А у нас сегодня вечер без мужчин

Именно поэтому просьба «присмотреть» была выполнена без раздумий. Но сейчас Том понимал, что смотрит он не просто «за подругами жены друга». Его взгляд, будто магнит, цеплялся за одну из них. Ту, что в красном.

Красное платье. Оно облегало её фигуру с таким совершенством, будто было не сшито, а рождено вместе с ней – вторая кожа, подчёркивающая каждую линию. Чёрные волосы, отброшенные назад в такт смеху, открывали шею и плечи. А когда она поворачивалась, свет от неоновой вывески «ТОМ» выхватывал её лицо: янтарные глаза, которые даже отсюда казались невероятно живыми, и чувственные губы, растянутые в широкой, беззаботной улыбке, которой, как он знал из короткого пересказа Сергея, у неё в последнее время было не так уж много.

Он почувствовал, как знакомая, давно не тревожащая волна тепла разливается по жилам. Глупый, почти юношеский отклик тела на чистую, незамутнённую красоту. На ту самую женственность, которая дышала силой, а не хрупкостью.

Один из его приятелей, Костян, заметил направление его взгляда и хмыкнул:

– Что, Том, запал? Серьёзная баба. Видно, что с характером.

– Молчи, – отрезал Том беззлобно, не отводя глаз. – Это та самая, с которой Серёгина Таня дружит. Только развод прошёл.

– О, значит, свободный полёт! – оживился второй, Макс.

– Свободный, но не наш, – глухо произнёс Том, наконец отпивая из своего бокала с виски. В этом и была загвоздка. Территория Сергея. Пусть не друг закадычный, но человек, с которым у него были чёткие, уважительные отношения. А эта женщина – подруга его жены. Почти что своя. И это делало её автоматически неприкосновенной. Не в смысле, что нельзя подойти. А в смысле – нельзя смотреть на неё «так». Нельзя позволять мыслям развиваться в том направлении, в котором они уже поползли. Нельзя видеть в ней «добычу» или даже просто «интересную женщину». Она была под защитой негласного кодекса. Жена друга (или приятеля) и её подруги – не объекты для охоты на одну ночь в его же баре.

Но черт возьми, она была прекрасна. Особенно сейчас, когда от неё исходила такая жизненная сила, такая мощная энергия возрождения, что она затмевала всех вокруг. Он видел, как на неё косились другие мужчины в зале, и его кулаки непроизвольно сжимались. Его люди уже получили указание мягко пресекать любые попытки навязчивого знакомства.