Школа агентов. Новая команда

Марго нахмурилась, но ничего не сказала. Она не могла привыкнуть к Шиммер — к её маске, к её голосу, к тому, как она появлялась из ниоткуда и исчезала в никуда.

— Ты будешь жить с нами? — спросила Лина, ставя рюкзак на пол.

— Рей сказала, что я должна вписаться куда-то, — Шиммер пожала плечами. — Я выбрала вас. Потому что ты, — она кивнула на Лину, — не задаёшь лишних вопросов. А ты, — она перевела взгляд на Марго, — слишком гордая, чтобы устраивать сцены. Идеальные соседи.

Марго открыла рот, чтобы возразить, но Шиммер уже отвернулась, рассматривая шкаф.

— Не переживай, я не буду мешать, — сказала она, не оборачиваясь. — Я тихая, когда нужно. И я умею не замечать того, что не должна замечать. Мы ведь все здесь для одной цели, правда?

Она повернулась, и в её глазах мелькнула сталь — на секунду, не дольше.

— Хорошо, — сказала Марго. — Тогда давай договоримся сразу. Никаких игр. Мы здесь — одна команда. Даже если не нравимся друг другу.

Шиммер посмотрела на неё секунду, потом перевела взгляд на Лину. Та стояла, скрестив руки, и молча наблюдала за этим разговором.

— Ладно, — сказала Шиммер. — Без игр.

Она снова улыбнулась — и на этот раз улыбка была чуть мягче, чуть теплее. Не маска. Почти настоящее.

Обстановка была аскетичной, но продуманной до мелочей. Вдоль одной стены стояла двухъярусная кровать — верхнее место заняла Шиммер, нижнее — Марго. Напротив, у противоположной стены, стояла обычная односпальная кровать с толстым матрасом — её заняла Лина. У каждой кровати — бра. Широкий, добротный подоконник служил письменным столом, по бокам от него встали запирающиеся шкафы с полками для книг и личных вещей. У двери расположились высокий комод и платяной шкаф.

Их сумки и чемоданы терпеливо ждали у изножья кроватей.

Тихо вздохнув, Марго первой нарушила тишину, щелкнув замками своего чемодана. После всех событий в школе они едва обменялись парой дежурных фраз, и это вынужденное соседство напрягало.

Лина расстегнула молнию рюкзака. Вещей было немного — несколько футболок, джинсы, тёплая кофта. Она вытащила их, аккуратно сложила на кровати, не глядя на Марго. Потянулась к чемодану.

— Можно спросить?

Марго развешивала вещи в шкафу. Её руки двигались механически, пальцы поправляли плечики, расправляли ткань. Она не обернулась.

— Спрашивай.

— Вы учитесь три года. А мы — меньше двух месяцев. Но после всей этой ситуации вы выглядите… — Лина замолкла, подбирая слово. — Растерянными.

Марго замерла на секунду. Потом снова продолжила развешивать вещи.

— Потому что эта ситуация показала, что мы ничего не можем сделать в реальной опасности. Потому, что нас учили по правилам. Действовать чётко, по инструкции, в контролируемой среде. А вас бросили в мясорубку, — Она усмехнулась — горько, без тепла. — Лайла, наемники, клятва. Вы учились выживать. А мы — выполнять приказы. Это две большие разницы.

Она помолчала. Её руки опустились.

— Вы стали командой потому, что иначе бы не выжили. А мы… — она не договорила.

Лина не обернулась. Она смотрела на сложенную футболку, которую держала в руках.

— Завидуешь?

— Да, — сказала Марго тихо.

Повисла пауза. Слышно было только, как ветер за окном шевелил снег на подоконнике.

— Лина, — голос Марго стал ниже, непривычно робким. — Прости меня. За те слова. За то, как я… — она запнулась. — Я не сдержалась.

Лина наконец повернула голову. Посмотрела на спину Марго.

— Мы все тогда переступили грань. Давай просто оставим это позади.

Марго медленно обернулась. Встретилась с ней взглядом. Выдохнула — так, будто держала воздух всё это время. Коротко кивнула.

— Хорошо. Попробуем.

Она снова повернулась к шкафу, но её плечи были уже не такими напряжёнными.

Шиммер, которая делала вид, что разбирает свои вещи, но на самом деле внимательно слушала, наконец не выдержала.

— Ну наконец-то, — сказала она, поворачиваясь к ним. — Я уж думала, вы будете шипеть друг на друга как кошка с собакой до самого выпускного.

Она подошла к ним и встала между ними, положив руки на плечи обеим.

— И я говорю вам: если вы продолжите, я буду петь каждое утро, пока вы не сойдёте с ума. А я знаю очень много плохих корейских песен.

Марго моргнула. Лина фыркнула — не сдержалась.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно, — ответила Шиммер с совершенно серьёзным лицом. — Я даже могу начать прямо сейчас.

Марго посмотрела на неё, потом на Лину. И, не выдержав, рассмеялась — коротко, но искренне.

— Обойдемся без пения.

Шиммер торжествующе улыбнулась и отступила.

— Вот и договорились. А теперь — я забираю нижнюю полку в шкафу. Я маленькая, а мелким надо уступать.

Марго взглянула на часы на стене.

— Вам пора. Шейн не любит опозданий.

* * *

Кроме обстановки, в занятиях мало что изменилось. В скромной библиотеке Шейну удалось организовать функциональное рабочее пространство. На стене напротив входа висел проекционный экран, перед ним — большой круглый стол. Проектор на стене был включён — пустой белый квадрат. Девушки сидели за круглым столом, но никто не касался своих тетрадей.

Шейн вошёл стремительно. В его движениях появилась жёсткость, почти механическая. Тени под глазами, плечи чуть сведены — он держал себя на силе воли, и это было заметно каждому, кто умел внимательно смотреть.

— График занятий придется серьезно скорректировать, — сказал он без вступления. - У вас есть неделя на выбор выпускных экзаменов. Пока решаете - продолжаем работать по основной программе. Через две недели — знакомитесь с индивидуальными программами по выбранным предметам.

Он разложил папки по столу, даже не взглянув на «Дельту».

— В конце года вы сдаёте экзамены. После этого — либо уходите в обычную жизнь, либо остаётесь с нами.

— То есть вы все равно дадите нам уйти? — Дина подалась вперёд, голос её дрогнул, — Тогда зачем всё это? Тренировки, клятва верности... риск? Если мы в итоге разойдемся?

Шейн замер на секунду. Потом поднял голову.

— Мы уже не разойдёмся окончательно, — сказал он. Голос был ровным, но в нём появилось что-то новое. — Что касается клятвы... это было вашим решением. Да, вынужденным. Но его приняли вы сами. Что бы вы ни выбрали дальше — академическую стезю, обычную жизнь или нашу работу, — Теперь вы — часть системы. А система не бросает своих на полпути.

— Система, которая не бросает, — Шиммер отложила телефон. Она не улыбалась. — Я слышала это раньше.

Тишина повисла в комнате — плотная, почти осязаемая. Шиммер не отвела взгляда. Она смотрела на Шейна не как на наставника — как на того, кто должен ответить за слова.

Лена перевела взгляд с Шиммер на Шейна.

— Ты что-то хочешь сказать?

Шиммер пожала плечами.

Лена переглянулась с Диной. Воздух стал плотным.

Шейн просто смотрел на неё, и в его взгляде промелькнуло что-то, чего никто не видел раньше: уязвимость.

Лина не выдержала.

Она встала, упёрлась руками в стол.

— Шейн. — Голос был ровным, но холодным, как сталь. — Зачем всё это? Зачем вы нас выбрали? Кто вы на самом деле?

Каждое слово падало как камень.

Шейн замер. Его пальцы на секунду застыли над папкой.

— Я не могу сейчас ответить на этот вопрос, — сказал он наконец.

— Не можешь или не хочешь? — с нажимом спросила Лина.

— И то, и другое, — ответил Шейн, и в голосе его не было ни злости, ни раздражения. Только усталость, которую он больше не пытался скрыть. — Пока не время.

Она смотрела на него. Ждала. Но он не выдержал её взгляда. Отвёл глаза — на секунду, не дольше. Этого было достаточно, чтобы она поняла: он что-то скрывает. И это было не просто «не время». Это было что-то большее. Что-то, что он боялся сказать.

— А когда? — Лина не отвела взгляда. — Или наша роль - быть фигурами на чужой доске, не вмешиваясь в игру?

Воздух в комнате стал тяжелым. Дина сжала руки в кулаки. Лена замерла. Аня опустила глаза. Шиммер молчала, но её плечи напряглись.

Она смотрела на него. Ждала. Но он не выдержал её взгляда. Отвёл глаза — на секунду, не дольше. Этого было достаточно, чтобы она поняла: он что-то скрывает.

Он знал: она не успокоится. Лина не из тех, кто забывает вопросы, на которые не получила ответа. Она будет ждать. День, неделю, месяц. И рано или поздно он должен будет сказать ей правду. Не потому что захочет. А потому что она не отступит.

Он снова посмотрел на неё.

— Когда вы будете готовы. Сейчас — нет. Сейчас ваша задача — закончить учебный год и не сдохнуть раньше времени.

Он взял папку, развернулся к доске.

— Начинаем.

Дальше урок пошёл по плану. Но воздух в комнате остался тяжёлым. И никто не мог избавиться от ощущения, что Шейн сказал не всё.

Глава 34

«Мы — игроки. Просто пока не знаем всех правил»

Настроение главы: Dzivia - Śpieŭ daždžu

Россия, Южный Урал, провинциальный город, Школа «N-2-05.2» — «Атлант-2». 7 ноября, пятница

После обеда выпало долгожданное свободное время, и подростки разбрелись по гостиной. Кто-то играл в карты, кто-то болтал у камина. Смех то вспыхивал, то затихал, но в целом комната гудела ровным, живым шумом — тем, который еще недавно казался нормальным.

Лина стояла в дверях. Она смотрела, как Дина, Лена и Аня окружили Тони. Андрэ что-то рассказывал Стефану, жестикулируя. Шиммер сидела в кресле с планшетом и наушниками — отстранённая, почти незаметная. Огонь в камине отбрасывал тёплые блики на лица, делая их живыми. Настоящими.

Лина не улыбалась. Она просто стояла и смотрела, чувствуя, как между ней и этим теплом растёт невидимая стена.

«Когда это случилось? — подумала она. — Когда я перестала быть частью этого?»

Она не могла вспомнить. Чувствовала: часть её умерла там, на скале. И она не знала, как её вернуть.

Андрэ поманил её рукой, улыбнулся. Она покачала головой. Он пожал плечами, отвернулся, и она снова стала просто частью фона.

И тут же вздрогнула, ощутив на своих плечах тепло чьих-то ладоней. Её мягко притянули к себе.

— Джек, — губы Лины сами растянулись в улыбке, когда она, откинув голову, встретилась с его взглядом. Он был единственным, кто мог вытащить её из этого состояния. Единственным, чьё присутствие не требовало от неё объяснений.

— С тобой всё в порядке? — спросил он тихо, чтобы не привлекать внимание остальных.

— Да. А почему спрашиваешь?

— Последние две недели ты сама не своя. Тень от тени, — он слегка нахмурился. — И, кажется, избегаешь вообще всех, кого только можно. Даже на тренировках ты где-то далеко.

— Тебя я тоже избегаю? — лукаво прищурилась девушка, пытаясь сохранить лёгкий тон, но он не купился.

— Да, — Джек развернул её к себе лицом, не убирая рук с её плеч. Его взгляд стал серьёзным, почти строгим. — Лина, что происходит?

Она почувствовала, как защитная стена даёт трещину. Она смотрела на него, в его глаза, и вдруг поняла: он видит. Он всегда видел. С самого начала.

— Меня не покидает ощущение, что все, что происходило там, в «Атланте», это только начало, — она выдохнула, слова потекли быстрее. — Что Лайла, и даже Марк были не главной проблемой.

Джек внимательно слушал, его лицо не выражало удивления.

- Ты кому-нибудь еще говорила об этом? — спросил он так же тихо.

- Нет. Это лично мои мысли. Не хочу никого волновать, вдруг зря накручиваю.

- А может и не зря, - Джек, прищурился, внимательно изучая ее лицо, - Тебе нужно поговорить с наставниками.

Джек чуть встряхнул ее за плечи, когда она снова отрицательно качнула головой.

- Черт, Лина, нельзя вести себя как упрямый ребенок!

- Джек, зачем мы нужны им? Почему они уходят от ответа, когда мы их об этом спрашиваем? Что вы…они скрывают?

— Вот и спроси их сама! Потому что я, как и ты, ничего не знаю! Догадываюсь только, что они влезли в какую-то темную историю.

— А если они не захотят говорить?

— Тогда мы заставим их рассказать нам хоть что-то.

Он шагнул к двери, жестом показывая, чтобы она следовала за ним.

Она не двинулась с места. Смотрела на него, на его спину, на то, как он стоял у входа — уже готовый идти. И поняла, что он прав.

Она пошла за ним. Шиммер проводила их взглядом. Увидела, как они свернули к лестнице в подвал.

Лина молча следовала за Джеком по коридору. Он остановился перед дверью в подвал, коротко глянул по сторонам, убедился, что их никто не видел, и набрал код.

Лина удивлённо моргнула.

— Ты знаешь код?

— Я и Тони, — ответил он коротко.

Дверь с тихим шипением открылась. За ней — узкая лестница, ведущая вниз.

— Идём, — сказал он.

Он начал спускаться, не оборачиваясь.

* * *

Подвал встретил их холодом и гулом серверов. Воздух пах озоном и пластиком — тот же запах, что и в старом подвале, но здесь всё было компактнее, без излишнего простора.

Они спустились по узкой металлической лестнице в коридор, от которого расходились двери. Спортзал. Напротив — «Симулятор». Дальше по коридору — тир, меньше того, что был в школе, но с тремя стрелковыми позициями и звукоизоляцией. Рядом — медкабинет.

Но Лина и Джек прошли мимо всех этих дверей. Джек ввел код у массивной металлической двери — та открылась с мягким шипением.

Помещение, в которое они вошли, было универсальным. Ряды серверных шкафов, мерцающих зелёными индикаторами. Вдоль одной стены — огромный матовый экран, перед ним — широкий стол с несколькими мощными ноутбуками. Здесь могли проводить инструктажи. Здесь могли собирать информацию. И здесь явно принимали важные решения.

Стены были отделаны звукопоглощающими панелями. В углу — ещё одна дверь, ведущая в небольшую комнату отдыха.

Холодный, стерильный свет монитора резал глаза, отбрасывая резкие тени на лица. Воздух был сухим, с едва уловимым запахом нагретой электроники.

Рей, одетая в чёрную водолазку, с планшетом в руках стояла возле стола.

Увидев, что Джек не один, она нахмурилась.

Сидевший за столом Шейн мгновенно встал.

— Что происходит? — его взгляд быстро анализировал выражения их лиц.

- Мне нужно с вами поговорить, - произнесла Лина, чувствуя, как подступает нервная дрожь. Она заставила себя выпрямиться, - Не знаю, вы скорее всего все, итак, знаете, но меня кое-что беспокоит во всей этой истории с нападением на школу.

Рей посмотрела на брата, потом на Лину. Кивнула, отодвигая стул.

— Садись.

Шейн уже взял второй стул, развернул его спинкой вперёд, сел напротив. Рей осталась стоять у экрана, скрестив руки на груди. Джек и Лина сели рядом.

— Говори.

Лина сцепила пальцы на коленях. Воздух в подвале был прохладным, и она чувствовала, как дрожат руки.

— Лайла — исполнитель. Не больше. Кто-то стоял за ней. Кто-то, кто знал, куда давить.

Шейн наклонился вперёд. Его лицо было усталым, но глаза — внимательными.

— Ты права, — сказал Шейн после паузы. — Лайла действовала по чужой указке. Мы не знаем, кто стоит за ней.

— Марк, — сказала Лина.

Рей приподняла бровь.

— Почему ты так думаешь?

— Она боялась его. И перед тем, как его обезвредить, я видела его карту. — Лина подняла глаза. — Там были отмечены все города, куда Лайла посылала людей. И школа. Символы, которые я не поняла. Но это был не просто план нападения. Это была схема.

Шейн подошёл к экрану, коснулся его. Зажглась карта мира. Красные точки, синие линии, пометки.

— Вот места, куда Лайла отправляла своих людей. Вот наша школа. — Он обернулся к Лине. — Покажи, где ещё были метки.

Лина встала, подошла ближе. Её палец скользнул по экрану. Четыре точки. Помедлила. Отметила еще несколько.

Шейн замер. Рей — тоже. Джек поднялся, глядя на схему.

— Это не просто карта, — сказал он. — Это список целей.

Лина отступила от экрана. Её пальцы всё ещё дрожали.

— Это не всё, — сказала она. — Планшет Марка.

Рей и Шейн переглянулись. Коротко, почти незаметно.

— «Проект Перезагрузка». — Лина произнесла это название медленно, будто пробуя его на вкус. — Там были списки. Имена. Наши имена.

Тишина стала абсолютной. Даже гул вентиляции, казалось, затих.

— И ты не сказала нам раньше?

— Я думала, вы знаете, — ответила Лина.

Рей медленно выдохнула.

— Планшет был отформатирован, — сказала она. - В ту же ночь. Мы пытались восстановить данные. Пусто. Даже операционка была стерта.

— А карта? — спросила Лина.

— Её не было, — сказал Шейн. — Ни карты, ни бумаг, ни записей. Марк все уничтожил.

Лина почувствовала, как внутри что-то оборвалось.

— Значит, всё, что я видела… у нас нет доказательств?

— Твоя память, — сказал Шейн. — И наши подозрения. Это всё, что у нас есть.

— «Проект Перезагрузка» не существует в документах «Альфы», — добавила Рей. — Нет ни одного упоминания. Ни в открытых базах, ни в закрытых. Как будто кто-то вырезал его из системы.

Лина кивнула, но не двинулась с места. Её взгляд скользнул по карте на экране, по точкам, которые она сама отметила.

— А Шиммер? — спросила она тихо. — Она знала про карту. Она может знать больше.

Рей и Шейн вновь переглянулись. Логика Лины продолжала удивлять.

— Мы уже говорили с ней, — сказала Рей. — Она рассказала всё, что знает. Подтвердила твою догадку. Но кто стоял за Марком — Шиммер не знает. Она не была в курсе его планов. А лезть к нему в планшет она боялась.

— И она знает ровно столько, сколько должна знать, — сказал Шейн. — А вот вы – другое дело.

В комнате повисло молчание.

— Всё, что вы сейчас услышите, должно остаться здесь. - Шейн, наконец обернулся к ним. Его лицо было усталым, но решительным. - В силу сложившихся обстоятельств… кое-что придется вам рассказать.

Он щелкнул выключателем. Свет в комнате погас, оставив лишь призрачное сияние огромного экрана, которое отбрасывало резкие тени на их лица.

— Лина, что ты знаешь о «Корпусе»? — спросил он.

— Только то, что ты рассказывал нам на занятиях, — сказала Лина, глядя на Шейна. – то есть почти ничего.

— Тогда слушай внимательно, — Рей подошла к экрану, коснулась его — и на нём зажглась схема: пирамида, разделённая на четыре уровня. — «Корпус» — это глобальная организация. Одна из самых влиятельных сил в мире. Оказывает информационную, финансовую и охранную поддержку главам государств.

Она увеличила картинку — четыре цветных сектора.

— В зависимости от географического положения действует Северная, Южная, Западная или Восточная ветви. В каждой — три подразделения, которые готовят агентов разных классов. Аналитики. Оперативники. Универсалы. Наше, «Альфа» — готовит универсалов.

Лина смотрела на схему, впитывая каждое слово.

— Школы — это вербовочные центры, — сказал Шейн, подходя ближе. — В «Альфе» их пять. Неофициально: «Арес» в Финляндии, «Афина» в Карелии, «Гермес» под Петербургом, «Ника» под Новгородом и мы — «Атлант».

— Вербовочные… то есть вы отбираете людей для «Корпуса»? — спросила Лина.

— Мы ищем и раскрываем потенциал, — ответил Шейн. — Тех, кто сможет работать в условиях, где нет правил. Где каждый шаг может быть последним. Где доверие — роскошь, а ложь — инструмент. Вы попали в это раньше, чем должны были.

— И теперь мы часть этой системы, — тихо сказала Лина. — Часть «Корпуса». Даже если не хотим.

Рей посмотрела на неё. В её взгляде не было жалости — только правда.

— Это не приговор. Но назад дороги нет. Даже если мы пытаемся убедить вас в обратном.

Лина почувствовала, как внутри страх сворачивается в тугой узел. То-есть у них изначально не было ни единого шанса вернуться домой. Она подавила растущее раздражение и заставила себя сосредоточиться на словах наставников.

— Точки, которые ты отметила на карте, связаны не только со школами, но и с внедренными агентами «Альфы», — добавил Шейн. — Это информация, которую можно получить только внутри системы. А значит Марк как-то связан с ней

— Вы допросили его? — спросил Джек.

Шейн кивнул, но в его глазах мелькнула усталая горечь.

— Я лично. Он не сказал ни слова. Просто сидел и улыбался. Как будто знал, что мы не сможем ничего ему сделать.

Рей добавила, подходя ближе:

— Мы так же проверили его досье в системе «Альфы». Пусто. Имя, фотография, пометка «Работает по контракту».

Джек сжал кулаки.

— Значит, вы ничего о нём не знаете?

— Мы знаем только то, что он — профессионал высшего уровня, — ответил Шейн. — И что на того, кто дал ему доступ к ресурсам «Корпуса».

Рей шагнула к экрану. Карта сменилась другой схемой.

— Мы подозреваем, что за ним стоит кто-то из верхушки «Альфы», не исключено что ее глава, Элен Джонс — сказала она тихо.

Лина смотрела на схему.

— У вас есть основания так думать?

— Только косвенные, — ответил Шейн. — Марк знал слишком много для человека со стороны.

— Если вы знаете, что «Альфа» полна врагов, почему позволили забрать их? — неуверенно произнесла Лина.

- Потому-что по протоколу мы должны были поступить именно так. Передать их службе внутренней безопасности. Иначе наши действия вызвали бы подозрения, — Рей устало провела рукой по лицу, и в этом жесте было столько беспомощности, что Лине стало не по себе. Она постаралась переключится, вновь переводя взгляд на схему.

— «Альфа» - это ведь не верхушка системы. — сказала Лина, глядя на экран. — Кто на самом деле руководит «Корпусом»?

— Совет, — кивнула Рей. — Двенадцать человек. Они принимают стратегические решения касающейся все организации. Но мы не знаем, кто из них вовлечён в то, что происходит сейчас. «Альфа» переваривает саму себя с молчаливого согласия Совета.

Джек сжал кулаки.

— И вы хотите сказать, что мы — внутри этого? Что мы — пешки в чьей-то игре?

— Мы — игроки, — поправил Шейн. — Просто пока не знаем всех правил.

Джек внимательно посмотрел на сестру. Что-то в их рассказе казалось ему странным. Это не вязалось с тем, что многие вещи Рей проводила мимо официальных отчетов.

— Рей, я же знаю тебя, — Джек шагнул ближе. — Чем на самом деле вы занимаетесь?

Рей посмотрела на Шейна. Он чуть заметно кивнул.

— Мы выполняем задания, — сказала Рей. — Неофициально.

— Что значит «неофициально»? — спросила Лина.

— Это значит, что «Альфа» не в курсе некоторых наших дел, — Шейн чуть помедлил. — У нас заключен контракт. Наниматель - человек, который даёт нам информацию. Который говорит, куда смотреть, на что обращать внимание.

— Мэтьюз, — сказал Джек. Это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.

Шейн замер. Рей — тоже.

— Откуда ты знаешь это имя? — спросила она тихо.

— Видел его один раз, — сказал Джек. — Когда мы только приехали в «Атлант». Ты сказала, что он из «Альфы». Я не поверил. А потом вспомнил Сан-Франциско.

Шейн замер. На мгновение его лицо стало непроницаемым — но Лина увидела, как дрогнули его пальцы на столешнице. Он бросил на Джека быстрый взгляд.

— Ты прав, — сказала Рей. — Он — член Совета. И он даёт нам задания, которые помогают нам понять, что происходит внутри системы.

— И вы доверяете ему? — спросила Лина.

— Настолько, насколько можно доверять кому-то в этом гадюшнике, — ответил Шейн. — Он перевёл нас сюда. Если бы не он, мы бы числились в списках ликвидированных, где-нибудь в Западной ветви.

Джек молчал. Он переваривал эту информацию.

— Значит, вы работаете на него, — сказал он. — Не на «Альфу». На человека из Совета.

— Мы работаем на правду, — сказала Рей. — И Мэтьюз — единственный, кто даёт нам шанс её найти.

Лина смотрела на карту. На точки, которые она отметила. На школы. На агентов.

— А он знает, что вы раскрыли это нам?

— Нет, — сказал Шейн. — И не узнает как можно дольше.

Джек и Лина переглянулись.

— Если за Марком стоит «Альфа» — значит, они быстро поймут, что их люди пропали.

Шейн медленно выдохнул. В его взгляде мелькнуло что-то — не страх, а холодный, просчитанный расчёт.

— «Атлант» стоит на автомате, — сказал он. — Отчёты, графики, расписания — всё идёт по плану. Система думает, что школа работает. Какое-то время нас не хватятся. Дней десять, может, две недели. За это время мы должны понять, кто враг, и подготовиться.

— А если они придут раньше? — спросила Лина.

— Они не знают об этом месте, —резко ответил Шейн. — «Атлант-2» не числится ни в одном официальном документе. Мы подготовили его на случай, если придётся исчезнуть. Пока мы сидим тихо — мы в безопасности.

Рей добавила, глядя на Лину и Джека:

— Но это не значит, что мы можем расслабиться.

— Рей, почему вы не хотите рассказать всё остальным? Они имеют право знать, в какую игру их втянули.

- Это вопрос вашей собственной безопасности. Малейшая утечка, случайно оброненная фраза, и тогда они начнут зачистку.