Кто скрывается в тени?

Я застыла, словно он вогнал мне между ребер ледяной клинок. Все мысли, все оправдания разлетелись в прах. Он не спрашивал о магии. Он спрашивал о ней. О самой страшной моей тайне, которую я даже себе боялась раскрыть.

Губы онемели. Горло сжалось. Я не нашлась, что ответить. Не могла. Правда была слишком чудовищной, чтобы выговорить ее вслух. Я увидела мужа. Я нашла его.

И мы стояли так в звенящей тишине холла, пока снаружи не послышались шаги и скрип тормозящего экипажа. Суон и Лира вернулись. Но самый страшный вопрос уже прозвучал, и он повис между нами.

Суон громко хлопнул дверью и четкими, отточенными шагами направился к нам. Лира ступала бесшумно как тень.

Старым привычным жестом, как тогда два года назад, Суон скинул плащ, развернул ко мне стул и молча сел. Его взгляд, тяжелый и беспощадный, уставился прямо на меня. Дежавю.

– Кэт, это не допрос. Ты наш человек, – его голос был тихим, но каждое слово падало, как свинцовая гиря. – И меня мучает один вопрос… Почему ты скрывала свою магию?

– Я не скрывала… – мой собственный голос прозвучал хрипло и неестественно. – Я сама не знала о ней. Я даже сейчас не уверена, что она есть. Я никогда ее не чувствовала. Были мелкие странности…

Я замолчала, понимая, что сейчас скажу нечто, что изменит всё. Но отступать было некуда.

– …вроде того, что Элиан меня не чувствует.

– Элиан тебя не чувствует? – Голос Суона остался ровным, но в нем появилась опасная, лезвийная острота. Его взгляд молниеносно скользнул к Ашфорду.

Элиан поморщился, будто от внезапной боли. Он откинулся на спинку стула, изображая небрежность, которой не было и в помине.

– Ну, наконец-то кошка выпрыгнула из мешка, – он язвительно улыбнулся, но в его глазах бушевала настоящая буря. – Да, капитан. Наша дорогая Кэт для меня – тишина. Женщина-загадка.

Суон медленно перевел взгляд на Лиру. Та пожала плечами.

– Не скажу, что не чувствую ее запах. Хорошо чувствую. Могу предположить, что причина этому то, что запах не является ее частью. И сейчас от нее разит… о боже, одеколоном Суона… Ты зачем им так сильно надушился?

Лира закатила глаза. Судя по ее виду, она не понимала, в чем серьезность ситуации.

В глазах Суона шестеренки складывались в единый, пугающий механизм.

– Иммунитет к магии эмпата. Сопротивление теневой магии, способной растворить плоть… Спонтанная вспышка энергии, которая отбросила опытного мага, – он перечислял это с леденящим спокойствием. – «Мелкие странности», сержант? Ты понимаешь, что это значит? Тот боец был не простым мятежником. Он был оружием. А ты – единственный человек в Империи, кто, судя по всему, может ему противостоять.

– Так что я спрашиваю тебя не как капитан подчиненного. Я спрашиваю, как защитник Короны. Кто ты, Кэтрин Эрншоу? Потому что случайностей такого уровня не бывает.

Сердце упало куда-то в пятки. Он был чертовски прав. Случайностей не бывает. Но правда, которую я хранила, могла уничтожить всё – мою жизнь, моё место здесь, их доверие. И я не была готова ее произнести. Ещё нет.

– Я не знаю, капитан…, – покачала головой, – Таких явных выражений никогда не было. У меня даже мысли не возникло… И когда Элиан меня не почувствовал… мои эмоции… я подумала, что это нормально…

– А ты, Элиан? Ты тоже, блин, думал, что это все в пределах нормы??? – спокойствие Суона дало трещину, – Как я могу управлять командой, которая скрывает от меня такие важные… моменты.

Элиан тяжко вздохнул, потер виски, будто отгоняя головную боль.

– А что я должен был сказать, Джей? – его голос прозвучал устало и сипло. – «Внимание, аномалия: новенькая не вызывает у меня морального отвращения, как все остальные»? Ты бы что, выписал мне премию? Или отправил на обследование к столичным алистрисам? – Он горько усмехнулся. – Я просто решил, что наконец-то дошел до ручки и начал терять силы. Считай это актом эгоизма с моей стороны.

Суон скрипнул своими длинными пальцами. Я не отрывала на них взгляда – какой мог бы получиться пианист. Господи, я нашла, о чем думать сейчас. Я нервно хихикнула своим мыслям. Я тут же прикусила губу, но было поздно – все и так видели, что я на грани.

– Хорошо, – Суон откинулся на спинку стула, и в его позе появилась усталая решимость. Следы гнева испарились, уступив место холодному расчету. – Надо думать, как с этим работать. Надо понять природу твоих сил.

Он перевел взгляд на меня, и в его глазах я прочитала новый, безжалостный интерес. Я перестала быть подчиненной с секретом. Я стала тайной, которую предстояло разгадать.

– Ладно, Кэт. Я не привык действовать необдуманно. Но мы находимся в трудной ситуации. Сейчас поднимется вопрос, откуда в моем отряде неучтенный маг. И я обязан проверить, на что ты способна. Мы попробуем вызвать твою магию.

Суон взял мои ладони в свои. Остальные вокруг замерли как мыши. Он твердо посмотрел в мои глаза.

– Энергия берется изнутри, она не в голове, головой ты можешь ее только направить. Почему так часты вспышки неконтролируемой магии, когда маги находятся в измененном состоянии? Потому что мозг отпускает управление, и магия становится, как взбешенная лошадь. Сейчас я хочу, чтобы ты попыталась успокоиться и абстрагироваться от всех нас. Попробуй найти внутри себя … дрожь, комок возбуждения… Чувствуешь?

Я закрыла глаза. Вдох, выдох. Успокоение давалось мне с огромным трудом. Волнение шевелилось внутри маленькой ящеркой. Именно так я себе его представила. Ящерка светилась и переливалась цветами, становясь то красной, то оранжевой, то раскаляясь до бела. Но под моим внутренним взглядом она свернулась клубком и притихла до нежного голубого свечения.

И я кивнула Суону. Он отпустил одну мою руку, а вторую вытянул вперед и развернул ладонью вверх.

– Тогда представь, как это комок передвигается от сюда, – он ткнул мне пальцем в грудь и медленно, не отнимая руки, повел через обнаженно плечо по рассыпающемуся платью вдоль руки и наконец уперся этим пальцем в ладонь, – Сюда. Возбуждение сейчас живет в твоей ладони, и ты чувствуешь…

– Щекотку? – да, это была именно щекотка, теперь она свербела в центре ладони под кожей.

– Верно, Кэтрин. Ты молодец. А теперь, – он сделал паузу, убрал от меня руку и отодвинулся на приличное расстояние. Деревянный стул скрипнул по полу, – Отпусти контроль!

Тишина. Сначала я подумала, что не произошло ровным счетом ничего. И открыла глаза. И в этот момент замерцали и погасли магические светильники, капитан Суон вздрогнул, а Элиан схватился за голову, Лира изумленно поводила носом. Но я не видела и не чувствовала ничего необычного, кроме их поведения. Суон протянул руку в мою сторону и попытался что-то сделать. Но ничего не произошло. Я это поняла по его недоумевающему взгляду. Мы два года жили бок о бок, и я даже не знаю, какая у него магия…Эта мысль поразила меня как лезвие ножа.

– Кэт, а теперь верни контроль. Загони силу назад и сомкни ладонь.

С первого раза не получилось. Щекотка росла на моей руке. Но я подышала, как перед соревнованием, и это меня успокоило.

Магические светильники вспыхнули и опалили потолок. Элиан вскрикнул от боли, а ноги Суона подогнулись, и он рухнул на колени.

Лира же просто почесала нос:

– Занятно… Наша кухарка готовит курочку? Я отсюда чувствую.

Я в недоумении уставилась на наших мужчин.

– Вы в порядке? – Суон отказался от протянутой руки и самостоятельно поднялся на ноги, и я отняла руки Элиана от его ушей.

Наши взгляды пересеклись. Он смотрел на меня как на нечто невероятное.

– Я перестал слышать всех в комнате. Я впервые услышал тиканье часов с тех пор, как мне исполнилось двенадцать! – его руки дрожали, – Благословенная тишина…

Мы оба повернулись к Суону, так и не выпустив рук.

– Что вы почувствовали, Капитан? – я должна была узнать. Потому что в нашем отряде было много секретов друг от друга. И мне хотелось разрушить хоть одну стену.

Суон не стал отпираться.

– Я почувствовал легкость… Моя сила… это тяжелая ноша, – он ухмыльнулся и на миг в него словно вселился демон. – Если бы я встретил тебя лет пять назад, я бы присвоил тебя себе.

Это было реально жуткое признание. Потому что его произнес человек, который не привык бросаться словами.

Но мгновение, и наш благородный Суон вернулся. Он встряхнул головой, словно отгоняя прочь лишние мысли.

Элиан крепче сжал мою ладонь, и я только сейчас сообразила, что мы так и стоим рука в руке. Я поспешно высвободилась и обняла себя.

Взгляд Суона на меня теперь изменился.

– Получается, что я как поглотитель чужой магии? – подала я голос.

Все переглянулись. И Лира нарушила молчание:

– Детка, если честно, я впервые вообще слышу о таком. Магия всегда проявляет себя… ммм… выходит изнутри или сидит внутри. А твоя…

– А твоя втягивает чужую, – перебил Лиру Суон, – Я тоже с таким не сталкивался. Но я знаю человека, который обладает достаточными связями и знаниями, чтобы помочь нам. И она как раз пригласила меня и Кэтрин погостить.

– Леди Грейв?

Элиан резко выпрямился.

– Джей, ты не можешь быть серьёзен, – его голос потерял всю усталость, в нём зазвенела сталь. – Да даже составить ей пару на балу было в десять раз лучшей идеей! Эстер Грейв, твоя крестная. И спустя пять лет затворничества Джей Суон приезжает к ней с девушкой!

В его протесте было что-то личное, слишком острое. Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Он ревновал. Или… было в этом что-то ещё, то, о чём я боялась думать.

Суон на секунду замер, его взгляд скользнул с моего испуганного лица на напряженную фигуру Элиана. И я увидела, как в его глазах что-то щёлкнуло – холодное, осознающее. Он не сразу понял, что за этим протестом, но теперь осознание пришло.

– Твоя забота трогательна, Эл, – произнес Суон, и его голос вновь обрёл бархатную, опасную гладкость. – Но помощь Эстер Кэт сейчас необходима. Если ты помнишь, Кэт проявилась на балу, почти на глазах у Императора. Как только раскроется ее природа, ей нужна будет защита. И герб Ашфордов ее защитить точно не сможет.

Слова прозвучали как пощечина. Элиан замолчал. Мне показалось, что ему впервые не нашлось что сказать. И это меня напугало больше, чем признание Суона.

Капитан снова посмотрел на меня, и в его взгляде было обещание и предупреждение одновременно.

– Кэтрин, – его взгляд был пристальным, – На самом деле, у тебя нет особого выбора. Сейчас ты под прямым присмотром короны. И мы не в праве совершить ошибку. Леди Грейв – очень могущественная женщина, у нее большие связи. И ты ей явно понравилась. Сейчас никто не сможет тебе помочь лучше нее. Ты веришь мне?

Ты мне веришь? Я где-то слышала эти слова. Как эхо прошлого.

Ты мне веришь? Его синие глаза смотрят в мои. Он сжимает мою руку. Сильно. Я немного боюсь. Над нами бескрайнее небо. А на то, что под нами, я боюсь смотреть. Надо только сделать прыжок в неизвестность – всего-то! Но он рядом и держит меня, чтобы ни случилось. И я верю. И мы летим. Мгновение полета, ветер треплет волосы и вот мы входим в воду. Она темная и глубокая, и дна не видно. Но сквозь толщу я вижу свет. И также вместе мы поднимаемся к нему.

Сейчас, стоя посреди тишины холла, я снова почувствовала ту же хватку на запястье. Тот же страх. Тот же обрыв. Только на дне его теперь была не вода, а бездонная тьма, и в ней горели его синие глаза.

– Я попробую, капитан, – сказала я, и мой голос прозвучал так тихо, что его почти не было слышно.

Я верила ему тогда. И мы выплыли.

Теперь я верила Суону. И боялась, что на этот раз мы можем утонуть.