Сказание о перекованном сердце

– Не нужно, миледи. Вам лучше сейчас не привлекать к себе лишнего внимания. У меня есть план, как помочь мальчику.

– Уверена?

– Да, я давно подготовила план на случай, если придётся спасать кого-то из подземелий.

– Что ж, хорошо. Что касается осколка, шахтами управляет лорд Грайст, он на нашей стороне. Уверена, он не мог поступить иначе из-за свидетелей, но я ещё узнаю его версию произошедшего. Постараюсь сделать так, чтобы вы узнали обо всём первыми в случае новых находок.

– Спасибо, миледи.

Уже не один год принцесса находилась взаперти в своих покоях по приказу её брата, кронпринца Арнистена. И она не была единственной – Его Величество Король Латор Третий, сошедший с ума во время восстания десять лет назад, также был заперт с тех самых пор. Правда, если в случае короля это было сделано для поддержания репутации Короны и безопасности окружающих, то в случае его дочери – чтобы не дать ей возможности контактировать с людьми за пределами не только замковых стен, но даже её собственных. Из-за того, что законы Хайдена не позволяли наследнику короноваться при жизни предыдущего монарха, даже если тот не мог управлять страной, власть кронпринца была разделена с Первым советником. Любой союз или конфликт мог нарушить хрупкий баланс власти и позволить советнику фактически захватить её, поэтому кронпринц, поглощенный тревогой и паранойей, видел врага даже в собственной сестре.

– Даже из закрытых стен у вас получается делать для людей больше, чем кронпринц сделал за последние десять лет, – добавила девушка.

– Иногда мне кажется, что я забываю, как выглядит замок, не говоря уже о Фригите, – она замолчала на секунду, глядя на темно-зелёные волны Малахитового моря, бьющиеся о скалы за окном, но потом тряхнула головой и улыбнулась. – Так или иначе, пожалуйста, позаботься в первую очередь о себе. Я не сомневаюсь в твоих способностях, но попытка вытащить кого-то из подземелий звучит крайне опасно. Будь осторожна.

– Конечно, миледи. Спасибо за беспокойство. Мне нужно поговорить ещё кое с кем, если я хочу освободить мальчика сегодня, так что я пойду.

– Разумеется. До свидания, Айер. Пожалуйста, дай знать о себе, как только будет возможность.

– Обязательно, Ваше Высочество. До свидания.

До конца рабочего дня был ещё не один час, но девушка направилась к одному из выходов из замка – неприметной калитке для слуг в его северной части. Господин Тевел не был против небольших отлучек, пока Айер хорошо справлялась со своими обязанностями, и она активно пользовалась этим, чтобы передавать срочные известия из замка, когда в этом была необходимость.

Осень уже близилась к середине, поэтому давно полноценно вступила в свои права, и Хайден захватили долгие дожди и холодные морские ветра. Они пробирали до костей, заставляя ёжиться и плотнее кутаться в плащ, но никакая одежда не спасала от зябкой дрожи. Прикрыв тёмно-синее платье служанки неприметным коричневым плащом, Айер быстро зашагала по улицам Фригиты, столицы королевства.

Спустя минут десять ходьбы по лесу, окружающему замок, она оказалась на востоке горда, где находились красивые, большие дома с садами – здесь жили аристократы, генералы, богатые купцы, члены Королевского Совета и послы тех стран, с которыми Хайден ещё сохранял дипломатические отношения. Однако зажиточные Дубовые холмы быстро сменились узкими улочками с плотно построенными домами в три-четыре этажа. Краска на многих из них облупилась, обнажая камень, а где-то вообще отсутствовала; крыши в основном были из дерева, хотя иногда попадалась черепица. На дороге валялся мусор, от яблочных огрызков до дырявых ботинок. Людей было совсем немного: кто-то был занят работой, другие ещё прятались от непогоды – только время от времени краем глаза Айер замечала в переулках и подворотнях бездомных в лохмотьях, скрывающихся от стражи.

Не прошло и получаса с её встречи с принцессой, как Айер ступила на территорию Тупиков – небольшого района на юго-западе Фригиты. Она любила это место, даже несмотря на то, что по его улицам не больше двух человек могли пройти плечом к плечу, многие дороги не были вымощены брусчаткой, так что сейчас пачкали обувь и подол плаща грязью, и часть домов была заброшена, с заколоченными окнами и дверями. Зато улочки эти петляли и запутывали порой даже тех, кто хорошо их знал, обрывались тупиками и неожиданными поворотами, так что прятаться от патрулей во время комендантского часа здесь было проще всего.

Девушка знала Тупики лучше многих, поэтому уже совсем скоро без проблем добралась до узкого переулка, где почти друг напротив друга располагались всего две неприметные деревянные двери. На одной из них в верхнем левом углу располагалась небольшая гравировка – голова василиска со съехавшей короной и нелепо разведёнными глазами. Айер подошла к двери и громко постучала – уже через несколько секунд открылось узкое окошко, и на девушку взглянули два тёмно-зеленых глаза. Их обладатель тут же узнал её и без лишних слов открыл дверь, пропуская Айер внутрь.

Она ступила в небольшое помещение с довольно низким потолком и слабым, но давно въевшимся в стены и мебель запахом хмеля, а ещё свежего рагу и огня. Немногочисленные свечи и кристаллы освещали несколько столов со стульями и барную стойку, расположенную правее от входа – окно же было плотно закрыто. Все столики, кроме одного, были пусты – за ним сидели только молодой мужчина и высокая женщина лет пятидесяти: они неспешно переговаривались в приглушённых тонах, хотя по интонации и выражениям их лиц было понятно, что речь о чём-то серьезном.

Это был паб «Сумасшедший Монарх», горячо любимый сопротивленцами. Попасть сюда могли только те, кто лично знал хозяев, и место, несмотря на свою закрытость, было настолько легендарным, что кто-то даже не верил в его существование. Человек, открывший Айер дверь, был парнем двадцати трёх лет, почти на голову выше её самой, с широкими плечами и сильными руками. Его тёмные волосы были небрежно зачесаны назад, поперёк шеи виднелся старый шрам. Одет он был просто: в светлую рубашку на завязках и свободные штаны с тканым поясом, а на руке у него был широкий кожаный браслет с камнем нефрита.

– Какими судьбами в такое время, солнце? – улыбнулся он, но улыбка эта быстро пропала с его губ при виде выражения лица Айер. – Что-то случилось?

– Энд здесь? – спросила девушка, заглядывая за его плечо.

– Нет, он не вернётся до завтра. Что случилось?

– Нам нужно поговорить. Наедине.

Кронон – так звали парня – кивнул и обратился к посетителям:

– Я вас оставлю на пару минут!

Оба подняли на них головы, и женщина одобрительно махнула рукой, перед этим приветственно улыбнувшись Айер.

Вслед за Крононом девушка двинулась к двери возле барной стойки. За ней находилась узкая тёмная лестница, ведущая на второй этаж, где была всего одна комната – довольно просторная, но с потолком ещё ниже, чем на первом этаже, и порядком захламлённая. В одном из углов и у стены напротив окна стояли две кровати; у дальней стены – книжный шкаф, беспорядок в котором вечно вызывал у Айер внутреннюю боль, и несколько сундуков. Три стола – круглый в центре комнаты и два у стен – были завалены раскрытыми книгами с рукописными пометками, свитками и бумагами со странными диаграммами, а ещё различными кристаллами, камнями и оружием всех видов: кинжалы, короткие мечи, пара топоров, арбалеты, ножи.

– Извини за беспорядок, – сказал Кронон, отодвигая бардак на одном из столов ближе к стене.

– Как будто здесь бывает по-другому, – улыбнулась Айер, опускаясь на стул у очищенного места.

– Так в чём дело? – он сел в пол-оборота к ней.

– У тебя раньше были артефакты, создававшие завесу. Они ещё остались? Мне срочно нужны.

– Нет, но это дело пары часов. К вечеру могу сделать несколько.

– Буду благодарна.

– А зачем тебе?

– Да так, ничего особенного.

– Айер, ты срываешься из замка в середине дня и срочно просишь артефакты для миссии, а потом говоришь мне, что это ничего особенного? Говори, в чём дело.

Девушка вздохнула: всё равно рано или поздно ему пришлось бы узнать.

– Если в двух словах, то сегодня ночью в шахтах нашли осколок кристалла, который может быть связан с Венцом Анданты, а ещё арестовали волшебника, который, кажется, пытался его украсть. Его будут допрашивать и пытать, если уже этого не делают, и я хочу попытаться спасти его.

– «Попытаться» – ключевое слово? – риторически спросил маг, глядя на неё широко распахнутыми глазами.

– Я знаю, что это рискованно, но у меня есть план.

– Это не просто рискованно. Это безумие.

– Я знаю все секретные ходы наизусть, и с моей репутацией беспомощной девочки без магии меня ни в чём не заподозрят. К тому же, если он действительно знает, где остальные осколки, это может определить нашу победу.

– Что за осколки?

– Ещё не знаю точно, но госпожа Кордис думает, что это Ключ Кравна.

– Ключ Кравна?

– Да. Это артефакт, который открывает сокровищницу Анданты…

– А в ней Венец, – закончил за неё Кронон, опустив глаза. – Это всё ещё очень рискованно. В идеале стоит поговорить с Хильдом, раз Энда нет.

– На это уйдет слишком много времени, он постоянно занят. Да и не факт, что одобрит.

– Может, и правильно.

Айер покачала головой:

– Это мальчик, Кронон. Пойманный волшебник. Из того, что я слышала, ему лет двенадцать, если не меньше.

Парень вскинул брови, а потом глубоко вздохнул, потирая переносицу:

– Чёрт… Это многое меняет.

– Я прекрасно понимаю, насколько это опасно, но разве можно позволить им пытать ребёнка?

Он кивнул:

– Ладно, ты права. С этого стоило начинать. Что нужно делать?

– О чём ты? – растерялась Айер.

– Если ты думаешь, что я позволю тебе пойти на подобную миссию одной, ты глубоко заблуждаешься.

– Это опасно. Если с тобой что-то случится, Энд меня не простит.

– Если с тобой что-то случится, я себя не прощу. Мы ведь оба понимаем, что я пойду так или иначе. Давай не будем тратить время на споры.

Шпионка вздохнула, сдаваясь:

– К северу от замка, чуть правее от тропы в горы, есть большой камень – на нём написано, что это братская могила. На самом деле он полый и прикрывает выход из туннеля, который идёт прямо из подземелий. Встретимся там на закате. Но ты будешь стоять на карауле.

– Нет уж…

– Это не просто прямой коридор, Кронон, – перебила его Айер. – Часть тех ходов – это лабиринт с ловушками, в том числе для магов. Я изучаю их уже давно, но ты можешь пострадать, если спустишься туда. К тому же, чем меньше они увидят, тем лучше. Поэтому дождись меня у выхода. Если наступит рассвет, а я не дам о себе знать, значит, что-то случилось.

– Я точно не могу сделать ничего больше?

– Нет.

Он снова опустил глаза и подумал об этом с минуту, нервно дёргая ногой, но потом всё-таки мрачно кивнул:

– Ладно. Но обещай, что не будешь рисковать напрасно.

– Когда я так делала?

– Да тебе только дай повод.

Айер фыркнула и поднялась:

– Не неси чепухи. И мне нужно возвращаться. Можешь сообщить об этом Энду?

– Только в общих чертах, но он в любом случае вряд ли успеет вернуться до утра, даже если сорвётся прямо сейчас, – ответил Кронон, следуя за ней к выходу.

– Тогда скажи, что у нас всё под контролем.

– Как будто он в это поверит, – парень усмехнулся. – В его глазах мы навсегда неопытные дети, просто смирись с этим.

– Говори за себя, – улыбнулась Айер, накидывая капюшон. – Увидимся на закате.

Кронон выглянул наружу, убеждаясь, что в переулке никого нет, и только потом пропустил её:

– Увидимся.

2. Мальчик

Блеклый шар солнца, едва видневшийся за облаками, уже склонился к самой земле где-то на западе, когда Айер наконец оказалась в назначенном месте – в лесу, у массивного камня почти в человеческий рост с гравировкой:

«Здесь покоятся солдаты, отдавшие

свои жизни в Войне Алой Луны.

Да благословят их боги»

После ухода из замка около часа назад Айер успела переодеться в полностью чёрный костюм с коротким плащом – пока что он был довольно заметен, но в темноте, которая вот-вот должна была наступить, сильно помог бы прятаться. На поясе у неё были надёжно закреплены ножны с двумя кинжалами. Сердце девушки учащённо билось: хотя она и привыкла к разного рода миссиям, ничего настолько важного и опасного не доводилось делать уже некоторое время. Дожидаясь Кронона, она ходила вокруг камня, глядя себе под ноги и в очередной раз вспоминая планы ходов, повороты и расположение ловушек.

– Давно ждёшь? – услышала она знакомый голос и подняла голову.

Со стороны тропы к ней шёл Кронон – тоже в чёрной одежде, с ремнём на бедрах, на котором были закреплены баночки с зельями, пара небольших мешочков, нож и кинжал.

– Не очень. Ты готов?

– Я-то готов. Что насчёт тебя?

– Времени тянуть всё равно нет, – пожала плечами она.

Он вздохнул, качая головой:

– Просто будь осторожна, ладно? Вот, – Кронон достал из одного из мешочков несколько чёрных камешков, каждый из которых был закован в три металлических кольца с магическими символами, – артефакты, которые ты просила.

– Спасибо, – кивнула девушка, пряча их в карман.

– Ты точно уверена, что я не могу больше ничего сделать?

– Уверена.

– Я не хочу отпускать тебя туда одну.

– Я буду в порядке. Я обещаю, – улыбнулась Айер.

Кронон нахмурился и недовольно что-то пробурчал, но больше не стал спорить. Вместе навалившись на камень, они без особого труда отодвинули его в сторону – под ним открылась узкая вертикальная яма, больше похожая на нору и обросшая паутиной. Айер подобрала с земли палку и убрала паутину, после чего Кронон зажёг над рукой желтоватую световую сферу, напоминавшую маленькое солнце, и опустил её в яму.

Ход был довольно небрежно отделан деревянными досками, явно прогнившими в некоторых местах. Изнутри пахло сыростью, а ещё внизу что-то валялось – возможно, останки лестницы, которая когда-то здесь была, но сейчас для спуска потребовалось бы прыгнуть с высоты в пару метров.

– Вот чёрт, – выругался Кронон, заглядывая вниз.

Айер достала из-под плаща моток верёвки и молча протянула ему, а потом забралась в яму, повисла на руках и спрыгнула вниз, едва не оступаясь на груде досок. Как и показывали планы, яма оказалась тупиком в конце длинного туннеля, конца которого даже не было видно: он тянулся прямо до стен замка несколько сотен метров, после чего разрастался лабиринтом, полным ловушек и тупиков. Вздохнув, Айер натянула маску, закрывавшую её лицо до самых глаз, и накинула капюшон.

– Пожелай мне удачи.

– Удача для новичков, – улыбнулся Кронон. – Ты справишься. Если что, бросай его и возвращайся.

– Кронон!

– Я серьёзно.

Айер закатила глаза и двинулась в темноту сырого хода.

Поначалу она шла быстро, движимая желанием побыстрее со всем закончить, но очень скоро далёкого света магической сферы стало недостаточно, чтобы видеть хоть что-то помимо очертаний стен и потолка, и ей пришло замедлиться. Тогда она достала из кармана небольшой кристалл, источающий мягкое белое сияние – света от него едва ли было больше, чем от обычной свечи, но лучше, чем ничего. Ещё через пару минут она наконец достигла развилки и, сделав глубокий вдох, ступила на каменный пол лабиринта где-то под замковыми стенами. Девушка не слишком хорошо знала этот участок, поэтому идти приходилось осторожно, каждый раз рисуя в воображении план, найденный в замковом архиве когда-то давно. Она обезвреживала магические ловушки, которые сработали бы на мальчике, но не реагировали на неё, а остальные просто обходила стороной, стараясь не задеть спусковой механизм.

Наконец Айер достигла подземных ходов под самим замком, и лабиринт остался позади. Конечно, и здесь перемещаться было непросто, но всё-таки отпала угроза быть убитой ржавой стрелой или проклятой каким-нибудь артефактом. Ещё минут десять у неё ушло на то, чтобы достичь ходов под замковой темницей: та и сама была под землёй, поэтому Айер, должно быть, спустилась уже на много метров вниз.

Разумеется, она не знала, в какой камере содержат мальчика, и постоянно ли он в ней находится. Но, насколько ей было известно, пленников порой пытали не в их камерах, а в отдельных, специально оборудованных для этого жестокого процесса. Единственный люк, ведущий в темницу, располагался как раз под коридором в пыточные, но он же находился в поле зрения стражей, постоянно охраняющих подземелье у основного входа. Помимо этого, ещё как минимум один страж сопровождал пленника в пыточные.

Айер изучила люк под темницей и с радостью обнаружила, что он запирался на щеколду изнутри. Это не задержало бы преследователей надолго в случае погони, но точно дало бы небольшую фору. Она поднялась на пару ступеней приставной лестницы и приложила ухо к люку, прислушиваясь.

Поначалу не было слышно совсем ничего, но уже через пару минут уши привыкли к тишине, и шпионка начала различать кое-какие звуки: шаги, отдалённые стоны, неразборчивый диалог в спокойных тонах. Она ждала нужного момента, но он всё не приходил: кажется, в подземельях всё шло своим чередом. Шея быстро затекла в неудобной позе, а позже и руки начали болеть из-за того, что приходилось держаться за ступеньку, но она продолжала стоять.

Минута проходила за минутой, час за часом, но ничего не менялось. Время от времени, когда ноги и руки слишком затекали, Айер спускалась вниз, прикладывала к люку другое ухо, чтобы шея не болела, но даже так ждать становилось всё сложнее. Мысли её то и дело возвращались к вопросу о том, насколько разумно было тратить единственную возможность спасти кого-то из подземелий на мальчика, которого она даже не знала. Она давно изучала планы замка, и у неё ушли месяцы на то, чтобы пробраться в архив, постоянно охраняемый вооружёнными стражами, а потом запомнить десятки планов всех комнат и этажей. Девушка и без того старалась не пользоваться ими слишком часто, чтобы не вызвать никаких подозрений. Если сейчас она спасёт мальчика именно таким образом, без всякого сомнения, многие ходы начнут охраняться, какие-то могут даже замуровать, и тогда она потеряет и возможность узнавать, что происходит за закрытыми стенами.

Ещё не было поздно отказаться от этой идеи. Уйти тем же путем, что пришла. Не рисковать ни своей жизнью, ни Кронона, а вместо этого вернуться в «Сумасшедшего Монарха», выпить бокал эля и прийти завтра на работу, как ни в чём не бывало. В конце концов, уже десятки людей погибли в этих стенах, и ещё столько же погибнет, пока не случится новое восстание.

Но, чёрт побери, это был ребёнок. Даже если он оказался в этих шахтах случайно, даже если не знал ничего про эти осколки, или не захотел бы рассказать сопротивленцам, он всё равно не заслуживал этого. Айер ещё помнила себя в двенадцать лет, когда произошло предыдущее, провалившееся восстание. Помнила ужас, беспомощность, отчаяние и злость из-за невозможности что-то сделать, а только наблюдать, как вокруг погибают люди, как весь её мир рушится – и она не была готова позволить кому-то пройти через нечто подобное.

В темноте было почти невозможно определить, сколько времени прошло – должно быть, не меньше нескольких бесконечно долгих часов, но наконец её внимание привлёк новый звук: металлический лязг и протяжный скрип. Айер даже задержала дыхание, прижимая ухо как можно плотнее к люку. Расслышать все слова не удалось, но некоторые она всё-таки различила:

– …малец… – сказал приглушённый мужской голос, – шанс начать… рить… – пауза. – …леешь. Вставай.

– Эй! Не трогай меня! Не трогай! – у Айер сжалось сердце, потому что голос действительно был ещё детским. – Отпусти! Я ничего не знаю! Не знаю!

Девушка поняла, что это тот самый момент, которого она ждала.

Любые сомнения, которые одолевали её до этого, тут же пропали. Она открыла задвижку и со всей силы дёрнула дверцу люка – тот с трудом подался и с грохотом врезался в стену.

– Какого?! – услышала она крик одного из стражей, выпрыгивая наружу.

У неё даже не было времени, чтобы толком оглядеться. Каменный пол, железные решётки где-то на периферии зрения. Перед глазами – светловолосый скованный мальчик с испуганным лицом и высокий страж за его спиной, уже схватившийся за оружие. Ещё двое стражей были в конце коридора, метрах в десяти от них.

Айер молниеносно выхватила кинжал и метнула его над головой мальчика – тот испуганно вскрикнул и пригнулся. Кинжал попал в цель – голову стража, который тут же мешком свалился на пол.

Она сделала рывок вперёд и схватила мальчика, толкая его в люк. Не дожидаясь, пока их догонят другие стражи, девушка выхватила из кармана чёрный камень и бросила его на пол – тот взорвался с тихим хлопком, и подземелье тут же заполнил плотный чёрный дым. Айер юркнула в люк, захлопывая его и задвигая щеколду.

– Где ты? – спросила она, потирая глаза, которые защипало от дыма.

– Тут, – раздался голос мальчика справа от неё. – Кто вы?

– Позже. Сейчас нужно выбираться, пока нас не нагнали. Не отходи от меня.

Она достала из кармана светящийся кристалл и быстро двинулась в сторону выхода. Пару секунд ничего, кроме её шагов и приглушённых криков сверху, не нарушало тишины коридора, но потом мальчик заторопился следом.

Айер обернулась на ходу, бросая изучающий взгляд на него: на вид ему было действительно около двенадцати, может, на год больше или меньше. Ещё по-детски большие голубые глаза, светлые волосы, взъерошенные и явно давно не стриженые, худощавое тело. На мальчике была испачканная синяя туника, перехваченная широким поясом, штаны и поношенные сандалии. Руки скованы впереди, на губах запёкшаяся кровь. Несмотря на совершенно беспомощный вид, смотрел он на неё исподлобья, нахмурившись, со смесью осторожности и недоверия – словно брошенный щенок, которому вдруг предложили еду.

– Вы из Чёрного Ветра? – спросил он, наткнувшись на её взгляд.

– Я внеклассовая, – ответила Айер, отворачиваясь и вспоминая дорогу. – Можешь проверить.

Внеклассовыми в Хайдене называли людей, не владеющих магией, и таких было совсем немного. Радикалы из Чёрного Ветра уже давно охотились на людей без магии, считая, что боги наказали их её отсутствием за страшные грехи, совершённые в прошлой жизни. Хотя после гибели бывшего лидера их активность немного угасла, Айер всё равно старалась быть как можно осторожнее, чтобы не столкнуться с ними.

При всех неудобствах жизни без магии в мире, полном колдунов и чародеев, в этом был и свой плюс: на внеклассовых не реагировали магические ловушки, а таких в Хайдене было большинство – в том числе в этих подземельях.

– Действительно, – удивлённо протянул мальчик, видимо, проверив у неё отсутствие связи с магической энергией.

– Как тебя зовут?

Он не ответил.

– Значит, можно называть тебя «ребёнок»?

– Нет, – буркнул он. – Нако.

– Айер. Приятно познакомиться.

– Мне тоже, – сказал он после короткой паузы. – Спасибо, что вытащили меня оттуда.

– Мы пока даже не покинули пределы замковых стен, так что не радуйся раньше времени.

Словно по сигналу, где-то вдалеке послышался грохот и крики стражей.

– Чёрт, – ругнулась девушка, пряча кристалл и хватая Нако за плечо. – Иди тихо.

Стараясь не издавать ни звука, они ускорились по тёмным коридорам. Как ни странно, мысли Айер были совершенно ясными: поворот налево, прямо, снова налево. Уже не пытаясь особо скрываться, она сорвалась на бег, утягивая за собой Нако. Вот-вот они должны были достичь лабиринта, который стражи наверняка не знали. По коридорам разносилось эхо десятков пар ног, и Айер часто видела отблески света на стенах, оборачиваясь, но у них ещё был шанс.

– Они нагоняют нас слишком быстро, – с досадой прошипела она.

– Я слышу их! – раздалось где-то за спиной.

Не прошло и пары секунд, как послышался щелчок, а потом болезненный вскрик.

– Чёрт! Тут ловушки! Осторожней!

Девушка не смогла сдержать довольной ухмылки, хотя до спасения было ещё далеко.

– Если не сможете взять живыми – убейте! – крикнул другой голос.

Оставалась всего пара поворотов в лабиринте, когда Айер вдруг остановилась – Нако врезался в неё на бегу.

– Ай! Что такое?

– Тихо! – шикнула она.

В коридоре перед ними было два поворота направо: один ближе, второй на пару метров дальше. Она не помнила, какой именно им нужен. Сердце стучало в ушах, ноги и лёгкие горели от долгого бега, но Айер попыталась сконцентрироваться. Она помнила это место. Два коридора рядом: один ведёт к выходу, во втором – тупик с ловушкой. Но какой есть какой?

– Встань сюда, – она поставила Нако к стене между двумя коридорами и подошла к ближайшему, нехотя доставая светящийся кристалл.

Нити натянуто не было. Айер подбежала ко второму – на первый взгляд, тоже чисто. Значит, активировалась иначе. Проверять камни не было времени, поэтому выбора оставалось мало. Ей не хотелось терять второе оружие, но Айер выхватила единственный оставшийся кинжал и метнула в один из коридоров – тот со звоном врезался в каменную стену. Послышался щелчок.