Сотканные смертью

– Художница из меня неважная, – пробормотала Лира, но поднялась со стула и нашла в кухонном ящике потрепанную бумагу и огрызок карандаша.

Тишину нарушало гудение старого холодильника и скрип грифеля по бумаге. Лира, закусив губу, начала выводить символ. Через мгновение перечеркнула и принялась снова. В конце концов она отбросила карандаш и недовольно вздохнула.

– Не получается, все слишком смутно, – покачала головой Лира, виновато глядя на Сару.

– Жаль. Но можем посмотреть в библиотеке информацию о подобной магии. Вдруг ты узнаешь символ. – Она задумчиво постучала по бумаге. – Хотя вряд ли рядом с книгами о невинных заклинаниях будет пособие по жертвоприношениям и их символам.

Вскоре они вернулись к уборке, а вечером Лира позвала лепрекона. Сара сталкивалась с ними раньше, но никогда не общалась слишком близко, поэтому сидела на своей кровати, наблюдая, как Лира устроилась на диване и взяла в руки золотую монету и шпильку. Когда капля крови упала на металл, она проговорила:

– Кровь Ринах течет во мне.

Чрез злато взываю к тебе!

Какое-то время ничего не происходило, а потом Сара уловила потрескивание магии в воздухе и неосознанно напряглась, сев прямее. С тихим хлопком лепрекон появился посреди гостиной, недовольно ворча и стряхивая с себя зеленый туман.

– Ты злоупотребляешь договором, юная Бреннан! – Он поправил кепку и замер, увидев Сару. Его хитрые глазенки прищурились. – И кто это тут у нас? Та самая, обреченная на смерть наследница? Лира, твоя бабушка не зря жаловалась, что вечно ты тащишь в дом всякие бесполезные вещи, – пожурил он. Сара поднялась и сложила руки на груди, брезгливо его осматривая.

– Что-то меняется, но манеры лепреконов всегда остаются дерьмовыми, – не постеснялась в выражениях она, даже когда Лира посмотрела на нее круглыми глазами, призывающими быть вежливой, учитывая, что им необходима его помощь.

– Ладно, достаточно обмена любезностями. МакСники, мне нужно знать, где пройдет ближайший Безсветный базар и какой пароль. – Лира поднялась на ноги, примирительно вскинув руки, и как бы невзначай встала между ними, с неловкой улыбкой уставившись на лепрекона. Тот бросил на Сару уничтожающий взгляд, притопнул своими смехотворными ботиночками и отвернулся.

– Пароль «сушеная кукушка». Место Королевский мост, – проворчал МакСники недовольно, будто наступил в дерьмо. Сара вспомнила, что это старинное название моста Шона Хьюстона, недалеко от железнодорожного вокзала. – Что, хотите найти способ избавиться от Дюллахана? Да-да, знаю, все на ушах из-за того, что такой темный дух появился в городе посреди дня. – МакСники обвиняюще покосился на Сару, вызывая у той раздражение.

– Ты знаешь, как с ним справиться? – заинтересовалась Лира. – Мы собирались раздобыть много пепла, чтобы оградить квартиру.

– Тц! Обычный здесь не поможет, нужен пепел боярышника. Что за поколение пошло? Совершенно необразованное и бесстрашное. Раньше из дому боялись выходить без защиты от темных духов! – Он сложил руки на груди, узор на клетчатом спортивном костюме изогнулся. Сара уже собиралась сказать ему все, что думает, но Лира ее опередила.

– Ну не всем же быть такими умными, как ты, МакСники. Ты, конечно же, знаешь, где раздобыть пепел, – проворковала она. Лесть можно было разглядеть из космоса, но лепрекон купился. Жадное, горделивое существо.

– Так и быть, раз уж ты решила приютить эту рыжую, раздобуду вам два мешка пепла до завтра. – Его грудь горделиво раздулась. – Эния сойдет с ума на том свете, если ты пострадаешь или умрешь. Лучше просто выгони ведьму, и дело с концом.

– Я, вообще-то, еще здесь, – прошипела Сара, как дворовая кошка.

– Это не обсуждается, МакСники. Сара теперь снимает у меня комнату. – Лира покосилась на огражденный уголок в гостиной. – И спасибо за пепел. Я очень ценю твою помощь. Хочешь чаю?

– Вот уж нет, спасибо, предпочитаю не есть и не пить в доме, где живет ведьма, – фыркнул МакСники и с хлопком растворился в воздухе, заставив поднявшуюся пыль танцевать в угасающем солнечном свете.

– Премерзкое существо, – поморщилась Сара, упав на диван, и ухватилась за кончик носа, чтобы не чихнуть. Весь день убирались, а пыль все равно осталась. Нужно вычистить мебель и выбить ковры.

– И это премерзкое существо спасет наши шкуры, принеся пепел. Так что прояви уважение, – пожурила Лира, строго глядя на нее, не хватало только, чтобы погрозила пальцем. Но Сара тайно с ней согласилась, а вслух лишь цыкнула и уставилась в телефон, выстраивая маршрут от квартиры до моста Шона Хьюстона. Добираться, оказывается, меньше получаса.

– До моста не так уж и далеко. Остается дожить до новолуния. Но, как мы с тобой уже поняли, Дюллахан хочет меня похитить, а не убить. Лепрекон прав, тебе стоит быть осторожнее. Кто знает, что всадник сделает с той, которая встанет у него на пути, – проговорила Сара, глядя на то, как Лира сворачивает длинные конечности на диване.

– Надеюсь, что он будет снисходителен к коллеге, – нервно улыбнулась та. – Мы ведь вестники смерти, только Дюллахан помощнее. Правда, сейчас подчинен чьей-то злой воле. Есть мысли, кто из твоего ковена или врагов ковена может быть причастен к такой темной магии?

– Ни малейшего понятия. Мой брат – посредственный ведьмак, но благодаря браку с Сиршей его сила увеличилась. В нашей среде все еще существует много браков по договоренности. – Сара задумчиво нахмурилась, мысленно перебирая всех своих родственников.

В основной ветви осталось не так много. Бабушка Слоан по линии матери умерла, как и все ее сестры и братья. Их дети могут претендовать на пост кайллехфасы только в случае смерти самой Сары, тети Риган и ребенка Гидеона. Но они не вызывали много подозрений. Члены побочной ветви семьи О’Райли, даже мужчины, перешедшие в другие ковены из-за брака, имеют свой пакет акций компании по производству виски, обеспечивая себе безбедную жизнь. А трое из ее шести кузин нашли призвание в служении Кругу Равновесия. Сара видела их несколько раз в год во время семейных шабашей на крупные праздники, но ни с кем не поддерживала крепкую связь.

– А Сирша? Она ведь мать потенциальной наследницы, – ворвалась в ее мысли Лира.

– Ты прямо мисс Марпл, Лира. Сирша спокойная, сильная женщина. Не представляю ее такой кровожадной, но кто знает? Может, они с моим братом действуют вместе. Трудно сказать, все могло измениться за эти пару лет. – Сара со вздохом откинулась на спинку дивана и повернулась к окну, глядя на догорающий закат. Возможно, это отец решил сделать так, чтобы дочь никогда не вернулась. Но зачем тогда ритуал? Хотят отобрать ее силу? О таком она не слышала.

Тысячи вопросов крутились в ее голове, пока солнце опускалось за дома, раскрашивая крыши золотыми всполохами.

По крайней мере, она пока в безопасности.

Но удастся ли ей избежать смерти?

(1) Хранители – работники полицейской службы фундалай, подчиняющейся Кругу Равновесия.

Глава шестая

Пепел боярышника помог, потому что через неделю Дюллахан не появился. Однако возникла другая проблема – скучающая Сара.

– Ты снова убиралась? – Лира пнула дверь ногой, когда вошла в коридор и поставила на пол тяжелые пакеты, от которых остались болезненные полосы на ее пальцах. Она вытерла пот с лица. День сегодня выдался солнечным, и в черной куртке припекало. Низ живота тянуло из-за месячных, и она была рада наконец-то оказаться дома. В проходе кухни виднелась Сара, балансирующая на стуле и протирающая верхушки шкафчиков.

– А что прикажешь делать, кроме чтения и просмотра кулинарных шоу? «Адская кухня» меня только нервирует. Гордон прав, они все тупицы, – проворчала она в ответ. Стул опасно покачнулся, но устоял, когда Сара поднялась на столешницу. – В этом году не будет нового сезона. Интересно, я доживу до следующего? Мать-Бригита, а ведь в конце августа у Тейлор Свифт выходит новый альбом! До него я тоже не доживу? – Сара повернулась, глаза наполнились таким ужасом, которого Лира не видела на ее лице при встрече с Дюллаханом.

– Тейлор Свифт? Серьезно, ты слушаешь Тейлор Свифт? – Честно говоря, Лира думала, что Сара предпочитает какую-то классику вроде Баха или Рахманинова, может быть, Чайковского, но Тейлор Свифт? Пора перестать мыслить стереотипами.

– Не смей говорить, что она пишет песни только про бывших! – огрызнулась Сара, ее лицо покраснело то ли от усилий дотянуться до дальних бортиков шкафчика, то ли от возмущения.

Поставив пакеты на стол, Лира подняла руки в капитуляции:

– И не собиралась, просто удивлена…

– Что, думала, я слушаю классику? – фыркнула Сара, задумчиво глядя на перекошенную дверку шкафчика, который был старше бабушки Лиры. Затем она выудила из кармана маленькую отвертку и принялась настраивать петли. – Не смотри так, я жила два года в общежитии и кое-чему научилась. Слава Гуглу.

Лира покачала головой и начала раскладывать продукты, мельком присматривая за Сарой, чтобы та не упала. Не умрет, конечно, но пострадает.

– Этот шкафчик перекошен, сколько я себя помню, – пробормотала Лира. Ее глаз давно замылился на подобные поломки, бабушка всегда отмахивалась от таких вещей, предпочитая выпить чашку чая, а не раздражаться из-за мелочей. Лира переняла это качество. Но когда Сара закончила, то она не могла не признать, что теперь кухня выглядит опрятнее.

– Оно и заметно, мне едва удалось подковырнуть шуруп. – Присев, Сара спрыгнула на пол и поправила на голове зеленый платок, контрастирующий с ее темно-рыжими волосами. Она украла из рук Лиры шоколадный батончик «Твирл» от Кэдбери и тут же со стоном откусила.

– Меня обсыпет прыщами, но это того стоит. – Сара прожевала, удовлетворенно глядя на проделанную работу, затем покосилась на Лиру и добавила: – Мы поговорим о слоне в комнате? Пепел прекрасно защищает квартиру, но как мне добраться до Безсветного базара?

– Ну я могу сходить одна, – протянула Лира, присев на стул и задумчиво толкая пальцем солонку в форме пингвина, чудная посуда придавала простой обстановке кухни свой шарм. Но она прекрасно понимала – это не вариант. Сара как ведьма должна сама подобрать сложные ингредиенты, точность очень важна, у них нет права на ошибку и на ожидание следующего новолуния.

– Я определенно должна пойти, и ты это знаешь. – Сара вымыла руки в раковине и, опершись на стойку, сняла с головы платок. Вид у нее сделался крайне задумчивый.

Минуты утекали. Лира принесла из гостиной их записи по Дюллахану. Нужно собрать все в кучу. Для него важно имя, может быть, даже кровь.

– Сара – это твое настоящее имя? – полюбопытствовала Лира, ткнув ободранным черным ногтем в нужную строчку своего корявого почерка.

– На самом деле меня зовут Сарэйд, но многие в семье и среди персонала обращались ко мне Сара, так привычнее. – Ее лицо помрачнело. – Видимо, тот, кто его поработил, называл и имя Сара. Истинное имя имеет большое значение для магических ритуалов, но я два года живу под другим. Подобное могло сбить Дюллахана с толку, но не сделало этого.

Лира уперлась локтями в стол, сплела пальцы вместе и поставила на них подбородок, глядя в окно.

– Интересно, если я всю неделю буду называть тебя другим именем, введет ли это его в заблуждение?

– План надежный, как швейцарские часы, – ядовито хмыкнула Сара, но ее глаза загорелись. – Но существуют ритуалы, скрывающие истинное имя на короткий срок. В прошлом его часто использовали ведьмы, имеющие дела с фэйри, – прищурилась она, а затем ушла в гостиную. Лира последовала за ней.

Спустя несколько секунд копошений Сара выудила из своего рюкзака толстую книгу в темно-зеленой потертой обложке, срез был неровным и припухлым, между страницами пряталось множество закладок. Движимая любопытством, Лира подошла ближе и села на другую сторону кровати.

– Это мой личный гримуар. Каждая уважающая себя ведьма ведет его с юных лет. – Сара осторожно открыла книгу, страницы которой легко разделились на две части. Ее пальцы подрагивали, взгляд наполнился такой отчаянной тоской, что Лире стало не по себе.

– Эй, ты в порядке? – тихо спросила она, подсев ближе, чтобы увидеть на желтоватых страницах аккуратные записи с цветными рисунками. Ее губы изогнулись в маленькой улыбке. У Сары был порядок везде: от пространства, где она жила, до гримуара. Но ее разум и сердце, наоборот, казалось, пребывали в смятении, просто обычно она хорошо это скрывала.

– Я тебе кое-что не сказала, – проговорила Сара, медленно пролистывая записи ближе к середине, бегло осматривая строки в поисках нужной информации. Лира оторвала взгляд от страниц, чтобы следить за ее лицом.

– У меня чувство, что мне это не понравится, – выгнула бровь она. Губы Сары дрогнули, но в улыбку так и не сложились.

– Нам предстоит провести важный ритуал по поиску повелителя Дюллахана, но на самом деле я не колдовала два года. Вообще. – Она поджала губы и перевела взгляд на Лиру, ожидая реакции. Сара казалась собранной, и голос совсем не дрожал, но в глубине глаз притаилось волнение. Ей не нравилось признавать свою слабость. Отсутствие магии усложняло дело, но Лира не собиралась злиться. Она уже приняла решение помочь Саре.

– Это объясняет, почему ты не отбивалась от Дюллахана магией. Ты не хочешь колдовать или не можешь?

Вопрос Лиры заставил Сару поморщиться. Ее взгляд снова упал на страницы, которые она начала перелистывать с большим нажимом.

– У меня в голове как будто стоит ментальный блок. После одного случая. Иногда я чувствую свою магию на кончиках пальцев, но едва она показывается, меня окутывает ужас. Мне кажется, степень в психологии получают только чем-то сломленные личности, я не исключение, – невесело хмыкнула Сара, ее рука остановилась, надавливая на середину книги.

– Признать проблему это уже половина от решения, – пробормотала Лира, вчитываясь в написанное на страницах, хотя большее внимание привлекали милые рисунки по бокам. Маленькие повторяющиеся ромбовидные амулеты с блестящей серединой.

– Пока решения не предвидится, – поморщилась Сара.

– У тебя нет выбора. Надо дожить до нового альбома Тейлор Свифт, – улыбнулась Лира и толкнула ее плечо своим. Сара фыркнула и закатила глаза, но за этим не чувствовалось настоящего раздражения.

– Теперь ты постоянно будешь мне это припоминать? Давай лучше посмотрим, что за ритуал с именем. Спасибо мне из две тысячи пятнадцатого, что заинтересовалась этой темой. – Она ткнула пальцем в уголок с датой.

Согласно записям, ритуал позволял ведьме взять себе чужое имя на несколько часов или дней, в зависимости от опыта и силы. Требовалась прядь волос и капля крови нужной личности, лучше всего подходили ведьмы или смертные. С кровью других фундалай ритуал становился слишком сложным и имел непредсказуемый результат. А также нужен был амулет из чистого железа и сушеная ягода можжевельника.

– Ну, по крайней мере, в списке нет рога единорога или яйца дракона, – облегченно выдохнула Лира, вспоминая ужасающий перечень того, что нужно для обнаружения повелителя Дюллахана.

– Да, но успех ритуала зависит от силы магии, а с ней как раз проблема. – Сара заложила потрепанное ляссе с маленьким серебристым клевером на нужной странице и закрыла книгу.

– У тебя еще есть время подготовиться. Давай посмотрим на Амазоне нужные вещи, может быть, повезет, и мне не придется бегать по городу в их поиске. А пока не хочешь попробовать маленькую, безопасную магию? Признаться, я никогда раньше не общалась с ведьмами и не знаю, как все это у вас происходит. – Лира открыла приложение на телефоне, в разделе трав нашлась упаковка ягод можжевельника, которую доставят через три дня. Затем она открыла вкладку с украшениями. Раз сама Лира не подходила, личность можно взять у кого-то из соседей, случайно уколов, лучше всего подойдет болтушка миссис Клейн.

– Моя семья никогда не растрачивала магию на бытовые мелочи. У нас принята масштабность. Если уж и колдовать, то при этом сдвигать горы, – невесело усмехнулась Сара, глядя на свои руки с ухоженными ногтями, разительно отличающиеся от потертого черного маникюра Лиры. – Хотя немного сдержанности точно не помешало бы. – За ее грустным тоном крылась история, но сейчас неподходящее время спрашивать.

– Уверена, бытовая магия у тебя выйдет на отлично, учитывая, как ты любишь убираться, – поддразнила Лира, стараясь разрядить обстановку, на что получила прищуренный взгляд. Нос Сары тут же горделиво задрался.

– У меня получится, вот увидишь. А теперь уйди, мне нужно сосредоточиться. Для магии важна полная концентрация. – Она повелительно махнула рукой, но в ее напряженных пальцах, крепко сжатых на гримуаре, угадывалась нервозность.

Лира не стала возражать и покинула гостиную. Ей самой следовало вернуться к работе. Пусть у нее нет постоянного графика, сейчас необходимо взять крупный проект, чтобы получить больше денег, особенно на случай дополнительных трат на Безсветном базаре. Лучше закупить компонентов с запасом, ведь у Сары может не получиться с первого раза.

Вскоре на бирже нашелся подходящий проект по набору текста. Заварив себе большую «автобусную» кружку чая, которую Сара почему-то возомнила своей, Лира зашла в спальню, расчистила стол и села за работу. Тихий стук клавиш наполнил пространство, дверь она оставила приоткрытой.

Что ж, по крайней мере, из гостиной не доносилось никаких подозрительных звуков. Было бы неприятно, если бы Сара что-то подожгла.

Хоть бы у нее все получилось. Пусть они, казалось, не имели явных точек соприкосновения, но за прошедшую неделю соседства Лира уже привыкла к другой живой душе в квартире. Это позволило ей вернуться в прежний ритм, раньше она много помогала бабушке с делами по дому, ходила в магазин, занималась стиркой. Напоминало старые времена. И пусть Сара часто ворчала, могла быть грубой или нахальной, все это привносило жизнь в опустевшую квартиру.

Бабушке бы она понравилась, подумала Лира. Они бы целый день упражнялись в остроумии, слишком гордые, чтобы признать поражение.

Эта мысль заставила ее грустно улыбнуться, но в основном согрела.

Ах, так вот она какая, светлая грусть.

***

Сара облажалась. У нее не выходило даже маленькое заклинание. И к тому моменту, как Амазон доставил сухие ягоды можжевельника и аккуратный железный открывающийся кулон, она не могла превратить их во что-то стоящее.

– Не переживай, я пойду одна, ты дашь мне подробные инструкции, – пыталась утешить ее Лира. Это только задевало эго Сары, но она старалась не огрызаться. В ее бездарности Лира уж точно не виновата.

– Нет, мне нужно выйти из квартиры. Это дело принципа! – Сара сидела посреди гостиной в позе лотоса, пытаясь сосредоточиться. Все необходимое лежало перед ней, Лира раздобыла каплю крови соседки с первого этажа и прядь волос. Мередит Клейн. Вот таким будет имя. Лира уже звала ее так, чтобы укрепить связь. Сара сомневалась, что это поможет, но не стала ее разубеждать.

– С… Мередит, сделай перерыв. Может, будет достаточно трюка с именем, – настаивала Лира, на что получила злобный взгляд. С поражением всплеснув руками, она ушла на кухню, оставив Сару в одиночестве.

Пасмурный свет проникал в окно за спиной, рисуя на ковре слабую тень ее фигуры. Капли размеренно ударялись о стекло, спокойный дождь пришел в город, планируя обосноваться на несколько часов. Сара сделала глубокий вдох и приоткрыла дверь в давние воспоминания. Туда, где ее магия процветала.

Раз в неделю мать тренировала ее лично. Для этого было отведено два часа утром в воскресенье. Но больше совместных тренировок Сара ждала чаепития после, в одиннадцать часов. В те моменты рядом с ней сидела не кайллехфаса Сибил О’Райли, а просто ее мама. Может быть, совсем не мягкая, а строгая и требовательная, но другой ей никогда не хотелось. С самого детства Сара равнялась на нее, видела в ней свой недостижимый идеал.

Пусть тренировки порой были суровыми, за ними всегда следовал горячий ароматный чай и хруст печенья. Они с мамой могли говорить, а могли читать книгу или слушать, как дождь ударяет по стеклам вытянутых окон с витражными картинами наверху, изображающими историю семьи. Когда-нибудь и жизненный путь Сары будет отображен здесь.

– Мама, – подала голос двенадцатилетняя Сара, прерывая уютное молчание. Когда пронзительно-голубые глаза матери взглянули на нее, она продолжила: – Как мне сделать источник стабильным? Магия то ласково отзывается, то шипит и огрызается. Как мне достичь твоего постоянства?

Тонкие губы мамы изогнулись в снисходительной улыбке, которая обычно выводила Сару из себя, но не во время их чаепитий. В этом жесте ощущалось тепло, а не превосходство.

– Ты еще очень юна, Сарэйд. Источник укрепляется не только через дух, но и через тело. Тебе нужно быть устойчивой, твердо стоять на ногах и иметь связь с землей. Да, твоя сила идет изнутри, в тебе мощь множества поколений великих женщин рода, которые когда-то двигали своей магией горы и ставили врагов на колени. Но эта сила может разрушить хрупкое тело. Магия – удел мудрых. Чем ты старше и крепче, тем больше силы можешь использовать. Никогда не пытайся прыгнуть выше головы. Ласковая рука мгновенно превратится в карающую длань. Если ты нырнешь слишком глубоко в источник, призраки прошлого утянут тебя за собой. Ты прекрасно справляешься для своего возраста и навыков. – Ровный голос матери призывал успокоиться, но Сара нахмурилась, глядя в красноватый чай, плещущийся в чашке.

– Но магия слишком непослушная сейчас. Ты видела, иногда я… иногда она бесится. – Невольно в ее тон просочились испуганные нотки. Сила вырывалась наружу редко, но была разрушительной. Родовой замок их ковена не зря находится у самого моря, покоясь на отвесных утесах, обдуваемых всеми ветрами. Буря – вот стихия ведьм О’Райли. Еще до прихода святого Патрика на остров эту силу культивировали, чтобы оберегать ковен и завоевывать новые земли. Сейчас же такая мощь доступна лишь кайллехфасам и их наследницам, именно поэтому требовалось строгое воспитание и тренировки. Трудно обуздать нрав, созданный для разрушительной свободы и яростной защиты.

– Наступил переходный возраст. Будет казаться, что все разваливается, что твое тело неловкое и тебе не принадлежит. Но это пройдет, Сарэйд. Сейчас ты можешь прикладывать все свои силы и упорство, как и всегда. Вот мой совет: когда внутри и снаружи бушует буря, обращайся к воспоминаниям о штиле. Злость, гнев, ярость – это быстрый, но разрушительный способ добраться до силы. Но если ты научишься призывать ее в спокойном состоянии, то тогда приручишь эту мощь. – Мама ненадолго коснулась ее руки, ласково сжимая, но быстро отстранилась и пригубила чай. Ее короткие рыжие волосы поблескивали от солнца, проникающего сквозь витражи. Несмотря на, казалось бы, хрупкое телосложение, внутри нее крылась чистая сила. Саре же только предстояло познать свои способности. Но она была полна решимости заставить мать гордиться.

Ведь магия не просто часть их идентичности, это фактор сдерживания, авторитет и возможность влиять на голоса и жизнь сообщества ведьм и других фундалай. Сара давно это уяснила. Ей нужно быть образованной, нужно быть могущественной. Чтобы, когда настанет ее время возглавить семью О’Райли, она могла повести за собой и остальные ковены, представляя их интересы в Круге Равновесия. Ей хотелось помогать, оставить свой след в истории, пусть она пока и не знала, какой именно. Но даже абстрактная идея воодушевляла ее и заставляла прилежно учиться.

Час истек, и Сара попрощалась с матерью, бросив на нее взгляд, прежде чем отправиться на урок по латыни, где к ней должен присоединиться невыносимый Фитц. Стручок, такое прозвище она дала ему в этом году, когда он резко вырос, и на его худом лице стали пугающе выделяться светло-голубые глаза.

– Ты справишься, Сарэйд. Ты моя кровь, моя дочь, за твоей спиной сила прародительниц. Конечно же, ты станешь лучшей. – Последовал за ней голос матери.

И он продолжал звучать в ее голове, когда Сара распахнула веки.

– Но я не справилась… – прошептала она, опустив подбородок. В уголках глаз скопилась влага, но так и не пролилась, а отступила, когда Сара моргнула пару раз, стараясь прогнать сентиментальные чувства.

Им здесь нет места.

Покой. Вот в чем секрет. Она об этом знала, но осознанно избегала любых воспоминаний. Ведь мысли о матери приносили только боль, горе и стыд. Однако теперь маленький взгляд в прошлое помог Саре собраться.

Она сделала глубокий вдох, игнорируя все плохое и вспоминая тренировки с матерью и другими ведьмами. Движения, дыхание, самоощущение – все это влияло на магию. Такова цена за внутренний источник силы, передающийся из поколения в поколение и приумножающийся, если ковен оставался сильным и сплоченным.

Источник внутри нее ощущался поглаженной против шерсти брошенной кошкой. Он кололся и искрил, кусая Сару своей силой. Она же нежно шептала, извинялась за годы игнорирования, которые все же не уничтожили старую связь, созданную еще в утробе матери.