Жизнь после смерти

Жизнь после смерти

Дина Файзуллина

© Дина Файзуллина, 2026

ISBN 978-5-0069-1845-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Книга написана от боли в сердце, которую не заглушишь. Лучше внутренние бушующие волны направить на созидание, чем вскрывать вены. Мне оставалась буквально пара шагов до загробной жизни. В этом мире без никотина никак, но вместо него можно выбрать другой способ подняться к звёздам.

Здесь не будет 33 способа, как стать счастливым. Просто потому что его нельзя постичь, оно существует вместе с болью. Поэтому здесь скрывается поддержка, опора, вдохновение…

Что-то между придуманной историей

и реальной жизнью.

Книга о том, что жизнь начинается не тогда, когда мы появляемся на этом свете, а когда мы познаем любовь вместе с сущностью жизни.

В этих страницах много крови, отныне

книга создана от любви, оставшейся после

многочисленных войн внутри…

Предисловие

Утро выходного дня не может по-другому и начаться. Волна счастья от осознания, что сегодня «мой день», писки радости из-за наступившего дня. Солнце, встречающее с постели, свежий воздух, заваренный кофе и искусство. В творчестве всё ненастное уходит вдаль. Возможно, эта книга когда-нибудь выйдет в свет, озаряя дорогу каждого, кто возьмёт её в руки. Быть может, моя миссия в том, чтобы через свой опыт и знания открыть людям глаза и помочь им расправить крылья.

Мир полон несчастных людей, что, по возможности, нужно исправлять, пускай даже самыми незначительными попытками. Жизнь несомненно поддерживает тех, кто проявляет желание не продолжать жизнь, в которой погибает. У многих внутри застревает ком горя, что неотложно нужно прорабатывать. В этой обстановке мною осозналось, что я рождена подавать руку людям, потерявшим последнюю каплю надежды. Люди нуждаются даже не в помощи, а в понимании, принятии себя в мире, также в словах, восстанавливающих трещины в сердце.

Хочу научить всех и каждого испаряться в моменте, забывая о тяжести, которая угнетает. Не носить её с собой, научившись хотя бы на время отбросить тяжесть от себя, чтобы даже из памяти стёрлась без следов. Жизнь – это блаженство, если не запутываться среди придуманных собою же проблем. Я хочу обнять каждого, кто хочет успокоения души, дружбу с испытаниями и уместное отношение к миру. Каждого, кто заблудился, вконец отвыкнув услаждаться. Мне хочется протереть щёки от нескончаемых слёз, кого разочарование накрывает с ног до головы. Я желаю рассказать миру о своём пути, в котором я саму же себя веду за руку к вершине горы, преодолевая преграды, не пытаясь их стороной обойти. Научить войти к себе, откуда больше не захочется уйти. Мир всегда «за нас», если мы проживаем жизнь, во плоти являющейся нашей, ибо в этом случае мы создаём музыку из клавиш счастья. Ноты исходят из глубины души, слова диктуются сердцем.

Я хочу видеть больше счастливых людей… свободных от тревог и переживаний, закрытых для отчаяния и недовольств. Первым делом нужно начать больше внимания уделять внутреннему миру, чтобы вовремя услышать рёв о помощи. Зачастую даже не замечаешь возникшие проблемы, пока они не доходят до точки невозврата. Однажды я заметила свет во тьме. Я должна была пережить то, через что я прошла, для того чтобы вокруг тьмы разглядеть сияние…

Порой одно мимолётное ощущение нирваны может стать отправной точкой к благополучной жизни. Во мне проявляется сочувствие к тем, у кого душа ноет день изо дня. Жизнь с каждым годом становится всё ничтожнее, по праву выбирая дорогу, ведущую в рабство фальшивых нужд. Трудности, сбивающие с ног, приводят к тому, что человек вовсе забивает на свою жизнь. Проснуться в один день и понять, что не живёшь свою жизнь, что в жизни должно быть больше радости, чем невзгод. Что каждый отправлен сюда с определённой задачей, решив которую он победит. Жизнь – это путь к себе через многочисленные падения вопреки всем барьерам и лжи.

Для всех стало нормой калечить свою жизнь, заниматься самобичеванием и по итогу сетовать на то, что в жизни нет места белой полосе. А истина жизни в том, что, пока мы не начнём жить в соответствии со своей природой, стремясь к совершенству, до блаженного состояния трудно будет дойти. Как только человек начинает задумываться о своей жизни, копаться в себе, а точнее узнавать самого себя, знакомиться с собой, то начинает происходить отток всех бед, присущих душе.

Тягостные мысли, мотания туда и сюда, поиск себе места в этом огромном мире, – изводят сами по себе. Мы сами себя приводим к такой жизни, впоследствии даже не стараясь оттуда выйти, где наш мир полностью искажается. Мы не обуславливаем тот факт, что мы сами себе в первую очередь должны помочь, ибо без старания и полной готовности к действиям, направленным на исцеление, – никто не в силах оказать нам помощь. Постоянное разжёвывание проблем со временем начинает будоражить без причин. Безудержное проявление гнева выдёргивает из существенной жизни. Роптание неисключительно генерирует ряд неудач. Потому самосовершенствование не должно быть чем-то далёким и запредельным. Когда покой пронзает до сердцевины, мы становимся способными превозмочь всю великую трагедию жизни, трагедию в виде неосознанности, «непребывания» в текущем моменте, бегства от настоящего, куда человек вкладывает большую часть своей энергии.

Друг, что хочу сказать: ты всё делаешь правильно. Даже устраивая поединки с самим собой, ты всё делаешь правильно. Последствия борьбы – примирение. Верно даже то, что ты губишь себя назло, переживая несправедливость жизни, оно учит милосердию по отношению к себе. Не ошибочны действия, приводящие к расстройству души и тела: они прививают тебе сострадание, за счёт чего ты учишься самому себе оказывать скорую помощь. Всякое в жизни ведёт к одному: счастью. Трудности учат радоваться вопреки всем бедам, а счастье лишний раз доказывает: как это прекрасно – быть счастливым. Мир обнимает тебя, распахни свои руки, будь открыт тому, что идёт к тебе. Позволь быть всему, присутствуй во всём, ни от чего не убегая, в этом и всё учение. Плачь, кричи, не контролируй громкость своего смеха. Разреши себе и ругаться на всех, и раскисать, но курс держи только к благости. Нам позволено, так как в некоторые дни и вправду бывает до невозможности тяжко… Главное – не делать вывод, что в жизни всё чёрно-белого цвета, поскольку правда в том, что в ней есть и серое, и жёлтое, и ярко-ярко-розовое. Какими бы ужасными ни были дни, надо начинать и заканчивать их идеально. Не нужно просыпаться с ненавистью к жизни и засыпать со слезами на глазах.

Когда начинаются поединки, поединки души и разума, – тело начинает сдаваться. Отвлекает болезнью, чтобы фокус из внутреннего негодования перешёл во внешнюю оболочку. На основании чего при душевном дисбалансе появляются разного рода болезни. Тело буквально начинает кричать «остановись, мне плохо». Падала в обмороки, не ходила, а ползала по земле, ведь нужно жить, жизнь не стоит на месте. Не получалось средь забот выковыривать время для исцеления, оставшись в тишине и покое. Карабкалась до учёбы, затем до работы и обратно домой, падала от бессилия и вставала лишь наутро. Во время сна было лучше, чем в бодрствовании… хотелось оставаться в ночи, уснуть и больше не проснуться, но жизнь принуждала подняться вновь и вновь.

В здравии, напротив, не хочется тратить время на сон, живёшь так, что даже времени на него не хватает. Заваливаешься против воли, чтобы слегка вздремнуть, дабы встать пораньше солнца и начать снова жить… ибо жизнь может завершиться будучи не прожитой, и что тогда? Все умирают, но не каждый живёт…

Глава 1

«Я человек, состоящий из двух частей. Одна из которых тянется к любви, а другая дышит страстью. За какой из них последовать? В любви душа поёт все песни мира, а жажда позволяет жить, не теряясь в хаосе невежества. Любить, познавать или жить без сомнений и туманности, как сейчас. Мирно и разобщённо. Проблемы за пределами стены, время вдалеке, а мечты и прошлое бесследно стёрты. Быть может, не время сейчас для любви и лучше погружаться в жизнь, исследуя новые города для себя…

Всплывает на поверхности памяти первая ночь, в которой мою спину гладили без остановки. И, как мне казалось тогда, – всё позади. Во мне жило только «наше» время, но оказалось, есть жизнь и после него, переезды и по-новому открытые двери. Душевные упадки, расстройства и очередные озарения. Улыбки, радости и везения. Помню всё, кроме жизни, прожитой мною до его появления… первого вдоха любви.

Приобрела одну книгу, чтобы заново поверить в любовь. Вернуть себе детскую, в то же время наивную веру. Думалось, что меня первый и последний раз поцелуют одни и те же губы, но… увы… жизнь преподнесла комок разочарований. Людей, очаровавших с первого пересечения и безвестно исчезнувших на распутье. Сначала любила, затем досадой погубила своё тело, оставив в нём расколы нелюбви.

Мне нужна была книга с вдохновляющим названием, уверяющим о том, что не всё ещё потеряно. Сломленное можно восстановить, а не забытое – забыть. В жизни можно всё, если позволить. В страницах этой книги, пропитавшихся ароматом веры и надежды, я ищу что-то наподобие вдохновения.

После дикого лета, полного азарта, наступило время, когда пора присесть, замедлиться. Ощущать вкус не бесконечного мгновения, приходящего и затем незаметно уходящего. Это время, напоминающее обо всём важном. Время не только сбора яблок и прогулок средь золотистых деревьев, это также время глубоких бесед за бокалом вина, может, сожалений о прошлом, а также, без сомнений, признаний в любви. Если лето – это жажда, зима – волшебство, весна – перерождение и новые начинания, то осень – это приятная грусть по ушедшему солнцу; мрак, слякоть, пустота. Есть, конечно, и неимоверно лестный период осени, когда небо проясняется, прогнав все тучи напрочь. Поверхностных людей может влечь депрессия, а осознанные люди, напротив, ощущают глубину жизни. Осенью погода всех прогоняет в дома, чтобы люди приостановились, вспоминая о немаловажном, делали выводы по поводу всей жизни. Осень предвкушают лишь те, кто готов менять свою жизнь, не притворяясь, что всего достаточно.

Хорошее время для того, чтобы научиться ловить быстротечное, вкусить мимолётное. Осенью частые серые облака принуждают человека выбежать на улицу при виде одного луча солнца, пока дождь не охватил весь мир. Как следствие, понимаешь, что ценность не только в том, что тянется без конца, но также в том, что мгновенно приходит и уходит. Сегодня есть, завтра уже нет. Закрепить в голове, что всё не вечно, всё имеет свой конец, всякое может вмиг оборваться, прекратив своё течение. Осень – подходящий момент, чтобы начать жить в соответствии со своими потребностями, с тем, чему тянется душа. От ощущения полёта достигаются цели, искусство мажет вдохновение жить. Теряться в раздумьях об ушедшем и об идущем к нам… окунуться в состояние то ли радости, то ли печали.

Осень, пускай и ассоциируется с бессилием и тоской, она преподносит тягу к ощущениям чего-то нового, душа требует перемен. Питер… Санкт-Петербург… Уже будучи на юге, у меня возникло неописуемое желание посетить этот неповторимый город со своим своеобразным настроением. Каждый город пахнет по-своему: какой-то лёгкостью и простотой, какой-то возможностями, а какой-то благоухает розами. Петербург известен, даже не почувствовав его запаха на своей коже, дождём и сыростью, глубиной и таинством. Туда ездят не ради отдыха, а ради озарения, прилива вдохновения. Питер всех и каждого встречает с раскрытыми объятиями и что-то делает с душой. Обычного человека превращает в мыслителя, приучает ценить и замечать… сердце опустошённым не оставляет. Если хочется прочувствовать на себе великолепие чёрного цвета, затемнённости, – поезжай в великолепный город Питер.

Я с душевным нетерпением купила книгу своего любимого автора, чтобы ещё больше подпитать «невозможность» своей мечты, окунувшись в историю любви в манящем городе. Захотелось влюбиться в этот город, чтобы возвращаться туда вновь и вновь. Посетить не раз, а каждый раз, когда сердце захочет укрыться бесподобным душевным состоянием. Впасть во внутреннюю тишину, в глубь сердца, откуда исходит свет. Этот город огромен и суетлив, но его атмосфера покрывает душу тёплым пледом, что человек перестаёт метаться, оказавшись внутри себя. Там глубина и драма, почему люди прежними и не возвращаются оттуда. Этот исторический город забирает себе всё нажитое в человеке, возродив душу заново, новым мироощущением, восприятием и взглядом.

Для внутреннего сдвига необходимо не изолировать себя в одном месте, лишая себя дыхания. Да, порыв порой рискован, но какая жизнь без риска? Следовать за страстью – значит побуждать в себе давно умершие чувства. Однообразие – угнетает, новопознаваемые горизонты – освежают тело и дух. Для того чтобы душа не обеднела, не требуется даже колоссальных перемен, а просто отречение от обыденного и привычного. Города никогда не отвергают нового жильца или гостью, безмолвно его поприветствовав, более того, воззовут обратно.

В Питер, чтобы упиваться льющимися дождями, беспрерывно блуждать по улицам, впитывая в себя его задушевность. Забредать в кофейни, чтобы выстроить для себя дальнейший маршрут по достопримечательностям. В чем суть? Суть – не оробеть, а широко распахнуть себя своим желаниям. Удостоить потребности и бездумно идти за ними, чтобы чувство гордости собой распирало душу. И сметёт он всю безжизненность души, всю её горечь. В одночасье пропадёт тропа, ведущая в никуда, но за которой многие следуют невпопад. Поезда множат причину жить и пение сердца без умолку.

Не страшись своей бесшабашности, прими себя со всем своим безумством и отправляйся туда, где жизнь обретёт смысл. Через свою страсть человек приходит к себе, шаг за шагом. И важно просто «быть», принимая всё незваное в жизни, чему Питер лучшим образом учит. Учит романтизировать свою жизнь, придавая особое значение мелочам, таким как дождливый день, проживаемый в кафе за чашкой кофе. Питер – это про любовь, не столь к человеку, как к себе, к судьбе и миру. Он влюбляет человека в себя, не иссекая то, что считается несовершенством. Человек совершенен… абсолютно. Любовь совершенна, и пускай в ней будет много томлений. Любовь – это чудо, и странно ни разу не увидеть себя без другой части или не увидеть человека с частью тебя…

Для творческих людей необходимы события, вдохновляющие на новую порцию искусства. Нужен рывок на творение, толчок к созиданию. Однажды полетев в Питер, однозначно, я по-новому вдохну эту жизнь. Конкретно этот город откроет мне глаза на незамеченное, пока что невидимое. Несмотря на свою суровость, этот город согревает глубины человеческих душ. Извне – ледяной ветер, изморось, внутри – уют, романтика, драма и кино. Если сейчас, не побывавшая в Питере, строчу такие строки, что случится со мною, посетив его? Что случится точно – отречение неправедных убеждений о том, что мечтам место быть не здесь, в реальности; что всё происходящее – судьба, на что никак не повлияешь. И сметёт этот город всю тягость бытия, доказав, что практически всё в наших руках и ни в чьих больше. Мы руководим своей жизнью, ведём «машину», выбирая направление. Нам так не чуждо сидеть в четырёх стенах, сетуя на свою судьбу. Но судьба, напротив, поддерживает тех, кто стремится, тех, кто верит. А дорог мы имеем огромное количество, и мы вправе выбрать любую из предоставленных. И даже ненароком совершив ошибку при выборе, мы впредь можем повернуть в другую сторону. Если путь оказался неровным, с камнями на пути, то мы можем их обойти, а с грязной дороги лучше вовремя сойти.

Что-то на уровне души шепчет мне о том, что там я достигну чего-то важного. Подсказывает, что за этим переулком будет стоять то, что приведёт меня к непостижимому. Пусть это будет один день, неделя, месяц, но я должна прочувствовать эту затяжную драму, клонящую думать о сути… о сути всего. Этот ещё неизведанный мною город, кажется, вклеит в мой путь отрезок, который запомнится мне на долгие годы.

Питер построен для скорбящих сердец. Для людей с безотрадной душой. Для тех, у кого жизнь крутится вокруг тоски и печали. Я вовсе не являюсь одной из них, одначе мне хочется прочувствовать этот холодный ветер, обволакивающий обличье чем-то сердечно важным. Это город тайн и загадочности. Пусть день-два, но я пребуду там, чтобы написать пару строк, окружённая мраком и серостью. Меня, по своей сути, привлекает прохлада, хотя и солнце мною обожаемо. Мне, как для творческого нрава, нужно постоянно плутать то там, то тут; то во тьме, то при свете дня. Тогда и возглавляется внутренний трепет писать, что-то беспрерывно черкать. На своём немыслимо интересном жизненном опыте мне хочется оставить следы из этого унылого города… из города, обольщающего людей по непонятной причине.

Город с возможностью расплатиться за удары, нанесённые человеку по глупости. Мысленно вернуть утраченное, чтобы избавиться от прорыва, возникшего между нами. Город упования, сближения двух сердец, где пробуждается давно забытое и расцветает то, что завяло когда-то… ведь чувства рассыпались вдребезги так, что не слепить обратно.

Неимоверная любовь стала холодной, как сталь зимой. С тех пор меня всю растрепало. Я пиналась в ночи, телесной болью заглушая боль в сердцевине, отныне остались трещины. И я наконец разбросала руины надежды по комнате, разожгла мосты спустя год. Хотелось кричать, но ни одна слезинка не упала. Лежала в пустоте, вроде так много важного рядом, но всё же нужного не оказалось. Оно потерялось, либо его вовсе не было никогда… правда, стало быть, невыносима. Вся любовь тогда вылилась в никуда… вылилась полной отдачей в искусство. Следом вся тяжесть спала… тяжесть, которую приходилось везде таскать и повсеместно помнить.

На белом холсте начать рисовать так, будто ничего и не было. Ни любви, ни боли, ни отказов. Свет зажигается тогда, когда в темноте не можешь найти выход. Выход – это перевал в неверно свёрнутой тропе. «Я прощаю себя и тебя прошу простить меня», – осевший во мне навсегда.

Любовь проскользнула из рук, посчитав меня за случайность.»

Прости себя и меня за то, что у нас не вышло, не получилось. Прости нас за то, что слишком любили друг друга… сильнее дуновения ветра в побережье. Прости меня за то, что по сей день душу тебя своей плотью… возвращаясь туда, где началось и всё закончилось. Прости за то, что поздно сделала выбор любить тебя, пожалуй, до последнего вздоха. Также себя за то, что вспоминаешь нас спустя годы, и меня за то, что каждую божию ночь навещаю тебя в самых тёмных снах. Прости нас за то, что в тот вечер приняли решение больше не обнимать друг друга. Я сумела простить нас сквозь тяжкие муки, бессонные ночи и причитания без слёз, и ты постарайся простить за то, что оба выбрали дорогу «без тебя». Я стану счастливее тогда, когда будешь счастлив ты… но крепче тебя я смогу обнять только небо…

Мы слишком любили друг друга, чтобы быть вместе.

Глава 2

В глубине ночи я включала свет и не опускала взор от океана в его глазах… он меня провожал в самую глубь бьющегося сердца и усмирял. Через его глубокие глаза я проникала в самую сердцевину души, где находила превосходство любви. Мне не хотелось лишиться этого, хотелось в нём навеки застрять… Так я оставила своё сердце, забрав с собой одну лишь боль и память.

Я читала, что любой человек – это часть нашей души. Во мне нет тебя, но свою душу я целиком оставила в тебе. Говорилось, что душа – это Вселенная, в тебе я увидела целый Космос, где и хотелось взрасти… ведь там хорошо, там не одиноко, я окутана в объятия твоих звёзд.

Тот, кто и в самом деле не влюблён – не будет слушать биение сердца… утопать в глазах возлюбленного и растворяться в ритмах поздних поцелуев. В день прощания я смотрела на звёзды и искала в них надежду… оказалось, что её нужно было искать в нём самом. Моя вера, моя крепость, сила и любовь были рядом, а я своими руками их задушила. Задушила так, что в мою сторону затем даже не обернулись. Теперь я блуждаю по планете в поисках, может, любви, может, своего покоя.

Спустя годы кажется, по сей день бреду по земле, будто совсем разобщённая. Бывают мимолётные моменты, когда тоска оголяет душу. Осознаешь, и в некоторой степени навещает сожаление с желанием переписать прошлое, чтобы не допустить некоторые ошибки. В какой-то решающий миг, видимо, я спеша сделала свой выбор, не вникая во всевозможные последствия, по какой причине теперь мечусь по жизни одна. Моментами горестно, оттого что в минуты растерянности некому приложить голову на плечи, некому меня защитить, приставив спину. Когда рядом есть человек, по своей сути, дорога кажется в разы проще и веселее. Но, пройдя через многочисленные территории и экстремальные условия, к сегодняшнему дню мне и самой не в тягость проходить через мрачные болота по пути, перетерпеть бури и не унывать, если остаёшься под ливнем. Думаешь про себя, как дожди прекращаются, проясняя небо после себя, так и все трудности временны. Рано или поздно они тоже проходят, оставляя за собой лишь причины для празднования очередной победы над страхом.

Анализируя всё произошедшее за последние годы, я прихожу к выводу, что меня никто больше не любил, хоть и его любовь не была столь незаменима, как это бывает в кино. Судя по всему, со всеми была временная страсть… страсть, которая ослепляет глаза, но не любовь, зажигающая сердце. Настоящая любовь никогда не забывается, оставшись в тебе, а меня забыли… даже признавшись в ночи откровения, что навечно будут любить меня…

Так я и осталась одна со всеми чувствами, которые изо всех сил пытались излиться из меня и с людьми в плоти. Безответные чувства – это как река, которая не может течь из-за препятствий по пути. Когда любовь внутри ещё существует, а самого объекта, которому были бы направлены чувства, нет, – сколько бы ни искал, не находится дорога, которая повела бы дальше. Единственный выход – просто оставить так, как есть, и начать строить себя, свою жизнь. Это, наверное, самое худшее – быть наполненным любовью к человеку и не иметь возможности избавиться от этого бесконечного потока чувств.

Любовь, когда она есть, носит с собой все воспоминания, связанные с этим человеком, все мысли заполняет её источником, на основании чего и нет шанса откинуть от себя все чувства, начав жить заново. Но боли нет и нет печали, есть люди внутри, напоминающие о себе день ото дня. Проходит время, а равнодушие не приходит, летят дни и месяцы, а безразличие не постигает меня. Так и живёшь с людьми в сердце, которые выбрали остаться в тебе навечно.

В действительности меня никто не отверг. В последние наши встречи меня лишь целовали, крепко обняв. Такое чувство, словно они хотели быть со мной, но была веская причина, не позволившая им остаться рядом. Физически никто из них не смог отвернуться от меня, сказать как есть, глядя в глаза. Вместо признаний и причитаний они предпочли все слова оставить внутри и насладиться крайней секундой общей истории. Были бы они честны и открыты, мне бы проще удалось их отпустить. Но как забыть, выбросить человека, оставить где-то там, в далёком прошлом, если в последнее мгновение они вместо слов прощаний оставили след прикосновений… они оставили надежду.

Сердце не может проститься, если оно не услышало слова прощаний. Поцелуй – это вера. Он говорит о многом, но только не о том, что ты больше не нужен этому человеку. Поцелуй в переводе означает «не забудь меня… я не смогу тебя забыть». Но даже решив для себя, что дальше они хотят пойти без меня, – никто не смог мне в лицо признаться, что больше не хотят меня в своей жизни видеть. В моменте я чувствовала некую любовь по отношению ко мне, может быть, мнимую, не совсем искреннюю, отныне сердцу моему не приходилось разрываться на части от несчастья.

После них встречались лишь те, кто желал обнажать меня. Приближались за теплом, нежностью, а затем, долго не задерживаясь, уходили. Приходили и вмиг исчезали, будто незнакомцы. Внутренне не могу простить тех, кто обманул, воспользовавшись подходящим временем, моим состоянием. Меня целовали, меня за руку держали, но если прислушаться к их сердцу, то можно услышать и лесть, и фальшь, но только не любовь. После этих случаев, когда по какой-то невнятной причине жизнь меня столкнула с этими людьми, я испытывала огромное сожаление от того, что я была вынуждена покинуть сердца тех, кто хотя бы нуждался во мне, кого я могла осчастливить добрым словом, а не своим обличьем.