Атлантида и Платон

Прибыв на вышеупомянутый остров герой прославленный очень быстро завоевал сердце дочери Миноса – Ариадны, которая дала ему известную многим «путеводную» нить, позволившую Тесею, после победы над Минотавром, выйти из лабиринта. Убив питавшееся «детьми Афин» животное Тесей освободил афинян от позорной дани.

После этой победы он одержал немало и других, но нас сейчас интересует только эта. И вот почему: в настоящее время учеными уже накоплено немало археологического материала, позволяющего утверждать, что так называемую Минойскую цивилизацию Крита уничтожили – древние греки. Были ли действия греков ответом на какие-то деяния жителей Крита или нет – пока неизвестно. Но если следовать той информации, что сообщает нам вышеприведенное сказание, то греки-афиняне «имели право наказать своих обидчиков», ведь именно они требовали от Афин столь злую дань. По крайней мере именно к такому выводу подталкивает того, кто с ним ознакомился очень кратко, приведенный автором сих строк древнегреческий «миф-адвокат».

(Научное сообщество пока еще не заметило наличия в древнегреческой мифологии подобных произведений и не дало им названий, но их смело можно назвать именно так.)

Как видит читатель, на протяжении достаточно большого периода исторического развития человеческого общества (как минимум со времен Древней Греции), никто и никогда не считал сам и не пытался убедить других, что древние мифы могут содержать в себе некую иносказательную информацию об истинном развитии тех или иных событий. Их причисляли к носителям чего угодно: и религиозных (теогонических) воззрений, и описаниям обрядов того или иного народа и так далее, но никак не к повествованиям, заслуживающим пристального внимания. Подобное отношение к древним сказаниям во многом объясняется тем фактом, что в них, кроме всего прочего, повествуется о тех событиях, свидетелем и участником которых человек быть явно не мог.

Обратимся еще раз к мифу известному ученым под условным названием «Когда высь». Если мы согласимся с тем, что все, сообщаемое в нем в иносказательном виде описывает астрофизические процессы, которые и привели к образованию нашей Галактики, то сразу же возникает вопрос: «Откуда древние писцы могли получить информацию о том, как развивались события задолго до появления человека?» Каждому ясно, что никакого однозначного ответа на него никто дать не может. А раз ответа нет, то и информация эта никем всерьез не рассматривается, поскольку мы привыкли к тому, что все должно иметь свое объяснение. В нас на генном уровне заложена некая программа, которая предопределяет, что если какое-то событие объяснить нельзя, то его как бы и нет. И очень жаль, ведь при подобном подходе мы теряем возможность, приняв что-то как аксиому, не требующую доказательств, идти дальше вперед, находя ответ там, где следуя иным путем найти чего-то здравого нельзя. Хотя подобный способ (принимать что-то как аксиому) весьма широко и успешно применяется в такой точной науке как математика и дает там хорошие результаты.

Все выше изложенное мешает в настоящий момент научному сообществу выйти за рамки устоявшихся стереотипов и, таких милых некоторым сердцам, привычных представлений о знаниях древних. Понимая, что изменить подобное отношение к древним мифам и легендам не так просто, как кажется (вполне возможно потребуется определенное время), требовать немедленных и решительных действий, читатель с автором не будут. Им пока достаточно факта собственного понимания того, что если сравнить древний миф, повествующий о борьбе богов и теорию, согласно которой части Вселенной – Галактики образуются при взаимодействии двух облаков водорода, то древние писцы именно это и пытались донести до нас в иносказательной форме. Скажем им за это спасибо, а сами продолжим искать таинственный «остров-материк», о коем мы узнали из диалогов древних мудрецов.

Поиск продолжается …

Напомним себе, что ни места, где произошла описанная Платоном катастрофа, ни времени, когда это событие имело место быть, мы не знаем. Потому, для того, чтобы не пропустить какие-то, возможно и самые важные моменты в истории человечества, будем рассматривать все возможные катаклизмы, начиная с доисторического времени. Поиски сии будем проводить, как уже ранее было решено в Старом Свете.

Все мы привыкли доверять письменным источникам древних греков, в которых дается описание их военных походов или путешествий. Надо признать, что доверие это было ими (древними греками) вполне заслужено. Многие исторические события, описанные некоторыми из историков Древней Греции действительно, как показывают современные исследования, имели место быть. В то же время и до сегодняшнего дня некоторые историки и археологи продолжают пытаться исследовать, несмотря на очевидную бесперспективность подобного, исторические процессы, протекавшие на рубеже первого тысячелетия до нашей эры на Балканах и Средиземноморских островах опираясь на труды Гомера. Происходит это прежде всего потому, что «авторитет» некоторых из всемирно известных древнегреческих «сказателей» до сих пор велик и непререкаем. Да и как может быть иначе. Ведь очень многие профессора и академики из тех, кого принято считать светилами науки, сами получили свои звания именно за «доказательства» значимости трудов древнегреческих авторов для всей мировой истории. А что если какой-нибудь «школяр», которого никто не знает, вдруг обратит вниманье всех за что и кто заполучил награды? Перспектива ревизии заслуг кого-то, возможно и использовавшего в какой-то из своих работ то, что в тот момент времени считалось абсолютной истиной, а сейчас, когда накопился новый материал начинает вызывать сомнение, вряд ли должна иметь место. Ведь люди не боги. Им очень часто, чтобы понять куда идти, порой приходится плутать во тьме и в тупиках бывать. А как иначе разгадать загадки, те что загадала история для всех для нас?

Но то Гомер, а как другие? Вот Геродот, другой известный грек, тот что из древних будет. Он жил, как принято считать, между 485 и 425 годами до Р. Хр.. Оставил Геродот после себя описание многих исторических событий, истинность коих не вызывает у исследователей сомнения. Его произведения, кроме прочего, характеризуются любознательностью и добросовестностью, что сделало из него весьма достоверного для своего времени наблюдателя нравов, памятников и особенностей территорий. Геродот посетил некоторые районы Черноморского побережья Крыма и Кавказа и первым дал реальные сведения о географии этих мест и о ее тогдашних обитателях: скифах, сарматах, нерврах и других. Места скифских поселений, описанные им, усеяны курганами, раскопки которых обнаруживают культуру, близкую по времени и своему характеру той, о которой он говорит в своих трудах, посвященных Скифии.

Но приведенный пример взят из того периода в развитии древнегреческой истории и литературы, который был хорошо знаком авторам. Они либо сами были участниками походов и путешествий, о которых и поведали нам, или обобщали в своих трудах рассказы тех, кто и являлся очевидцем. При этом каждый понимает, что описывать географическое место, где произошло то или иное событие непосредственным очевидцем которого ты был, несоизмеримо проще, чем то, о котором было узнано из довольно неясных рассказов неизвестных тебе людей. Ведь если даже сам ты и не был в каком-то месте, а узнал о нем от тех, кто сумел его посетить, всегда можно досконально расспросить и о подробностях дороги, и об опасностях пути. Когда же ты, узнав подробно обо всем, поведаешь другим о том, о чем услышал сам из первых уст, любой, желающий пойти туда же, пойдет путем, описанным тобой. И по дороге встретит все, что описал когда-то ты.

Мы же распространяем свое доверие к Геродоту и другим древнегреческим историкам и путешественникам, подтвержденное современными исследованиями, и на описание места гибели Атлантиды, указанное Платоном. При этом следуем неким устоявшимся стереотипам, уверяющим нас, что древние греки, любители такой точной науки, как математика, подробно и с особой педантичностью описывают события человеческой истории. Забывая совсем о том, что Платон писал о происшедшем еще в доисторическое время, когда письменность не была знакома человеку и потому сведения о катастрофе передавались из уст в уста. К подобному выводу можно прийти, анализируя тот факт, что мудрец Солон, сам слышал устный рассказ египетского жреца и он же, если верить Платону, пересказал услышанное в Древнем Египте своим соплеменникам.

Поскольку первоисточник сведений о загадочном и таинственном «острове-материке» находился в Древнем Египте, попробуем разобраться с той информацией, что сохранилась в древнеегипетских текстах. Не может же быть, чтобы то, о чем знал один из жрецов, не стало достоянием других. Ведь речь здесь идет не о тайне, позволяющей предвидеть будущее или влиять на ход событий, а всего лишь о стихийном бедствии и том месте, где оно произошло. Какую выгоду мог бы иметь древний египтянин, не имеющий приспособлений, позволяющих плавать под водой, из знаний о том, что в таком-то месте океана или моря была суша, внезапно ушедшая под воду вместе со всеми его жителями? И кто мог поведать тому жрецу о катастрофе таинственного «острова-материка» если свидетелей, как сообщает Платон, не осталось?

Все это делает наше желание весьма подробно разобраться самим с той информацией, которую сообщают письменные источники Древнего Египта, достаточно разумным и правильным. А если учесть, что именно древние египтяне одними из первыми на Земле изобрели иероглифы – письмена позволяющие передавать потомкам информацию в неизменном виде, то решение начать поиски в «стране остроконечных пирамид» верно вдвойне.

В основе изобретения письменности человеком явно прослеживается его стремление донести до потомков какие-то важные, по его мнению, сведения. К подобному выводу можно прийти анализируя тот факт, что умением пользоваться письмом, пусть и с использованием первоначальных знаний других, владеют те народы, которые уже накопили достаточное количество информации по различным областям знаний. Те же, чьи познания ограничиваются навыками быта и рассказами примитивного содержания еще сто лет назад передавали их от отца к сыну в устной форме. Некоторые племена и народы и сейчас еще, весьма часто, практикуют именно подобный метод обучения своего подрастающего поколения. И будут делать это до тех пор, пока то количество знаний, которое им потребуется передать другим не станет больше, чем способен запомнить человек. Достигнув же рубеж, уже означенный они начнут писать. Их письменность, однако, не будет уж такой, какой она могла бы быть, когда бы первой появилась. Но в том вины их нет, и мы ругать за это никого не будем.

Кроме того неоспоримого факта, что Египет был одним из первых мест на Земле, где появилась письменность, есть и еще один загадочный нюанс, связанный с теми нашими указателями-мегалитами, которые были выбраны ранее в качестве ориентиров. Эти первые в истории человеческой цивилизации гробницы (как считают археологи), строительство которых связывали в одно время с неизвестным народом (культурой), называемым «народ – строитель дольменов», имеют некоторую связь с Атлантическим океаном. В ее основе лежит не только то, что подобно Атлантиде, они так же загадочны и непонятны нам, но и районы их местоположения. Начинаются сии мегалиты на европейском и североафриканском побережьях Атлантического океана и Британских островах (если продвигаться навстречу встающему солнцу). В Португалии, Испании, Франции их превеликое множество. Есть они и в Бельгии и Голландии. Много дольменов в Дании и Швеции, есть они и в Германии и Норвегии. В Северной Африке дольмены встречаются от Марокко до Ливии, причем в Алжире есть одно место, где их количество приближается к трем тысячам. Сохранились эти сооружения и в Сирии и Иране (бывшей Персии). По всему европейскому побережью Средиземного моря от Испании до Балкан встречается немало этих мегалитов древности. На Черноморском побережье Крыма и Кавказа так же есть эти постройки, сооруженные в эпоху пирамид, а может быть и раньше.

Если посмотреть на карту Старого Света, то можно увидеть, как две цепи дольменов, начинаясь на европейском и африканском побережьях Атлантики, устремляются вдоль северного и южного берегов Средиземного моря с запада на восток. В районе побережья Сирии, одна из них – южная, сворачивает от берега и проходит через эту страну, направляясь далее в сторону Иранского нагорья. Другая – северная, через Балканы, Крымское и Кавказское побережья Черного моря и Закавказье, так же устремляется в Иран (Персию), где обе они сливаются. После чего этот единый поток дольменов через просторы Азии устремляется в Северную Индию, где опять разделяется. Одна его цепь сворачивает на юг полуострова Индостан, а вторая через Вьетнам и Китай уходит в Корею и Японию. Если же за начало пути взять Дальний Восток, и пройти его в обратном направлении, то мы окажемся на берегах Атлантического океана, в пучину волн которого и погрузился когда-то таинственный тот «остров-материк».

Считается, что расположение дольменов указывает на древний караванный (торговый) путь из Азии вдоль североафриканских берегов до Гибралтара, а затем, вдоль Атлантического океана до Британских островов и Швеции. Однако те авторы, которые выдвигают эту гипотезу, не сообщают о том, какие именно товары возились по этому пути и, как удавалось переправляться через пролив Гибралтар, имеющий ширину 13.5 км? Так же непонятно, почему та непрерывная цепь дольменов, которая должна бы была существовать на всем протяжении пути, на египетском побережье Средиземного моря отсутствует?

В этой стране, только в Верхнем Египте есть один дольмен, да еще несколько этих сооружений находятся в Судане.

Нельзя исключать, что этот «разрыв» неслучаен, ведь кроме него на всем протяжении вышеупомянутого пути есть еще и другие. Их расположение вызывает определенные вопросы, которые не совсем вписываются в теорию «караванного пути».

Кроме того, если сравнить, например переправу через пролив Босфор, ширина которого от 800 метров до 3 километров или даже через Дарданеллы, ширина которых от 1,3 до 7, 0 км то она (переправа) будет явно проще, чем через Гибралтар. Значит, для тех, кто, как утверждается, возил по этому пути товары, возможность переправиться с одного берега на другой, была не столь большой проблемой. Они, судя по всему, умели это делать довольно легко и, потому, выбор этого пути, связан с чем-то другим. А ведь мы ведем тут речь о тех временах былинных, когда человечество не владело письменностью, поэтому и не оставило на стенах дольменов никаких надписей, кроме примитивных изображений, в том числе и человеческих фигур.

Все это может свидетельствовать о том, что писать люди научились гораздо позже, чем переправляться с одного берега на другой в пределах прямой видимости, И это вполне так, стоит только вспомнить навыки примитивных народов южноамериканской сельвы или Полинезии. Что же касается возможной связи «народа-строителя дольменов» с жителями погибшей в пучине волн Атлантиды, то никаких фактов, способных подтвердить эту гипотезу, до сих пор не найдено. При этом, вряд ли кто станет сомневаться, что если бы спасшиеся жители таинственного «острова-материка» имели бы хоть малейшее отношение к постройке этих мегалитов, или они уже украшали земной ландшафт, то на их стенах кто-то, определенно, постарался бы оставить рисунки или иные знаки. Но никакой информации, пусть даже и весьма примитивного характера, об интересующей нас катастрофе в этих мегалитах нет, несмотря на явное умение их строителей рисовать что-то, доступное нашему пониманию и способное сохраниться не одну тысячу лет.