Тайна лесного озера

– Буран, фу! Иди в будку! – послышался из приоткрытого окошка старческий дребезжащий голос.

Собака послушно смолкла и, поглядывая на незваного гостя, медленно пятясь задом, отступила и села рядом с будкой. На пороге крыльца показалась невысокая сгорбленная фигурка. Жестом приглашая незнакомца подойти ближе, она все тем же дребезжащим голосом проговорила:

– Подойдите, не бойтесь, теперь собака вас точно не тронет.

Он подошёл к крыльцу, всё время оглядываясь на сидящего возле будки пса, но тот даже не повёл ухом, Алесь расслабился и посмотрел на хозяйку: перед ним стояла женщина на вид гораздо моложе той, которую он представлял себе здесь увидеть. Одетая в длинное шерстяное платье и серенькую телогрейку, с повязанным поверх седых волос цветастым платком, она производила доброе и приятное впечатление.

– Здравствуйте! Мне бы Евдокию Семёновну повидать… – неуверенно произнёс он.

– Я и есть Евдокия Семёновна, – ответила старушка, удивленно поглядывая на молодого человека. – Проходите в дом, не пристало гостю на пороге стоять.

Алесь поднялся на крыльцо и вслед за старушкой вошёл в светлую, скромно обставленную комнатку, густо наполненную ароматами сухих трав и кореньев, которые тут же были развешаны на протянутых вдоль стен верёвках. Женщина усадила гостя за массивный дубовый стол, а сама присела на низкую лавочку у печной стены.

– Ну, молодой человек, какие вопросы привели вас в мой дом? – старушка пристально посмотрела на гостя, ожидая от него искреннего и правдивого ответа.

– Таить от вас, Евдокия Семеновна, я ничего не буду, – проговорил взволнованный таким началом разговора Алесь. – Фамилия моя Лучинок, а звать меня Алесем, работаю в местной школе учителем истории и географии, и у меня к вам есть несколько вопросов по одному очень важному безотлагательному делу.

– В таком случае, как говорится, чем смогу, тем помогу! – уже более доверительно и спокойно сказала Евдокия Семёновна. – Рассказывайте, а я послушаю.

Алесь ничего не собирался утаивать от этой мудрой и добродушной женщины, он рассказал ей всё то, что недавно поведал ему ныне покойный Михалыч, не забыв упомянуть о фате, привязанной к дверной ручке, и о словах, написанных на ней непонятной бордовой жидкостью, по консистенции похожей на кровь.

Евдокия Семёновна молча выслушала гостя, не проявляя никаких признаков удивления, и, когда он закончил, встала, подошла к печной плите и, не оборачиваясь, спросила:

– Вам чай сделать с липой или зверобоем?

– Пожалуй, лучше я выпью чашечку чая с липой, – ответил удивленный Алесь.

Евдокия Семёновна заварила чай, разлила его по кружкам и поставила на стол, затем открыла старенький скрипучий буфет и вынула из него глубокие тарелки с пряниками и конфетами. На этот раз старушка заняла место за столом, с противоположной от гостя стороны.

– Вы, молодой человек, правильно сделали, что пришли именно ко мне, – медленно, с горечью в голосе произнесла Евдокия Семёновна. – В 1936 году на Псярском озере при загадочных обстоятельствах утонула моя сестра-двойняшка Анна, нам тогда едва исполнилось шестнадцать лет. Об этом, кстати, даже писали в районной газете. И только много лет спустя я узнала о страшной тайне, которую хранит наше озеро, но обо всём по порядку.

– Так это ваша сестра? – Алесь от волнения поперхнулся пряником. – Я видел эту статью в школьной библиотеке.

– Да, да… Анна была удивительно добрым человеком, дни напролёт проводила в качестве сестры милосердия в местной больнице, всеми силами помогая пациентам оправляться от заболеваний и травм. Её гибель была настоящей трагедией не только для нашей семьи, но и для всей Слободки.

– А знал ли кто-нибудь в то время тайну Псярского озера?

– О проклятии тогда вслух не говорили, в те годы вообще не принято было верить ни во что, кроме советской власти, но были в деревне два человека, которые про проклятие не просто знали, но и пытались ему противостоять. Бывший священник местной церквушки Дьяконов и его старший сын Дмитрий – тогда ещё мой будущий муж – занимались изучением истории родного края и наткнулись на поразившую их закономерность: раз в шестнадцать лет в озере обязательно тонула молодая несовершеннолетняя девушка. Сопоставив добытую у старожил информацию, они пришли к выводу, что это – проклятие, и что берёт оно свое начало с гибели молодой панночки, которая лишила себя жизни, утопившись в этом озере в 1808 году. Дьяконов с сыном несколько раз освящали озеро, читали молитвы на месте, где когда-то стоял панский дом. Но узнать, сработали их действия или нет, можно было только через шестнадцать лет. В апреле 1941 года мы с Дмитрием обвенчались, а через два месяца моего мужа вместе с его отцом призвали на фронт. Летом 1943 года Дмитрий и его отец погибли в битве на Курской дуге, а спустя девять лет после их гибели, в июле 1952 года, на Псярском озере снова произошла беда: утонула местная девушка, по имени Василиса. Она стала девятой жертвой озера, не считая самой панночки. – Евдокия Семёновна замолчала и, подняв чашку, сделала глоток уже остывшего липового чая.

– Но неужели больше никто ни пытался противостоять проклятию? – спросил ошеломлённый услышанным Алесь.

– Шестнадцать лет, сынок, это достаточный срок, чтобы забыть чужое горе и сделать проклятие неочевидным. Однако я всю свою жизнь посвятила делу, которое начал мой муж и его отец. Я изучила несколько десятков книг по белой и черной магии, совершила десятка два ритуальных обрядов, но всё без толку, и гибель очередной, тринадцатой невинной девицы, яркое тому подтверждение.

– Значит бороться с проклятием невозможно… – разочарованно констатировал Алесь.

– Вы рано отчаиваетесь, молодой человек! Недавно в одном из журналов я вычитала интереснейшую статью, в ней была описана похожая история с проклятием, произошедшая в небольшой деревеньке на берегу Волги, в четырнадцати километрах от Углича. Там всё кончилось благополучно, а помог жителям деревушки местный знахарь по прозвищу Шатун. Ввиду моего возраста, я в Углич поехать не могу, поэтому сам Бог послал вас ко мне. На данный момент это наш единственный шанс… Вам необходимо отправится на Волгу, найти этого Шатуна и попросить его помочь нам в нашей беде.

– Но согласится ли он помочь?

– Не сомневайтесь в этом! – уверенно сказала старушка и вышла из комнаты. Через минуту Евдокия Семёновна возвратилась в кухню и протянула гостю большую серебренную брошь, украшенную по краям красно-пурпурными камушками, судя по всему рубинами. В центре броши таинственно сверкал зеленый изумруд.

– Эта вещица, – сказала она, протягивая ему реликвию, – досталась мне от моей бабки, которая некогда служила фрейлиной у императрицы Марии Фёдоровны, матери последнего российского императора. Императрица наградила мою бабку брошью за семьдесят семь лет безупречной службы её высочеству. Возьмите её и передайте Шатуну. У меня есть информация, что этот знахарь собирает все, что когда-либо было связано с династией Романовых, так как в этих вещах содержится колоссально мощная энергетика.

– Но ведь это очень дорогая вещь, – возразил Алесь, – и как память в том числе. Быть может, лучше обойтись без неё?

– Без неё никак не получится, мы обязательно должны расплатиться с ним за его услугу. Таковы законы мира чёрной магии.

– Ещё два дня назад я и представить себе не мог, что знахари и колдуны существуют на самом деле, – вполголоса проговорил Алесь, – а теперь вот отправляюсь на сделку за тридевять земель.

– Если у нас получится побороть это проклятие, то мы спасём многих невинных девушек, которые впоследствии станут для кого-то жёнами и матерями. В этом и заключается наша миссия, помните об этом, молодой человек, и никогда не забывайте. А теперь ступайте домой да немедля начинайте готовиться в дальний путь.

Старушка подошла к Алесю и, освятив его тройным крестным знамением, благословила на доброе дело и далекий путь.

10

Возвращаясь домой и проходя мимо кладбища, Алесь ещё крепче стиснул брошь, переданную ему Евдокией Семёновной. Он дал себе клятву бороться с проклятием до победного конца, даже если в итоге за это придётся расплачиваться ценой собственной жизни. Непоколебимая уверенность в своих силах росла в нем с каждой минутой.

Второй, последний пункт плана был выполнен и принёс неожиданно полезные результаты, теперь борьба с проклятием не казалась Алесю такой безнадёжной, как ранее, но, чтобы поступать разумно и последовательно, требовалось составить новый план дальнейших действий. Этим он и занялся, придя домой и расположившись в мягком удобном кресле. Вскоре план был готов, и состоял он теперь из трёх пунктов:

1.Предложить Ванюшину вместе отправится на Волгу; 2. Попрощаться с Екатериной; 3. Обязательно добраться до Шатуна.

Солнце было уже высоко в зените, когда Алесь свернул в переулок, в котором располагался домик Степана Аркадьевича Ванюшина. Хозяин находился во дворе, он лихо раскалывал огромным колуном сучковатые берёзовые чурки.

– Бог в помощь, Степан Аркадьевич! – громко произнес Алесь. – Ты что это, к зиме готовишься?

– Здравствуй, Лучик! – поприветствовал его Ванюшин. Он положил колун и, вытирая со лба пот рукавом рубахи, подошел к стоящему возле калитки Алесю. На его щетинистой физиономии поигрывала легкая загадочность, а с губ не сползала довольная улыбка, указывающая на то, что Ванюшин уже с утра где-то успел подзаправиться.

– Дело у меня к тебе есть, – сказал Алесь, приветствуя друга рукопожатием. – Пойдём, на лавку присядем.

Ванюшин внимательно посмотрел на Алеся, когда они расположились на узенькой скамеечке под окошком, и спросил:

– Какой-то ты загадочный в последнее время стал, случилось чего?

– В том-то всё и дело, что случилось! – ответил Алесь. – Но обо всё по порядку.

В течение получаса он в подробностях рассказал Ванюшину о событиях предыдущих дней, так или иначе связанных с проклятием Псярского озера. Ванюшин был сильно удивлен услышанным и никак не мог поверить в реальность проклятия, но, когда речь пошла о Евдокии Семёновне, все его сомнения сошли на нет. В его жизни, как и в жизни Алеся Лученка, взамен старой была открыта новая вселенная, наполненная невероятными, не поддающимися логическому осмыслению фактами.

– Ну так что, поедешь со мной на Волгу к Шатуну, Степан Аркадьевич? – спросил у Ванюшина Алесь, заканчивая свой рассказ.

– А ты думаешь, я тебя к этому знахарю одного отправлю? Вот уж нет! Тут дело серьёзное, двоим нам сподручнее будет. Когда выезжаем?

– Завтра. До вокзала с председателем доедем, он как раз в райцентр собирается, а там билеты купим и на поезде до Углича, с пересадкой в Москве. Так что собирай, Степан Аркадьевич, вещи. В восемь утра буду ждать тебя возле дома председателя.

– Ох, давненько я не выезжал из Слободки! – улыбаясь, сказал Ванюшин. – Веселенькое предстоит нам путешествие.

– Ты это о чём? Чтобы в дороге никакого спиртного! – наставительно произнёс Алесь. – Ты же сам сказал: «Дело у нас серьёзное»!

– Да я не об этом, я про само путешествие. Вот ты только подумай, как же это прекрасно, когда поезд, минуя часовые пояса, уносит тебя в далёкую неизвестность, полную неожиданных приключений; когда за окном вагона проплывают невиданные тобой ранее города; когда солнце сопровождает тебя днём, а луна освещает твой путь ночью; когда ты засыпаешь под стук колёс, как когда-то ранее засыпал под колыбельные песни матери; когда каждая остановка – это новый непонятный тебе мир, на исследование которого отведено всего лишь несколько часов или минут… Разве это не прекрасно?

– А ты, Степан Аркадьевич, оказывается, романтик! Не ожидал, не ожидал. Тебе бы стихи писать, а не горилку пить. Ну да ладно, мне ещё забежать кое-куда надо, поэтому вынужден тебя оставить, – сказал Алесь, задумчиво поглядывая на часы. – Смотри, завтра не проспи!

Попрощавшись с Ванюшиным, Алесь вышел на центральную улицу и направился в сторону библиотеки. Ввиду последних событий, он наконец-то решился встретиться и поговорить с Екатериной. Все его мысли теперь были заняты этой предстоящей встречей. С того момента, как он решил ехать на Волгу, образ Екатерины преследовал его повсюду, чувства к ней, до этого спрятанные глубоко в душе, обострились, и игнорировать их не было уже никакого смысла. Понимая опасность предстоящего дела, Алесю нестерпимо захотелось рассказать девушке о тех чувствах, которые он к ней испытывает, ему было важно, чтобы она ждала его и верила в него, ему казалось, что если это условие будет выполнено, то его дело непременно увенчается успехом.

– Здравствуйте! – с порога растерянно поприветствовал Алесь сидящую за письменным столом Екатерину. – Это вам! – он протянул ей маленький букетик полевых ромашек, сорванных по дороге, и улыбнулся детской наивной улыбкой, всеми силами стараясь побороть нарастающее смущение.

Екатерина медленно приняла из рук Алеся букетик и, так же, как и он, густо покраснев, посмотрела на него из-под длинных черных ресниц, глазами полными благодарности. В этот момент в библиотеке кроме них никого не было, они стояли друг напротив друга в полной тишине, разделённые только столом, на котором аккуратными стопками лежали заполненные и незаполненные читательские карточки.

– Наконец-то ты пришел… – прошептала Екатерина.

– Да… – выдохнул Алесь. – Наконец-то…

– А пойдём пить чай! У меня, как раз, сейчас перерыв. Я хочу угостить тебя пирожками с повидлом. И даже не думай отказываться! Улизнуть не получится!