Белая берёза и кудрявый клён

– Ну-ка на этом моменте поподробнее – потребовала она.

– Да ладно тебе! Я сама толком не знаю ничего. Это моя Ритка случайно проболталась, что Дима Петренко нравится Юле твоей и что после недавнего школьного спектакля у них прям любовь. Вот я и ляпнула, что породниться можете.

Ольга промолчала, переваривая услышанную информацию. Породниться с командиром полка неплохо, но покоробило то, что Юля не сочла нужным с матерью поделиться. От посторонних людей узнавать приходится.

Вернувшись от Раи домой, Ольга принялась за ужин. Снег всё мёл и мёл за окном, пробуждая внутри ощущение предстоящего праздника.

Стянув с себя фартук, Ольга встала перед большим зеркалом в прихожей. И так себя рассматривала, и сяк. Юлю она в двадцать три родила. Для своих сорока лет Ольга неплохо сохранилась. Лёня был старше на пять лет, но тоже выглядел подтянутым.

А может, попробовать с ним всё сначала? Забыть про эту Свету, вычеркнуть её из своих мыслей. Будто не было ничего.

Душа давно уже требует любви, а Ольга всё гонит от себя эту любовь. Ведь поженились они когда-то с Лёней, сгорая друг к другу от страсти. Куда же ушло всё?

Ольга разозлилась. Распущенные было волосы снова в пучок на затылке собрала. В дверном замке послышался скрежет ключа. Видно, Юля с катка прибежала. Четверть у неё завершилась одной четвёркой, по истории. Остальные все пятёрки. Но Ольга дочерью всё равно не гордилась. Не её она. Вот Санька родился бы, её был бы сын. А Юля, она… Чужая. На свекровь смахивает, на Лёню. В их породу пошла.

– Привет, мам! Я ненадолго, водички только попить!

Розовощёкая, смеющаяся Юлька влетела в квартиру. Шапка в снегу, варежки, пальто.

– Ты где так извалялась? Ещё заболеть не хватало под Новый год! – взвинченно произнесла Ольга.

– Ма, да всё нормально будет. Я же не маленькая – миролюбиво ответила Юля. Глаза её от счастья так и сверкали, как два алмаза. Димка ей встречаться предложил, в день, когда им оценки все выставили. На каникулах у них культурно-развлекательная программа намечается. Какой там болеть! Да ни за что!

Жадно осушив кружку с водой, Юля бросилась в прихожую.

– Не пойдёшь никуда. Ты на часы смотрела? – Ольга решительно встала в дверях. Сама не понимала, что на неё нашло. Просто вспомнила, как в Минске так же была влюблена без оглядки, а потом страдала, поливая подушку горючими слезами. Роман с Лёней в Москве и свадьба с ним стали как глоток свежего воздуха. Первая любовь, казалось, стёрлась из памяти, и уже непонятно было, за что было любить того парня?

– Мам, ну ты что? Время детское ещё – Юля растерянно хлопала ресницами – там Рита… Да там все мои одноклассники на катке! Мам, ну пожалуйста! Ещё на полчасика и домой! Папку как раз дождусь! Ну, мам!

Юля разволновалась, что не вернётся сегодня уже к Диме. Для неё каждая лишняя минута, проведённая с ним, это потом полночи мечтательных мыслей, воспоминаний о каждом его взгляде, брошенном на неё, случайных прикосновениях.

Их отношения вдруг начали развиваться слишком стремительно. Даже страшно становится, что вдруг это всё так же внезапно и оборвётся.

– Время для вечерней прогулки истекло. Давай раздевайся, руки мой, ужинай и спать. Никуда твой Петренко от тебя не денется.

Ольга прямо смотрела на дочь, поджав губы. Почему-то не чувствовала она внутри радости за дочь. Казалось бы, сын командира полка, чем не перспектива?

– Кто… Кто тебе рассказал? – упавшим голосом спросила Юля. Нижняя губа её задрожала, в глазах предательски сверкнули слёзы. Дима теперь обидится, что она вот так сбежала водички попить и не вернулась. Не скажешь же, что мама не пустила. Засмеют.

– Неважно, кто сказал. Сама видела – отрезала Ольга, удовлетворённая тем, что перечить Юлька ей не собирается – давай руки мой и на кухню.

Залетев к себе в комнату, Юля взобралась с ногами на широкий подоконник. Форточку дёрнула, хотела крикнуть Диме, позвать его. Авось услышал бы.

Но крик её замер в горле. Внизу стоял отец и держал за руки какую-то женщину. Юля узнала его по характерному покашливанию. О чём они разговаривали, не было слышно. Но то, как отец растирал большими пальцами хрупкие женские руки, показалось Юле странным и неуместным.

Девушка сползла с подоконника, забыв закрыть форточку. У неё от волнения заныли виски. Она замечала, что не всё ладно в отношениях родителей, но чтобы вот так не стесняясь, что увидит кто-нибудь, папа стоял возле подъезда…

– Я думаю, откуда холодом тянет! Не май месяц на дворе – Ольга раздражённо вошла в комнату Юли и направилась к окну. Только рука её застыла на полпути, а взгляд замер на картине, представшей ей внизу за окном.

Ольга начала задыхаться от накатившего волнения. Эта уверенная поза, ярко-рыжие волнистые волосы, разбросанные по плечам, и руки с тонкими длинными пальцами…

В глазах потемнело. Неужели она? Столько лет прошло. Какой чёрт её дёрнул приехать именно сюда? Зачем? Прошлое ворошить?

– Ладно. Пускай проветрится комната перед сном – каким-то бесцветным голосом произнесла Ольга и будто на одеревеневших ногах она вышла из спальни дочери.

***

– Семён! – Марина Игоревна брезгливо поморщилась. Она терпеть не могла ужинать вместе с мужем и предпочитала вкушать пищу в одиночестве, когда он задерживался на службе.

Семён Юрьевич Петренко, довольный и сытый, громко рыгнул и откинулся на спинку стула. Уперев ладони в стол, он тяжёлым взглядом наблюдал за сыном. Дима в последнее время стал скрытным и неразговорчивым. И Семёна это весьма беспокоило. Дима у них с Мариной единственный сын, и хотелось, чтобы он лицом в грязь не ударил в будущем. А то гены стали проявляться Маринкиной родни. Там чёрт ногу сломит. Женился на ней тогда по дурости, потому как карьеру делал, а холостым веры мало. Нужно было, чтобы всё как положено. Семья, дети.

– Дмитрий, у тебя последний учебный год. В планах поступление в военную академию. Надеюсь, ты не забыл об этом? А то смотрю, перемены в тебе какие-то, и мне это не по душе.

Дима, нахмурив брови, молчал. Он старался как можно скорее расправиться с поздним ужином и уйти к себе. С отцом вступать в словесную перепалку себе дороже. Он задавит своим опытом и обилием весомых, как ему самому кажется, аргументов. А Диме совершенно сейчас не до споров с отцом. Новый год наступал, и он подумывал, как бы с Юлькой ему его встретить и где.

– А Дмитрий наш влюбился. Не слыхал? – прозвучал насмешливый голос Марины – кстати, отец девочки твой новый заместитель, Аверин.

Привычным жестом подкрутив усы, Семён молча влил себе стопочку водочки. Так же молча выпил, огурчиком малосольным закусил.

– Отставить всякие влюблённости. На праздничных каникулах к нам приезжает мой один хороший товарищ. Попрошу Дмитрия серьёзно отнестись к столь важному гостю. Приедет он не один, а со своей красавицей дочкой. Понимаешь, о чём я, Дмитрий?

– Не совсем – процедил парень, уставившись в одну точку. Котлеты сразу безвкусными стали, а компот – вода водой. Нет, он догадывался, конечно же куда отец клонит. Тема о том, что браки должны быть взаимовыгодными – его самая любимая.

– Рогозин Валерий Павлович трудится в Министерстве обороны СССР. А так как ты собираешься поступать в будущем году в военную академию, такие нужные связи тебе не помешают. Самым правильным будет, естественно, к дочке Рогозина присмотреться. Девочке пока всего шестнадцать. Хорошая девочка, умная. Собирается в театральный поступать. Как раз таки думаю, что на общих интересах вы вполне сможете подружиться. Ведь ты у нас тоже… Творческая личность, так сказать.

Усмехнувшись в усы, Семён весело смотрел на сына. Стопка водки расслабила его, захотелось выпить ещё. Но, наткнувшись на взгляд жены, Петренко-старший решил повременить с добавкой. Потом, у себя в кабинете, заначку достанет и наберёт номер той, которая держит его в тонусе всё это время и продлевает ему молодость.

Глава 8

Леонид ворочался с боку на бок. Не спалось ему. Надо же, как тесен мир. Вот никогда бы не подумал он, что Галя Кольцова сюда попадёт, будет их медсанчастью заведовать. Изменилась она, похорошела. Раньше-то что. Тощие рыжие косички, да конопушки. Некрасивой была, нескладной.

Учились они вместе, за одной партой сидели. Леонид юношей разносторонним был. Любил с ребятами погулять да девчонок позажимать. Покуражиться хотелось, особенно после восьмого. Как крышу сорвало. Родителям дерзил, уроки совсем забросил.

Пить, курить начал. Отцовский армейский ремень мало помогал. Леонид будто назло матери и отцу во все тяжкие пустился.

Очухался как-то в одном нехорошем месте. За голову схватился. А она трещит, будто пополам сейчас расколется.

Осмотрелся Лёня по сторонам, встал по стеночке. В ушах шум, во рту пересохло и ноги дрожат так, что каждый шаг с трудом давался.

Как до дома добрался, не помнил. Только в память врезалось, как на звонок надавил и как только дверь распахнулась, упал навзничь к ногам испуганной матери.

Отец всё по-тихому сделал. Слово замолвил за сына. В больницу его отвёз. Траванулся Леонид тогда знатно, а чтобы слухи не пошли, Аверин Михаил Сергеевич в школу сообщил, что приболел Лёня и пока на домашнем обучении побудет.

Одна лишь Галинка Кольцова догадалась обо всём. У матери Лёни выпытала, в какой больнице её одноклассник находится, в каком отделении.

Стала она после школы мотаться на другой конец города. Лёню навещать. Он против поначалу был. Ему и так тошно, рыжая конопушка ещё привязалась к нему.

Но Галя упрямо продолжала бывать у него. Рассказывала, что в школе происходит, какие темы они изучают. Потихоньку-помаленьку и лёд тронулся.

Леонид неожиданно сдружился со своей невзрачной одноклассницей. И даже после выписки парня из больницы, она продолжала к нему ходить. Только уже домой.

Мать Лёни относилась к Гале скептически. Девочка явно из бедной семьи, не их круга. Зачем она Лёне? Но муж приказал не вмешиваться в их дружбу.

Так прошёл год, второй. Из школы выпустились они давно. Леонид ещё больше повзрослел, возмужал. А Галя продолжала оставаться той же рыжей невзрачной простушкой, что и была.

От плохой компании Леонид давно отошёл. После школы в военной академии другие друзья и подруги появились. И Галя к ним никак не вписывалась.

Она понимала это и Лёне не навязывалась. Смогла в медицинский институт поступить благодаря своим знаниям и упорству. Мечтала на врача выучиться и лечить людей.

Маленькая, тоненькая. Одним словом, кузнечик. Только Лёне вдруг стало не хватать её общества. Стал сам искать с Галей встреч. Удивлялся самому себе и не мог долгое время признать, что, оказывается, это любовь.

Что можно не за красивую внешность вдруг полюбить, а за чистую душу, доброе сердце.

В Новый год Лёня признался в своих чувствах, и они с Галей стали встречаться. Тайком от его родителей. А весной ему повестка из военкомата пришла. В армию собираться.

Михаил Сергеевич засуетился. На первом месте у сына учёба. Два года терять не хотелось, но для военной карьеры в дальнейшем отслужить было необходимо и важно.

Суетился Аверин-старший, чтобы Лёню поблизости распределили, чтоб далеко к нему не ездить.

Но Лёня решительно попросился в погранвойска подальше от родителей. В Архангельск. С Гали взял слово, что ждать его будет, письма писать часто. Клятвенно он ей пообещал, что поженятся они после армии и вопреки воле его родителей.

А чтобы скрепить их союз, стал Лёня у Гали первым мужчиной. На тот момент в своём решении он был уверен, и ему казалось, что всё они делают правильно.

Любил ли он Галю? Наверное, любил. По-своему. Чистой и нежной любовью.

Только судьбе было угодно развести их. По глупости. По недоразумению. Тяжело потом Лёня их разрыв переносил. Маленькую фотокарточку конопушки своей у сердца хранил, а письма её все наизусть выучил.

Но ничего вернуть уже было нельзя. Родители стеной встали и сделали всё, чтобы союз их разбить. Галя в скором времени замуж выскочила за однокурсника, а Лёня случайно с Олей познакомился и бросился в новые отношения с головой. Назло Гале и родителям, которые и против Ольги были, женился он на ней.

Обоих тогда связывала страсть. Не любовь. Оба искали утешения в новых отношениях, стремясь забыть старые, вырвать из сердца первую влюблённость.

Поэтому, когда наступил быт, затем рождение Юльки, отношения Леонида и Ольги стали напоминать спящий до поры до времени вулкан.

Тем не менее Лёня разводиться с ней не помышлял, Юлька же росла. А об изменах с его стороны и речи не шло. Да и некогда об изменах думать было. Уверенно двигался Леонид по служебной лестнице, заслуженно получая очередное звание.

Измена со Светой – его большая и непростительная ошибка. Лёня осознал, что глупо поступил. Как и большинство мужиков, которые при малейшей ссоре идут налево.

Только Лёня успокоился, в себя пришёл, сюда они переехали. Как вдруг откуда ни возьмись его первая любовь объявилась. Галя Кольцова. Да ещё в их доме будет жить, в их подъезде!

Оля знала об этих отношениях. Леонид сам как-то проболтался. Жалел потом. Ведь наибольшая глупость со стороны мужчины – рассказывать о своих бывших.

Галя была в разводе. Детей родить не смогла и тему эту поскорее сменила, когда они с Лёней в её новом кабинете чай пили.

Судьба ли их вновь свела или случайность? Только Леонида встреча с Галей взволновала. Смотрел он на неё во все глаза. Совсем она на ту неуклюжую девчонку не была похожа. С возрастом только краше стала.

– Хватит скрипеть. Спать не даёшь совсем – ворвался в мысли Леонида недовольный голос жены. Ольге тоже не спалось. К первой любви Лёни она его в своё время страшно ревновала. Даже все письма от неё потом тайком сожгла, а ему соврала, что при переезде от родителей затерялись они где-то.

– Всё. Сплю, сплю. Ты готова завтра на праздник пойти? – осведомился Леонид. До утра всего пара часов оставалось. Надо хоть немного вздремнуть.

– Уже сегодня – машинально произнесла Ольга – как мне не быть готовой, если я твоя законная жена? Без меня нельзя тебе. Никак.

«Опомнилась» – пронеслось в голове у Аверина. Он повернулся на другой бок и тут же захрапел. Сердце что-то барахлить уже начало от всех этих душевных проблем.

С Галей он постарается держать дистанцию и только рабочие отношения. Просто вчера ностальгия по прошлому нахлынула. Было и прошло, как говорится. И не знал тогда Лёня, что все испытания и проверка на прочность ещё впереди.

Глава 9

Семён Юрьевич Петренко бросал на жену Аверина заинтересованные взгляды. Интересная особа. Как раз в его вкусе. Он любил таких. Вон осанка какая, а взгляд. Прям снежная королева. Неприступная и холодная, как лёд.

Петренко даже ёрзать начал на своём месте, так ему хотелось поближе жену Аверина рассмотреть, да в зале полумрак был. Надо было Лёню поближе к себе посадить.

Марина Игоревна была слишком проницательна, чтобы не заметить перемен в поведении своего супруга.

«Кобелина» – мысленно процедила она, зная, что если он вот так взволнован, то, значит новый объект для своих увлечений нашёл. О похождениях мужа Марина знала. До поры до времени не мешала. А какой толк? Ревновать, скандалы учинять? Петренко от этого не изменится. Он с молоду такой. Ну любит он баб. Его не переделать. Главное, что на семье это никак не отражается.

Знала Марина и о его последней постоянной любовнице. Года полтора он с ней уже шуры-муры крутит. Как узнала? Чутьё у неё отменное. А проследить было делом времени и смекалки.

Хорошо, что нет её здесь сегодня. Поимела, видать, совесть не прийти и глаза ей не мозолить. Знала Марина, что серьёзного там ничего нет и браку её с Петренко ничего не угрожает. В своё время Марина его любила безумно. Потому и насилком, можно сказать, женила на себе, использовав старый проверенный способ – беременность.

Молодой Петренко тогда бледнел и краснел перед отцом её, генералом, да изменить уже ничего не мог. Оставалось покорно смириться с судьбой и жениться на Марине. Когда Димка родился, потихоньку Семён стал осознавать все прелести и перспективы не совсем желанного брака.

Родословная у Марины разношёрстная. Сам отец её родом из деревни, дед её кулаком был, потом, осознав, куда ветер дует пошёл в партизаны.

Семён же из интеллигентной семьи преподавателей. По стопам родителей не пошёл, выбрав военную карьеру. Познакомились они с Мариной на майской демонстрации. Влюбилась она в него с первой же секунды. Высокий, красивый. Только выпустился из военного училища и распределения ждал. Тут-то Марина его и подхватила, не мешкая.

– Сиди спокойно – прошипела она на ухо мужу – а то будто шило в одном месте. Кого ты там увидел?

Семён скользнул недовольным взглядом по своей супруге. Вечно Марина всю охоту перебьёт. Как коршун следит за ним.

– Никого. Аверин там сидит, зам мой. Парой слов с ним потом мне перекинуться надо. Хотел его вместе с семьёй к нам на Новый год пригласить. Думаю, не против будешь?

Марина поджала губы.

– Конечно, не против. Даже опочивальню подготовлю для молодых. Это с дочкой Аверина наш Димочка любовь крутит?

Насмешка в голосе Марины ещё больше разозлила Семёна. Вот всегда она такая. Высокомерная, властолюбивая. Постоянно всех критикует, кроме себя. Хотя тут она права. Любовь-морковь между его сыном и дочкой Аверина и ему самому не нравилась. Пару себе выбирать нужно по статусу и чтобы в будущем перспективы были для карьерного роста.

– Вот заодно и присмотрим за молодыми. На глазах у родителей они вольности себе не позволят – тут же нашёлся с ответом Петренко и довольный собой сложил руки на своём выступающем брюшке, погрузившись в действо, происходящее на сцене.

Ольга, в свою очередь, тоже обратила внимание на командира гарнизона и его супругу. Лёня ей кивком головы показал. Расположились они поодаль друг от друга, и у Ольги была хорошая возможность рассмотреть Петренко. Свет очень удачно падал на его лицо.

Её прошиб озноб. Сердце будто замерло в груди. Неужели он? Да нет. Не может быть. Располнел, постарел. Усы ещё эти. Нет-нет. Её Семён красивым был, статным. А этот…

Украдкой Ольга тоже бросала на командира полка короткие взгляды. Что-то было в нём всё же неуловимо знакомое. Может, он всё-таки? Лет-то много прошло, мог и измениться. Разнервничалась Ольга, совсем перестала следить за концертом, погрузившись в свои мысли. А если он? Узнает ли?

Дыхание в груди даже спёрло. Захотелось, чтобы концерт поскорее уже закончился. Ведь Лёня сказал, что потом фуршет будет небольшой. Вот и познакомится она поближе с командиром полка.

На ум Юлька пришла. Это что же получается, что её дочь влюбилась в сына того, в кого сама Ольга когда-то сильно была влюблена? Ох и мучилась она тогда. Даже жить не хотела. Самый страшный грех в ту пору совершила. Точнее, не она, а мать её заставила. А если бы не послушалась она свою маму? Чудом потом, что Юльку смогла она родить. Ведь бывают и хуже последствия.

– После концерта к Петренко подойдём. Всё-таки мой непосредственный начальник, познакомить тебя с ним нужно – шепнул Леонид. Он тоже как на иголках сидел. Впереди он видел рыжую шевелюру Гали. Выглядела она сегодня просто глаз не отвести. А формы, формы какие! Из тощей когда-то конопушки превратилась Галя в прекрасного лебедя.

Ревность кольнула Леонида Михайловича. Неприятно ему было смотреть, как Галя непосредственно и весело хохочет над шутками молодого лейтенантика, который весьма тесно к ней сидел плечом к плечу.

Аверин попытался сосредоточиться на том, что на сцене происходит, и не мог. Взглядом он постоянно натыкался на Галю.

***

Раиса напилась. Купила себе пару бутылок дешёвого портвейна и в одиночестве, не зажигая свет в кухне, пила. Сигаретами всю квартиру протушила. Благо, что Ритки дома не было, а то дала бы она матери прикурить. Ритка росла самостоятельной, умной, и не Раиса её в ежовых рукавицах держала, а она свою мать.

Напилась Рая от безысходности. Так хотелось ей развеяться, на концерт сходить. Да нельзя. Запрещено категорически.

– А я к концу приду. Посмотрим, что ты мне сделаешь – пьяным голосом приговаривала Раиса, наливая себе очередную порцию. Тошно ей было. Зависела она от этого человека. Сильно зависела. Он волк в овечьей шкуре, и никто об этом даже не догадывается. Не знает, кроме неё. Даже, наверное, жена его не в курсе. Думает, что под пятой он у неё. Как бы не так.

Растянув тонкие губы в ухмылке, Рая опустошила стакан. Всё. Пора. Она бросила мутный взгляд на часы и, шатаясь, направилась в прихожую.

Глава 10

– На новогодних каникулах к нам гости приедут. Не смогу тебе время уделить. Не обидишься?

Дима взял руки Юли в свои и стал дышать на них, чтобы скорее согрелись.

– Совсем-совсем не сможешь?

Доверчивый и любящий взгляд Юли всё переворачивал в душе парня. Дима пока не понимал, что конкретно он чувствует к девушке. Вроде нравится. Весёлая, общительная. Интересов у них схожих много, кроме одного. Юля не любит творчество, она более приземлённая и рациональная.

А Дима весь в музыке, весь в той роли, которую временами играет сам. От кого ему всё это досталось? Мама мало что о своих родственниках рассказывает, отец вообще рукой машет и поругивается на него.

Семён Юрьевич пророчит сыну военную карьеру и в другой какой-нибудь сфере его не видит. Как и мать.

А Дима и сам пока не определился. Но одно он знает точно. Не хочет он, как и его отец, по гарнизонам мотаться. Не его это. И в военный институт поступать желания нет.

– Юль, всего неделя. Зато успеем соскучиться друг без друга – попытался пошутить Дима. Они стояли с Юлькой неподалёку от дома культуры.

– Тебе легко об этом говорить. У вас гости будут, по мне некогда скучать.

Юля отвернулась. Почему-то наступающий Новый год в этот раз радостного трепета не вызывал внутри, и ожидания чуда не было.

Может из-за того, что у родителей не всё гладко? Бабушка с дедушкой далеко. Обычно они все вместе праздновали. Весело, с размахом. На даче, за городом.

– Бу-бу-бу. Не бурчи, как старушка. Конечно же, я буду скучать по тебе и очень сильно – Дима обнял сзади – и в кого ты меня превратила? За мной же девчонки раньше толпой бегали, а сейчас нет ни одной.

Юля разжала руки Петренко со своей талии и чуть отошла от него.

– Если скучаешь по прошлой жизни, то всегда можно вернуться – чужим голосом произнесла девушка. Взгляд её, брошенный на Диму, был неласковым, упрямым. И только внутри бушевала буря.

– Что ты к словам цепляешься? – хмуро спросил Петренко. Он сунул руки в карманы брюк. От хорошего настроения не осталось и следа. Почему все девочки всё усложняют? Хотя не все. Дима достал сигареты. Курил тайком от родителей.

Более взрослые девушки как-то проще к жизни относятся. Дима это понял, пообщавшись с более опытными женщинами. Опять же втайне от родителей. Нравилось ему, горел такими встречами. А тут Юлька появилась…

Может, это любовь?

Слово за слово, и они с Юлей поссорились. Оба гордые и ни за что друг другу не уступят.

– Желаю удачно встретить Новый год – процедил сквозь зубы Дима и пошёл прочь. Ещё чего. Под себя прогнуть его решила? Не выйдет. Насмотрелся он, как мать отцом командует. У него так никогда в отношениях не будет.

– И тебе не скучать – крикнула ему вслед Юля. Проморгав слёзы, девушка бегом побежала домой, как вдруг врезалась со всего маха в маму Риты. Женщина была пьяна, судя по характерному запаху алкоголя исходившему от неё.

Рита жаловалась Юле, что мать у неё иногда запивает. Такая бойкая и приличная с виду женщина, и вдруг такая зависимость.

– Здравствуйте, тётя Рая! – Юля чуть придержала её под локоток.

– А-а… Юляшка… А ты откуда здесь? Поздно уже. Ритусю мою не видала? Ищу вот … – Рая как-то растерянно осмотрелась вокруг, будто только сейчас опомнилась. Куда же она собралась? Ведь Петренко её со свету сживёт, как и мужа…

– Рита домой пошла – не моргнув глазом, сообщила Юля. О том, что её подружка встречается с юношей из параллельного класса, ей было известно от самой Риты. Родители парня оба в части служат и имеют офицерские звания. Просто тётя Рая в строгости Ритку воспитывала и с мальчиками сближаться ей не позволяла. Напрямую говорила о последствиях. Когда по-доброму, а когда и по-злому. Рита маму свою слушалась, но любовь порой напрочь затмевает разум.

– Домой… А ты тоже домой? Может, поможешь дойти мне? Что-то нехорошо себя чувствую – пробормотала Рая. Её действительно накрыло, и то, что она задумала, Рая была уже не в состоянии осуществить. Опозорится только, а ей нельзя. Она – лицо столовой в военной части.

Юля охотно согласилась проводить соседку до дома, мысленно надеясь, что Ритка уже действительно вернулась и десятый сон видит. Юля за подружку свою искренне переживала. Слишком у них с её Юриком быстро всё завертелось-закружилось. И очень далеко зашло. Может, Юрик и хороший парень, но рано им ещё такие близкие отношения иметь.