Варленд: бремя обречённых

И так получилось, что рыси ни за что самой не открыть флакон. А разбив его, капля тотчас испарится. Если разлив бутылёк она бы могла его как-то слизать, то с каплей это было делать бесполезно. Она потеряет свойства.

* * *

Андрен не мог знать, что Дарла уже погасила восстание в рудниках. Беряги прорвали заслоны на входах и перебили всех, кто мог дать отпор, а затем показательно пожрали на виду у гоблинов, не собираясь лезть глубоко внутрь.

Но эта картина сломила их дух. Гоблины тут же присягнули новой госпоже, что вела рослых монстров севера. Они разоружились и сами вышли из многочисленных штолен и ярусов.

Глядя на сотни этих злобных существ, что стали уже не коричневыми, но серыми и чурались любого солнца, ведьма-амазонка быстро смекнула, что новыми смотрителями в рудниках могут быть как раз гоблины.

Кто ещё справится лучше с такой работой? Маленькие, хитрые, коварные, они готовы были пожрать даже друг друга ради власти над другими.

Передохнув после зачистки, Дарла встретила подмогу ягудов на входе в рудники. Но не спешила возвращать их кому бы то ни было, ожидая весточки и подкрепления от Мота. Ягудские семьи потребовали своё немедленно, завязалась драка.

Беряги хорошо погуляли на просторах в ночи, перебив весь транспорт кочевников и быстро загоняя ягудов в рудники. С двойной радостью на них накинулись гоблины. И радости новой госпожи не было предела. Ей достались как раненные Беряги противника, что склонили перед ней колено, так и пленные ягуды. Она миловала человеко-монстров, оказав им всякую помощь и вдоволь накормив свежим мясом павших животных. А вот самим бывшим владельцам шахт и их подопечным повезло меньше. Дарла поработила их, вручив в лапы гоблинов.

Над тремя рудниками поднялось новое знамя. Алая рука госпожи на чёрном фоне. Но так и не дождавшись вестей от Мота, Дарла выступили на встречу подмоге, что пожаловала к рудникам от прочих семей. И перебила их в открытом поле. Затем ей Беряги нападали на всё, что видели по дороге в Нешхиль. Больше ни одна подвода или повозка с полозьями не могла войти в город или из него выйти. А Беряги убивали всех, кто приближался к горячим родникам. Этот террор продолжался несколько дней, пока оставшихся лордов в городе не свергли, а головы их не принесли на серебряных блюдах новой хозяйке севера.

Дарла вошла в город и тут же устроила зачистку среди лояльных семей старому строю семей. Рудники за какой-то день переполнились новые работниками. Ей было всё равно, кого мучить и убивать. Все они одинаково были ей противны. Как сама мысль, что старый Калькан отвёз молодую жену Моту.

– Проклятый дурак! – кричала в сторону востока Дарла. – Ты совсем забыл о Владыке со своей свадьбой? Так увлёкся молодым телом, что последний разум растерял?!

Ведомая гневом, сытая по горло севером и предстоящей свадьбой Мота ведьма-амазонка с сотней Берягов вскоре подступила к стенам академии Льда. Но ей встретили лишь разбитые ворота и полсотни тел по всей, включая тело Мота.

Сжимая в руке перебитую цепь и глядя на разбитые фальчиоры, Дарла тотчас поклялась отомстить дважды сбежавшим пленникам.

– Андрен Хафл и вся твоя жалкая компания, ваша смерть будет медленной и мучительной! – кричала Дарла со стен академии уже в сторону запада.

Но не могла взять в толк, как они умудрились обойти её караван и где их следы? Беряги не могли взять след. И даже самые лучшие из ищеек среди ягудов лишь пожимали плечами.

Спустя несколько дней новая Владычица Севера уже огибала Волшебный лес почти с двумя сотнями Берягов. Как ягудам пережить долгую зиму без армии и прерванных поставок, её интересовало меньше всего. Она, как и Мот, взяла от севера всё лучшее и спешила нагнать беглецов. Стоит влиться с новыми силами в армию Властелина, как про север можно будет и не вспоминать.

* * *

Первым воспользовался ситуацией Тёмный эльф – Маэстро. Едва Дарла покинула Нешхиль после известия о падении академии Льда, он начал действовать.

От тел рудокопов у горячих источников мало толку. Но ягуды также любят вино и азартные игры и Тёмному эльфу не составило труда поднять их на восстание. Язык подвешен, а верные слова всегда в голове для тех, кто любит лесть и готов слушать о своей исключительности.

Когда Дарла ушла со всей армией Ягудии на запад, заодно угнав большинство стад на прокорм Берягам, а весь о новых хозяевах на рудниках всех окончательно добила избежавших репрессий горожан, ягудам-торговцам ничего не оставалось делать, как держаться родников до весны и ждать возвращения госпожи.

Но священный месяц подходил к концу и с дальних пастбищ к молодой траве у родников возвращались тощие стада ягудов-скотоводов. Оценив ситуацию, они тут же взяли власть в городе, перебив немногочисленные верные Дарле гарнизоны. И обещали вернуть городу власть над рудниками.

Маэстро, что уже выдвинулся на первые роли в городе в качестве бойца Сопротивления, тут же уговорил дать ему солдат, чтобы немедленно заняться этим вопросом. В звании капитана, он выступил к рудникам, но под предлогом внезапного нападения, повёл и без того немногочисленные войска добровольцев на юг.

Едва ягуды догадались в чём дело, Маэстро бежал в ночи, прихватив с собой провизию и редкий гужевой транспорт. Те солдаты ополчения, которым удалось вернуться в город, вступили в него голодными и обмороженными. Треть ополчения не дошла.

И пока Маэстро мчал на упряжке на юг, рассекая по заснеженным землям Некрономикона, ягуды предпочли до весны не показываться из Нешхиля. Сил забрать рудники у них уже не оставалось, как не было гужевого транспорта и достаточно мяса для того, чтобы пережить зиму. В городе начался голод, за ним пришёл каннибализм. В это же время гоблины на рудниках начали поедать своих пленников.

Без влияния семей, без попечительства академии Льда и защиты Берягов, Ягудия медленно, но верно погружалась в хаос.

* * *

Но ещё за многие дни до этого, когда Андрен с друзьями стоял на башне-донжоне и смотрел на запад, он не мог знать, что в запасе у него почти четыре дня, прежде чем явится Дарла.

– Надо уходить, пока можем, – торопил Грок, не желая оставаться в академии, где маги пали от яда, а одногруппник от собственного вероломства, заодно прихватив на тот свет семью.

В руке князя остался последний магический камень. И полная свобода действий, ведущая к ответственности за судьбы друзей.

– Не спеши, зелень, надо подумать, – прикинула осторожная Чини, не видя смысли ни прорываться на юг без транспорта, ни обходить по дуге столицу.

При первой метели это всё потеряет смысл.

– Я привык, что мы думаем погодя, – добавил настойчивый орк, до рези вглядываясь в горизонт.

Благо солнце светило в спину в этот утренний час.

– Куда бы мы ни пошли, пусть там будет теплее! Мне этот север опостылел даже с моей шубой, – взмолилась Варта. – Но я ценю, князь, что ты потратил уйму магических камней на то, чтобы расколдовать меня.

Чини за пазухой Андрена фыркнула, припоминая, что действительно первые попытки обратить магию он начал не с неё.

А ещё друг называется.

– Андрен, хватит думать! – затряс за плечо Грок. – Своё мы забрали. Грабить здесь нам нечего. Пора действовать! Трогаемся в путь! Пока Беряги не набежали, у нас есть фора.

– Зелень прав, – кивнула морская свинка. – Охранники наверняка успели передать послание в северный город. Лорды уже выдвинули свои армии на рудники и академию. А больше всех прочих будет яриться Дарла и эта нас так просто не отпустит.

– Эта сука сдала нас в плен и слезинки не обронила! – добавила Варта, которой не требовались долгие вёсны, чтобы возненавидеть чернявую бестию на одном потоке.

– Это уже не важно, – ответил Андрен и повернулся к Гроку. – Новых смертников ягуды набрать не успеют. Караванам потребуются целые вёсны, чтобы восстановить численность заключённых и надзирателей. К этому времени казна окончательно опустеет. Придёт голод. Ты… понимаешь, что мы уничтожили целую страну? Ягудии больше нет.

– Ошибаешься, мой друг. Мы уничтожили лишь их уклад, – поправил орк. – Поставили на грань существования. Но всегда есть шанс всё изменить. Уйти на юг, например. Ягуды либо забудут про работорговлю и уйдут на земли Некрономикона с более мягким климатом для их стад, либо сгинут или растворятся, как сабы, ошоны и мигары.

– Это не худшая участь для рабовладельцев! – воскликнула Варта. – Как смели они надевать ошейники на шеи людей и прочих существ?!

– Всё верно, князь. Сколько жизней они загубили в мучениях? – добавила Чини. – По мне, так поделом им!

Андрен кивнул. И это говорили двое существ, что спали в тепле в тех цепях на мягких подушках среди золотых клеток и обилия еды. Что же с ними будет, стоит побыть им хоть день на рудниках?

За новыми раздумьями, Андрен приблизил последний фальчиор к лицу.

– Жаль, что мы не заполучили ни одного мага льда, что наверняка знали, как пользовать фальчиоры. Нам остаётся лишь рисковать… Вы устали от снега?

– Да! – в один голос ответили Чини, Варта и Грок.

– Тогда мы не пойдём по нему, – прикинул человек и взял за руку орка, а рысь стиснул между ног. Что до морской свинки, то она никуда не делась из-мехового кармашка за пазухой. – Мы над ним полетим!

С теми словами князь раздавил последний фальчиор.

– Волшебный лес!

Вспышка!

На этот раз не было никаких долгих туннелей, падений, как обычно при использовании свитков телепорта. Пейзаж Ягудии просто сменился цветущим лесом. Зима сменилась вечным летом.

В уши ударило пение птиц вместо завывания ветра, а нос отчётливо уловил запахи цветов и травы, что ощущались резко на контрасте. Кожа радостно впитала тепло.

Голова от резкого перепада температур заболела, но едва скинули зимние одежды и подышали, стало полегче.

– Кстати, а что мы забыли в Волшебном лесу? – совсем некстати спросила Чини. – Ты не мог перенести нас сразу на земли клана?

– Я не мог рисковать, это гораздо дальше. Вдруг фальчиору не хватило бы мощи?

Грок махнул рукой, скинул шубу и свалился в траву. Забормотал:

– Дышим запахом травы! За это одно стоит благодарить богов!

Все наслаждались теплом. С этой поры даже закралось подозрение, что Архимаг был прав.

– Слушай, а Бурцеус не зря погнал нас на север. Не сделай мы это, там до сих пор трудились бы рудокопы и плодились монстры.

– Ну а что до ягудов, то они всегда могут вернуться к традиционному укладу. – кивнула Чини, объедаясь сочной травой. – Охоте.

– Одно дело пройти долгую дорогу перевоспитания, как к примеру, пришлось северным оркам, – продолжил Грок, разыскивая чем бы поживиться среди кусов и для себя. – Привыкнуть к мысли, что можно начать жизнь по новой. И совсем другое получить всё и сразу: драгоценные камни, фальчиоры, Берягов, горячие источники среди снегов! Чего же более? Живи, да меняйся. А ягудам нужна новая дорога.

– И нам нужен был этот поход на север, не отрицайте, – прикинул Андрен, пробуя знакомые ягоды с куста и не было вкуса лучше, чем кислинка во рту. – Без нас Мот бы просто отравил отца и завладел севером. Не лучшее соседство для Княжества.

Варта блаженно растянулась на траве, завалилась на спину, подставляя пузо солнцу. Хорошо рассуждать в тепле с мороза:

– Человеку на жизненной дороге, даже на самой прямой, обязательно надо пару раз шлёпнуться, поскользнуться, вляпаться в кучку, наконец. Мы же не звери, чтобы не усложнять себя жизнь, – заметила рысь. – Да, Хомо?

Чини как раз ползла по зарослям травы в поисках лучшего пропитания, на ходу пропищав:

– Философия хороша, но сыт ей не будешь, Провал вас забери. В академии меня хоть кормили. А что тут? Одни пустые разговоры. Вот нажрусь молодой травы с ходу, и сдохну молодой и красивой. А вам потом стыдно будет, что лучшие ягоды не мне.