел: сигналили машины, смеялись дети, кто-то фотографировался на фоне фасада. Но между ними царило странное, натянутое молчание.

Они не разговаривали с тех пор, как решили действовать вдвоем. Слишком многое повисло между ними после той ночи.

– Всё ещё считаешь, что мне не стоило идти с тобой? – наконец спросила Элис, искоса взглянув на него, когда они уже подходили к входу.

Ривер на секунду задержал на ней взгляд. Его глаза скользнули по ее лицу, словно интересуюсь, серьезно ли она задала этот вопрос. Затем снова посмотрел вперед.

– Думаю, у тебя были причины передумать, – сказал он нейтрально.

Намек был слишком очевиден. Ночное признание никуда не исчезло.

– Ты не ответил на вопрос.

Он вздохнул и слегка сбавил шаг, позволяя толпе обойти их.

– Считаю, что ты не обязана заниматься такой волокитой. Твоя цель – понять, являешься ли ты ключом. И помочь узнать прошлое меча на текущий момент.

– А ты обязан?

– Да.

Элис почувствовала, как внутри поднимается легкое раздражение. Не злость, а усталость от его постоянной готовности нести все на себе.

– Всё время ведёшь себя так, будто несешь ответственность за весь мир, – сказала она, слабо усмехнувшись, хотя улыбка вышла напряженной.

– Кто-то же должен, – коротко ответил Ривер.

– И ты выбрал себя?

– Или меня выбрали.

Она кивнула, но этот кивок был больше попытной закончить тему, чем согласием.

– Знаешь, не все нужно нести на себе, а тем более принимать сложные решения, – сказала Элис, переплетая пальцы перед собой, пытаясь удержать собственные эмоции.

– Говорит человек, который часами обдумывает каждый шаг.

– А ты, наоборот, всё решаешь за секунду, – парировала она.

– Может, в этом разница между нами, – спокойно заметил он.

Она посмотрела на него дольше, чем следовало бы. Разница. Или пропасть?

– Мы пришли.

Воздух внутри был густым: запах старинных книг, пыли и воска смешивался с легким ароматом полированного дерева. Высокие своды потолком и массивные колонны создавали ощущение величия. Шепот посетителей сливался в гул, который эхом расходился под куполом.

Элис медленно шла вдоль витрин, читая таблички. Она провела пальцами по холодному металлу ограждения, будто проверяя, настоящее ли все это.

– Странно видеть всё это как часть истории, – пробормотала Элис, останавливаясь у одного из экспоната.

– Почему? – спросил Ривер, скользя по залу, отмечая камеры, охранников, выходы.

– Потому что… – она слегка усмехнулась. – Нам с тобой история кажется чем-то живым. А для них это больше легенды.

Ривер скользнул взглядом по людям вокруг: на туристов, делающих селфи, на школьников, скучающе слушающих экскурсовода.

– Может, так и лучше, – спокойно сказал он.

– Ты правда так считаешь?

– Иногда незнание – это защита.

Элис закатила глаза.

– Говоришь так, будто все должны быть счастливы в неведении.

– А ты говоришь так, будто все должны нести этот груз.

Она замолчала, его слова задели ее. Она внимательно посмотрела не него.

– Ты всегда думаешь о том, что лучше для других, но редко о том, что лучше для тебя самого.

Ривер не сразу ответил.

– Возможно, я просто привык к этому, – сказал он, не глядя на неё. В голове была какая-то усталость, которую он обычно прятал.

– Может, пора изменить привычки?

Он посмотрел на неё, будто хотел ответить, но промолчал.

Они перешли в другой зал, где под массивной стеклянной витриной лежал меч Роуса, освещенный мягким направленным светом.

Элис замерла, чувствуя странную дрожь в воздухе.

– Вот он, – тихо сказала она.

Ривер подошел ближе, внимательно рассматривая витрину, крепления, замки. Меч выглядел неожиданно просто. Рукоять из тёмного металла, лезвие с едва заметными рунами, почти стертыми временем.

– Похоже на обычное оружие, – заметил он.

– Но оно не обычное. Возможно, – решила все-таки добавить в конце Элис.

– Как и многое другое в этом мире.

Она украдкой посмотрела на него, улавливая в его голосе что-то скрытое.

– Ты не только о мече сейчас говоришь, да?

Он не ответил сразу, но его пальцы невольно сжались в кулак.

– Мы многое считаем обычным, пока не осознаем обратное.

Элис вздохнула.

– Ты всегда всё так сложно формулируешь?

– А ты всегда хочешь, чтобы всё было очевидным?

Она усмехнулась, но в её глазах читалась грусть. Когда у них будет диалог, где каждый отвечает на вопрос ответом, а не вопросом?

– Иногда хочется, чтобы что-то было… простым. Без заговоров, смертельных миссий и странных пророчеств.

Ривер задержал на ней взгляд, прежде чем тихо сказать:

– Не всё можно изменить, Элис.

Она едва заметно напряглась. На мгновение между ними повисло молчание.

Элис первой отвела взгляд и, сосредоточившись, осторожно провела пальцами над витриной, слегка прикасаясь к ней.

– Здесь будто барьер, – прошептала она.

Ривер нахмурился.

– Как думаешь, какой?

Она замерла, сосредотачиваясь. Перед внутренним взором вспыхнули чужие руки, нити магии переплетались, как паутина. Какое-то сложное и металлическое устройство пульсировала в такт этим нитям. Человек долго работал над ним, проводя ладонями вдоль поверхности, словно вплетая защиту в сам воздух.

Элис резко вдохнул.

– Это не обычная защита. Она… как сеть.

Брюнет снова посмотрел на меч, но на этот раз с явным напряжением. Сейчас Ривер был очень рад, что Элис все-таки пошла с ним.

– Значит, нам придется быть осторожными.

Элис тихо выдохнула.

– Как всегда. – Элис повторно притронулась к витрине. – Этот барьер невозможно взломать. Он привязан к какому-то устройству, пока устройство существует – сеть не сломать. Эта сеть реагирует именно на проникновение за стекло, за которым находится меч. То есть если кто-то вскроет витрину – ничего не произойдет, но если попробует забрать меч, то сработает сигнализация.

С каждым словом ее голос становился тише. План, которые казался продуманным, начинал рассыпаться. Ривер не изменился в лице, он медленно осматривал зал, все выходы, расстояние до дверей, расположение охранников.

– Значит, как я и предполагал, есть минут десять до прихода охранников. Я думаю, нам хватит этого времени.

Элис ошарашено на него посмотрела. Изначально план состоял в том, чтобы все сделать максимально тихо, не привлекая внимания, они даже отказались от кражи самого меча, чтобы не навлекать гнев пятых звезд! А сейчас Ривер сменил тактику!

– Мы же сошлись на том, что сделаем все бесшумно! О чем ты говоришь?

Ривер спокойно посмотрел на нее, скрестив руки на груди.

– Если барьер нельзя взломать, то его придётся обойти. Мы откроем витрину, сигнализация сработает, но у нас будет минут десять, пока сюда не прибежит охрана.

Элис недоверчиво нахмурилась.

– Ты собираешься украсть меч? – уже шепотом спросила Элис, боясь, что кто-то их может услышать. Сердце гулко стучало в груди.

Ривер покачал головой.

– Нет. Я надеюсь, что тебе хватит десяти минут, чтобы увидеть его прошлое.

Она застыла, сердце сбилось с ритма. Всё вдруг стало слишком реальным, не план на бумаге, а риск, шим сирен, погоня.

– А если не хватит?

Ривер чуть подался вперёд, понижая голос:

– Тогда у нас не останется выбора.

Элис сжала кулаки. Всё внутри неё протестовало – страх, сомнения, тревога. Но где-то глубже звучала и другая мысль: это может быть единственным шансом.

И, возможно, они оба это понимали.

***

На следующий день снова начались изматывающие тренировки. Тело Элис еще не успело восстановиться после предыдущих занятий, мышцы ныли тупой болью, но времени на жалость к себе в Ордене не давали. В этот раз был день спарринга – самый сложный и самый честный. Здесь не спрячешься за теорией. Рози, как наставница, билась в полную силу, ни скидок, ни снисхождения к новичку.

Элис уже знала азы боя: как держать стойку, как распределять вес, как уходить в сторону, но до идеальной техники ей было далеко. Рози двигалась увереннее, быстрее, точнее. Она не просто атаковала, она читала соперника.

В очередной раз Элис успела уклониться от удара – кулак Роиз просвистел в сантиметре от ее скулы. Сердце гулко стучало в ушах. Сбив дыхание Элис отступила на шаг назад, сглотнула и попыталась восстановить стойку. Но взгляд ее на мгновение провалился куда-то вниз, в пол, в пустоту, в собственные мысли.

Рози сразу это заметила. Наставница не могла не обратить внимание на последние события. Женская натура так и тянула разобраться и, возможно, немного посплетничать.

Рози медленно выпрямилась, сделала шаг вперед и неожиданно встала по стойке «смирно», давая паузу.

– Ты что-то все витаешь в облаках. Что с Ривером? – решила открыто поинтересоваться Рози.

Все еще пытаясь отдышаться, Элис на мгновение замерла, не сразу понимая, что отвечать. Конечно, она понимала, о чем речь. Но открыто говорить об этом не хотелось. Рози она доверяла больше всех в Ордене, и все же что-то останавливало. Может, страх назвать вслух то, что даже внутри не сформировалось.

– Ничего, мы просто искали информацию в музее, – расправив плечи, решила ускользнуть от вопроса Элис.

Рози приподняла одну бровь, слегка улыбаясь. От ее глаз редко что-то скрывалось, особенно любовные истории.

– Да брось, Элис. Я же не слепая. Сначала клуб, потом бессонница у Ривера, ваши переглядки, музей.

В этот момент наставница встала в боевую стойку, разговор по душам не отменял тренировку. В следующую секунду Рози атаковала, она пыталась вывести Элис из равновесия, но вместо контратаки лишь успешно уклонялась, хотя последний удар чуть не попал ей в лицо.

– В бессоннице я не виновата. В эту ночь я спокойно спала в своей комнате.

Формально – правда.

Спокойной ту ночь назвать было сложно. И она к бессоннице ревира никакого отношения не имела.

Элис решила перестать уклоняться и начала производить ответные атаки. Она ударила правой рукой, целясь в живот, Рози легко уклонилась, скользнула в сторону и за долю секунды оказалась за спиной ученицы. Рука Элис оказалась заломлена.

Элис скривилась от боли, но звука не подала.

– То есть в остальном ты признаешь вину? – прошептала Рози.

Девушка хотела стукнуть себя по лбу за такую опрометчивость. Рози, как и Ривер, умели заговорить зубы.

– Между нами ничего нет, если ты об этом.

И это тоже было правдой.

Рози отпустила руку Элис, размяла свои плечи и снова присела в боевую стойку, пока вторая девушка пыталась снять напряжение со своей руки и развернуться лицом к наставнице.

– Вы не пара, это понятно, но что-то между вами есть, разве нет?

Элис нахмурилась, готовясь к новой атаке.

– Если бы было, я бы знала, – бросила она, делая выпад вперёд.

Рози уклонилась легко, почти лениво, и с усмешкой качнула головой.

– Иногда чувства приходят не с громом и молниями, а тихо подкрадываются. Ты можешь их не замечать, но со стороны видно лучше.

Элис закатила глаза и снова атаковала, но Рози отбила удар и в один момент поставила ее в неудобное положение, заставив потерять баланс.

– Я не думаю об этом, – пробормотала Элис, с трудом удерживая равновесие.

– Ага, конечно, – протянула Рози, отпуская ее. – Вот только я вижу, как ты смотришь на него. И как он смотрит на тебя.

Элис сжала губы. Она и сама замечала моменты, когда Ривер задерживал на ней взгляд чуть дольше, чем следовало. И все же… Больше кажется, что он играется, как маленький котенок, который нашел фантик. А после той фразы о том, что она ему небезразлична, даже и не поднималось какое-либо обсуждение. Ни разговора, ни продолжения. Будто это было сказано между дело. Как забота о напарнике.

– Это неважно, – сказала она, наконец поднимая взгляд. – Всё равно впереди… – она осеклась, не договорив.

Рози внимательно посмотрела на неё.

– Конец света? – спокойно закончила розовласка.

Элис пожала плечами, делая вид, что ей все равно.

– Просто не думаю, что сейчас есть смысл… думать об этом.

Рози вздохнула, сменив тон:

– В этом и проблема, Элис. Мы не знаем, что будет дальше. Может, у нас и правда ничего не получится с этим гребаным апокалипсисом! Зачем себя ограничивать? А если у тебя найдётся способ все изменить, а ты все профукаешь?

Элис молчала, она не могла найти слов. Возразить было нечего.

– Ты ведь… – Рози прищурилась. – Ты ведь можешь видеть будущее.

Элис напряглась.

– Я не вижу будущее, медальон сам мне его показывал. Я не контролирую это.

– И что ты увидела?

Девушки стояли в двух метрах друг от друга. Рози уже расслабилась, Элис все ждала, когда наставница нападет на нее, поэтому бдительность старалась не терять.

– Ничего полезного. И хорошего тоже.

Рози внимательно ее изучала, словно пыталась докопаться до сути.

– Ты боишься того, что увидела?

– Сейчас я боюсь того, чего не понимаю, – призналась Элис.

Наставница кивнула, принимая ответ.

– Тогда разберись с этим. Не отталкивай ответы, если они могут быть у тебя перед носом.

Рози повернулась к своей ученице спиной, подводя к тому, что бой окончен. Она уставилась в окно, о чем-то размышляя.

– Ты так говоришь, будто я могу достать их по щелчку пальцев. Орден тысячелетиями не может найти точный ответ!

– А ты разве не можешь? – усмехнулась Рози. – Если бы у меня был твой дар, я бы трясла каждый артефакт, каждую вещь, пока не узнала бы правду.

Элис затаила дыхание, внутри образовалась какая-то обида, словно ее обвиняют в бездействии. Элис после каждого прочитанного дневника рассказывала Рози, что ей приходилось тратить всю энергию, чтобы увидеть прошлое рукописей, а толку от этого ноль! Она не умеет контролировать, какой период времени ей видеть, воспоминания образуются случайным образом. И если бы что-то полезное она увидела, то несомненно бы с кем-нибудь поделилась.

Но вдруг в голову начали приходить другие мысли.

Артефакт.

Медальон.

Она касалась его, видела обрывки будущего. Что, если попробовать ещё раз? Может быть теперь, когда она понимает, на что обращать внимание, она сможет увидеть что-то новое? Вдруг медальон покажет ей какой-то разговор Ордена, где тайна уже будет раскрыта?

Потом вспышкой разбились воспоминания об увиденном. Какой страх и ужас пришлось ей испытать. Как сердце хотело вырваться от напряжения и безысходности. Сколько крови ей пришлось увидеть, сколько боли…

– На сегодня хватит, – сказала Рози, отлипая от вида голубого неба в окне. – Но подумай об этом, Элис.

Она кивнула, но мысли уже были далеко.

Пытаясь охладить ум и убрать страх на задний план, Элис заставила себя рассуждать. Она знала, что медальон сейчас под охраной. Но ведь это не остановит ее, если она решится прокрасться к нему ночью.

Тихо, незаметно, чтобы никто не узнал. Вдруг она сможет найти ответ.

***

♫Can't Help Falling In Love (Dark) – Tommee Profit, brooke♫

Ночь была тихой. В коридорах офиса Ордена царила темнота, лишь малый свет от уличных фонарей снова доходил до последних этажей здания. Элис двигалась осторожно, стараясь не производить ни единого шума.

Соблюдая тишину, Элис решила подняться до хранилища на 34-ый этаж по лестнице, чтобы звук лифта не разбудил остальных членов Ордена.

Добравшись до этажа, девушка прошла мимо кухни до конца длинного коридора, где справа была обычная дверь с вырезанными узорами. Она не совсем понимала, разумно ли было делать хранилище именно здесь, где чаще всего ходят остальные люди. С другой стороны самое лучшее решение – спрятать на видном месте.

Около двери была панель с кнопками для ввода пароля. Было достаточно опрометчиво со стороны Ордена не поменять защиту, так как Элис могла взломать с помощью своего дара код на раз-два.

Девушка глубоко вдохнула и аккуратно прикоснулась к панели.

Тепло.

Образы прошлого нахлынули волной. Она увидела, как вводили пароль Маркел, Ривер и другие участники Ордена. Пароль был всегда одним. Их пальцы мелькали над панелью, нажимая нужные кнопки. Последовательность застыла перед ее глазами.

Элис моргнула и, задержав дыхание, ввела комбинацию.

«Хоть бы сработало» – молилась про себя ушедшим богам Элис.

В эту же секунду замок пискнул, и дверь медленно отворилась. Девушка медленно вошла внутрь, видя перед собой медальон на столе без какой-либо другой защиты.

Нет, так просто не может быть. Она осмотрела тусклое помещение в поисках других мер безопасности. Не найдя ничего лучше, она прикоснулась правой рукой к стене, надеясь увидеть что-нибудь полезное.

Снова теплый поток прошелся по телу, показывая ей воспоминания. Каждый, перед тем как пройти дальше к медальону, легким касанием нажимал на стену – чуть выше уровня плеча Элис. Там была скрытая кнопка.

«Сигнализация».

Элис не стала рисковать. Она подошла к нужному месту и надавила пальцем на стену. Глухой щелчок подтвердил, что защита отключена. Несколько секунд она просто стояла, прислонившись лбом к холодному камню, и пыталась дышать ровно. Ей хотелось развернуться и уйти. Притвориться, что она не знает дороги сюда.

Но она сделала шаг вперед. Медальон лежал в центре хранилища неподвижный, темный, словно кусок ночи, вырезанный из самой бездны. Металл тускло отражал свет, и от этого казалось, будто он наблюдает. Ждет.

Элис остановилась перед ним. Руки не слушались. Она уже знала, что он может показывать. Знала, какой ценой.

– Просто увидеть, – прошептала она одними губами. – И все.

Пальцы зависли в воздухе. Внутри поднималась липка паника. Кто добровольно сунет руку в пламя, если однажды уже обжегся?

Девушка собралась с духом, зажмурилась и раскрыла медальон.

ВЗРЫВ.

Горячий воздух ударил в лицо, в нос ворвался удушающий запах дыма и горящей плоти. Где-то выли сирены, и этот звук смешивался с криками людей. Каменные фасады зданий трескались и осыпались, оставляя за собой облака пыли и тени, похожие на чудовищ.

Элис стояла посреди этого хаоса, не понимая, где находится.

И тут увидела его.

Ривер.

Его одежда была разорвана и пропитана кровью и пылью. Лицо рассечено, по виску стекала алая струйка. В руке он сжимал кинжал так крепко, что побелели костяшки. Он стоял напротив высокого мужчины в черной маске. Мужчина двигался медленно и уверенно, словно уже знал исход.

«Эл-л-л» – послышалось где-то в сознании, но Элис не обратила внимание, смотря только вперед.

Она шагнула вперед и поняла, что бежит. Ноги путались, она спотыкалась о камни, разбитые плиты, падала на колени, поднималась. Горло сжималось от напряжения.

– Ривер! – хотела крикнуть она. – Телепортируйся! Уходи!

Но голос не выходил. Она была зрителем. Беспомощным, проклятым зрителем.

– Отдай медальон, – прохрипел мужчина. Голос был ей очень знаком. От этого стало холоднее, чем от любого ужаса.

– Тогда умри.

«Э-л-ли-исо-он» – снова послышалось в сознании, кто-то тихо произнес ее имя, но ее это не волновало.

Лезвие молниеносно рассекло воздух. Все произошло слишком быстро. Оно рассекло воздух и вошло в грудь Ривера.

Звук был глухим, неправильным. Как будто мир треснул. Элис закричала, на этот раз ее голос был услышан, это был дикий, рвущий горло крик.

Ривер пошатнулся. Кинжал выпал из его руки, ударившись о камень. Он опустился на колени, будто силы просто выключили. Кровь расползалась по разрушенной площади, темная, почти черная. Грудь вздымалась в судорожных попытках вдохнуть, но он не смог.

Элис бросилась к нему, забыв о мужчине, о пламени, о падающих зданиях. Она упала рядом, схватила его за плечи, прижала к себе.

– Нет… нет, пожалуйста… – голос сорвался на хрип.

Его тело уже теряло напряжение. Глаза – такие живые, упрямые – поднялись к ней. В них не было страха, не было просьбы о помощи. Только усталость и сожаление, как будто он знал.

– Не смей… – рыдала Элис, прижимая его к себе, пачкаясь в крови. – Не смей так смотреть…

Слезы капали на его лицо, смешиваясь с пылью и кровью. Ее руки дрожали так сильно, что она не могла удержать его голову. Мир вокруг рушился, но для нее существовало только его тело, становящееся тяжелым и безжизненным.

Это был не просто страх, это было ощущение, что из груди вырвали сердце и бросили его в пламя. Вот оно. Будущее. Она должна его изменить!

Элис резко вдохнула и отшатнулась от медальона. Хранилище снова было тихим, никакого дыма, никакой крови. Только ее собственный всхлипы.

Колени подкосились, и она едва не упала. Руки тряслиь так, будто по венам пустили лед. Щеки были мокрыми, она не помнила, когда начала плакать. В груди ужасно жгло.

Она прижала ладонь к сердце, словно проверяя, бьется ли оно.

– Это неправда, – прошептала она, но голос звучал пусто. – Эо можно изменить…

Нужно изменить. Пока он жив.

С усилием заставив себя подняться, она сделала шаг назад. Потом еще один. Медальон лежал спокойно, будто не показывал ей конец мира и смерть того, кто стал для нее чем-то большим, чем напарник.

Элис развернулась и почти бегом покинула хранилище. Руки механически вернули защиту на место. Дверь закрылась мягко, почти беззвучно.

Она должна уйти. Забыть все это, прекратить. Сделать хоть что-нибудь!

Коридоры все так же были пусты, ни единой души. Элис штормило из стороны в сторону, она хваталась за стены, как за последнюю надежду. Девушка не заметила, как добралась до комнаты, как в этот момент воздух прорезал пронзительный вой сигнализации.

Элис замерла.

«Неужели я допустила ошибку?»

На несколько секунд ее охватил парализующий страх. Она могла где-то оставить отпечатки. Или не до конца отключила систему защиты.

Но затем она услышала тяжелые шаги в коридоре. Двери распахивались одна за другой. Члены Ордена выскакивали наружу: сонные, встревоженные, кто-то уже вооруженный. Голоса перекрывали друг друга.

– Что случилось? – спросил Лиам в начале коридора, натягивая куртку.

И тогда она увидела его.

Ривер вышел из своей комнаты почти сразу – сосредоточенный, собранный, с привычной хмурой складкой между бровей. Живой. Невредимый. Без крови на лице, без раны на груди.

У Элис перехватило дыхание, на мгновение реальность дрогнула. Ее сознание все еще видело его на коленях, чувствовало тепло утекающей из него жизни. И вот он – стоит в нескольких шагах, дышит, двигается, смотрит вперед. Сердце болезненно сжалось.

– Взлом, – коротко бросил он, пройдя мимо Элис и направляясь к лестнице.

Он прошел так близко, что край его рукава коснулся ее пальцев.

Тепло.

Настоящее.

Элис смотрела на него так, будто перед ней был призрак. Или чудо. Или второй шанс, которого она не заслужила.

Горло сдавило. Ей хотелось схватить его. Проверить – не исчезнет ли. Прижаться лбом к его спине, убедиться, что под кожей бьется сердце. Что в груди нет кровавой дыры.