Чудовище для дракона

Перед ней стоял незнакомый юноша.

«Быть того не может… Что это за чудо чудное, диво дивное? Где зверь клыкастый? Куда подевался?»

Внимательно приглядевшись, в полумраке пещеры она разглядела глаза незнакомца. Они светились желтым так же, как у принесшего ее сюда зверя, но не было в них ни ярости, ни злости. Осознав, кто перед ней, она удивленно заморгала.

«Не соврала старуха, получается? Знать, и правда снаружи-то может, он и монстр, да внутри такой же, как я сама. И что-то там еще про сердце горячее, доброе… «Драконье сердце алое да пылает, нежные ладони, чтоб лежать в них покорно, ждет». Так она говорила? Неужто о моих ладонях речь-то? – щеки тут же обдало жаром. – Глупости какие надумываю! Одиннадцать невест его ласкали, все ладоней ему нежных как будто мало?»

Тем временем незнакомец молчал, не спеша объяснять ей свое появление.

«А, может, все же это не зверь, а зверь где-то рядом затаился? И сейчас кинется да обоих нас порешает? Надо бы сказать ему как будто, поостеречь…»

Но юноша спокойно стоял спиной к тому, что могло прятаться во мраке, и тем самым пугал ее больше оного.

– Вылезай. – Наконец он заговорил. Его голос был тихим и спокойным, даже приятным. И он требовал выйти.

Девушка замотала головой:

– Нет уж, мне и здесь хорошо. – Поплотнее усевшись на землю, она обхватила колени руками, всем своим видом показывая, что никуда двигаться отсюда не собирается.

– Я сказал тебе вылезти.

– А я говорю, что не стану!

Вздохнув, он молча приблизился, схватив ее за рубаху, и рывком дернул на себя, заставляя буквально подлететь в воздухе. А после тут же отступил подальше, словно касаться ее не входило в его планы.

«Вот это силища! Одной рукой!» – от шока у Марьи на мгновение отнялся дар речи, а возможное чудовище в темноте рядом с ними и вовсе осталось забыто.

– Да как ты смеешь меня, как котенка?!.. Ты кто вообще?!

– Твой жених.

– Мой кто?..

– Жених твой, болезная. За мной иди.

И отчего-то на этот раз она безропотно подчинилась.

Глава 6.

Юбка неприятно липла к ногам, все еще мокрая от земли, на которой Марья сидела, и девушка, вместо того, чтобы радоваться, что ее не сожрали, отчего-то расстроилась из-за промокшей одежды, будто бы и не было сейчас у нее других поводов для страха, боли и отчаяния. Такая защитная реакция была для нее привычной: что бы ни происходило в жизни, самое страшное она всегда воспринимала с улыбкой, решала легко и быстро, не затрачивая моральных сил, а вот к раздражающим мелочам и бытовым неурядицам, на которые другие бы махнули рукой, забыв назавтра, относилась с преувеличенным ужасом, как к настоящей трагедии, отчего за глаза слыла чудачкой, неприспособленной к быту.

Вот и сейчас, ощущая, как мелкие камни под ногами больно впивались в стопы, она не рыдала от неприятных ощущений, ругая про себя все на свете, и не пугал ее ритуал проведенный и в беду ее утянувший, но раздражали пустячное, простое и по сути своей неважное. То и дело она давила чьи-то кости, но даже это ужасало меньше, чем камешки набивающиеся в обувь, и, пожалуй, было странного в этом больше, чем даже в самом беловласом юноше, что шел сейчас впереди нее, не обращая внимания на то, что устилало пол пещеры.

Марья подумала, что причиной этому могло быть только то, что, скорее всего, сожрал он всех, кто сейчас белел по углам костями, сам, вот и не пугали его останки, но и это казалось ей не всей правдой: Дракон в принципе казался отрешенным, не пытался пугать ее, не наорал за непослушание, не проявил к ней агрессии, поэтому представить его пирующим на невестах прямо здесь, посереди каменного коридора, всего в крови и ошметках мяса ей было трудно.

Шагая следом, она украдкой рассматривала его широкие крепкие плечи и узкую талию. Обтянутые шароварами узкие крепкие бедра двигались плавно, крепкие ягодицы перекатывались под тканью, отвлекая от мрачных мыслей и наталкивая лишь на одну, которой Марья в конце концов покорилась. Привыкшая к раздетым по рабочим причинам мужикам, сейчас она удивлялась тому, что идущий впереди нее человек был практически обнажен, за исключением штанов, висящих на тонком шнурке да на честном слове. Щеголять в одних штанах, конечно, не запрещалось, и того же Данилу она регулярно видела без рубахи, но не был Данила так по-звериному изящен, не двигался так плавно, словно состоял сплошняком из литых мышц под гладкой светлой кожей. Но отчего же он ходит так девушка спросить так и не решилась, ведь, казалось, спроси она об этом, как тут же встанет иной вопрос: брачного ложа, на которое ей суждено попасть, заменив предыдущую невесту, сгинувшую без вести.

А после леденящая душу догадка заставила ее в очередной раз вздрогнуть: «Коли и есть он жених мой драконий, стало быть, и шкуру свою змеиную сбрасывал там, где сели. Может, одежду и вовсе он не носит. Так, передо мной хоть штаны натянул, какие были».

Ей стало смешно и вместе с тем неловко.

Пещера все не кончалась, и в этот раз Марья обратила внимание на место, в котором оказалась. Тут и там над их головами проглядывались отверстия, от чего пещера оказывалась освещена на всем пути их следования.

«Как будто обустраивал себе удобства, чтоб лучше жить. Знать, не все звериное в нем, есть что и человечье».

– Руку давай. Шею еще свернешь. – Посчитав, что она замедлилась из-за того, что боится оступиться, юноша, не оборачиваясь, протянул ей ладонь

«Какой вежливый», – однако принимать его помощь Марья не стала.

– Все в порядке, я просто устала.

Несколько раз на уровне ее плеча в стенах зияли дыры, в которые легко мог пролезть человек и покрупнее, и в них виднелся каменистый спуск к лесу. При взгляде на проемы в стене в ее голове моментально созрел рискованный, даже дерзкий план. Она замедлила шаг, внимательнее выглядывая, с какой стороны сейчас солнце. А после, замедлившись еще сильнее, дождалась очередного поворота в бесконечной сети коридоров и стремглав кинулась назад. Нырнув в лаз, она задвигала локтями, помогая себе выбраться. Места, где кожу содрало о камень, тут же засаднило.

Солнечный свет, ударивший в глаза, на мгновение дезориентировал, стоило Марья выбраться на поверхность.

«Бежать! Не останавливаться! Доберусь до деревьев, а там уже не найдет меня!» – она не думала над тем, что будет делать после. В ушах шумела кровь, ноги гудели от натуги, пока она, спотыкаясь и падая, неслась к подлеску.

– Спасена! Ни драконья, ничья больше! Свободная! Спасена! – девушка счастливо рассмеялась. На всякий случай обернувшись, Марья убедилась, что дракон за ней не погнался. Нырнув между деревьев, она затаилась, но ни через пять минут, ни через десять погони не случилось.

«Настолько не рад невесте? Хотя я двенадцатая… Может, и правда надоели, вот и не сторожит? – занятая мыслями о драконе, Марья на время позабыла, где находится, а когда вспомнила, вся покрылась гусиной кожей. – Не голова, а горшок дырявый! Как я могла забыть, в какой лес прятаться забрела?!»

Неподалеку раздался шорох, и девушка тут же вскинулась испуганным олененком на этот звук.

«Страшнее дракона все равно ничего уже не будет, и бояться не стоит!»

Деваться было некуда, и, собравшись с силами, она медленно побрела между деревьев, надеясь, что не наткнется ни на какое лесное чудовище.

«Никогда с ними не сражалась, только видела. Хватит ли сил моих, коли встречу? Сдюжу ли?»

Долго гадать ей не пришлось: привлеченное громким дыханием да шагами неосторожными, прямо перед ней из лесной тени выскочило нечто. С округлыми по-девичьи бедрами, с длинными ногами и о широкой улыбке, человекоподобная нечисть кинулась, в длинном прыжке повалив ее на землю в одно движение.

– С-с-с-с-ъем!

– А-а-а-а-а-а-! – девушка попыталась скинуть монстра. – Ах ты, поганое отродье! Не для того я шкуру от одного монстра спасла, чтобы другому обедом выйти! Не дамся! – протянув к клацнувшей у щеки челюсти руку, она дернула чудище за волосы, напоминавшие ветви. То завизжало и отпрянуло. – Так тебе, негодяйка!

После, ни на что не надеясь, Марья двинула коленом, чувствуя, как оно врезается в тело чудища. Рассвирепевший от ее удара монстр занес над ней руку, и через секунду девушка ощутила, как раня кожу, ее раздирают когти.

Отчаянно заверещав и на мгновение ослепнув от боли, она собрала все силы, стряхивая с себя нечисть. Выгадав секунду передышки, сумела откатиться в сторону, но враг сделал новый выпад, в этот раз придавив ее к земле всем телом. Зловонное дыхание обдало лицо. Марья прижала ладони ко рту чудища в отчаянной попытке избегнуть его клыков. Внезапно оно замерло.

«Нюхает меня?.. – на мгновение ей почудилось удивление на уродливом нависшем над ней лице. – Оно говорит? Какой-такой «хозяин?»

Обдумать слова монстра девушка не успела. Клацанье клыков раздалось снова, и на шею упала вязкая горячая слюна. Под нажимом костлявых ладоней затрещали ребра, от боли в ушах зазвенело. А после все исчезло: и тяжесть давившего ее к земле тела, и звон, и зловоние чужой пасти.

«Я умерла? – распахнув глаза, она увидела, что в рядом стоял он. – Дракон…»

Горящие огнем глаза с ненавистью глядели на монстра, чью шею он сжимал с легкой небрежностью, почти не прилагая никаких усилий. Когти, ничуть не короче тех, что причиняли Марье боль мгновением ранее, впивались в шею нечисти, пуская черную густую кровь.

– Хос-с-с-сяин?

– Да, помни об этом и не приходи больше, не смей трогать. – Отшвырнув чудище так, что, ударившись о ствол дерева, то кулем повалилось на землю, он обернулся к девушке полностью. Взгляд Марьи против воли прошелся по чешуе, тут и там проглядывающей на теле и уходящей за пояс штанов.

Горящие глаза манили, как огонь мотылька, и она поддалась этому зову, нырнула в него с головой. После, засмотревшись, перевела взгляд на приоткрытый рот и белые клыки, выступающие по-звериному далеко.

«Не страшно как будто… Скорее, любопытно».

– На что смотришь?

– На тебя…

– Что видишь?

– Тебя.

Дернувшись от ее слов, как от удара, юноша в обличье монстра отступил на шаг назад. В его взгляде промелькнули замешательство и недоверие.

– Не лги. Скажи, что ты видишь монстра.

– Но я не вижу монстра, лишь человека…

Пытливо взглянув на нее, он тут же отвел взгляд в сторону: Марья смотрела прямо, не таясь, что он точно понял: она ему не лгала.

– Иди за мной. Больше не убегай. Спасать не стану.

«Как будто у меня есть выбор. Куда ни пойди, везде кто-нибудь сожрать пытается. Уж лучше в пещере под защитой дракона. Хотя защитой ли?.. – отряхнувшись и зашипев от боли, стоило лишь слегка задеть свежие раны, Марья зашагала следом, стараясь не отставать. – Ладно, сейчас рядом с ним всяко безопаснее».

Поравнявшись с юношей, она с удивлением отметила, что чешуя с его кожи уже исчезла.

– Слушай… Спасибо, что спас. Я очень благодарна.

– Благодарные не сбегают.

– Ты прав, просто я испугалась. Тебя, всего этого…

– Я зла не делал, чтоб ты боялась.

– И это правда… Но и ты пойми меня. Час назад я была дома с семьей, сейчас я где-то совсем одна, а ты… ты дракон!

– А я дракон. И твоя семья.

– Моя… что? Нет, но как же?.. – Марья запнулась, не сумев подобрать правильные слова, объяснившие бы Дракону причину ее смятения.

– Невеста не семья? – в желтых глазах заискрилось веселье. Девушка, заметив это, едва не споткнулась от неожиданности.

– Невеста – это еще… Семья, конечно, просто не сразу… Но тоже семья, да.

– Значит, не надо сбегать, раз семья. Пусть не сразу.

Его облик окончательно стал человеческим, Марья, завороженно следившая за этим превращением, восторженно ахнула.

– Не любуйся, раз сбежать хочешь. Останешься – тогда можно.

Не найдя, что ответить, девушка зарделась. В молчании они медленно побрели обратно к пещере.

– Да я, может, и сама бы справилась… Просто растерялась. Не думай, что я такая уж беззащитная… – но в душе Марья знала, что неправа, да только сил поблагодарить одного монстра за спасение от другого у нее было.