Полная версия
- Ой, мужчина, как хорошо, что я хоть кого-то нашла, – обратилась она к нему, когда он вышел из лифта.
- Что такое? – Антон слегка напрягся от неожиданной встречи.
- На меня только что напали с ножом двое каких-то людей, тут в подъезде. Я вырвалась и убежала, но кажется, меня ранили слегка, – она с ужасом в глазах смотрела на Антона, и тот, встревоженный этим, в конце просто утонул в ее взгляде. Хоть и слышал, что она говорит, но не вдавался в суть ее слов.
- Пойдемте ко мне, я вызову полицию, – быстро сказал он.
Подойдя к двери, он открыл ее и, пропустив девушку, зашел сам и подумал, что хорошо, что дети на даче и избегут ночных разборок полиции.
- Можно мне воды? – все еще трясясь от шока, тихо сказала девушка.
- Да, конечно, – сказал Антон и, скинув туфли, пошел на кухню.
«Неудивительно, что напали. В таких шортах и футболке по грудь, да еще с каким-то платком на плечах. На вид вроде узбечка, а может, и таджичка, а может, и еще кто, бог их разберет. Проститутка, наверно», – подумал Антон. Включив кран для питьевой воды, он тут же опомнился: «Блин, что я делаю, она же одна в прихожей!» Он обернулся через плечо. Девушка стояла в дверном проеме слева от него и пожирала его взглядом. Черные распущенные волосы и темные глаза в довершение, нагоняли легкую жуть. Антон даже вздрогнул от неожиданности. Платка на плечах уже не было, и он невольно бросил взгляд в область груди, обтянутой только футболкой. Тонкая ткань лишь подчеркивала детали, заставляющие мужчин на время потерять голову и воображать почти одно и то же. Антон смущенно опустил взгляд на оголенный живот. Он не сразу сообразил, что с ним что-то не так, и когда в его голове пронеслось: «Пупок! Его нет», он выпалил как-то машинально: «Вам придется уйти». Даже если у девушки и были другие планы насчет Антона, его слова заставили ее действовать решительно, и все остальное развернулось буквально за несколько секунд. Девушка набросилась на него.
Антон не сразу сообразил, что делать, так как не понял, чего она хотела. Девушка ухватилась за его плечи длинными пальцами, пытаясь глубоко запустить острые и крепкие ногти, но ткань пиджака, пусть и легкая, а также рубашка, частично компенсировали этот выпад. От пронизывающей боли он машинально хотел дернуть руками вверх, но девушка удержала их. Когда же ее лицо исказил страшный оскал и рот раскрылся так широко, что даже не верилось, Антон увидел два сплошных ряда острых желтоватых зубов, и его передернуло. Ее верхняя губа задралась, и он понял, что это не просто зубы – это пасть какого-то ящера. Остаточную легкость опьянения просто смахнуло. Девушка еще шире стала открывать рот, одновременно пытаясь дотянуться до сонной артерии Антона. Он тут же нанес удар лбом по ее носу. Из-за того, что ее лицо было вполоборота, удар пришелся вскользь и не был достаточно сильным. Она зашипела и тут же повернула лицо к нему. Он нанес очередной удар лбом, на этот раз прямой в нос. Ее хватка ослабла.
Он дернул руки вверх, разжал ее пальцы и, схватившись за ее тонкую шею, стал ее сдавливать. Кожа ее была скользкой на ощупь. Она дернула головой в сторону и без особого труда освободила свою шею, Антон даже не смог удержать ее. Недолго думая, он схватился за ее ключицы и нанес удар коленом в промежность, а затем оттолкнул ее от себя. Бросив взгляд через правое плечо, он увидел на привычном месте набор кухонных ножей, находящихся в деревянной подставке. Схватив правой рукой один из больших ножей, так, что клинок был направлен вниз, он вновь повернулся к ней.
Она снова кинулась на него, выставив вперед руки. Антон поднял нож на уровень груди и, выпрямляя руку, наотмашь махнул им. Девушка ловко уклонилась вправо и схватила левой рукой правое запястье Антона, сжав его с силой. Почти как перышко, она дернула Антона на себя, одновременно разворачивая его на сто восемьдесят градусов. Девушка ударила открытой ладонью Антона в грудь, одновременно отпуская его руку. Он отлетел к стене, противоположной той, у которой была раковина с краном для питьевой воды. Та по-прежнему стекала в сток. Удар был скорее мощный, чем болезненный, и Антон быстро оправился от него, но правое запястье болезненно ныло. Он перехватил нож в левую руку.
Девушка в очередной раз бросилась на Антона. Он потратил время на взмах ножом. Своими руками она схватила Антона за оба запястья, прижала его спиной к стене, и он на миг опешил от того, что произошло дальше. Ему показалось, что девушка стала вытягиваться в высоту, поднимая его вверх. Глаза их, тем не менее, оставались на одном уровне, несмотря на то, что ноги его оторвались от пола. Не было времени разглядывать, что не так стало с телом девушки. Правое запястье пронизывала ноющая боль. Девушка вновь раскрыла рот, превратившийся в пасть. Антон с криком подтянул левую руку к своему лицу, девушка отвела голову назад, и клинок оказался напротив ее глаз. Недолго думая, Антон, уперевшись спиной в стену и используя ее как опору, изо всей силы начал выпрямлять левую руку, и острие ножа медленно, но верно, стало сокращать расстояние до лица девушки. Та поддалась натиску Антона и, не отпуская его рук, сделала пол-оборота в воздухе по направлению к выходу из кухни и прижалась спиной к стене. В результате такого маневра Антон потерял опору в виде стены и оказался висеть в воздухе только за счет того, что девушка сжимала его кисти. Но его вес и сила притяжения тут же потянули его тело вниз. Опять же, не теряя времени, он, лишь на долю секунды оказавшись в невыгодном положении, превозмогая боль потянул правую руку на себя, отвел свое плечо назад, и по инерции продолжил оборот. У девушки не хватило сил остановить это вращение, которое она сама и спровоцировала, и она, увлекаемая им, вновь сделала пол-оборота, в результате чего они оба оказались в первоначальном положении. Антон, как только почувствовал опору стены, тут же надавил левой рукой, и острие ножа прошлось по правой щеке девушки. Та жутко зашипела и вновь, увлекая за собой Антона, сделала очередные пол-оборота, чтобы избежать более серьезного ранения. Они покинули кухню, и Антон, вновь оказавшись в воздухе, ощутил, что опускается. У девушки не хватило сил удержать его на одном с собой уровне, и уже через секунду Антон почувствовал, как его ноги коснулись пола.
Хватка девушки на его запястьях ослабла, и он мгновенно вонзил в ее тело нож, погрузив его практически до рукоятки. Истошный хрип вырвался из ее глотки. Антон увидел, как ее вытянувшееся вверх тело мгновенно сжалось до привычных размеров. Вновь обретая обычный рост, девушка сделала головой выпад вперед и укусила Антона за левое плечо. Пиджак и рубашка компенсировали хватку ее зубов. Он пока еще не в полной мере почувствовал боль, ужаснувшись от того, что нечто вцепилось в него. Не помня себя от страха, он машинально несколько раз взмахнул и погрузил нож в правый бок девушки. Она разжала зубы и, уже не держа его за руки, как-то неестественно, как будто ее позвоночник был гибким, как у змеи, стала сползать по стене. Антон хотел взмахнуть рукой, чтобы нанести еще один удар, но почувствовал, как слабеет хватка левой руки на рукоятке ножа. Обхватив пальцы левой руки правой, запястье которой еще болезненно ныло, он вонзил острие ножа в опускающуюся грудь девушки и что есть силы надавил весом тела на рукоятку ножа. Стена, по которой сползала девушка, выступила как барьер, не давший ей отклониться назад, и клинок наполовину погрузился в ее грудь. Хрип вырвался из нее. Антон отпрянул назад. Девушка, упав на пол, извернулась и, раскрыв пасть, попыталась сделать выпад, чтобы схватить зубами левую голень Антона, но не смогла. Несмотря на это, он, действуя на адреналине молниеносно и инстинктивно, так, что даже не успевал обдумать совершаемых действий, отпрыгнул назад, как только увидел движение головы девушки по направлению к своей ноге.
Девушка, свирепо глядя на Антона, раскрыла пасть и жутко зашипела, не в состоянии больше атаковать. Со взглядом, полным ужаса, он смотрел на то, что корчилось перед ним на полу. В этот момент он почувствовал тяжесть и болезненное ощущение в области левого плеча и вспомнил про укус. Отойдя спиной на кухню, Антон сбросил пиджак, расстегнул до груди рубашку и стянул ее с левого плеча. Ему сразу стало дурно. На коже багровели следы укуса от давления зубами. «А если яд?» – вдруг промелькнула у Антона мысль. Он посмотрел на пол, где была девушка. Ее не было. Ножа на полу не было, следов крови тоже. В глазах у Антона потемнело, и его повело в сторону.
Антон проснулся у себя в квартире. За окном щебетали птицы. «Который час?» – подумал он и вспомнил, что накануне отмечал День рождения Игоря. Что было дома, он не мог толком припомнить. Воспоминания о прошедшем дне были лоскутными и туманными, и он не знал, были ли они правдивыми или это только исчезающие обрывки сна. В сознании всплыл бред о соблазнительной девушке, которая зачем-то напала на него. Обрывком возникла картина ее ЗУБОВ в пасти, вместо человеческих. Он привстал с кровати. Левое плечо обволокло тупой болью. Он скинул одеяло. Плечо было туго и профессионально перебинтовано. «Значит, был в больнице», – подумал он, но решительно не помнил детали. Но вспомнил практически все подробности, связанные с девушкой. «Значит, не приснилось», – с ужасом осознал он.
